Ты мой рок-н-ролл

– На фондовом рынке сейчас очень перспективная ситуация, я думаю, смогу воспользоваться ей.

Фондовый рынок? Что? Как они к этому пришли? Тут я даже сделать не могу сделать вид, что в теме.

Но я как дура стою рядом и заглядываю в рот своему парню, все пытаясь обнять его.

Раздражение растет во мне, как снежная лавина.

Элис говорит в микрофон, что они готовы начинать.

– Я пойду сяду. Возьмёшь мне выпить? – спрашиваю Марка. Он коротко кивает, а я направляюсь к столику у сцены.

Рия стоит чуть поодаль, в тени. Её обнимает Мэтт и что-то шепчет ей в макушку. Это выглядит так… интимно.

– Так значит парень не воображаемый? – раздается надо мной резкий голос.

Я оборачиваюсь. Тэд стоит рядом, облокотившись бедром на стол, скрестив ноги, и прокручивая стакан с каким-то пойлом. Искорки в его ледяных глазах будто играют со мной.

– В этом сомневался только ты, – отвечаю я с холодной заготовленной улыбкой.

Он усмехается, а потом резко поворачивается ко мне:

– А он знает, где ты провела ночь, пока мы с тобой отрывались в клубе?

Я замираю. Я уже и думать об этом забыла. Но то, как он сейчас упоминает об этом, возвращает мне память. Да ладно, он же не собирается…

Я не успеваю ничего сказать, как в этот момент прямо передо мной появляется Марк и тянет мне какой-то розовый коктейль с зонтиком.

– Держи, дорогая.

Потом он тянет руку Тэду.

– Мы не представлены. Я Марк Сэлтон.

– Тэд Райдер.

Басист весело и уверенно жмет руку моего парня, поглядывая на меня.

– А это Кевин, – он указывает на подошедшего к нам ударника, – мы играем в The Words. А вон там наш солист, подбадривает свою девчонку.

– Ну я скажу честно, мне не особо нравится ваша музыка, – заявляет Марк и садится напротив меня. Что за…? Я хотела быть рядом с ним.

– Это нормально, – смеётся Тэд и падает на стул рядом со мной, – мы тоже не всегда в восторге.

Я слегка оборачиваюсь на него. Звучит как бред. Все публичные выступления The Words настолько очевидно говорят о том, что Тэд – самый явный их фанат.

Они перебрасываются ещё репликами как старые знакомые, и будь я с кем угодно другим, я бы делала точно так же. Но сейчас ситуация только раздражает меня. Хотя я и не могу понять почему.

Хотя ладно, могу.

Бред какой-то.Потому что это мой парень, и парень, который активно подкатывал ко мне, все два раза что мы виделись до этого. Парень, который раздевал меня глазами в том клубе и от взглядов, которого я плавилась как в сырок в микроволновой печи. И вот он сидит тут и ведет совершенно непринужденную беседу с Марком!

Со сцены раздаются первые ноты, и шикаю на них, чтобы они замолчали! Хотя бы ради этого, а не для того, что успокоить мой бешеный разум.

Рядом с ними усаживается Брайен. Господи, как этот бедный столик только вместил нас всех.

Рия поет. Моя малышка просто прекрасна. Выглядит как богиня. Поет как богиня. Как же я счастлива за нее.

И то как смотрит на нее Брайен весь концерт заставляет моё холодное сердце стучать быстрее.

Глава 6: Рокс

– Рокс, что тебе взять? – спрашивает Марк, когда мы уже перебрались в Лампочку, чтобы продолжить тусовку. Вся наша компания расселась за большим круглым столиком. Рию захапал Брайен и чуть ли не прилепил к себе, смотрит на нее жадным взглядом и постоянно касается. Все остальные в этой компании для него будто белый шум.

– Хм, текилу? – улыбаюсь я, обнимая своего парня. Он слегка смеётся и дарит мне мягкий поцелуй в лоб. Только я хочу, чтобы он целовал мои губы.

– Текила на тебя особенно действует, нам это не нужно.

Я сглатываю. С текилой я становлюсь веселой, свободной. И она немного распаляет меня. В определенных количествах. Снова натягиваю сладкую улыбку.

– А что плохого в особенном действии? - я решаюсь поддразнить его, и тянусь к его шее и быстро прохожусь языком по коже, ожидая реакции. В конце концов, он же не каменный!

– Два джин-тоника! – кричит Марк бармену и не реагирует на меня.

Не реагирует.

Мы возвращаемся к столику и Марк, мягко придержав меня за руку, помогает сесть. Вернувшись, он снова погружается в разговор с Кевином и Тэдом. Последнему, вообще, как будто доставляет особенное извращенное удовольствие занимать все внимание моего парня. Он задает ему вопросы о работе. Он спрашивает чем именно он занимается на должности аналитика. И чуть ли не с открытым ртом слушает все трели Марка. Пару раз басист бросает на меня странный взгляд, который я не знаю, как расшифровать. Это бесит. Потому что обычно я знаю как расшифровать взгляды парней. Я начинаю потихоньку вскипать. Поэтому я в очередной раз пытаюсь коснуться Марка, и кладу ему руку на бедро, пытаясь прильнуть к нему всем телом.

– Рокс, не надо!

– Что не надо? – максимально мягким голосом говорю я, – Просто хотела сказать, что рада, что ты сегодня со мной.

Он поворачивается ко мне:

– Ты можешь просто сказать. Необязательно делать это так.

Он прав. Я сегодня просто творю херню. Слишком показательно. Слишком. Слишком. Но я, черт возьми, хочу хотя бы минимального внимания! И мне так надоело, что он мне его не дает.

Я громко выдыхаю, убираю руку с его бедра и выпиваю весь джин-тоник залпом. В этот момент ловлю на себе взгляд Тэда. Задумчивый. И в нем тоже нет никакого желания, которое я там видела раньше. Это заставляет мою самооценку пробить уровень дна.

Малышка Рия, отлипнув от Брайена, отвлекает меня:

– Рокс, что стряслось?

Заметила конечно. Но я быстро уверяю ее, что все отлично. Это ее день. И она должна наслаждаться.

Встаю из-за стола и топаю к бару. К черту всё! Я хотела текилу. Прошу у бармена шот текилы и выпиваю.

Так становится легче делать вид, что всё отлично.

Возвращаюсь к столу, Элис громко расхваливает Рию и Аманду. Я присоединяюсь к общему восторгу, замечаю румянец на щеках подруги, когда ее парень что-то шепчет ей на ухо.

Милашка Аманда вдруг спрашивает меня:

– А ты, Рокс, ты тоже как-то связана с музыкой?

– Нет, нет, никакой музыки, – смеюсь я, – я просто работаю в кофейне. Пока. Через пару месяцев устроюсь в отдел маркетинга. Но это скучно.

– Я работаю тестировщиком приложений, вот это скучно. Поэтому в свободное время я пою.

– Ну у тебя круто выходит! – улыбаюсь я ей.

– Как там Дейзи, Тэди-бой? – раздается голос Кевина, который отвлекает меня от Аманады. И почему-то очень веселит меня.

– Еще раз назовешь меня Тэди-боем, получишь в пятак, – отвечает Тэд.

Ха! А вот это уже веселит меня сильнее. Ему не нравится. Я выуживаю свой самый сладкий голос, когда громко спрашиваю:

– А что не так с Тэди-боем?

Он медленно поворачивается ко мне, и сверкает своими голубыми глазищами. И я торжествую, когда снова я чувствую его взгляд каждой клеточкой своего тела. Остро. Я слегка наклоняю голову и смотрю прямо на него из-под прикрытых ресниц. Я знаю, как на него влияю. Так что делаю это специально. Возможно, где-то в аду для меня припасен котел.

– Кажется, ему не нравится это прозвище, – тихонько смеется Аманда, наклоняясь ко мне, – но похоже, ему нравишься ты.

Она так мягко улыбается, что в ее устах эта фраза не звучит, как что-то неправильное. Как что-то чего я должна стыдиться. Аманда тоже блондинка, как и я. У нее тоже острые черты лица. Но при этом она почему-то выглядит так светло и добро, как будто ангел спустился с небес на землю. Вообще она такая милая, черт возьми. Даже милее Рии. Хотя мне кажется никто не может быть милее малышки Коулман. Я поворачиваюсь к Рие и не могу понять, но что-то с ней не то. Притупленный взгляд в стол. Вздымающаяся грудь. Стоп. Да ладно!

Мы встречаемся глазами, но по тому, как она резко отводит свой взгляд и возвращает его на своего парня, я понимаю, что мне не показалось.

Я усмехаюсь, мысленно радуясь за подругу. Не поймите меня неправильно, но ей давно пора было немного раскрепоститься.

– А вы с Марком давно вместе? – возвращает мое внимание к себе Аманда. Я окидываю взглядом своего парня. Он опять поглощен Тэдом.

– Почти пять месяцев, – говорю я, – а что?

Она улыбается. Снова. Так мягко, что невозможно, и вдруг изрекает:

– Странно, я думала вы очень давно вместе.

– Почему?

Аманда смеется и пытается отмахнуться.

– Я не знаю, на самом деле, забей. Это просто ощущение. Иногда я просто говорю, что думаю.

– Ну тогда давай я тоже скажу что думаю, – смеюсь я, и подрываюсь с кресла, и тяну за собой Аманду, –Думаю: ты должна со мной выпить текилу.

– Ой нет, я никогда не пила ничего крепче коктейлей!

– Самое время попробовать!

– Да ну, ты что? – смеется она.

– Поверь мне, текила просто веселая и озорная, и тебе не будет на утро плохо, как от какого-нибудь виски. Бармен, две текилы! – кричу я в сторону бармена.

– Это безумие, – смеется Аманда,

– Ну и что? – вторю я ей.

Она милая и приятная. С ней я могу повеселиться. И с ней я не ощущаю себя лишней на этом празднике жизни.

Мы выпиваем по шоту. Аманда морщится. Но просит еще.

На третьей рюмке мы уже хохочем как ненормальные и танцуем под ручку.

Я ловлю на себе два взгляда, когда мы возвращаемся к столику. Марк смотрит смиренно. Как будто уже решил, что я пропащая душа. Тэд – изучающе и оценивающе, и с восхищением, что ли. Текила давно приободрила меня. Но этот взгляд тоже действует на меня.

Мы вовсю смеемся с Амандой, обсуждая какие-то нелепые шутки из интернета, когда ко мне придвигается Марк и спрашивает:

– Милая, у тебя все хорошо?

Я растекаюсь в улыбке. Эта забота в его голосе всегда заставляет меня умиляться.

– Да. Я отлично провожу время. А ты?

– Я тоже, – спокойно отвечает он мне. И тогда я снова это делаю. Тянусь к нему с поцелуем. И хвала господу, он отвечает.

Да! Просто соприкосновение губ, но он не отталкивает меня и не отстраняется, а как будто даже наслаждается. Во всяком случае я точно наслаждаюсь.

И первая отстраняюсь, и говорю:

– Ну я точно знаю, как можно провести время еще лучше.

Я встаю и тяну Марка за рукав.

– Пойдем со мной.

– Куда?

– Поможешь мне.

Он осматривает меня и встает. Я тяну его к туалетным комнатам. Сегодня здесь помимо нас только одна маленькая компания, так что даже в зоне раковин пусто. Я завожу его за стенку, и накидываюсь с поцелуем. Жадно запускаю пальцы в его волосы, проникаю языком в рот, прижимаюсь всем телом.

– Вот такая помощь мне нужна.

Марк обнимает меня за талию. Ну наконец-то! Текила уже кричит во мне. Нерастраченное возбуждение бежит по всем клеточкам тела. Я постанываю, руками оглаживаю грудные мышцы, спускаясь руками все ниже.

Тогда он отстраняется.

– Рокс!

– А? – я целую его шею.

– Хватит, милая… достаточно.

– Что? – заплетающимся языком выдаю я.

Он берет меня за плечи и отталкивает от себя. Мягко. Но это действует отрезвляюще.

– Да что с тобой такое? – холодно говорю я.

– Что со мной такое? – он начинает спокойно, но постепенно его голос повышается. – Это ты накидываешься на меня ни с того ни сего. Мы в баре. Рокс, что ты планировала делать дальше? Трахнуться прям здесь?

– Нам до трахнуться ещё как до луны, – огрызаюсь я. – Мы просто целовались.

– Да что на тебя нашло! Мы на людях, Рокс. Это общественное место. Я не собираюсь компрометировать ни тебя, ни себя.

Компрометировать? Боже, мы что в девятнадцатом веке?

– Да пожалуйста, – выплевываю я и отхожу к раковине, пытаясь остыть.

Чтоб его! Черт! Я его просто поцеловала. Твою мать.

– Давай ты остынешь, и мы поговорим об этом дома, – говорит Марк и возвращается в зал. Я остаюсь одна.

Да что с ним, мать вашу? И что со мной? Почему меня так трусит от того, что он опять отверг меня? Ну подумаешь, не захотел целоваться со мной в баре. Ничего. Это понятно. Он не любит публичность. Он говорил, что не понимает того, что люди занимаются сексом в сомнительных местах. Туалет бара точно сомнительное место. Хотя не то чтобы я хотела прям заняться сексом, нет. Я просто хотела немного… отвлечься.

Черт! Меня просто трясет от злости. Почему он так упорно меня игнорирует?

Стою и оглядываю себя в зеркале, когда в отражении вижу фигуру… Тэда. Он медленно шагает за дверь. И так же медленно опять осматривает меня. Я резко разворачиваюсь к нему.

– Что? – резко выпаливаю ему. Пусть злорадствует.

– Ничего, – просто отвечает он, чем ещё больше бесит меня. Пусть уж лучше злорадствует.

Он долго смотрит на меня, прежде чем улыбнуться и со смешком бросить мне:

– Парень у тебя может и нормальный чувак. Но тебе надо его срочно бросать. Он непроходимый тупица.

– Вот значит как? – я делаю несколько резких шагов к нему, уперев руки в бока.

Почему-то мне хочется накинуться на него с кулаками и поколотить. Что он вообще знает?

– Да, он тебе абсолютно не подходит.

– А ты, значит, знаешь, кто мне подходит?

Он отталкивается от дверного проема, в котором он стоял, и потирает предплечье с татуировкой в виде солнца на нем. Я ничего не могу с собой поделать, когда начинаю рассматривать, как двигаются мышцы его рук.

– Думаю, могу предположить.

Я молча смотрю на него, ожидая, что он скажет дальше. Сейчас он не напускает на себя вид типичного ловеласа, который он так любит. Он говорит просто и даже немного глухо.

– Тебе нужен кто-то, кто будет тобой восхищаться. Кто будет тебя зажигать, а не подавлять, – он замолкает немного, прежде чем добавить то, что должно было добить меня, – Кто будет тебя хотеть. Постоянно.

Я хмурюсь и едко отвечаю:

– И ты значит думаешь, что это можешь быть ты?

Его взгляд снова пробегается по мне с электрической жаждой. Взгляд который вызывает в моей голове миллион порочных фантазий. Но он говорит:

– Нет, на самом деле, это не я.

При этом глаза его говорят, что он бы был не прочь скомпрометировать меня и все остальное. Я бы отдала много чтобы увидеть такой взгляд у Марка.

– Нет? – мои брови летят вверх, я делаю ещё шаг к нему, – хочешь сказать, что ты не хочешь меня?

– Конечно хочу. Господи, женщина, ты горячая как секс во плоти.

Мои глаза раскрываются. И тело реагирует. Потому что не может не реагировать, черт возьми.

– Я бы с удовольствием кинул тебя в свою постель и довел до парочки-тройки охренительных оргазмов, но это все что я могу. Так что нет. Я не тот, кто тебе нужен.

Он сглатывает, а я отступаю.

– Хорошо, что ты сам это понимаешь, – тихо отвечаю я. И проскальзываю мимо него. Хотя все клеточки моего тела стремятся к его телу. Безрассудное тело. У нас есть парень! Да мы повздорили. Но он у нас есть.

Глава 7: Тэд

Placebo – where is my mind

Ну что, у нее серьезно есть парень. Не воображаемый. Настоящий. Сука. Невероятно.

Еще более невероятно, что весь вечер я только и думал, что о ней и ее дурацком парне.

Ладно, я понимал, что он есть. Но увидеть его воочию и убедиться, что он настоящий – это было чересчур. Как будто шарахнули о бас-бочку. Не то чтобы я на что-то рассчитывал.

Просто обидно, что она растрачивает себя на такого придурка. Придурка, который не ценит, какой подарок ему достался. Женщина, которая выглядит как чертово божество. Женщина, которую он весь вечер целенаправленно игнорировал.

Я знаю, что весь вечер вел себя как мудак. Я не должен был болтать с её парнем, отвлекая его от неё. Но я хотел убедиться. Убедиться, что он действительно такой слепой идиот, каким кажется.

И когда он весь вечер игнорировал её... Я злился. Я точно не должен был говорить ей “брось его”, но черт возьми, мне было больно смотреть на все ее потуги привлечь своего парня. Она заслуживает лучшего.

В этих мрачных мыслях о Рокс и ее идиотском парне я провел все время в Лондоне. Когда мы вылетели, я написал Дейзи. Просто чтобы отвлечься от навязчивых мыслей.

Я написал Дейзи романтичное сообщение, позвонил, выкрутил все свое обаяние на максимум. Не потому, что действительно хотел её. Потому что хотел забыться. Забыть блондинку с огромными карими глазами, которая принадлежит другому. Дейзи – привычка. Больная, токсичная, но привычная.

Когда мы приземлились в Лондоне, меня ждало унылое сообщение:

Дейзи: позвони мне вечером.

Ладно, это было лучше, чем ничего. Я был готов позвонить ей после интервью в МузЛайф. В какой-то степени я все еще любил Дейзи. В той же – ненавидел. Потому что она выкидывала такие вещи, которые я не мог понять.

Но после злосчастного интервью у Арамано Коя все полетело к чертям.

– Что будем делать? – спрашиваю я Мэтта, когда он возвращается к нам, уложив малышку Коулман спать. Она была истощена.

Не понимаю, каким прогнившим козлом надо было быть, чтобы устроить это все. И я бы лично отметелил Роберта, если б мы не были в офисе гребанного Коя. Мы и так устроили сцену. Какой-то чертов цирк: наш личный менеджер, с которым мы работали три года творил херню у нас за спиной, а теперь поставил девчонку Мэтта под прицел журналюг. Их личные фото слили в сеть, и теперь фанатки пишут ей угрозы.

– Я не знаю, – устало говорит Мэтт. Он вытянул весь оставшийся день. Заставил Коя подписать бумагу о неразглашении о том, что произошло у него в офисе. Заставил нас доснимать интервью. И вот теперь он выглядит как выжатый лимон.

Я пинаю ногой отельный пуфик.

– Прикиньте сколько дерьма он надел, пока мы не видели, наверняка история с МузЛайф – вершина айсберга.

– Я один не понимаю, почему? – спрашивает Кев.

– Что со статьей? Получится удалить? – спрашиваю я.

– Я не знаю, – отвечает Мэтт.

– Как Рия? – тихо интересуется Кевин.

– Сам как думаешь?

Мэтт скалится, швыряя бутылку воды, которую он держал в руках, в противоположный угол.

– Она в шоке, она никогда не сталкивалась с таким вниманием. – уже тише говорит он.

Это не внимание, это хейт. Я видел часть этих комментариев. Оказывается, наши фанатки могут быть очень злыми.

– И я сам не знаю, что еще делал Роберт, я был так же слеп, как и вы, – Мэтт склоняет голову вниз и трет виски.

Штора в этом номере слегка приоткрыта, и мы сидим уже в сумеречном свете: три идиота, которые так легко обманулись. Мы верили всему дерьму, что Роберт нам скармливал.

– Завтра я поговорю с юристом, – продолжает Мэтт, – может, найдется способ как-то привлечь его к ответственности.

– А может мы просто переломаем ему ноги? – говорю я, закуривая сигарету. Я редко курил. Еще более редко я позволял себе быть свиньей, которая курит прямо в номере отеля. Но сегодня тот самый день. Узнать, что человек, которому ты доверял одно из самых ценных твоих детищ, – нашу музыку, предал тебя.

Да, после этого я готов быть свиньей.

Телефон озаряется сообщением:

Дейзи: я встречусь с тобой в Crystal

Я не отвечаю.

– А, может, мы не будем предлагать тупые идеи? – опять срывается Мэтт.

Телефон звонит.

Я раздраженно беру трубку.

– Почему ты не отвечаешь мне? – звучит ее доведенный до совершенства обиженный голос.

– Прошла минута, я был занят.

– Аааа…

Ну конечно. Сейчас она снова сделает это.

– Так тебя ждать? – обиженно тянет она, будто ждет меня словно Хатико своего хозяина. Не верю ни единому слову. Но все равно, как идиот, ищу ее внимания.

– Да, я буду через час, – быстро говорю я и вешаю трубку. Глупо давать ей шанс разглагольствовать. Беседы – это не ее конек.

Два осуждающих взгляда впиваются в меня.

Кевин бросает смешок:

– Ну хоть что-то вечно: Тэд и его вечное желание угодить стерве.

Мэтт сдавленно смеется.

– Ой, идите нахрен! – огрызаюсь я. И так мы и сидим еще некоторое время, просто смотря в пол и думая о своем.

***

Спустя час я захожу в Crystal – ночной клуб, который облюбовала Дейзи. Она хохочет рядом с барменом, потягивая мартини.

Я быстро подхожу к ней и протягиваю руки к её талии, она вздрагивает.

Поворачивает на меня свое милое личико. Дейзи – блондинка с коротким каре, открывающим шею и делающим её похожим на француженку.

Ее губки обиженно надуваются.

– Ты опоздал, я уже собиралась уходить…

– И вот я здесь, – просто говорю я, разворачиваю её к себе, хочу поцеловать.

Мы оба знаем, что нам нужно от этой встречи. К чему тянуть?

– Подожди-ка, я тут вообще то разговариваю с Патриком.

– Если он не Патрик Суэйзи, то подождет, – веду рукой по её пояснице, – Я скучал.

Я действительно скучал. Несмотря на очевидные минусы этой женщины, у нее есть то, ради чего я закрывал глаза на все. Она трахается каждый раз так, будто завтра конец света. Поэтому даже когда мы расстались, это то, что все равно заставляет меня каждый раз встречаться с ней.

И сейчас мне нужно именно это.

После этого дерьмового дня, мне нужна именно эта разрядка.

Я наклоняюсь к ней, завожу прядь волос за ухо, провожу рукой по ее открытому бедру, и шепчу на ухо:

– Пойдем, проведем этот вечер с пользой.

Дейзи поворачивается ко мне, склоняет голову и смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц, облизывает губы, и после говорит:

– Что, мы опять займемся сексом, а после ты уедешь?

Я поднимаю брови. Это провокация. Я уже достаточно изучил ее.

– Мы займемся сексом, а после снова займемся сексом. Ночь длинная.

Она смеется. Наигранно и показательно, обнажая свои белые зубы.

– Звучит как хороший план.

– Отличный план, – воодушевленно киваю я, поглаживая ее бедро, – пошли.

– Я только начала пить свой мартини, давай побудем еще, а потом я дам тебе снова опорочить мое тело.

Опорочить? Боже, женщина, я знаком с тобой слишком давно. И знаю, что до тебя я сам не был таким порочным. Когда мы были вместе я один не замечал этой театральности и неискренности. Но когда с нее слетает одежда она становится на удивление правдоподобной. И я думаю об этом. Об ощущении ее теплой кожи. О ее стонах. О растекшейся туши вокруг ее глаз, когда она пытается взять глубже в рот.

Я киваю, прошу у бармена виски. Он что-то говорит ей, она хихикает и отбрасывает волосы назад. Флиртует с ним. Даже сейчас. Даже когда только что сказала, чем мы займемся после этого коктейля. Самое паршивое, что я не могу быть уверен, что она не спала с этим самым барменом полчаса назад где-нибудь в подсобке.

И вот он я, все равно стою рядом с ней, и пытаюсь взять то, что она готова дать. Дейзи ведет псевдоинтеллектуальную беседу о позднем творчестве Энди Уорхолла. Я не особо слежу за этим разговором.

Но она вдруг хмурится, я смотрю на нее, и понимаю, что на задворках разума возникает другая блондинка. И хмурятся они похоже. На самом деле, как и Дейзи, Рокс очень умело пользуется всеми данными ей от природы женскими штучками. Томные взгляды, движения. Видимо, мне просто нравятся такие женщины.

Я видел как Рокс включала все эти женские штучки. Она делала это специально, чтобы позлить меня. И она делала это рядом со своим парнем.

Очередная волна нелепой ревности накрывает меня, и я залпом выпиваю свой стакан. Потом тянусь к мартини Дейзи, и допиваю и его.

– Пойдем, – жестко говорю я, и тяну ее за руку к выходу.

– А ты нетерпелив, – она ведет пальцами по моему прессу.

Да, черт возьми!

Мы выходим на улицу, и я целую ее. Жестко, грубо. Так же, как планирую ее трахнуть.

Она снова хихикает. И отстраняется.

– Подожди, а то мы не доедем до отеля.

– Можем не доезжать и начать прям здесь, – я киваю за заднюю улицу за клубом, – хочешь экстрима?

– Нет, Тэд. Я не хочу экстрима. Я хочу по-нормальному. – она хлопает своими длинными ресницами.

– Хорошо. Поедем в отель, – я сжимаю ее задницу и сажаю в такси.

Мне так остро нужно отвлечься, что я хочу начать ласкать ее прям за заднем сидении авто. Это не то, что мы бы не делали раньше. Дейзи всегда была довольно открыта к экспериментам. Но сейчас она отстраняется.

Когда мы наконец доезжаем до отеля, я уже просто в нетерпении. Думаю, я даже не буду раздевать ее. Мы заходим в лифт, и я разворачиваю ее спиной к себе. Прижимаю к своей груди и хлопаю по бедру.

– Что же мы даже не поговорим? – говорит она мягким голосом.

Что??

– Поговорим, позже. – сжимаю ее грудь. Она стонет. А потом разворачивается ко мне.

– Ты знаешь, Тэд, я думаю, это ошибка, – говорит она. Дверь лифта со звоном открывается.

– То, что ты до сих пор одета или то, что мы так и не трахнулись за клубом?

Она улыбается:

– Нет. Это. Сейчас. Я думаю, нам не стоит этого делать.

Что, блять?

– И как это ты пришла к такому выводу? – жестко спрашиваю я.

– Тебе не нужно от меня ничего кроме секса, – обиженно тянет она.