Жемчужина для морского дьявола

После этих слов кое-кто из матросов боязливо втянул голову в плечи, и принялся спешно выполнять приказ капитана. Большинство же обменялись настороженными взглядами и взялись за дело не спеша.

Ричард подал руку девчонке, думая помочь ей сойти на берег, но та, презрительно скривив хорошенький носик, ловко выпрыгнула из лодки сама. Чем удивила Ричарда еще сильнее. Он хмыкнул, но говорить ничего не стал, окончательно убедившись в «нездешности» этой незваной гостьи. Тем лучше. Если Морза признает в ней свою, можно будет использовать ее в качестве заложницы и диктовать ведьме свои условия.

Капитан шел первым, девчонка топала за ним шаг в шаг, стараясь не отставать, и, казалось, повторяла за мужчиной каждое его движение, даже дышала в такт его дыханию. Ричард усмехнулся: послушная. И понятливая. Впрочем, перед лицом оголодавших до женской ласки моряков кто угодно станет понятливым.

А может, она просто хорошая актриса… Усмешка Нигеля перешла в оскал.

Они вошли в чрево плавучего острова. Снаружи остался солнечный денек и ароматный морской ветер. Теперь вокруг них были лишь полумрак давно нежилых кают и затхлость стоячего воздуха. Команда двигалась чуть позади командира и с каждым шагом, словно бы все больше замедлялась и отставала. Рита опасливо косилась на матросов за спиной, красноречиво поглядывая на капитана, но молчала.

Прогнившие доски опасно поскрипывали под подошвами сапог Нигеля. Под ногами то и дело сновали мелкие крабики, бесцеремонно хватающие незваных гостей за штанины. Тишина становилась все более зловещей, и капитан решил нарушить ее:

– Хозяева! Есть здесь кто-нибудь? – от резкого окрика Нигеля стайка крабиков шарахнулась в стороны, а матросы и вовсе замерли на месте.

– Может, не стоит здесь так шуметь? – девчонка подала голос, и Ричард даже опешил от такой наглости: она еще советы смеет ему давать!

– Обойдусь как-нибудь без твоих указаний, – он процедил сквозь зубы.

– Ну, и пожалуйста, – Рита пожала плечами, но тут же зябко ими передернула. Несмотря на жаркий день снаружи, внутри острова было сыро и промозгло.

Не успев остановиться или взвесить свой поступок, Ричард скинул с себя парадный камзол и набросил девушке на плечи. В ответ на ее недоуменный взгляд, проговорил, для верности впечатления скривив губы:

– Ты так громко стучишь зубами, что дверного молотка не нужно. Давай, еще чихни для надежности…

Не успел он это сказать, как Рита и вправду чихнула – звонко и громко. Сразу же зажала нос рукой, виновато глядя на Нигеля:

– Простите, здесь сыро. А я босиком.

Капитан только зубами скрипнул в ответ.

Группа остановилась на краю прогнившей дыры, разделившей палубу на две части. Не очень широкая, но так просто не перепрыгнуть. Через пролом была перекинута не менее гнилая доска, не внушавшая особой уверенности. Нигель тронул доску ногой – она прогнулась под его весом. Хмыкнул, обернулся к спутнице:

– Сама перейдешь? Боюсь, двоих может не выдержать.

Рита вытянула шею, всматриваясь в дно пролома. Дна видно не было. Она отрицательно потрясла головой:

– Я высоты боюсь.

– Оставайся тогда здесь! – капитан выплюнул сквозь зубы, но девчонка замотала головой еще отчаяннее, и неожиданно схватилась за рукав его рубашки, явно ища помощи и защиты.

Нигель вздохнул, недовольно хмыкнув:

– Ладно. Идем.

Чуть подумав, подхватил девчонку на руки. В ответ на вопрос в ее глазах недовольно процедил:

– Мне так будет проще, чем за тобой следить. Не за ручку же тебя вести, я тебе не нянька.

Рита промолчала, только крепко вцепилась в шею капитана и зажмурилась… стараясь не вдыхать запах чужого тела – соленый и вовсе не неприятный, как могло бы показаться вначале…

Девушка была легкая, словно перышко. Она замерла у Нигеля на руках, едва дыша от испуга и волнения, прижавшись к его груди своими полновесными прелестями и даже не догадываясь, какую власть имеет над мужчиной это простое прикосновение. Но к своему несказанному удивлению, Ричард чувствовал не только плотское желание. Еще что-то новое, трепетное, ни разу доселе им не испытанное…

Несколько быстрых точных шагов, и Нигель с ношей оказался на противоположном краю дыры. Новое волнительное ощущение настолько напугало его, что он сбросил девушку с рук, едва они перешли провал, и разве что ладони об штаны не вытер. Она покосилась на него как-то странно, но ничего не сказала.

Чтобы хоть как-то скрыть неожиданную неловкость, капитан повернулся к оставшейся на том краю команде. Проорал привычно грубым тоном:

– Вы чего застыли? Струсили? Идем дальше или не видать вам вашего жалования, как осьминогу пустыни!

Этот довод обычно действовал, но в этот раз что-то дало осечку. Матросы остановились, как вкопанные. Вперед вышел здоровяк Микаэль, с вызовом посмотрел на капитана и красноречиво плюнул в дыру у своих ног. В тот же момент Ричард бросился к доске, но не успел. Одним движением ноги Микаэль столкнул импровизированный мостик вниз.

– Ой, простите, капитан, я такой неуклюжий, – матрос осклабился, показав черные зубы.

– Ты что творишь, падаль? Забыл, кто я такой? – Нигель стиснул кулаки, глядя на подчиненного с другого края дыры, но дотянуться до него уже не мог.

– Это, похоже, ты вовсе забыл, что мы тоже люди. А не гнилая рыба, которую в конце базарного дня собакам скармливают, – матрос со злостью сверлил капитана глазами. – Неужели ты думал, что мы добровольно пойдем ведьме на ужин. Не делай из нас дураков, Нигель. Не все простые люди настолько тупы и боятся вас, аристократиков.

– Да, я с тебя шкуру живьем сдеру… – капитан бросался ругательствами, но большего сделать не мог.