Леди из Дэйлхолла: Искры

Она закатила глаза так выразительно, что они чуть не остались под потолком. – Миледи, это… не совсем цветочный магазин. – О! Значит, чайный домик? Или, может быть, салон, где учат вышивать крестиком? – не унималась я, наслаждаясь её смущением. Я-то прекрасно понимала, о каком заведении речь. Стоило ли говорить, что бабушка по отцу собрала целую коллекцию весьма… откровенных романов? А уж о том, что творится в задних дворах поместья, и говорить не приходилось. Но дразнить Генриетту было куда веселее, чем признаваться в своей осведомлённости.

Горничная вздохнула так глубоко, что чуть не втянула в себя весь кислород в комнате. – Это… заведение для джентльменов. Где дамы… танцуют. Без… э-э… некоторых частей гардероба.

Я сделала вид, что осенена гениальной догадкой: – А-а-а! Значит, это балетная студия! Ну почему же сразу нельзя было сказать? Генриетта простонала и схватилась за сердце, будто я ее сейчас прикончу. В этот момент часы пробили три, и звук был настолько громким, что мы обе вздрогнули, как воры, пойманные на месте преступления. – Это место не для молодых леди, – проговорила она странно взрослым тоном, словно забыв, что сама была молодой девушкой.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем каминных часов. Аромат сирени из открытого окна смешивался с запахом воска от полированной мебели. Генриетта стояла, склонив голову, а я размышляла, почему простая горничная знает о таких местах больше, чем я. Не дело, это надо исправлять.

Я перестала мучить Генриетту расспросами, сделав вид, что приняла её отговорки. Но в голове уже созрел план. Значит, мне нужно либо найти щедрого джентльмена, который возьмёт меня с собой как родственницу… либо переодеться танцовщицей. Второе звучит веселее! Я решила подождать, пока весь дом погрузится в сон.

Вечер тянулся мучительно медленно. Я то и дело ходила в библиотеку, меняя книги. То шла в сад посидеть в тени сиреневых кустов. То возвращалась в гостиную, то уходила в свою комнату. В конце концов я решила почитать корреспонденцию, лёжа в ванной. Совместить приятное с полезным, так сказать. Последняя страница «Модных новостей мадам Люсиль» поражала своей смелостью:

"Нужен дворецкий, ранее служивший у графа. Который теперь готов поработать и на барона. Понимание разницы в размерах состояния и гонорара приветствуется. Умение делать вид, что ничего не замечаешь – обязательно".

Требуется кучер с незаурядным жизненным опытом и безупречным знанием городских маршрутов. Ценятся находчивость, дисциплина и умение соблюдать конфиденциальность. Приветствуется осведомлённость в вопросах светского досуга и ночной жизни столицы".

В богатый дом требуется садовник для оживления сада дорогой свекрови. Приветствуются навыки топора, секатора и острого взгляда. Опыт разведения ядовитых растений и предотвращения ядовитых слухов – обязателен".

Тонко чувствующий натур ищет вдохновительницу и покровительницу. Готов одарить одинокую леди поэзией, музыкой и своим обществом в обмен на кров, уют и мудрое руководство на жизненном пути.

Личный травник предлагает услуги. Знаю, какая трава успокоит нервы, а какая – усыпит навечно. Дипломов нет, зато есть длинный список довольных (и спящих) клиентов. Конфиденциальность гарантирую.

Провидец-интуит предлагает взгляд на линии судьбы. Оплата – договорная, вдохновляю на щедрость. Гарантирую: прогнозы либо поднимут дух, либо заставят задуматься о вечном. Настроение клиента – мой проводник.

Продам карту аномальных зон города. Отмечены места сильных проклятий, дыры в реальности и лучшие таверны. Точность не гарантирую, но приключения – да.

Специалист по коррекции репутаций и межличностных связей. Оказываю услуги по устранению последствий дурного глаза и формированию благоприятного социального климата. Лояльность постоянным клиентам и особая программа для тех, кто направит ко мне своих недоброжелателей."

Устав смеяться, я решила перейти к последней книге, попавшейся мне в библиотеке. Это оказался очень пылкий женский роман, называющийся «Королевская связь». Про фрейлину королевы и ее тайную любовь к голубоглазому принцу.

Его божественная внешность, судя по всему, сводила с ума всё женское население замка в радиусе трёх миль, включая, я уверена, приставучую горничную и пару придворных дам почтенного возраста. Голубоглазый красавец ко всему прочему страдал загадочной аллергией на рубашки и проявлял недюжинную изобретательность, чтобы демонстрировать свой накачанный торс любой трепетной душе, оказавшейся поблизости.

Интересно, этот роман основан на реальных событиях? Такой книжки у бабули в коллекции не было. Так что я зачиталась не на шутку, чуть не пропустив ужин.

После ужина я сказала, что прилягу пораньше и все могут быть свободны. На что увидела неодобрительный взгляд Генриетты. Я переборола свое желание показать ей язык, вовремя вспомнив, что я леди. Кухарка же собрала свои вещи и ушла в свою съемную комнату в соседнем переулке. Дворецкий, проверив замки, отправился в свою городскую квартиру в паре кварталов отсюда. Со второго этажа отличный вид на улицу.

Я переоделась в свою форму городского сорванца. Мама спрятала куда-то мой кинжал. Поэтому я вооружилась ножиком с кухни. Закрыла комнату на ключ изнутри и, открыв окно, спустилась по шпалере – слава всем старым и новым богам, она оказалась достаточно крепкой. Не думаю, что Генриетта поверила, будто я действительно буду спать, но я закрыла дверь изнутри. Сама же она войти не решится – слишком шатким и хрупким было еще пока ее положение в нашем доме.

Глава 10

Улица становилась всё уже, дома смыкались, словно не желая выпускать меня обратно. Воздух был густ от запаха хмеля, солода, табака и чего-то ещё – пряного, терпкого, отчего в носу щекотало.

Воришки в тени переулков провожали меня взглядами, оценивающе, как волки усталую овцу. Две девушки в развевающихся платьях с чересчур открытыми плечами окликнули меня, предлагая «компанию» за пару медяков. Я лишь ускорила шаг, стараясь не смотреть в их сторону. «Не та сторона. Совсем не та.»

Я уже собралась развернуться, когда из темноты вынырнул паренёк лет шестнадцати-семнадцати – худой, чуть выше меня, симпатичный, с острым, пронизывающим взглядом. – Кого-то ищешь? – голос у него был хрипловатый, будто он уже лет десять курит дешёвый табак из трубки старьёвщика. – А что у тебя с голосом? – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Пальцы непроизвольно сжали рукоять ножичка в рукаве.

Он горько усмехнулся, обнажив неожиданно белые и ровные зубы. – Простыл, – он нарочито громко прокашлялся. – А тебе-то какое дело? Я не остановилась, лишь бросила через плечо, стараясь скрыть дрожь в коленях: – Вот именно. Никакого.

Но он не отставал, подстраиваясь под мой шаг. Его стоптанные сапоги шаркали по булыжникам, а взгляд, колкий и цепкий, будто пытался залезть мне под кожу. – Да я просто помочь хочу, – произнёс он, и в его голосе внезапно появились нотки почти искренней услужливости, странно контрастирующие с обликом уличного хищника. – И во сколько мне обойдётся твоя «помощь»? – я нарочно оскалилась, как делала раньше, когда дралась с мальчишками в поместье. – Два медяка. Я присвистнула. – Столько же, сколько вон та «барышня» кварталом ниже? – кивнула я в сторону одной из девиц, которая сейчас поправляла чулок, демонстрируя голую коленку. Парнишка поморщился, будто укусил лимон. – Я не это предлагал. – А что же? – мои пальцы вновь незаметно скользнули к скрытому ножну. Парнишка замедлил шаг, оценивающе оглядев меня с ног до головы. Его взгляд задержался на слишком чистых для этих мест сапогах. – Ты что-то ищешь, но явно не местный.

Я остановилась, почувствовав, как под воротником рубахи пробежал холодный пот. «Черт, так заметно?» – И что же я, по-твоему, ищу? – прищурилась я, стараясь придать голосу уверенности, которой не было внутри. Его ухмылка вспыхнула в темноте. – Если ты за «Красным Лотосом», то ломишься не в те ворота. Без провожатого там либо кошелек потеряешь, либо… – его взгляд скользнул по моим сапогам, – либо кожаные сапоги останутся в залог. Я медленно достала два медяка, давая ему рассмотреть чернильное пятно на большом пальце.– Гарантируешь проводить туда и обратно? Он пожал плечами, но глаза внезапно стали серьезными. – Гарантий не даю. Но если что – крикни, мы с друзьями разберёмся. В горле пересохло. «Довериться уличным воришкам? Отец бы меня убил…» Но кулон на шее вдруг стал теплым, будто подталкивая к решению. Я выдохнула. «Чёрт с ним.» – Веди, – выдохнула я, мысленно проверяя, на месте ли ножик, которым Гретта чистит картошку.

Он кивнул и нырнул в узкую щель между домами, где даже лунный свет боялся заглянуть. Воздух здесь был густой, пропитанный запахом жареного лука, дешёвого вина и чего-то ещё – сладковатого, тревожного.

Парнишка, шёл впереди, ловко петляя между грудами мусора и лужами, в которых отражался бледный свет редких фонарей. – Держись ближе к стенам, – бросил он через плечо. – Здесь любят шарить по карманам.

Переулок внезапно вывел нас на маленькую площадь, где толпились люди. В центре стоял фонтан с облупившейся статуей какого-то забытого бога, а вокруг – лавки с товарами, которые днём здесь точно не продавали бы открыто. – Не разевай по сторонам, – прошипел мой проводник – Иди, как будто знаешь куда. Я кивнула, но краем глаза заметила:

Торговца, раскладывающего странные склянки с мутной жидкостью, Старуху, гадающую на костях прямо на самодельном столике на тротуаре. Двух мужчин в дорогих, но потрёпанных плащах, которые слишком внимательно осматривали толпу. – Вон там, – мотнул головой в сторону переулка за невзрачной дверью старьевщика и лабазом со специями.

– Это чёрный ход. Про него знают только свои. – Он сделал шаг назад, в тень, и кивнул, будто собираясь раствориться в темноте переулка. – Постой, ты куда? – мои пальцы инстинктивно сжали складки плаща. Он остановился, развернулся. Бледное лицо в полосе света от окна выглядело усталым и внезапно очень юным. – А я обещал только довести. Входить – уговора не было. – Он пожал узкими плечами. – Я тут подожду. Недолго…

Глава 11

Зайдя через маленькую дверку в забытом переулке, я очутилась в узком коридоре, освещённом парой коптящих масляных фонарей.

Их тусклый свет отбрасывал на стены, обитые тёмно-красным бархатом, дрожащие угрюмые тени. Слева висел гобелен невероятной работы, изображавший прекрасных голых дев с ветвистыми оленьими рогами, танцующих в лунном лесу с охотниками в одних набедренных повязках. За его тяжёлыми складками угадывался проём, ведущий к винтовой лестнице, но я не пошла в ту сторону.

Вперёд вёл широкий коридор, по бокам которого были устроены скрытые ниши для уединения, затянутые дымчатыми занавесями. Из-за некоторых доносилось прерывистые вздохи и тихие шлепки. Через каждые несколько шагов по бокам находились двери из тёмного дерева, а из-за них доносились звуки, от которых достойная леди покраснев, быстрее бы удалилась прочь. Приглушённые стоны, сдержанный смех, звон бокалов и шелковый шорох.

Но, как выяснилось, я не особо достойная леди и поэтому продолжала свой путь. Вместо того чтобы сгорать от стыда, я чувствовала лёгкое головокружение от густого воздуха, наполненного ароматом дорогих духов, табака и чего-то ещё, сладкого и дурманящего.

Я продолжала двигаться вперёд, стараясь не привлекать внимания, но внутри меня бушевало любопытство, смешанное с волнением. Пробравшись дальше, я оказалась в небольшом пространстве, где, судя по терпкому запаху лаванды и едкому духу щёлока, располагались уборные. Воздух здесь был немного свежее, но всё равно пропитанный сладковатой парфюмерией и табачным дымом.

Пытаясь слиться с тенями, я заметила движение у подножия парадной лестницы и мгновенно рванулась в укрытие, прижавшись спиной к холодной резной деревянной панели, скрывавшей пространство под её массивными маршами. Сердце бешено колотилось где-то в горле, а в ушах стоял звон от напряжения. Я затаила дыхание, вжимаясь в причудливые цветочные узоры дерева, стараясь стать невидимой, раствориться в бархатной тьме. – Мисс Камелия сегодня просто восхитительна, Кирэн, не находишь? – раздался томный, чуть насмешливый голос мужчины в круглых очках, с зализанными набок волосами и тонкими усами. Он нервно чихнул в кружевной платок. – Её новое боа из перьев фламинго так очаровательно контрастирует с этим… э-э… смелым декольте. Хотя, должен заметить, от этих перьев у меня беспрестанно щекочет нос. – Мисс Маргаритка мне больше по душе, – пробасил его спутник, толстяк с крупными чертами лица, смачно причмокивая. – Ты слышал, она тоже любит пирожки… особенно с вишневой начинкой. В прошлый раз съела три штуки подряд, а что она делала потом… – он похабно подмигнул, вытирая пот с шеи шёлковым платком. – Ух… Женщин с таким… хорошим аппетитом сложно найти, не правда ли? Особенно когда дело доходит до других удовольствий.

Вот да… присвистнула я. Удивительно, как в этих стенах обнажаются самые низменные инстинкты высшего общества. – Она сказала, что на ярмарке все девушки будут в масках с отводом глаз, но я смогу найти её по красной ленте на запястье. И по тому, как она неизменно облизывает пальцы после сладостей… Хмыкнул он. Меня передернуло от чересчур разыгравшего воображения. – А я слышал, там будут восточные танцовщицы, – толстяк хихикнул, поправляя жилет, туго натянутый на брюшко. – Говорят, они умеют танцевать с фруктами на голове… Может, ну их, этих местных…хм скромниц?Попробуем там чего-то новенького? У них должны быть восхитительные сладости! Эти ветреные господа залились самодовольным смехом и направились к уборным, их шаги гулко отдавались в коридоре. Я продвинулась дальше, как вдруг из-за бархатного занавеса с золотой кистью стремительно выплеснулись три полуобнажённые девицы, едва не сбив меня с ног. Их костюмы из прозрачного шифона и перьев сияли в тусклом свете, а браслеты на щиколотках мелодично звенели. – Скорее, девочки, скоро наш выход! – торопливо произнесла темноволосая, поправляя головной убор с павлиньими перьями. В этот момент их взгляды упали на меня. Рыжеволосая танцовщица с капризно изогнутыми бровями томно улыбнулась: – Какой смазливенький паренёк… – она приблизилась, и её духи пахли жасмином и чем-то терпким. – Скорее, малыш, а то пропустишь наш выход. Если дождешься меня за сценой, за пару монет я тебя осчастливлю, сразу после выступления. – Вишенка, Мадам Гортензия не одобрит, что ты так дёшево себя предлагаешь. Ты уже не на улице, в конце концов. – Её подруга, высокая брюнетка с ярко накрашенными глазами, покачала головой. – Не меньше серебряного. – Она оценивающе скользнула взглядом по моей скромной одежде. – Нам правда нужно спешить… – Но он такой хорошенький! – вздохнула, закусив губу, Вишенка. – Мы все знаем, как ты любишь свою работу, но если ты не будешь себя ценить, никогда не доберешься до обслуживания высокопоставленных господ. – Брюнетка бросила на меня насмешливый взгляд. – Посмотри, как он одет. Он явно может позволить себе только смотреть.

Вишенка вздохнула, в последний раз оглядев меня взглядом, полным неприкрытой страсти, от которого у меня по спине побежали мурашки. Затем, с театральным вздохом сожаления, она развернулась и помчалась за остальными, её босые ноги бесшумно скользили по полированному полу.