Ты мой рок-н-ролл

Но я как дура стою рядом и заглядываю в рот своему парню, все пытаясь обнять его.

Раздражение растет во мне как снежная лавина.

Элис говорит в микрофон, что они готовы начинать.

– Я пойду сяду. Возьмёшь мне выпить? – спрашиваю Марка. Он коротко кивает, а я направляюсь к столику у сцены.

Рия стоит чуть поодаль, в тени. Её обнимает Мэтт и что-то шепчет ей в макушку. Это выглядит так… интимно.

– Так значит парень не воображаемый? – раздается надо мной резкий голос.

Я оборачиваюсь. Тэд стоит рядом, облокотившись бедром на стол, скрестив ноги, и прокручивая стакан с каким-то пойлом. Искорки в его ледяных глазах будто играют со мной.

– В этом сомневался только ты, – отвечаю я с холодной заготовленной улыбкой.

Он усмехается, а потом резко поворачивается ко мне:

– А он знает, где ты провела ночь, когда мы тусили в клубе?

Чтоооо?

Я не успеваю ничего сказать, и даже ни о чем подумать, как в этот момент, прямо передо мной появляется Марк, и тянет мне какой-то розовый коктейль с зонтиком.

– Держи, дорогая.

Потом он тянет руку Тэду.

– Мы не представлены. Я Марк Сэлтон.

– Тэд Райдер.

Басист весело и уверенно жмет руку моего парня, поглядывая на меня.

– А это Кевин, – он указывает на подошедшего к нам ударника, – мы играем в The Words. А вон там наш солист, подбадривает свою девчонку.

– Ну я скажу честно, мне не особо нравится ваша музыка, – заявляет Марк и садится напротив меня. Что за? Я хотела быть рядом с ним.

– Это нормально, – смеётся Тэд и падает на стул рядом со мной, – мы тоже не всегда в восторге.

Я слегка оборачиваюсь на него. Звучит как бред.

Бред какой-то.Они перебрасываются ещё репликами как старые знакомые, и будь я с кем угодно другим, я бы делала точно так же. А так эта ситуация только раздражает меня. Хотя я и не могу понять почему. Хотя ладно, могу. Потому что это мой парень, и парень, который активно подкатывал ко мне, все два раза что мы виделись до этого. Парень, который раздевал меня глазами в том клубе и от взглядов, которого я плавилась как в сырок в микроволновой печи. И вот он сидит тут и ведет совершенно непринужденную беседу с Марком!

Со сцены раздаются первые ноты, и шикаю на них, чтобы они замолчали! Хотя бы ради этого, а не для того, что успокоить мой бешеный разум.

Рядом с ними усаживается Брайен. Господи, как этот бедный столик только вместил нас всех.

Рия поет. Моя малышка просто прекрасна. Выглядит как богиня. Поет как богиня. Как же я счастлива за нее.

И то как смотрит на нее Брайен весь концерт заставляет моё холодное сердце стучать быстрее.

Глава 6

РОКСАНА

– Рокс, что тебе взять? – спрашивает Марк, когда мы уже перебрались в Лампочку, чтобы продолжить тусовку. Вся наша компания расселась за большим круглым столиком. Рию захапал Брайен и чуть ли не прилепил к себе, смотрит на нее жадным взглядом и постоянно касается. Все остальные в этой компании для него будто белый шум.

– Хм, текилу? – улыбаюсь я, обнимая своего парня. Он слегка смеётся и дарит мне мягкий поцелуй в лоб. Только я хочу, чтобы он целовал мои губы.

– Текила на тебя особенно действует, нам это не нужно.

Я сглатываю. С текилой я становлюсь веселой, свободной. И она немного распаляет меня. В определенных количествах. Снова натягиваю сладкую улыбку.

– А что плохого в особенном действии? - я решаюсь поддразнить его, и тянусь к его шее и быстро прохожусь языком по коже, ожидая реакции. В конце концов, он же не каменный!

– Два джин-тоника! – кричит Марк бармену и не реагирует на меня.

Не реагирует.

Мы возвращаемся к столику и Марк, мягко придержав меня за руку, помогает сесть. Вернувшись, он снова погружается в разговор с Кевином и Тэдом. Последнему, вообще, как будто доставляет особенное извращенное удовольствие занимать все внимание моего парня. Он задает ему вопросы о работе. Он спрашивает чем именно он занимается на должности аналитика. И чуть ли не с открытым ртом слушает все трели Марка. Пару раз басист бросает на меня странный взгляд, который я не знаю, как расшифровать. Это бесит. Потому что обычно я знаю как расшифровать взгляды парней. Я начинаю потихоньку вскипать. Поэтому я в очередной раз пытаюсь коснуться Марка, и кладу ему руку на бедро, пытаясь прильнуть к нему всем телом.

– Рокс, не надо!

– Что не надо? – максимально мягким голосом говорю я, – Просто хотела сказать, что рада, что ты сегодня со мной.

Он поворачивается ко мне:

– Ты можешь просто сказать. Необязательно делать это так.

Он прав. Я сегодня просто творю херню. Слишком показательно. Слишком. Слишком. Но я, черт возьми, хочу хотя бы минимального внимания! И мне так надоело, что он мне его не дает.

Я громко выдыхаю, убираю руку с его бедра и выпиваю весь джин-тоник залпом. В этот момент ловлю на себе взгляд Тэда. Задумчивый. И в нем тоже нет никакого желания, которое я там видела раньше. Это заставляет мою самооценку пробить уровень дна.

Малышка Рия, отлипнув от Брайена, отвлекает меня:

– Рокс, что стряслось?

Заметила конечно. Но я быстро уверяю ее, что все отлично. Это ее день. И она должна наслаждаться.

Встаю из-за стола и топаю к бару. К черту всё! Я хотела текилу. Прошу у бармена шот текилы и выпиваю.

Так становится легче делать вид, что всё отлично.

Возвращаюсь к столу, Элис громко расхваливает Рию и Аманду. Я присоединяюсь к общему восторгу, замечаю румянец на щеках подруги, когда ее парень что-то шепчет ей на ухо.

Милашка Аманда вдруг спрашивает меня:

– А ты, Рокс, ты тоже как-то связана с музыкой?

– Нет, нет, никакой музыки, – смеюсь я, – я просто работаю в кофейне. Пока. Через пару месяцев устроюсь в отдел маркетинга. Но это скучно.

– Я работаю тестировщиком приложений, вот это скучно. Поэтому в свободное время я пою.

– Ну у тебя круто выходит! – улыбаюсь я ей.

– Как там Дейзи, Тэди-бой? – раздается голос Кевина, который отвлекает меня от Аманады. И почему-то очень веселит меня.

– Еще раз назовешь меня Тэди-боем, получишь в пятак, – отвечает Тэд.

Ха! А вот это уже веселит меня сильнее. Ему не нравится. Я выуживаю свой самый сладкий голос, когда громко спрашиваю:

– А что не так с Тэди-боем?

Он медленно поворачивается ко мне, и сверкает своими голубыми глазищами. И я торжествую, когда снова я чувствую его взгляд каждой клеточкой своего тела. Остро. Я слегка наклоняю голову и смотрю прямо на него из-под прикрытых ресниц. Я знаю, как на него влияю. Так что делаю это специально. Возможно, где-то в аду для меня припасен котел.

– Кажется, ему не нравится это прозвище, – тихонько смеется Аманда, наклоняясь ко мне, – но похоже, ему нравишься ты.

Она так мягко улыбается, что в ее устах эта фраза не звучит, как что-то неправильное. Как что-то чего я должна стыдиться. Аманда тоже блондинка, как и я. У нее тоже острые черты лица. Но при этом она почему-то выглядит так светло и добро, как будто ангел спустился с небес на землю. Вообще она такая милая, черт возьми. Даже милее Рии. Хотя мне кажется никто не может быть милее малышки Коулман. Я поворачиваюсь к Рие и не могу понять, но что-то с ней не то. Притупленный взгляд в стол. Вздымающаяся грудь. Стоп. Да ладно!

Мы встречаемся глазами, но по тому, как она резко отводит свой взгляд и возвращает его на своего парня, я понимаю, что мне не показалось.

Я усмехаюсь, мысленно радуясь за подругу. Не поймите меня неправильно, но ей давно пора было немного раскрепоститься.

– А вы с Марком давно вместе? – возвращает мое внимание к себе Аманда. Я окидываю взглядом своего парня. Он опять поглощен Тэдом.

– Почти пять месяцев, – говорю я, – а что?

Она улыбается. Снова. Так мягко, что невозможно, и вдруг изрекает:

– Странно, я думала вы очень давно вместе.

– Почему?

Аманда смеется и пытается отмахнуться.

– Я не знаю, на самом деле, забей. Это просто ощущение. Иногда я просто говорю, что думаю.

– Ну тогда давай я тоже скажу что думаю, – смеюсь я, и подрываюсь с кресла, и тяну за собой Аманду, –Думаю: ты должна со мной выпить текилу.

– Ой нет, я никогда не пила ничего крепче коктейлей!

– Самое время попробовать!

– Да ну, ты что? – смеется она.

– Поверь мне, текила просто веселая и озорная, и тебе не будет на утро плохо, как от какого-нибудь виски. Бармен, две текилы! – кричу я в сторону бармена.

– Это безумие, – смеется Аманда,

– Ну и что? – вторю я ей.

Она милая и приятная. С ней я могу повеселиться. И с ней я не ощущаю себя лишней на этом празднике жизни.

Мы выпиваем по шоту. Аманда морщится. Но просит еще.

На третьей рюмке мы уже хохочем как ненормальные и танцуем под ручку.

Я ловлю на себе два взгляда, когда мы возвращаемся к столику. Марк смотрит смиренно. Как будто уже решил, что я пропащая душа. Тэд – изучающе и оценивающе, и с восхищением, что ли. Текила давно приободрила меня. Но этот взгляд тоже действует на меня.

Мы вовсю смеемся с Амандой, обсуждая какие-то нелепые шутки из интернета, когда ко мне придвигается Марк и спрашивает:

– Милая, у тебя все хорошо?

Я растекаюсь в улыбке. Эта забота в его голосе всегда заставляет меня умиляться.

– Да. Я отлично провожу время. А ты?

– Я тоже, – спокойно отвечает он мне. И тогда я снова это делаю. Тянусь к нему с поцелуем. И хвала господу, он отвечает. Да! Просто соприкосновение губ, но он не отталкивает меня и не отстраняется, а как будто даже наслаждается. Во всяком случае я точно наслаждаюсь.

И первая отстраняюсь, и говорю:

– Ну я точно знаю, как можно провести время еще лучше.

Я встаю и тяну Марка за рукав.

– Пойдем со мной.

– Куда?

– Поможешь мне.

Он осматривает меня и встает. Я тяну его к туалетным комнатам. Сегодня здесь помимо нас только одна маленькая компания, так что даже в зоне раковин пусто. Я завожу его за стенку, и накидываюсь с поцелуем. Жадно запускаю пальцы в его волосы, проникаю языком в рот, прижимаюсь всем телом.

– Вот такая помощь мне нужна.

Марк обнимает меня за талию. Ну наконец-то! Текила уже кричит во мне. Нерастраченное возбуждение бежит по всем клеточкам тела. Я постанываю, руками оглаживаю грудные мышцы, спускаясь руками все ниже.

Тогда он отстраняется.

– Рокс!

– А? – я целую его шею.

– Хватит, милая… достаточно.

– Что? – заплетающимся языком выдаю я.

Он берет меня за плечи, и отталкивает от себя. Мягко. Но это действует отрезвляюще.

– Да что с тобой такое? – холодно говорю я.

– Что со мной такое? – он начинает спокойно, но постепенно его голос повышается. – Это ты накидываешься на меня ни с того ни сего. Мы в баре. Рокс. Что ты планировала делать дальше? Трахнуться прям здесь?

– Нам до трахнуться ещё как до луны, – огрызаюсь я. – Мы просто целовались.

– Да что на тебя нашло! Мы на людях, Рокс. Это общественное место. Я не собираюсь компрометировать ни тебя, ни себя.

Компрометировать? Боже, мы что в девятнадцатом веке?

– Да пожалуйста, – выплевываю я, и отхожу к раковине, пытаясь остыть.

Что б его! Боже! Я его просто поцеловала. Твою мать.

– Давай ты остынешь, и мы поговорим об этом дома, – говорит Марк и возвращается в зал. Я остаюсь одна.

Да что с ним, мать машу? И что со мной? Почему меня так трусит от того, что он опять отверг меня? Ну подумаешь, не захотел целоваться со мной в баре. Ничего. Это понятно. Он не любит публичность. Он говорил, что не понимает того, что люди занимаются сексом в сомнительных местах. Туалет бара точно сомнительное место. Хотя не то чтобы я хотела прям заняться сексом, нет. Я просто хотела немного…отвлечься.

Черт! Меня просто трясет от злости. Почему он так упорно меня игнорирует.

Стою и оглядываю себя в зеркале, когда в отражении вижу фигуру… Тэда. Он медленно шагает за дверь. И так же медленно опять осматривает меня. Я резко разворачиваюсь к нему.

– Что??? – резко выпаливаю ему. Пусть злорадствует.

– Ничего, – просто отвечает он, чем ещё больше бесит меня. Пусть уж лучше злорадствует.

Он долго смотрит на меня, прежде чем улыбнуться и со смешком бросить мне:

– Парень у тебя может и нормальный чувак. Но тебе надо его срочно бросать. Он непроходимый тупица.

– Вот значит как? – я делаю несколько резких шагов к нему, уперев руки в бока.

Почему-то мне хочется накинуться на него с кулаками и поколотить. Что он вообще знает?

– Да, он тебе абсолютно не подходит.

– А ты, значит, знаешь, кто мне подходит?

Он отталкивается от дверного проема, в котором он стоял, и потирает предплечье с татуировкой в виде солнца на нем. Я ничего не могу с собой поделать, когда начинаю рассматривать, как двигаются мышцы его рук.

– Думаю, могу предположить.

Я молча смотрю на него, ожидая, что он скажет дальше. Сейчас он не напускает на себя вид типичного ловеласа, который он так любит. Он говорит просто и даже немного глухо.

– Тебе нужен кто-то, кто будет тобой восхищаться. Кто будет тебя зажигать, а не подавлять, – он замолкает немного, прежде чем добавить то, что должно было добить меня, – Кто будет тебя хотеть. Постоянно.

Я хмурюсь и едко отвечаю:

– И ты значит думаешь, что это можешь быть ты?

Его взгляд снова пробегается по мне с электрической жаждой. Взгляд который вызывает в моей голове миллион порочных фантазий. Но он говорит:

– Нет, на самом деле, это не я.

При этом глаза его говорят, что он бы был не прочь скомпрометировать меня и все остальное. Я бы отдала много чтобы увидеть такой взгляд у Марка.

– Нет? – мои брови летят вверх, с тем что я делаю ещё шаг к нему, – хочешь сказать, что ты не хочешь меня?

– Конечно хочу. Господи, женщина, ты горячая как секс воплоти.

Мои глаза раскрываются. И тело реагирует. Потому что не может не реагировать, черт возьми.

– Я бы с удовольствием кинул тебя в свою постель и довел до парочки-тройки охренительных оргазмов, но это все что я могу. Так что нет. Я не тот, кто тебе нужен.

Он сглатывает, а я отступаю.

– Хорошо, что ты сам это понимаешь, – тихо отвечаю я. И проскальзываю мимо него. Хотя все клеточки моего тела стремятся к его телу. Безрассудное тело. У нас есть парень! Да мы повздорили. Но он у нас есть.

Глава 7

Тэд

Ну что, у нее серьезно есть парень. Не воображаемый. Настоящий. Сука. Невероятно.

Еще более невероятно, что весь вечер я только и думал, что о ней и ее дурацком парне.

Ладно, я понимал, что он есть. Но увидеть его воочию и убедиться, что он настоящий – это было чересчур. Как будто шарахнули о бас-бочку. Не то чтобы я на что-то рассчитывал.

Просто обидно, что она растрачивает себя на такого придурка. Придурка, который не ценит, какой подарок ему достался. Женщина, которая выглядит как чертово божество. Женщина, которую он весь вечер целенаправленно игнорировал. Мне больно было смотреть на все ее потуги привлечь своего парня. Хотелось кричать “идиот, если тебе это не нужно, отдай другим”. Еще больнее мне было говорить ей правду.

Вообще капитально бесило, что из-за этой девчонки я испытывал такое раздражающее количество эмоций.

В этих мрачных мыслях о своих эмоциях я провел все время в Лондоне. Когда мы вылетели, я написал Дейзи. Просто чтобы отвлечься от навязчивых мыслей о Рокс. Сейчас мне нужна была Дейзи.

Я написал ей романтичное сообщение, позвонил, выкрутил все свое обаяние на максимум.

Когда мы приземлились в Лондоне, меня ждало унылое сообщение:

Дейзи: позвони мне вечером.

Ладно, это было лучше чем ничего. Я был готов позвонить ей вечером после интервью в МузЛайф, я хотел забыться в ней. В какой-то степени я любил Дейзи. В той же – ненавидел. Потому что она выкидывала такие вещи, которые я не мог понять.

Но после злосчастного интервью у Коя все полетело к чертям.

– Что будем делать? – спрашиваю я Мэтта, когда он возвращается к нам, уложив малышку Коулман спать. Она была истощена.

Не понимаю, каким прогнившим козлом надо было быть, чтобы устроить это все. И я бы лично отметил Роберта, если б мы не были в офисе гребанного Коя. Мы и так устроили сцену. Какой-то чертов цирк: наш личный менеджер, с которым мы работали три года творил херню у нас за спиной, а теперь поставил девчонку Мэтта под прицел журналюг.

– Я не знаю, – устало говорит Мэтт. Он вытянул весь оставшийся день. Заставил Коя подписать бумагу о неразглашении. Заставил нас доснимать интервью. И вот теперь он выглядит как выжатый лимон.

Я пинаю ногой отельный пуфик.

– Прикиньте сколько дерьма он надел, пока мы не видели, наверняка история с МузЛайф – вершина айсберга.

– Я один не понимаю, почему? – спрашивает Кев.

– Что со статьей? Получится удалить? – спрашиваю я.

– Я не знаю, – отвечает Мэтт.

– Как Рия? – тихо интересуется Кевин.

– Сам как думаешь?

Мэтт скалится, швыряя бутылку воды, которую он держал в руках, в противоположный угол.

– Она в шоке, она никогда не сталкивалась с таким вниманием. – уже тише говорит он.

Это не внимание, это хейт. Я видел часть этих комментариев. Оказывается наши фанатки могут быть очень злыми в своих словах.

– И я сам не знаю, что еще делал Роберт, я был так же слеп, как и вы, – Мэтт склоняет голову вниз и трет виски.

Штора в этом номере слегка приоткрыта, и мы сидим уже в сумеречном свете: три идиота, которые так легко обманулись. Мы верили всему дерьму, что он нам скармливал.

– Завтра я поговорю с юристом, – продолжает Мэтт, – может найдется способ как-то привлечь его к ответственности.

– А может мы просто переломаем ему ноги? – говорю я, закуривая сигарету. Я редко курил. Еще более редко я позволял себе быть свиньей, которая курит прямо в номере отеля. Но сегодня тот самый день. Узнать, что человек, которому ты доверял одно из самых ценных твоих детищ, нашу музыку, предал тебя. Да, после этого я готов быть свиньей.

Телефон озаряется сообщением:

Дейзи: я встречусь с тобой в Сlarаs.

Я не отвечаю.

– А может мы не будем предлагать тупые идеи? – опять срывается Мэтт.

Телефон звонит.

Я раздраженно беру трубку.

– Почему ты не отвечаешь мне? – звучит ее доведенный до совершенства обиженный голос.

– Прошла минута, я был занят.

– Аааа…

Ну конечно. Сейчас она снова сделает это.

– Так тебя ждать? – обиженно тянет она, будто ждет меня словно Хатико своего хозяина. Не верю ни единому слову. Но все равно ищу ее внимания.

– Да, я буду через час, – быстро говорю я и вешаю трубку. Глупо давать ей шанс разглагольствовать. Беседы это не ее конек.

Два осуждающих взгляда впиваются в меня.

Кевин бросает смешок:

– Ну хоть что-то вечно: Тэд и его вечное желание угодить стерве.

Мэтт сдавленно смеется.

– Ой идите нахрен! – огрызаюсь я. И так мы и сидим еще некоторое время, просто смотря в пол и думая о своем.

Спустя час я захожу в Claras – ночной клуб, который облюбовала Дейзи, она хохочет рядом с барменом, потягивая мартини.

Я быстро подхожу к ней и протягиваю руки к её талии, она вздрагивает.

И поворачивает на меня свое милое личико. Дейзи – блондинка с коротким каре, делающим её похожим на француженку, и открывающим шею.

Ее губки обиженно надуваются.

– Ты опоздал, я уже собиралась уходить…

– И вот я здесь, – просто говорю я, разворачиваю её к себе, хочу поцеловать.

Мы оба знаем, что нам нужно от этой встречи. К чему тянуть?

– Подожди-ка, я тут вообще то разговариваю с Патриком.

– Если он не Патрик Суэйзи, то подождет, – веду рукой по её пояснице, – Я скучал.

Я действительно скучал. Несмотря на очевидные минусы этой женщины, у нее есть то, ради чего я закрывал глаза на все. Она трахается каждый раз так, будто завтра конец света. Когда мы были вместе, реально вместе, это было то, что держало меня рядом с ней. И когда мы расстались, это именно то, что все равно заставляет меня каждый раз встречаться с ней.

И сейчас, мне нужно именно это.

После этого дерьмового дня, мне нужна именно эта разрядка.

Я наклоняюсь к ней, завожу прядь волос за ухо, провожу рукой по ее открытому бедру, и шепчу на ухо:

– Пойдем, проведем этот вечер с пользой.

Дейзи поворачивается ко мне, склоняет голову и смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц, облизывает губы, вызывая во мне миллион неприличных фантазий, и после говорит:

– Что, мы опять займемся сексом, а после ты уедешь?

Я поднимаю брови. Это провокация. Я уже достаточно изучил ее.

– Мы займемся сексом, а после снова займемся сексом. Ночь длинная.

Она смеется. Наигранно и показательно, обнажая свои белые зубы.

– Звучит как хороший план.

– Отличный план, – воодушевленно киваю я, наглаживая ее бедро, – пошли.

– Я только начала пить свой мартини, давай побудем еще, а потом я дам тебе снова опорочить мое тело.

Опорочить? Боже, женщина, я знаком с тобой слишком давно. И знаю, что до тебя я сам не был таким порочным. Ее театральность и неискреннесть так раздражают меня. Но когда с нее слетает одежда она становится на удивление правдоподобной. И я думаю об этом. Об ощущении ее теплой кожи. О ее стонах. О растекшейся туши вокруг ее глаз, когда она пытается взять глубже в рот.

Я киваю, прошу у бармена виски. Он что-то говорит ей, она хихикает и отбрасывает волосы назад. Флиртует с ним. Даже сейчас. Даже когда только что сказала, чем мы займемся после этого коктейля. Самое паршивое, что я не могу быть уверен, что она не спала с этим самым барменом полчаса назад где-нибудь в подсобке. И вот он я, все равно стою рядом с ней, и пытаюсь взять то, что она готова дать. Дейзи ведет псевдоинтеллектуальную беседу о позднем творчестве Энди Уорхолла. Я не особо слежу за этим разговором.

Но она вдруг хмурится, я смотрю на нее, и понимаю, что на задворках разума возникает другая блондинка. И хмурятся они похоже. На самом деле, как и Дейзи, Рокс очень умело пользуется всеми данными ей от природы женскими штучками. Томные взгляды, движения. Видимо мне просто нравятся такие женщины. Я видел как Рокс включала их. Она делала это специально чтобы позлить меня. И она делала это рядом со своим парнем.

Очередная волна нелепой ревности накрывает меня, и я залпом выпиваю свой стакан. Потом тянусь к мартини Дейзи, и допиваю и его.

– Пойдем, – жестко говорю я, и тяну ее за руку к выходу.

– А ты нетерпелив, – она ведет пальцами по моему прессу.

Да, черт возьми!

Мы выходим на улицу, и я целую ее. Жестко, грубо. Так же, как планирую ее трахнуть.

Она снова хихикает. И отстраняется.

– Подожди, а то мы не доедем до отеля.

– Можем не доезжать и начать прям здесь, – я киваю за заднюю улицу за клубом, – хочешь экстрима?

– Нет, Тэд. Я не хочу экстрима. Я хочу по-нормальному. – она хлопает своими длинными ресницами.

– Хорошо. Поедем в отель, – я сжимаю ее задницу и сажаю в такси.

Мне так остро нужно отвлечься, что я хочу начать ласкать ее прям за заднем сидении авто. И не то что мы не делали этого раньше. Но сейчас она отстраняется.

Когда мы наконец доезжаем до отеля, я уже просто в нетерпении. Думаю, я даже не буду раздевать ее. Мы заходим в лифт, и я разворачиваю ее спиной к себе. Прижимаю к своей груди и хлопаю по бедру.

– Что же мы даже не поговорим? – говорит она мягким голосом.

Что??

– Поговорим, позже. – сжимаю ее грудь. Она стонет. А потом разворачивается ко мне.

– Ты знаешь, Тэд, я думаю это ошибка, – говорит она. Дверь лифта со звоном открывается.

– То что ты до сих пор одета или то что мы так и не трахнулись за клубом?

Она улыбается:

– Нет. Это. Сейчас. Я думаю, нам не стоит этого делать.

Что блять?

– И как это ты пришла к такому выводу? – жестко спрашиваю я.

– Тебе не нужно от меня ничего кроме секса, – обиженно тянет она.

Она что серьезно, мать вашу? Опять?

– А тебе значит нужно?

Она устало вздыхает.

– Очень жаль, что ты такого обо мне мнения. Ты знаешь, я хочу тебя всего, а не только в постели.

Она делает шаг назад. Я шумно выдыхаю.

– Почему, мать твою, ты каждый раз это делаешь? – злобно говорю я, пытаясь понять, что у нее в голове. Ни одной мысли объяснения, почему каждый раз она соглашается, а потом пытается меня слить, у меня нет. Мы не работаем как пара. Она это знает. Тем более, она этого не хочет, как бы не пыталась меня в этом убедить.

Я злюсь и я разочарован.

– Я просто хочу тебя целиком, – говорит она, и делает шаг вперед ко мне. Она подходит меня и прикасается ладонью к моей щеке. Потом подтягивается и чмокает туда же. Как будто она дарит мне благословение, мать ее.