Войны страждущих

- Нам нужно было лучше подготовиться. Не взять с собой свинец! Какая глупость!!! Мы невежды.

А Ролан промолвил же:

- Согласен.

И был при том на грани. Было все. Почти уже конец. Ребятам оставались же мгновенья. И, все-таки, борьбу не оставляли. Старались же себя держать. Все силы отдавая же на это. Все-все-все. И было это очень мужественно. Отчаянно и смело.

- Это все. Я больше не могу. Нам нужно отдалиться.

- Знаю. Но останусь.

- Я серьезно, Донат! Унесись куда-то! Просто унесись.

- Прости, я не могу. Увы, не в силах.

- Мы не сможем. И никто к нам не успеет.

- Мэделин, - озвучил, подойдя довольно близко и опять-таки в порыве. Будто в жажде. Стремясь поцеловать. Желая сделать это. Но при этом сдерживаясь. Никак уж не давая себе волю. Полную, так скажем. Ведь если бы он дал, то все случилось бы. Эмоции б достигли пика. И уж тогда бы все. Все просто прекратилось бы. Все просто бы закончилось. И это допустить же он не мог. Не мог, и все тут.

- Мне не страшно.

Донат же на это, приложив усилие немалое, вдруг взялся за предплечья Мэделин и попросту порыв сдержал. Хотя неоднозначно. Лишь частично. Не дал себе поцеловать. И стал же отходить. Еще желая. Но Мэделин желанием не меньшим искушалась. И ринулась к нему. Вперед бездумно. Лишь хотелось. Почувствовать скорей. И он увидел. И понял, что без сил. Без сил пытаться. Такое чересчур. Он чувствовал, что все внутри взрывается. Точнее, извергается, как будто. И снова сделал шаг. Опасный и желанный одновременно. Опасный, так уж, точно.

- Как же так! Мы вышли на охоту. Все не так должно быть.

У Отто на слова сии сильнее обострилось все. Сильнее и смертельней. Вот уж правда. Апола не могла почти дышать и еле на ногах стояла. Еле-еле. Страхом, как и Отто пленена была. Буквально же объята.

- Ты отшельник. Поэтому все так. Не буду, извини.

Ролан едва ли слышал. Был в борьбе весь. Просто же не мог. И был на волосок от смерти. Был к ней близок. И Ясмина же была. Практически, уж так же.

- Невозможно, - чувствуя тепло дыхания, промолвил же.

А Мэделин, что прислонила же ладонь к его щеке, смирялась. С возникшей ситуацией. Тихонько запуская пальцы в волосы. И больше не борясь. Почти. Едва сопротивляясь. Быв свободной. Как и он. Что пылкость источал огромную. Желание и страсть. И приближался к цели. К заветнейшей черте. Которая была же роковой в момент тот. И смертельной. Но такой манящей, что не устоять. Не выстоять пред коей. Не сдержаться. И этого уже и не было. Границы расплылись. Безудержно соприкоснулись лбами, последние мгновения держась. Что быстро истекали. Быстро очень. И были бесконечно напряженными. Но страстными. Безумными уж очень. И когда практически слились. В желанном поцелуе. Полностью отдавшись. Чувствам и желанию. То внезапно прекратилось все. Безумие прошло. Контроль вернулся же. И было так по той причине, что нечистого постигла смерть. Он был же пойман. Пойман Лиамом. Что сделал это очень лихо. И удачно крайне. И ведь во время. Буквально в тот момент, когда все было бы. Случилось бы и все. За миг до этого. Пред этим прям. И сделал же, пронзив свинцом. Кроваво и ужасно. Но без крови. У Умбры крови не было. Он просто же исчез. Рассеялся бесследно. Испарился. Стал ничем. И этим все закончилось. В итоге завершилось. Чудо, если можно так сказать. И, правда что, удача. Вот уж правда. Хоть, все-таки, же было неспроста так. А была цепочка действий. О которой же не знали. Но была. Была и оказалась же спасительной.

- Вот это здорово. Восторг неописуемый.

Ризотто было просто объедение. Отметил что Ролан. И сделал что весьма открыто. Не совсем уж свойственно его характеру. Который без сомнений был закрытым. Довольно непростым. Но очень добрым. Добрым и отзывчивым.

- Спасибо, Боже.

Отто же в не меньшем был восторге, чем Ролан, за поеданием Ризотто. Но главное, был счастлив, что живой. Что, все-таки, же выжил. Мог быть там, где был же. Делая, что делал. В кругу своих друзей, что тоже выжили. В итоге же спаслись. Хотя и совершенно же не знали, что получится. Возьмет и разрешится. Не надеялись. Осознанно, по крайней мере. Смирялись и, пожалуй, все. Не верили уж точно. Но держались. Держались до последнего.

- И как охота? Хотели бы еще?

Ясмина же сарказм не оценила и сказала только:

- Ужас. Очень стыдно.

А Мэделин как вдруг промолвила:

- Немного. Но главное, мы живы. И прошло уж все.

Что Донат несомненно понимал, и рад был этому. Был счастлив. Но кое-что испытывал еще. Что очень не хотел показывать. Скрывал что. При взгляде же на Мэделин и в целом. Был как в панцире. И чувствовал себя так. Но не он один. Он был не одиноким в этом.

- Правда. Хотел бы я забыть.

Озвучено же Отто было. Он сказал. А Донат же промолвил вдруг:

- Нам очень повезло. У Лиама свинец был. И он рядом оказался. Был поблизости. Удача так удача.

- А еще он ведь вампир. Не стоит забывать об этом.

И сестре на это:

- Кстати, да. Возможности его сыграли роль. Весьма немаловажную.

- Пожалуй.

- И, все-таки, зачем ему свинец в машине? Интересно.

Вопрос был задан и в ответ теории пошли. Забавные конечно... Смех, да только. Однако же за этим собрались. В уютнейшей кафешке «Рослин», где еда потрясная. И очень хорошо. И можно где расслабиться. И быть как дома. Чувствовать комфорт. Уют и прочее. И быть уж с близкими людьми. Быть с тем, кто дорог.

Глава 6. Желудь - раз, желудь - два

Утром пасмурного воскресения, когда, почти что, никого не встретить в Роукфлэнде, ступали же к отделу тайному. И не особо-то спеша. Как, впрочем, не особо разговаривая. И даже не смотря. Практически. Лишь попросту стремясь. Стремясь вперед лишь.

- С добрым утром.

- Доброе.

И Мэделин же вслед за Донатом:

- Привет.

Дайана же едва остановилась, мимо них идя. Которые, ответив ей, вдруг стали заходить. В отдел тот самый. И вошли. Где было лишь три мага и один сотрудник. Который же сидел вблизи портала за столом. И вел бумажную работу. Что-то делал. Почти что, не заметив, что прошли. Прошли через портал. И оказались в Танглвудской долине. Здании огромном. Случайно повстречалась где им Астрид. И вот что первым делом же сказала:

- Ну, привет. Давно не виделись.

- Весьма давно, - ей Мэделин.

А Донат же, увидев сходства, обомлел. Совсем слегка. Не слишком-то разглядывая, в целом. Но смотря же. Умеренно глядев.

- Все хорошо?

И Мэделин в ответ: «Нормально». И после же: «Знакомься, это Донат». Как сразу же затем: «А это Астрид». И кивнул. Услышав следом:

- Что-то нужно?

И Мэделин на это:

- Да. Но все в порядке. Мы ведь справимся?

Как Донат же проговорил: «Конечно». И добавил: «Все нормально».

А Астрид же:

- Ну, что ж. Увидимся, ребята.

И пошла. На этом разошлись. Стремление по зданию продолжилось. Практически, безмолвно. Приведя в огромный зал, где чтива было столько, что в глазах рябело. И сливалось. Однако не для тех, кто был там часто и привык. Хотя таких немного было, в целом. Вот уж, малость. У Доната и Мэделин рябело. Внимание на чем не заострялось. Направлено же было лишь на главное. Весьма нацелено.

- А вы похожи. Очень даже.

- Лишь глаза. Они зеленые.

- Заметил, кстати.

И увидел книгу. Которая вполне уж подходила. Взял ее и, пролистнув немного, вымолвил:

- Один вопрос: На тему «Древнего Египта» и того, что было на исследовании. Помнишь?

- В общем, да.

- Так вот. С тех пор мне снится сон. И очень часто. Который беспокоит.

- Что же в нем?

- Какая-то плита. И иероглифы. Она расписана.

- И в чем вопрос?

- Подумал, может, знаешь. Что-нибудь о плитах. Тех, что обнаружены. Хотя забудь. Наверно это глупо.

- Нет-нет-нет. Вообще-то, интересно. Может, знаю. Быть может помогу.

И молча одобрительно кивнул, вернувшись к поискам, которые закончились же вскоре. И парочка «Друзей» вернулась в Роукфлэнд. Обратно в мир людей. Обычный человеческий. И вот уж не с пустыми же руками. Отнюдь уж не с пустыми.

- Ну, и ну. Отдел совсем пустой. И где же тот сотрудник?

- Видно вышел. Кто же знает?

Покинули же помещение и в путь опять. Вот только же на этот раз по улице. Предлинной и широкой. Где не было совсем уж ни души. Лишь птицы разве что, пожалуй. И что не сразу было уж замечено. Не прямо сразу.

- Что-то есть?

А Донат ей: «Не знаю», перелистывая. Листая на ходу. Как, впрочем, и добавив: «Непонятно». И вымолвив еще: «Не ясно, в общем».

А она же:

- Выясним. Надеюсь, очень.

- Как и я.

И тут уж начал замечать, что желуди повсюду. Тут и там. Везде, почти что. И сказал:

- Взгляни-ка. Это странно.

- Что?

- Да, желуди. Откуда здесь?

И стала же смотреть. Туда, куда и Донат. Вниз, по сторонам. На землю. Местами где лежали желуди. По два, по три... По одному... И попросту везде. На всем уж тротуаре. И было это впрямь же странно. Непонятно очень.

- Да, и правда, странно.

А потом вдруг стала замечать еще же что-то. Такое, что казалось жутким. И весьма пугающим. Довольно жутким.

- Посмотри.

И Донат ощутил тревожность. Ее тревожность.

- Мы одни здесь. Вообще, одни!

Как понял же, что это так. Что никого на улице помимо них уж не было. Что были там одни. И ринулись в ближайшую кафешку оценить, насколько. Чуть в панике, конечно. Но проверить. Уточнить. И, убедившись, что все плохо, стали действовать. Пытаться разобраться. И начали с того, что в Роукфлэнд же вернулись. Вновь опять. И снова же прошли через портал. Стремясь же встретить Астрид. Иль кого другого. Кто мог бы им помочь. Помочь же, в целом. Ну, а перед. Перед тем, как приступить. Реакции же выдали, конечно же. И очень же весьма тревожные. Тревожные и только.

- Как случилось так?? И что все это значит?

Ну, а Донат же увидел на сидениях, на стульях, то есть, желуди. И несколько у барной стойки на полу. Как вдруг же осознание озвучил:

- Мэделин. По-моему, не исчез никто. Мне кажется, что желуди они и есть. Те люди, что должны быть здесь. И быть на улице. Они превращены. Каким-то образом, но так случилось. Походит лишь на это.

И согласна же была. Никак уж тут не спорила. Уж больно очевидно было. И ровно так же и ужасно. Жутко очень.

- Аполония! - промолвила же в панике, спеша набрать ей. Позвонить. Однако же сестра ей не ответила. Ответа от нее не поступило. Сказала же тогда: - О, Боже мой! О, Господи, не верю!

- Успокойся, все нормально. Уверен, это можно обратить. Должно быть, можно.

И направились. К попыткам, все исправить, приступили. И, вот, идя по коридору в параллельном мире, решили заглянуть же в кабинет, где дверь была открыта. И где, как оказалось, Астрид же была. Стояла у стола, где девушка сидела за компьютером. И были где бумаги в стопке. Папки, прочее... Как сразу повернулась же, когда вошли, немного суетливо, и услышала затем:

- Нужна же помощь.

Вышла в коридор за ними и продолжили.

- У нас ЧП.

- Какого рода?

- Все исчезли. Город пуст.

И Донат здесь сказал:

- Не весь, возможно. Мы не знаем. Но кажется, что, все же, весь. Надеюсь, что не больше.

Призадумалась, и Мэделин добавила:

- И желуди везде. Все выглядит же так, что люди стали ими. Превратились. Лишь мы остались с Донатом. По-моему, только мы.

А Астрид же в лице уже менялась. Поняв же, что к чему. И Мэделин, конечно же, промолвила:

- Все плохо?

И в ответ же:

- Очень.

А после по прошествии секунд озвучено же было:

- Слушайте, нам нужно поспешить. Иначе будет хуже.

- И на сколько?

И здесь уж приступила объяснять же по-подробней. Коротко и ясно.

- Апрум - это. Злое существо весьма престранное и крайне уж жестокое. Опасное уж очень. В возможностях своих довольно скуден. Но большее ему же и не надо. Для гнусностей своих. Вначале испускает же волну. Огромную довольно. И те, кто под нее попал, становятся же желудями. В миг буквально. И далее он просто приступает. Ест и все. Такая у него потребность. Кушать желуди. И именно, что сделал сам. Путем злодейства. Вот такой он. Поэтому бы поспешить. Начать же действовать.

- И как же быстро приступает? К поеданию.

- Уже. Боюсь, уже он начал.

Мгновенья тишины, исполненной тревогой, и озвучила:

- Сейчас он ест?! Сейчас прям?!!

- Да. Он сразу начинает.

И затем промолвила же Астрид:

- Нужен клен. Свежайший сок оттуда. И имбирь. Узнаете все сами. Начинайте, в общем. Я найду вас.

И, сказав же это, упорхала. Попросту ушла. Уж крайне суетливо. А ребята же, вернувшись в Роукфлэнд, сквозь портал пройдя, вдруг стали же о демоне искать все. И нашли. Все быстро отыскали. Знав название, не трудно это было. Уж едва. Другое дело - остальное. Вот совсем уж. И надеяться, что будет хорошо все, удавалось лишь с трудом. Не просто это было. Ведь реальность отдавала чем-то жестким. До селе уж невиданным.

- Представить можешь? Невинных горожан сейчас едят. Буквально же съедают. Невозможно. Не верится никак.

И Донат ей:

- Мне тоже. Такого еще не было.

И ехать стал быстрей. Поняв, что совершенно же бессмысленно по правилам вести. С учетом обстоятельств. Которые сложились неожиданно. И просто чудом не затронули двоих. Так скажем, обошли. Что тоже это понимали. И не обмолвиться об этом не могли. Едва ли уж.

- Ведь мы могли бы. Желудями стать. Не будь нас там, и тоже бы лежали. Где-нибудь округленными. Превращенными. Какой-то бред. И что еще за Апрум?

Мэделин ему:

- Вот здесь налево.

И свернули. Все ближе становясь к теплице, рос где клен. Где был он. И так же становясь все ближе к цели. Едва ли утешаясь чем-либо. Всецело пребывая в беспокойстве. И чуточек паникуя. А хотя... Не мало, в общем. В принципе, нормально.

Ничего не говоря и быв серьезной, спешно разбирала артефакты. Кое-что ища. То, что среди них. Услышала как вдруг внезапно:

- Может, помощь?

И на это же:

- Нашла.

Что сделала в момент вопроса. Под конец прям. И взяла. Изделие, что было же похоже на шарманку очень. И было очень старым. Древним даже. И отнюдь уж небольшим. Почти что, маленьким. Компактным. Относительно другого, разумеется. Что было вместе с ним на полке. Что была глубокой, и широкой вместе с тем. И крайне уж довольно длинной. В десять метров. И было там таких уж много. Предостаточно.

- Умеешь?

И ответил Донат:

- Нет. Но разберемся.

И сделал же отверстие в стволе, и вставил желобок. К которому поднес ведро затем. Ведерко. И процесс пошел. Точнее, стал же правильным. Каким быть должен был. С учетом всех нюансов. А их и не совсем уж было много. По сути же и, в целом. Только три. И были же они соблюдены. И были же они исполнены.

- Вот это, да. Не плохо.

Донат же держал ведро, а сок все лился. Лился потихоньку. И когда наполнилось, убрал. Взявшись за другое. И озвучил же:

- Не сложно.

- Я поражена.

Закупорил отверстие и оба же пошли. С ведерком, разумеется. Наполненным. И далее поехали в поместье. Дом семьи. Семьи же Мэделин. Ее конечно. И был в чем несомненно смысл. Был уж точно.

- Ты уверена? Что кровь мы там найдем.

- Конечно. Я не сомневаюсь.

- Хорошо. Я верю.

В пол педаль, и только лишь вперед. Не думая совсем о правилах. Впервые. Но метаясь. Волнуясь вместе с тем. От жути же творящихся событий. Нагляднейшим примером коих все в округе было. Практически уж все. А именно аварии, встречающиеся тут и там. Частенько очень. Участники которых - это желуди. Что, в целом, были невредимы. Лишь пока. Не съедены пока же были. Апрумом. Который в это время же питался. И активно очень.

- Думать даже не хочу, что это стало с ними. Совершенно. Просто, чересчур. Надеюсь, дома были. Уж надеюсь.

И открыла холодильник, взять чтоб кровь оттуда. Ту, что оставляла для сестры Адела. Кровь свою. Была же для нее и донором порой. И крайне преданным. Единственным, пожалуй. Но родным. Действительно уж близким.

- Получается, не будь вампиров у тебя в семье, и все пропало бы. Буквально разом. Выходит, повезло.

- Еще уж как. Не видишь пару желудей? Должны быть где-то тут.

И, осмотревшись, вымолвил:

- Не вижу.

Мэделин досадно стало и озвучила затем:

- А как твои? Родители.

И он ей сразу:

- Далеко они. С моими все нормально.

Основан же ответ сей был на том, что вычитали в Роукфлэнде. Узнали. А именно, что Апрума волна не бесконечная. И максимум же кроет городок. Такой, как Лэнкроусс же примерно. Относительно. Быть может, малость, больше. Поэтому возможность, что и Уэксфорд был захвачен, пусть не полностью, была. Имела место быть. Не проверялась. Но имелась. Бесспорно же присутствовала.

А Астрид же трудилась все над тем, чтоб Апрума в итоге выманить. Поймать его в ловушку. И чтобы это вышло, нужен был дурман, пыльца птелеи, розмарин и желуди. Обычные, конечно же. Что, собственно, она и собирала. В большой оранжерее. Которая была при здании, в котором же работала. Что в Танглвудской долине было. Там. Откуда же и вскоре вышла. С артефактом же заправленным. Готовым снова к делу. Спустя, почти что, двести лет. Готовым снова. Но в руках же Астрид. У нее же.

- Вот, имбирь.

А Донат же увидел желудь и сказал, беря его:

- И кто это?

Как Мэделин взглянула и взяла. Подумав об Аполе. А он же заглянул в подсобку и нашел еще. Еще же желудь. Показал его, и оба положила в сумку. Так, на всякий случай. Чтобы Апрум не добрался. Который же тем временем все ел. Безудержно питался.

- Можешь, ты?

Премедленно и неохотно ножик взял, и руку же затем. Изящную и тонкую довольно. С маникюром. Настроился и осторожно уколол. Один из пальцев. Ну, и кровь пошла. Малюсенькая капля проступила. И сказала же ему: «Спасибо», капнув в емкость. Следом же и он так сделал. Уколов себя. И очередь настала крови третьей. Из поместья что была. Добавив так же и ее, взялась размешивать. Пока же Донат измельчал другие травы и готовился добавить. В миску, где вначале был же сок, в который постепенно прибавлялось. Собственно и кровь конечно. До которой тертый же имбирь. Не мало, так-то. И репейник. Этого чуть-чуть. Но главным же во всем этом, из всех ингредиентов, кровь была. Принадлежавшая трем магам. Исключительно. Которая и придавала действие сему же средству. Как, собственно, щепотка магии. Необходимой. Нужной для активности. Для активации. И здесь она была. И здесь имелась же.

- Так, где находитесь?

- Мы в лавке. И средство же у нас.

- Отлично. Нужно место. Большое и закрытое. Без окон, лучше. Есть что на примете?

- Может, есть. Там окна небольшие. Высоко от пола...

- То, что надо.

- Хорошо. Отправлю адрес. Там увидимся.

И ринулись. Направились туда. К большому помещению, похожему на склад. Немножечко подвальному. И стали же переговаривать. Пред тем, начать как. Перед-перед. Ну, и Астрид же сказала:

- Он хитер. До жути изворотливый. И ловкий. Пусть, окажется он здесь, но будет все непросто. Вот уж, знайте. Будьте на чеку. И совершенно не давайте выйти. Ни за что прям. А иначе больше не поймаем. И конец. Спасения не будет.

- Поняли.

И Мэделин сказала:

- А волна? Он снова не накроет?

- Нет. Для этого нужны ведь силы. И немалые. Свои он израсходовал. На время! Лишь пока. Но можем быть спокойны. День... Другой... Пожалуй.

И вскоре же промолвила:

- Начнем.

Как встала за угол и то изделие, что видом на шарманку походило, в миг задействовала. Крутить же принялась. И сразу же из трех отверстий испарения же высвободились. Которые тянуться стали к выходу. И Апрума нашли же вскоре. Тот, попав же под влияние, почти что, под гипноз, пришел к истоку быстро. К Астрид. И когда зашел, то Донат дверь закрыл. Мгновенно просто. С супер-силой. А затем же схватка началась. Жестокая довольно. Ну, а Астрид знала. И мигом уклонилась. Апрум смог. Он смог же все понять. Что обманули. И взял же под контроль себя. Очухался. А Мэделин, надеясь же на Доната, что тот осилит и поймает, стала в сумку лезть. Скорей за пузырьком. Чтоб был готов. Но все иначе вышло. Очень же трагически. И больно. Так, что в это верить было сложно. Просто шок. Безумие какое-то. Но правда. То, что сделалось. И было не исправить. Не вернуть. Не сделать же иначе. Не исправить. И Мэделин свою вину здесь ощущала. Гадко было ей. Весьма. И вот, как вышло все, однако: Подбежал на скорости, что навело на мысль, что выйдет гладко все, а Апрум же отбиться смог, вперед рванув, конечно к выходу. Где Мэделин стояла. И, оттолкнув, пытаться стал на волю вырваться. Хотя и неудачно. Вот только же в момент тот, как упала, желуди же выкатились. Из раскрытой сумки. И тогда увидел. Но сперва учуял. Сразу же отвлекшись. И набросился. Мигом хватанул. Вначале раз, - один же желудь. А затем и два, - второй. И оба съел. Безжалостно и жадно. На глазах у всех. А главное, у Мэделин. Которая же вдруг оцепенела, не успев же встать, всецело погрузившись в ужас. Боль и панику. Все разом. Едва ли осознав. Осмыслив. Быв растерянной. Но горечью объятой. Вот так, ну. Аполу кто-то съел. Сестру ее. В обличии же желудя. Ну, и, конечно же, Ясмину. Едва ли уж чужого человека. Человека, в принципе. Такое было ей не осознать. Не сразу, разве что. И, все-таки, прекрасно понимала. Подсознательно. И попросту пошла вперед. Поднявшись в ярости. Но Апрум очень ловко отбежал. От двери прочь, стоял где. И теперь же Донат на него рванул. На скорости огромной. И поймал же. Яростно вцепился. Но и вновь он вырвался. Ушел. Не дался, в общем. Астрид же взялась за доску, что лежала там, и бросила в него. Что было уж, пожалуй, метко. Но не прям решающе. Конечно же такого он не ждал. Однако не особо растерялся. Сторониться стал. И Донат вновь к нему. Как, в целом, оказался окруженным. И Астрид там, и Мэделин... Подперли все. И вот тогда-то все с ним и случилось. Что должно было. Погиб он. Бесследно же исчез. Хотя... Не так уж и бесследно. Но вначале, его-таки схватили все же. Донат, главным образом и, все-таки, же Астрид. Оба, скажем. Вцепились же серьезно. Хоть и трудно было. В итоге удержать. Но ярость придавала столько силы, что смогли. Сумели, все же. И Мэделин смогла же влить в него то средство, что из сумки доставала. В пузырьке. Но так и что в итоге не достала. Не успела. Однако же теперь все вышло. И она влила его, весьма уж восторгаясь. С удовольствием. Влила в открытый рот. Который же держали. Как сразу же он стал шипеть. В конвульсиях же дергаться. Тогда его конечно отпустили. И дали умереть. Ужасно. Отвратный облик будто бы растаял. Иль расплавился. Не ясно было. Но исчез он. Морщинистый и гнусный. Отвратительный. Однако же в момент тот желуди остались. Те, что съел он. Все до одного. На месте, где в итоге испарился. Иль растаял... В общем. Мэделин сперва не поняла. И, тем не менее, затем же прояснилось. Превратилось, то есть. Стали же обратно все людьми. Все десятков восемь. Друг на друге оказавшись. Едва ли уж хоть что поняв. Едва ли уж очухавшись. Но медленно и инстинктивно поднимаясь. При помощи конечно Доната, и Астрид, ну, и Мэделин, глазами ищущую прежде уж сестру. Отчаянно и с рвением. Увидев же ее, она почувствовала, как прямо так буквально отлегло. Пришло же облегчение. Ведь думала, что это уже все. Что больше не увидит. И ведь правда. Такое быть могло. В том случае, прошли бы если сутки с момента поедания же желудя. Конечно превращенного. А их же, слава Богу, не прошло. Какие-то часы лишь только. Три-четыре. Максимум. И этого же Донат с Мэделин не знали. Не всей же обладали информацией. В отличии от Астрид, кстати же. Она, вот, знала. Но просто же, так вышло, не обмолвилась. Не стала уточнять. И Мэделин, обняв сестру, которая была в недоумении, с иронией взглянула, поражаясь. И взгляд сей был же пойман. И ответом тоже был же взгляд. Зеленых изумрудных глаз. Той, была что отражением почти. Лишь внешне. Но еще и родственницей. Далекой уж конечно. Но весьма же важной. Уникальной очень.

- Желудем, выходит?

В зеркале, где было отражение прекрасной красоты, искала будто что-то. Всматривалась. Но новое уж вряд ли находила. Как обычно было все. И волосы, что черные, как смоль. И кожа белоснежная. И губки в форме бантика. А так же изумрудные глаза. Зеленые, огромные... С длиннющими ресницами. Практически, оленьими. Все было точно так же. Как всегда. И Мэделин ответила:

- Еще каким. Таким примерно вот.

А здесь уж показала. Ей на пальцах. А она промолвила:

- Подумать только.

И открылась дверь. В которую вошел же Донат. И как Мэделин направилась же вдруг к нему. Сестру оставив, что у зеркала крутилась. Все смотрела. И, выйдя в коридор, где был он и стоял, сказала же ему:

- Привет.

И он ответил так же. А затем же оба в комнату пошли. Где Мэделин взяла сосуд, обмолвившись меж тем:

- И снова, здравствуй.

И в гостиную. Где стали разговаривать. И вот кусочек разговора их: