Жена дезертира

Я взяла из багажника сумку, расплатилась с таксистом, пожелала ему лёгкой обратной дороги и поблагодарила его за терпеливость. Он отправился домой, а мы пошли смотреть мои апартаменты.

Моё временное пристанище располагалось на втором этаже четырехэтажного дома. Порталом в уединение была обычная металлическая дверь, какие стоят у каждого второго владельца русских квартир в многоэтажках. Сразу на входе в коридоре стоял шкаф для верхней одежды и обуви. В нём красовалось огромное зеркало, с которым мы так и не подружились. Потому как оно показывало мне какую-то худшую версию меня. Слева по коридору располагался санузел. Совмещенные душ и туалет, впрочем, как во всех однокомнатных квартирах. Прямо — кухня. Небольшой столик, кухонный гарнитур и вся необходимая бытовая техника. Ну и с правой стороны — зал. С двуспальной кроватью (страшно представить её опыт после временных жильцов), диваном, шкафом-стенкой, телевизором и выходом на балкон. Ах да! И Wi-Fi там тоже был! До роскоши было явно далеко, но всё опрятно, чисто, без каких-либо неприятных запахов. В целом довольно хорошо. Постельное свежее, мягкие чистые полотенца. Возле телевизора красовалась памятка с паролем к сети и большими буквами была выражена просьба не курить в квартире.

— Без шума после 22:00, пожалуйста. Не думаю, что вы будете портить имущество, поэтому не будем затрагивать этот вопрос.

— Я буду одна, шуметь мне не с кем (хотя давно уже хотелось), а курить я буду на балконе.

— Хорошо. Завтра в 12:00 вы должны передать мне ключи.

— Договорились.

С Натальей Михайловной мы попрощались, номера друг друга у нас уже были. Она ушла, а я первым делом отправилась в душ. Вода — это всегда мой друг. Хорошо мне, плохо мне, весело ли, грустно, я никогда не упущу возможности контакта с ней и тем более сейчас, после долгой дороги и сегодняшних огорчений.

Вот тут, конечно, я удивилась. В ванной комнате стоял огромный водонакопитель. От пола до самого потолка. Ну и в остальном как обычно: бойлер, ванна (полежать в ней я не осмелилась, не то чтобы она была какой-то неприятной внешне, нет, просто чужое, кто тут был, что тут делали, я лучше так — ножками с ней соприкоснусь, а на себя пополиваю сверху).

Отлично! Душ немного меня взбодрил. Я написала мужу, что сняла квартиру. Он покрыл меня трехэтажным матом за мои неучитивые разговоры с командиром. Сказал мне ехать домой. Уточнил, что не хочет меня видеть, что моё поведение отвратительное и глупое.

— Да пошел ты! Я проехала хрен знает сколько, чтобы поцеловать шлагбаум КПП? Домой так домой. Но сначала я отдохну и перезагружусь.

Тем более что квартиру я уже сняла. Пять тысяч сутки. Потерпи меня, Макеевка. Я буду почти прилежной. Поход в магазин, почему бы нет? Все они находились прям за моим домом. Но меня интересовал один. Что-то типа КБ, понимаете, да? Я редко пью крепкие напитки. Моя генетика не позволяет мне такой роскоши. Я и так буйная и неуравновешенная, в девяноста процентах не справляющаяся со своими эмоциями, а высокий градус будет во мне какое-то беспощадное существо не нашего мира. Поэтому пиво — это максимум, который я могла себе позволить в данной ситуации. Я купила себе приемлемую для себя норму, пару пирожков и пошла в свой «номер».

Так-так. Какие пейзажи мне покажет балкон? Напротив меня уйма магазинов, рынок, многоэтажки и дорога. Довольно людно, живо, движение машин не слабое. До вечера мои глаза наблюдали за происходящим движением. Потом я перебралась на кухню. И что-то в моменте мне стало так грустно и обидно. Ну какого черта всё так? Муж обидел словами, неужели не понимает, что я расстроена? Неужели нельзя как-то решить этот вопрос? Черт знает что.

Звонок. Подруга. Жена будущего кума, который несколько месяцев назад подписал контракт.

— Лин, привет.

— Привет. Слушай, мне сейчас не до разговоров, давай я позже тебе наберу.

— Лин, его больше нет. Его убили.

— Что? Как? Кто сказал? Может, ошибка?

—Нет, это точно. Мне звонили.

Вот тут я, конечно, затроила. Не помню, как продолжился и чем закончился наш разговор, но после того как я положила трубку, меня прорвало. Я рыдала без остановки часа полтора. Всё, что накопилось во мне за последние полгода, просто вырвалось, и я не пыталась это остановить или сдержать. Немного успокоившись, я написала мужу.

— Кума больше нет.

— Что? Как так?

— Вот так.

— Всё, успокойся, я пытаюсь исправить твой косяк. Молодец ты, конечно, нашла кому грубить. Либо сегодня ночью, либо завтра утром тебя заберут. А теперь успокойся и отдыхай.

Немного выдохнув, я решила снова принять душ и лечь спать. Твою ж мышь! Зеркало напомнило мне о способностях моего организма превращать меня в крокодила после пролитых слёз. Лицо отёкшее, глаза опухшие. Ладно, утро вечера мудренее. Завтра будем исправлять ситуацию. А теперь — сон.

Качели

Проснулась я утром в надежде, что моё лицо хоть немного вернётся в обычное своё состояние, но увы и ах. Да и бог с ним, не смертельно.

Первым делом я написала замполиту, мол, ну что там, когда меня отвезут? Но услышала слова, которые снова погрузили меня в истерику.

— А тебя никто не заберёт. Его отправили на задание. Можешь ехать домой.

- Что? Как же так? Ведь сказали, что всё хорошо.

- К сожалению, ничем не могу помочь.

В слезах я написала тому самому командиру, которого довече неучтиво обласкала. Шмыгая носом, я записывала ему голосовое.

- Пожалуйста, пропустите его хотя бы к КПП, я увижу его и поеду домой.

Пару минут тишины. И он ответил мне, что всё хорошо. Меня заберут ночью. Мать моя Вселенная, эти эмоциональные качели сведут меня с ума.

Первым делом я написала арендодателю моего временного пристанища. И продлила аренду квартиры еще на сутки. Свет мой, зеркальце, скажи... Да пожалуйста, как была крокодилом после вчерашних соплей, так и осталась. И как быть? Рынок! Очки.

Спешно собравшись, без всяких «прихорошилась», я отправилась на рынок. Ничем, кстати, не отличающийся от наших. Но если только ценами. Очки, которые в наших магазинах можно купить за триста пятьдесят рублей, в Макеевке стоили около двух тысяч. Не слабо. Спортивный костюм, кроссовки и кепка, в этом мне будет комфортнее, нежели в коротких шортах и футболке, в которых я приехала сюда. Продавщица оказалась очень милой и учтивой. Либо характером такова, либо желание продать сильное. Но вот, собственно говоря, мне почти комфортно. Придя в квартиру, я написала мужу, что ночью приеду.

- Отлично. Купи хороший коньяк командирам, бутылки три. И возьми роллы.

Я снова отправилась по магазинам. Заказала роллы и купила хороший дорогой коньяк. Ну, теперь оставалось только дождаться назначенного часа. А пока — телевизор и отдых. Ах да, ну и душ, конечно.

Но не тут-то было. Оказывается, накопительный бак в ванной комнате стоял не просто так. Я включила воду, а её нет! О как. Я написала арендодателю. Она объяснила мне, что воду тут дают в определенное время и не каждый день. Следующее включение будет вечером, в районе 20:00. Вот это поворот. Знала бы я о таких нюансах — экономнее распоряжалась бы вчера водой. Ну что ж, так значит так.

- Ключи я передам вам после 22:00, как мне это лучше сделать?

- А как вы собираетесь передвигаться в такое время? Комендантский час ведь будет. После 22:00 в будние дни какое-либо движение в городе запрещено.

Вот это интересно, конечно. Я написала замполиту. Он сказал, что всё нормально и мне не стоит переживать на этот счет.

Минуты и часы тянулись невыносимо медленно. Но вот наконец-то я услышала заветное: «Машина выехала, напиши точный адрес». Слава богам. Спустя час за мной приехал один из бойцов. То ли Рамзес, то ли Аид. Не помню его позывной. Не отложилось в памяти, не нужна была мозгу эта информация. Я закрыла квартиру. И спустилась к машине.

- Алкоголь с собой есть?

Вот это был неожиданный вопрос.

- Есть. В качестве презента командирам.

- Знал бы, не приехал. За это на посту могут поднять серьёзные вопросы. С этим шутки у нас плохи.

- Да не вопрос, я могу его выгрузить.

Какой коньяк, тут бы мужа увидеть скорее. Я достала его из сумки и просто бросила в траву у подъезда.

- Ну зачем так? Отнеси в квартиру, на обратном пути заберешь.

Как вариант. Я занесла коньяк обратно, предупредив об этом арендодателя.

- Никаких проблем. Ключи завезите Наталье Михайловне. Когда подъедите по этому адресу, наберите её, она выйдет.

И вот, вернув ключи, мы отправляемся в Авдеевку.

- Слушай внимательно. Ты сержант медицинской службы для ВП на посту. Только что закончила обучение и подписала контракт. Полк такой-то такой, рота такая-такая. Поняла?

- Поняла!

Всю дорогу я крутила в голове эту информацию на случай своей убедительности.

Трусило меня тогда знатно. Потому что в последнее время всё шло не так, как планировалось. И в благополучный исход мне уже не верилось. Но на удивление на посту на меня только лишь посмотрели, посветив ярким фонариком в лицо, которое я заранее прикрыла кепкой.

- Паспорт есть?

- Да, конечно.

Дежурный взглянул в мой документ. Вернул его, и мы проехали. Вот это облегчение. Дорога до Авдеевки была не такой красочной и яркой, как Донецк и Макеевка. Всё развалено, разрушено, разгромлено. Жутко.

- Сначала мы заедем к замполиту. Он даст краткую инструкцию как следует себя вести. Это не надолго.

- Да, конечно, хорошо.

Ночь, темно. Рассмотреть Авдеевку я толком не могла. Мы проехали какой-то внутренний пост. Подъехали к дому, каких в русских деревнях полным полно.

- Ну ,здравствуй. Как добрались?

- Всё в порядке , спасибо. Здравствуйте.

- Значит так, ведём себя тихо. Никуда не выходим, нигде не гуляем. И да! Не бегать! Двоих я вас не догоню

Он улыбнулся. Я ответила взаимной улыбкой. Тут нарисовался мой муж. Хотелось бросится ему на шею, но сдержалась.

- В четыре часа у тебя задание.

- Так точно.

Мы сели в машину и боец с незапомнившимся мне позывным повёз нас к дому, где нам следовало разместится.

Авдеевка (часть 1)

Тёмной ночью рассмотреть дом, в котором мы будем проводить ближайшие несколько дней, снаружи мне не удалось. Экскурсию по комнатам муж провёл мне только утром, после того как вернулся с задания. А пока он провёл меня в одну из дальних комнат. Электричества в доме не было, на тот момент генератор молчал, как свидетель на допросе. Фонарики от телефонов служили нам источником света — скромным, но гордым напоминанием о достижениях цивилизации. Я заправила кровать постельным, которое проделало путь из самых недр Краснодарского края. Ну и дальше пусть ваша фантазия развивается в режиме 18+.

Подошло время к его отправке на задание. Он быстро собрался, сказал, что вернется в районе 8 часов утра. Я закрыла дверь после его ухода, на ощупь добралась к комнате и решила, что сон — лучшее времяпрепровождение в ожидании. Но судьба, видимо, сочла мой план слишком разумным.

Рядом с кроватью стоял стол. На столе мигал зелёным огоньком некий артефакт неизвестного происхождения. И тут этот артефакт заговорил. Твою ж дивизию — рация. Наверно, Коля в спешке забыл взять её с собой. По моим предположениям, он должен был вернуться за ней, но этого не произошло.

Несколько минут я вслушивалась в малоразборчивые слова и боялась услышать его позывной. Не знаю, с чем был связан этот страх, но он имел место быть. Спустя время отнюдь не мурлыкание из рации меня всё-таки убаюкало.

Проснулась я в 7 утра, о чём мне сообщил экран телефона, единственный хронометр в этом царстве тьмы. Рация молчала. Мне захотелось пройтись по дому и осмотреться, подсвечивая фонариком. Но моё желание улетучилось в долю секунды.

В одной из дальних комнат я услышала голоса. Чего? Как такое возможно? Нам сказали, что в этот дом никто не зайдёт. Я прислушалась. Рация. Ещё одна. Но ведь рации не существо. Они не приделывают ножки и не мигрируют по комнатам, вещая оттуда мужскими голосами. Значит, она в чьих-то руках. В чьих? Я вжалась в кровать, и на тот момент мне казалось, что я даже дышала тише мыши, не говоря о том, чтобы пошевелиться. Единственное, что двигалось на тот момент, — это мысли в моей голове. Даже не мысли, а уйма вопросов, погоняющих друг друга. Какого черта тут кто-то делает? Кто этот кто-то? И как этот кто-то сюда попал? А если он услышит ту рацию, которая стоит в моей комнате? Наверное, он придёт посмотреть, кто тут? И что мне делать? А если у него какая-нибудь шиза и он поведёт себя неадекватно при виде меня? О, мать моя Вселенная. Страшно-то как.

В положении дедушки Ленина (горизонтально-монументально) я пролежала около часа. Наконец-то я услышала, как подъезжает машина. Слава стихиям, богам и всем святым. Катарсис.

Подрываться с кровати я не спешила. Подождала, пока ручка входной двери требовательно издаст характерный звук. Ручка клацнула и замолчала. Шаги. Стук в окно. Коля. Теперь я была в этом уверена. Я открыла дверь, он вошел.

— Ты чего такая бледная?

— Я, я... Там...

Я в жизни никогда не заикалась, но не в этом случае.

— Там кто-то есть, кажется. У него рация разговаривает.

Коля просто рухнул со смеха.

— Зай, успокойся.

Он назвал это устройство каким-то словом, но моя память, как истинный патриот хаоса, отказалась его сохранить. Оказывается, эта штуковина всегда здесь и всегда что-то вещает. Я напрасно дрожала битый час — классика жанра: страх рождается там, где заканчивается знание.

Мы стояли в коридоре, хотя не уверена, что название для этой комнаты соответствующее. Обычно коридором называют комнату, в которую попадают через входную дверь, ну вот пусть это так и останется. Не придирайтесь к терминам, мы не на защите диссертации.Так вот, «коридор» этот был внушительных квадров. Стоял большой деревянный стол, стулья и диван. На стене красовались наши флаги. Кухня, которая уходила влево, была гораздо меньше и уже.

Иногда мне кажется, что мужчины чистоплотнее некоторых женщин. Не сияет и не блестит, но чисто! Пару немытых кружек из-под чая — это максимум бунта ребят против порядка.

Дальше кухня уходила в какую-то кладовку, в которой у ребят находилась провизия. К слову сказать, провизия появляется там благодаря гуманитарной помощи, организованной неравнодушными гражданскими на территории РФ.

Прямо огромный коридор уходил в еще один коридор, который разветвлялся на комнаты и санузлы. Санузлов было два, но они не функционировали. Да-да. Купались мы исключительно влажными салфетками. Это вам не курортная зона с удобствами и условиями.

Проведя мне экскурсию по дому, муж пошел включать генератор. Заливал какое-то топливо, что-то там ковырял. Благодаря чему у нас появился свет и интернет.Отписавшись командиру и получив добро, он поехал в магазин. Передвигался он по Авдеевке на мотоцикле — излюбленный его транспорт. Вернулся довольно быстро. Скучать в ожидании мне не пришлось.

— Закрой глаза, открой рот.

В чем, чем, а в этом я ему доверяла. Что попало мне в рот не сунет. (Весёлый смайл)

Клубника... Красивая, ароматная, но такая безвкусная. Впрочем, какой она может быть в двадцатых числах мая?

- Мне скоро снова на задание. По времени меня не будет примерно также. Теперь у тебя есть интернет, скучать не будешь.

Да, именно так и было. И помогла мне не скучать после его отъезда на задание ситуация «О Боже, что делать»...

Глава 21 Авдеевка

Время — полдень. Муж уехал на очередное задание. Ну чем можно было занять себя в его отсутствие? Выходить из дома мне запрещено, дабы не светить своим лицом и не провоцировать несведующих вопросами о моём появлении. В окно не посмотришь, все они беспроглядно заколочены всевозможными материалами. Я вооружилась баночкой сока и клубникой и отправилась в информационное пространство, которым щедро делился мой телефон.

Никогда не понимала, как муж часами напролёт может листать эту ленту из «клипов». 80% процентов — идиотизма, 10% — каких-то соплей, 9% — рекомендации и реклама фильмов с вырезками из них, и великий 1% — здравого смысла. Я стараюсь быть избирательной в информации, которая попадает в мою голову. Уже как несколько лет в этом плане я использую качественный фильтр восприятия, который звучит так: «Зачем мне информация, которую я никак не могу применить в своей жизни?» Мне абсолютно наплевать, что в Северной Америке обитает ширококрылый канюк, информация о чудо-птице пройдёт мимо меня, не затронув нейронные связи. А вот проблемы с топливной системой автомобиля, которые могут быть причиной, по которой глохнет двигатель, моё внимание привлечь может, несмотря на то, что я не водитель, а только лишь в планах. Чувствуете разницу? Я не буду смотреть видео, как правильно есть устрицы, потому как попросту они не входят в категорию «Хочу и буду». Но я заострю своё внимание на рунических формулах, потому как руническая система способна расширять сознание, что позволяет создавать и укреплять новые нейронные связи, а соответственно — улучшать качество жизни. Ну довольно лирики и пафосных изречений. Была бы я умной, не увязла бы в трясине скучной, низковибрационной бытовухи. Хотя!

Живём мы довольно нескучно. Одни наши бои без правил чего стоят. Любой боец ММА поопладирует стоя. Честно говоря, мой муж очень многому меня научил. И сюжет этого сериала отнюдь не как в слащавых мелодрамах. Это надрыв, раздирающая душу боль, злость, ярость, страсть. О чём это я?

Часа два я питалась блюдами из букв, отбрасывая лишнее и трепетно складывая в багаж нужное. Ох ты как. Организм. Тело ты моё. Я ведь знаю о тебе далеко не всё, но ключевые моменты уже пора бы научиться предвидеть или хотя бы научиться думать о них заранее. Сильно завуалировала? Да, чёрт возьми. Мне приспичило в туалет. Что, блин, делать? В доме комнаты данного предназначения не функционируют, на улицу мне выходить нельзя. И как мне быть? Может, освоить технику джедая и удерживать позыв силой мысли?

Как там в мультике о Панде говорила мудрая черепаха? «Случайности не случайны?» Примерно час спустя моего уже к краю подходящего «Терплю, но всему есть предел», мне пишет Евгений — замполит.

— Привет, как обстановка? Всё ли нормально?

Ох ты как, да всё, конечно, прекрасно, но есть момент, я тут ....ть хочу, — пронеслось в моей голове, но выражать эту мысль я, естественно, не стала.

— Да, всё хорошо, спасибо. Жду, пока вернётся с БЗ.— Может быть, что-нибудь нужно? Продукты? Либо что-то еще?

Евгений располагал к себе. Словно в нём было что-то знакомое, близкое мне. Мне нравилась его отзывчивость, вежливость. Он грамотный, но самое главное — он человек!

— Нет, благодарю. У нас всё есть. Спасибо. Эммм, есть тут у меня задача, и я не могу её решить.— В чём вопрос?— Я, эммм. В туалет хочу.

В ответном голосовом я услышала смех в голос.

— Лин, ну выйди потихоньку из дома. Он по-прежнему смеялся. - Там... эмм, деревце какое-нибудь присмотри. И опять смех.— Боюсь, что деревце меня не спасёт, а продолжать разговор мне дальше совсем неудобно.

И снова смех. Ну вот, подняла дяде настроение. Ему смешно, а мне-то нет.

— Потихоньку выйди, осмотрись. Увидишь там пункт назначения.

Без лишних слов. (Весёлый смайл)

Я оставила телефон и пошла к входной двери. О, солнце, как же ярко. Наверное, также чувствуют себя кроты, когда выбираются на свет из своего темного подземелья. Я окинула взглядом двор. Вот он — красивый замок, ожидающий моего визита. Ну, уличный туалет, кто не знает, что это такое? Всё как обычно, с одной только разницей. Сидишь ты и думаешь, хоть бы никакая херня сверху не прилетела. .. Вертолёты летают, где-то стреляют. Страшно, блин...

Муж вернулся с БЗ, замариновал мясо, и мы вышли во двор. За всё время нахождения в Авдеевке это была моя самая долгая прогулка. Я расположилась под деревом у северо-западной стены дома. Думаю, что географически я обозначила место верно, но это неточно, учитывая мой топографический кретинизм. Справа от меня очень близко был соседский заброшенный участок. Видно было, что ранее живущие люди имели вкус в ландшафтном дизайне, теперь, правда, территория была покинута. Дома напротив не было видно благодаря всевозможным плодовым деревьям. Весна. Май. Птички поют, пахнет шашлыком, муж рядом, улыбается. Всё хорошо, пока вдруг в голову не стреляет мысль: а кто-то сейчас 300, а кто-то 200. Романтика улетучивается, её сменяет какое-то неприятное чувство безысходности, только не своей, а чужой. Ты отталкиваешь эту мысль и пытаешься вернуться в романтику, глядя на лицо мужа. Боже, если я так это воспринимаю, то что же переживают все они? Которые видят кровь, раненых, погибших...

- Ты где?

Муж вернул меня в момент здесь и сейчас. Заметив, что я зависла в своих мыслях.

Я люблю, когда он жарит мясо. Мне не столько нравится оно на вкус, как сам процесс, в котором он важно и знаючи шаманит. Разводит костёр, нанизывает куски на шампур или раскладывает на решётку, пробует маринад на соль, разжёвывая лук, как задумчиво смотрит на тлеющие в мангале угли, пробует на готовность первый кусок, который всегда разделяет со мной.

Приготовив мясо, мы зашли в дом. Через пару часов ему снова нужно было ехать на задание. Третье за день. Мы поели и легли отдохнуть.

- Какой фильм хочешь?

Он посмотрел на меня с улыбкой. Вопрос был риторический. Коля знал, что каким бы интересным и захватывающим ни был фильм, через десять минут меня отключит как по часам. Одно из моих любимых ощущений — лежать у него на плече, слушать больше его дыхание, чем суть транслируемого кино, и улыбаться, удивляясь, как ему хватает терпения так спокойно убирать мои волосы от своего лица. Итог всегда один: меня убаюкивает ритм его сердца, я засыпаю.

Мне пора. Сразу закроешь дверь или позже?

Я решила, что, закрыв дверь, будет как-то спокойнее. Проводив его, я включила свет везде, где только можно было, и легла на кровать, снова нырнув в сеть в поисках чего-нибудь интересного. Становилось жутковато, когда рядом с домом проезжала какая-нибудь большая техника. Дом содрогался так же, как и органы внутри моего тела. Четыре часа в ожидании пролетели довольно быстро. Услышав рёв мотоцикла, я поняла, что Коля вернулся, и поспешила открыть ему дверь.

— Ты что, бессмертная?

Он улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.

— Почему?

— У тебя какого хрена свет везде горит?

— А что такого? Когда человечеству стало угрожать освещение?

— С тех самых пор, когда дома по свету вычисляют дроны и безбожно бомбят их.

— Ты не предупредил, откуда мне было знать?

— Он улыбнулся и прижал меня к себе.

— Такая ты у меня взрослая, но порой такая глупенькая. Примерить хочешь?

Он снял с себя бронежилет.

— Хочу, конечно.

М-да уж, вес снаряжения оказался весьма и весьма нелёгким. А всего-то на мне были надеты жилет и каска. В руки Коля мне вручил автомат.

— Ну как ощущения?

— Тяжело очень, у меня от каски голова отвалится сейчас.

— Не отвалится, — он ехидно улыбнулся, — а ну поприседай.

Давно я не слышала, чтобы он так смеялся. Поднимаясь с приседа, мои ноги дрожали, как у замёрзшей зимой собаки.

— А теперь упор лёжа принять, — он не переставал смеяться.

— Нет уж, милый. С меня, пожалуй, хватит. Держи свой автомат и раздевай меня.

— Ммм, с удовольствием.

Дело закончилось ясно чем, правда?

Это должна была быть моя последняя ночь в Авдеевке. Но командир дал нам добро остаться мне еще не на долго. И это был лучший подарок в мой день рождения. Свои тридцать семь я встречала далеко от дома и детей, на чужой земле, под чужим небом, но я была рядом с мужем. И это было так важно!

Утром он разбудил меня, перебирая пальцами мои волосы и излюбленно целуя в шею.

- Доброе утро. Дай руку.

Я протянула ему ладонь и закрыла глаза.

-Таких цветов, я уверен, тебе никогда никто не дарил.

Он вручил мне крохотный, словно из мира Дюймовочки, бутончик алой розы. Я засмеялась.

- Боже, это что?

- С днём рождения. Какой подарок хочешь?

Он не ответил на мой вопрос. А только лишь улыбнулся.

- Я хочу твою форму.

- Зачем тебе моя? У неё вид уже не очень. Хочешь форму? Будет тебе форма.

Он написал командиру с просьбой съездить в магазин.

Вернулся с пакетами, в которых были полюбившиеся мне маленькие соки, сладости, бургеры, разные продукты и вещи. Одинаковые футболки, кепки, новая форма и мужской дезодорант.

- Это тоже тебе.

- Коль, зачем мне мужской дезодорант?

- Давай мне свои духи. Будешь вспоминать меня, а я тебя.

И до сей поры этот дезодорант стоит на полке.

Отъезд выдался таким, по ощущениям, неприятным. Словно ты вынуждена уехать, но оставить здесь часть себя. На закате мы вышли во двор и, обнявшись, молча смотрели туда, откуда были слышны характерные для этой местности звуки.