VALHALLA: Цифровой рай

Для военных это не проблема: солдата просто подключают к системе поддержания жизнедеятельности, и ему не нужно отвлекаться на еду — его кормят через специальные инъекции прямо в кровь. Ему не надо отвлекаться, чтобы сходить в туалет — мочу и кал убирает автоматизированная система. Обычному пользователю всё это, разумеется, было недоступно. А тех, кто всё же решался играть по этим правилам, можно было пересчитать по пальцам.

Так что со временем симулятор начали упрощать, чтобы не отпугивать широкую аудиторию.

В сети до сих пор можно найти стримы времён запуска «Фурии». Тогда лобби представляло собой военную базу: аватар респаунился в казарме, и с этого начинался твой путь.

Стремление разработчиков воссоздать солдатский быт порой переходило в абсурд. Например, приходилось вручную чистить оружие и собирать снаряжение — не так, как сейчас, в удобном интерфейсе, где этот процесс напоминает сборку пазла, а буквально своими руками. Нужно было вплетать стропы подсумков в снаряжение с MOLLE-интерфейсом. Калеча пальцы, пересиливать тугую пружину, чтобы запихнуть патроны в магазины. Распределять гранаты по подсумкам, заряжать аккумуляторы тепловизоров, радио и прочего бесчисленного электрооборудования, которое таскает на себе настоящий боец, на настоящем поле боя.

Но хуже всего было копать. Много копать. Траншеи, брустверы, окопы под миномёты и укрытия для техники — всё своими руками.

В общем, приходилось заниматься солдатской рутиной, что, естественно, отпугивало большинство игроков. Но были и те, кому весь этот кошмар и извращения пришлись по душе. Их было меньшинство, но всё же. Эти ребята быстро сформировали сообщество, которое вскоре приобрело статус элитарности, как это обычно бывает с подобными группами фриков, которым нравится то, что не нравится большинству нормальных людей.

Негодование этих хардкорщиков по поводу "упрощения" «Фурии» до сих пор эхом разносится по форумам и стрим-платформам. Их вой не утихает, а фразы вроде «Я не играл в Фурию. Я был призван на Фурию» и «Реальный мужик не использует quick-equip. Он страдает и гордится этим» стали мемами.

***

Ровно через три часа сериал был досмотрен. Честно говоря, я не ждал от него многого, но он всё же умудрился меня удивить… правда, не в хорошем смысле. Такой глупой концовки я не видел уже давно. Но сейчас было не до этого — меня ждала пицца.

На удивление, она оказалась вполне съедобной. Я набил брюхо, запил содовой, и сонная тяжесть накатила так резко, что я чуть не отрубился прямо за столом. Но вместо этого я нацепил шлем и вернулся туда, где по-настоящему хотелось быть — в «VALHALLA».

Мой корабль мягко пристыковался к шлюзу космической станции, парящей на орбите планеты. Огромные корпуса станции напоминали исполинские небоскрёбы, соединённые между собой тонкими, как соломинки, техническими коридорами. Это был главный порт планеты. Чтобы сохранить иллюзию реализма, космическим кораблям запрещалось приземляться на поверхность. Сначала — станция, а уже отсюда телепортация в лагерь.

Я нашёл ближайший терминал, ввёл свои данные, и через пару секунд оказался на планете.

Меня встретило личное лобби — тихое, почти стерильное. Здесь я мог спокойно дождаться свою команду. Разработчики снова сменили интерьер: теперь серые кирпичные стены будто впитывали весь свет, оставляя полумрак, от которого резало глаза.

У дальней стены стоял массивный стальной верстак с уже подготовленным снаряжением. С потолка свисала лампа в форме гигантского бутона, на лепестках которой поблёскивал жетон.

Я взял в руки холодный, тяжёлый кусок металла с отчеканенными цифрами 15162342 и позывным Meat.

«Класс…» — хмыкнул я про себя. — «Отличный повод для тупых шуток…».

— Привет, Воин, — вдруг раздалось прямо в ушах. Голос был настолько знакомый, что у меня в животе что-то оборвалось.

— Афина? — я даже обернулся, словно мог увидеть её.

— Да, — и в её голосе отчётливо слышалась сдержанная улыбка. — Удивлён?

— Удивлён!? — у меня сорвалось почти в крик. Звонка не было, я его не принимал. Вывод напрашивался сам собой: она меня взломала.

— Ну… да, — ответила она тоном, будто признавалась в мелкой шалости.

— Ты взломала моего аватара? — меня пробрал холодок.

Взлом аватара — это всегда риск потерять весь накопленный за годы лут. Но с Афиной всё было хуже: она могла узнать, где я бываю на «Прайме» и в каких заведениях зависаю. А этого я почему-то особенно не хотел.

— Расслабься, трусишка, я не взламывала твой аватар. Мне это не нужно… — она звонко засмеялась и, резко прервавшись, добавила: — Пока.

— Тогда почему я тебя слышу?

— Взломала твоё железо, — произнесла она так буднично, будто говорила о смене обоев на рабочем столе.

Эти слова подорвали ядерную бомбу где-то под рёбрами. Если взлом моего аватара мог подмочить мою репутацию, то взлом компьютера мог смыть её гигантской волной цунами… Конечно, возможно, я преувеличиваю, но мне точно не хотелось открывать свою жизнь, тем более вот так.

— Что так напрягся? Есть что скрывать? — в её голосе мелькнула насмешка.

— Нет! — рвано выдохнул я.

— Не переживай, я не рылась в твоём белье, — её голос стал мягким и воздушным, словно нежное одеяло, которым хочется укрыть здравые опасения. — Но ты же не думал, что я не буду следить за своими инвестициями? Десять штук — всё-таки немаленькие деньги.

Я промолчал, но, вспомнив свои мысли о том, чтобы послать её к чертям, согласился с тем, что она имеет право переживать за свои вложения. Эта мысль подействовала как холодный компресс на обожжённую рану — я начал успокаиваться.

— Потратил их уже? — с добрым любопытством спросила она.

— Да, я купил себе звездолёт класса «Разрушитель», — вырвалось у меня с хвастливым тоном.

— Ну… круто, — она явно ожидала услышать что-то другое. — Правда, я думала, это будет что-то более материальное… Но всё же поздравляю с покупкой.

Мне вдруг стало неловко. Я почувствовал себя ребёнком, который с восторгом показывает взрослой тёте свои игрушки, а та вежливо кивает, чтобы не обидеть.

— Спасибо, — промычал я, чувствуя, как уши предательски пламенеют.

— Ладно, если ты не против, давай перейдём к делу? — словно почувствовав моё смущение, Афина мгновенно сменила тон.

— Да, сгораю от нетерпения, — выдал я с лёгкой иронией.

— Отлично! — её голос зазвенел, как у ребёнка перед распаковкой подарков. — Я взяла на себя смелость подобрать тебе снаряжение. Надеюсь, понравится!

Она выдержала паузу, будто специально подогревая любопытство, и добавила:

— Всё на верстаке. Можешь взглянуть.

Я уловил в её интонации ту же непосредственность, с какой дети суют родителям свои поделки из пластилина, жадно ловя каждую реакцию.

На отполированном до зеркального блеска перфорированном металле лежал ручной пулемёт M3A4 «Ripper». Чернёный ствол с матовыми вкраплениями, массивный короб магазина, рукоять, которая словно сама просилась в ладонь.

«Видимо, она не лукавила, когда говорила, что присматривалась ко мне…» — подумал я, обхватывая оружие и ощущая, как приятная тяжесть врезается в мышцы.

Резким движением я оттянул затвор назад. Палец на спусковом крючке ощутил едва слышный щелчок шептала. В коробе, уложенные аккуратной лентой в прорезиненный тканевый чехол, вздрогнули и зазвенели 500 цельнометаллических пуль с безгильзовыми брикетами пороха — словно солдаты, вскакивающие по команде «Смирно!». Пятьсот выстрелов, которые эта малышка сожрёт за полминуты, сметая всё на своём пути.

На верхней планке установлен «Smart Eye» — прицел на который я давно уже пускал слюни... Почему я его хотел? А потому что это был не просто прицел, а «умный» прицел! Это выражалось, в том, что он обладал двумя функциями повышения точности стрельбы: Первая — разблокировка спуска только при наведении на цель, в противном случае просто не сможешь прожать спуск, а следовательно, и выстрелить. Вторая — визуализация траектории полёта пули, рассчитываемой баллистическим компьютером в реальном времени.

— Нравится? — с игривой ноткой в голосе перебила Афина моё молчаливое любование орудием смерти.

— Да… — Протянул восхищенное. — Я так понял, ты не преувеличивала, когда говорила, что наблюдала за мной? — не скрывая удовольствия, задал я риторический вопрос.

Пулемёт, хоть и моё любимое оружие, но, учитывая, что придётся бегать по горам, я бы предпочёл M8A5 или H&K 822. На мне и так будет немало груза, а перспектива тащить лишние фунты железа не радовала. Но все же, про это я Афине не скажу. Мне не хотелось её расстраивать.

— Отлично! — в её голосе сквозила довольная улыбка. Где-то внутри меня, как под весенним солнцем, медленно распустился бутон радости.

На верстаке, помимо пулемёта, лежал пистолет H&K 42 «Silence», две осколочные гранаты M67 (нестареющая классика), четыре термобарические гранаты M84, комплект боевого диспетчера «Валькирия» и шлем с устройством комбинированного видения, последней модели, «Owl-IIII».

— А ты шаришь в подборе снаряжения… — не сдерживая восхищения, соорудил я комплимент на эмоциях.

— Благодарю за столь высокую оценку моих менеджерских талантов, — по-доброму отшутилась она. — И, конечно, самый главный элемент твоего снаряжения, который поможет тебе выполнить задание, — это я!

— Ты будешь моим навигатором?

— Кем?

— Ну, тем чуваком, который сидит перед мониторами, куда стекается информация со всяких секретных спутников, и говорит мне в ухо, куда побежал плохой парень. Прямо как в старых фильмах про шпи… — я немного увлёкся, а когда понял, что стоило бы прикусить язык, было уже поздно.

— …да. — Она выдержала паузу. — Я буду твоим навигатором.

Повисла тягучая неловкость, в которой я почему-то почувствовал себя ребёнком, ляпнувшим ругательство при родителях.

— Ладно, давай лучше проверим твоё снаряжение, — мягко сменила тему Афина.

— Да, кстати, насчёт снаряжения. Почему роль диспетчера?

Я действительно не понимал, почему именно диспетчер, ведь я никогда не играл за этот класс. Он требовал определённых навыков, которых у меня, естественно, не было. И если Афина изучала меня (а это было определенно так), то она должна знать это.

— Не было выбора, — ответила она. — Тебя что-то смущает?

— Только то, что я никогда за него не играл.

— Значит, будем импровизировать, — спокойно ответила девушка.

Смирившись с раскладом, я нажал на красную кнопку.

Чудесным образом всё снаряжение оказалось на мне. Раньше, в первых итерациях «Фурии», пришлось бы надевать его вручную, да ещё и эшелонировать правильно. Но сейчас есть кнопка «quick-equip» для таких ленивых, как я.

Дёрнул бронежилет за подвесы — сидит как влитой. Пару раз подпрыгнул — ничего не болтается. Шлем плотно обхватывает голову, на глаза опущены баллистические линзы, в ушах — наушники с активным шумоподавлением, глушащие посторонние звуки, но пропускающие нужный шёпот эфира.

Всё супер.

Я поднял тяжёлый восьмифунтовый пулемёт, подсоединил кабель питания и связи для электронных систем — и направился на стрельбище.

Остановился у красной метки, вскинул пулемёт на плечо и заглянул в прицел. В центре проекции — перекрестие целеуказателя, прозрачная линия предполагаемой траектории пули и едва заметные точки, обозначающие рассеивание при стрельбе очередью.

Навёл линию на ростовую мишень в конце огневой зоны и потянул за спусковой крючок. Массивный затвор, разогнанный пружиной, ударился о казённик ствола, воспламенив капсюль в пороховом брикете. Стальная «коса» чуть дёрнулась, и адская трель запела, посылая в сторону мишени град свинца.

Даже дульный компенсатор и балансировочный механизм не могли обуздать норов стального жнеца. Линия прицела сместилась, и пули перестали попадать в цель.

Я ослабил давление пальца, и массивный кусок стали зацепился за шептало. Трель оборвалась. Осталось лишь тихое гудение вентилятора системы охлаждения.

Снова свёл прицел на цель и дал ещё очередь, разрывая виртуальную фигуру на куски. Индикатор счётчика патронов бешено обновлялся, ведя счёт тающего боезапаса. Пулемёт становился легче, а из ствола клубился дым, уносимый вперед системой охлаждения.

— Кончил? — почти шёпотом спросила Афина, и её интонация приятно кольнула ниже живота.

— Д-да… — выдохнул я, цепляясь за момент.

— Отлично! — задорно воскликнула она. — Тогда присоединяйся к группе. Только тебя ждут, Воин.

С лёгкой досадой я нажал на соответствующую кнопку, и, как только таймер отчитал время, оказался лицом к лицу с моей целью.

***

Я стоял в строю, периферическим зрением отмечая бойцов слева и справа. Перед нами высился командир группы — Apache. Его никнейм, светящийся синим, парил над головой, хотя я не сразу обратил на это внимание и опознал его по лицу. Он выглядел точь-в-точь как на фотографии, будто её сделали минуту назад. Его ястребиный взгляд был нацелен прямо на меня, словно он ждал подходящего момента, чтобы кинуться и разорвать мне глотку.

— Заставляешь меня ждать? — голос глухо ударил в уши, громкий, срывающийся, вырывающийся из-под полуоткрытого рта, обрамлённого густой каштановой бородой.

— Нет, сэр! Прошу прощения, сэр! — я ответил, как полагалось, крича во всю глотку, словно пытаясь выплюнуть лёгкие.

— Я скажу так: не хочу тратить время впустую. Поэтому спрошу прямо — у меня будут с тобой проблемы? — голос стал тише, но остался хриплым и с пренебрежительными нотками.

— Никак нет, сэр! — я ответил, не колеблясь ни секунды, громко и чётко.

В голове же вспыхнула мысль, ледяная и острая, как лезвие: «О, ты узнаешь, какие проблемы у тебя будут, когда я всажу тебе нож в глаз…»

Пока шёл брифинг, Афина молчала. Видимо, она отключила микрофон или, возможно, отошла по более важным делам. Тем не менее, это было к лучшему. Её присутствие, хоть и в таком формате, не позволяло мне полностью отдаться игре.

Если вкратце, цель миссии заключалась в следующем: десантироваться в тыл врага, провести разведку, вычислить опорники боевиков, которые не засекла орбитальная разведка, отметить их на карте и найти точку для наблюдения и корректировки огня, когда начнётся штурм ущелья, где скрывался главный «плохой парень».

Задание предполагало в основном наблюдательную операцию, а это значило, что стрельбы будет минимум. Если повезёт.

Да-да, пусть это и игра, но это мать её «ФУРИЯ»! Если не будет перестрелки — это хорошо. Это значит, что, скорее всего, ты не погибнешь. Но проблема была в том, что наша цель располагалась в труднодоступной горной долине, куда на технике не добраться.

Зона высадки, куда нас доставят на «Оспри», находилась в двадцати милях от цели. Ближе нельзя, боевики услышат шум винтов и тогда скрытное проникновение станет ни черта не скрытным.

Оттуда на электрических квадроциклах мы поднимемся до разведанной области, а дальше — пешком.

— Ну и как тебе он? — наконец прервал молчание голос в ухе.

— По-моему, урод, — я предварительно отключил голосовой чат с отрядом и выдал свою оценку личности нашего командира.

— Тогда у тебя не возникнет моральных терзаний, — съехидничал мой навигатор.

***

Конвертоплан скользил в режиме стелс, словно тень, разрезая ночную тьму. Внешние огни погасли, оставив лишь едва слышный гул винтов, теряющийся в электронике активных наушников. Когда пилот объявил «30 секунд до высадки», мы синхронно активировали модули комбинированного видения. Игрок с ником «Jashugan#101» наконец замолчал, прекратив свои неудачные попытки шутить.

В кабине повисла сосредоточенная тишина, предвещающая начало операции.

«Оспри» доставил нас к месту высадки ровно в полночь. Десантный трап медленно опустился, и мы высыпались из чрева стальной птицы в холодный ночной воздух. Рассредоточившись вокруг зоны высадки, мы заняли позиции и залегли на землю, растворяясь в темноте.

Ночь была глухой и непроглядной. Даже свет полной луны не мог пробиться сквозь плотные дождевые облака. Редкая трава колыхалась под порывами лёгкого ветра. Модуль комбинированного видения окрашивал окружающее пространство в серые тона, выделяя малейшие движения всего, что было теплее холодной горной земли.

Пробыв на земле не больше минуты, «Оспри» взмыл в небо, оставив нас одних в ночной пустоте. Звук его двигателей быстро растворился в тишине, уступив место завыванию горного ветра, гуляющего между виртуальных скал. Мы остались одни — и тьма словно стала гуще.

Чувство потерянности и пустоты овладело мной. Мне стало не по себе от осознания того, где я оказался. То самое чувство, которое возникает, когда идёшь по тёмному переулку… То, которое шепчет: тебя здесь не должно быть.

Внезапный голос в наушнике вернул меня к реальности:

— Чем занимаешься?

— Морожу яйца на горном курорте, — попытался пошутить, хотя внутри был рад услышать её голос.