Если в августе пойдет снег

Кот запрыгнул на диван и лапой попытался закрыть крышку ноутбука. Какое умное и зловредное животное!

– Ладно! Все. Я только текст откорректирую. Рик мне разрешил.

Люцифер перевел взгляд на ноутбук, затем – снова на меня. Дурдом какой-то, я спрашиваю разрешение у кота. Люся начал внимательно наблюдать за моими действиями. Я открыла браузер, зашла на почту, ввела данные и кликнула на письмо от редактора. И лишь после того, как открыла скаченный документ в текстовом редакторе, кот запрыгнул на спинку дивана и умиротворенно свернулся в клубок.

– С такой охраной можно и дверь в квартиру не запирать, –пробубнила себе под нос я и искоса взглянула на Люцифера, который начал лениво облизывать хвост.

Текст оказался, на удивление, практически «чистым». На десяти страницах я сделала не больше пятнадцати правок. Через сорок минут победоносно сохранила откорректированный документ и отправила его редактору. Теперь нужно дождаться ответа.

А пока я должна отдать ключи Рику и вернуться в апартаменты, чтобы успеть подготовиться к вечернему свиданию с ним.

Я аккуратно, боясь потревожить сон господина Люцифера, поставила подушки назад, на изголовье дивана. И на цыпочках проскользнула на кухню, чтобы положить ноутбук на кухонный стол и… заглянуть в холодильник.

Как только я приоткрыла дверцу холодильника, зазвонил телефон.Снова Ден. Ну сколько можно терроризировать меня звонками? Мы же договорились, как взрослые люди, расстаться на время и не беспокоить друг друга. Но, может быть, что-то случилось. Нечто страшное и необратимое.

Я нажала на зеленый круглый значок на экране.

– Да, привет! Что-то случилось? – Я старалась скрыть недовольство изо всех сил. Но, похоже, у меня плохо получалось.

– Ты не рада меня слышать?

– Ден, мы же договорились не общаться пока что…

Со злости я рывком открыла дверцу холодильника и опешила. Но не знаю, от чего больше. От увиденного или от услышанного в трубке телефона:

– Я сегодня вечером прилечу в Питер. Нам надо серьезно поговорить.

Я сглотнула ком, застрявший в горле. И потянулась к коробочке со сливками. Рик начал пить «разбавленный кофе» в память обо мне и нашей дружбе?

– Риша, ты здесь? Слышишь меня? – беспокойный голос Дена вернул меня в реальность.

Какого черта он забыл в Питере? Только не сегодня вечером!

– Ден, давай я прилечу через неделю, и мы поговорим. – Я соврала, чтобы отмахнуться от него побыстрее, как он назойливой мухи, жужжащей над ухом ранним утром.

– Я уже в аэропорту. Скоро посадка. Я не могу ждать. Разговор серьезный. Скинь эсэмэской адрес отеля, в котором ты остановилась.

Я неконтролируемо сжала коробку в руке и по предплечью потекли холодные белые сливки.

– Черт, – выругалась я и с грохотом кинула коробку в раковину. – Ден, это все очень невовремя. У меня вечером собеседование с редактором…

– Собеседование? Ты собралась остаться в Питере? Ты же сказала…

– Не знаю, Ден. Я ничего пока не знаю и ни в чем не уверена. Именно поэтому и попросила тебя дать время. А тебе, похоже, просто плевать на мои слова.

Я открыла кран, чтобы смыть сливки с ладони и предплечья.

– Риша, пожалуйста, скинь адрес, – умоляющим тоном произнес Ден. – Я прошу тебя. Мне правда очень нужно поговорить с тобой сегодня. Буду ждать тебя после собеседования в отеле.

– Ты же знаешь, я ненавижу отели. – Я понимала, что отделаться от Дена не удастся. И это злило меня еще больше. Он объедет весь город, чтобы найти меня и поговорить. Я слишком хорошо его знала. – Скину адрес апартаментов через полчаса.

Я положила трубку прежде, чем успела услышать какой-либо ответ. Набрав воздух в легкие, я с шумом вытолкнула его назад. Теперь Рик точно поймет, что я обыскивала его холодильник, а, может, еще подумает, что не только холодильник. Времени, чтобы бежать в магазин за новой коробкой сливок, точно не было. Придется сказать, что я решила выпить кофе. Опять буду врать Рику.

Я поставила сливки обратно в холодильник и поспешила в коридор, чтобы поскорее отсюда уйти. Тревога щекотала нервы. Я не хотела встречаться с Деном. Особенно, в ущерб дружеского свидания с Риком.

Что бы мне посоветовала ба? Отменить все свидания и отправиться в какой-нибудь ресторанчик, чтобы провести время наедине с собой. Но за последние месяцы я слишком много времени провела в одиночестве. Хватит. С меня хватит. Я не упущу шанс вернуть Рика.

Глава 12

Рик

8 лет назад

Как только мы оказались на школьном крыльце, Риша еще раз меня проинструктировала. Таким тоном, будто я был умственно отсталым. Но правда в том, что в любовных делах я действительно им и являлся.

– Держи меня за руку. Уверенно и крепко. Так, словно у нас с тобой все было!

Я старался не задавать лишних вопросов. Хотя вопросов накопилась уйма. Почему Гриша назвал меня заменой Ярику? Почему Риша попросила именно меня сыграть ее парня? И зачем вообще нужна эта нелепая игра? Неужели нельзя поговорить с глазу на глаз и все спокойно, без вранья, объяснить своему бывшему?

– Ты умеешь флиртовать?

Мои глаза вылезли из орбит так, будто я при родителях по телику услышал словосекс.

– Ясно. Не умеешь! – риторически резюмировала Риша. – Тогда, когда мы начнем подходить к Ярику, поцелуешь меня в щеку и приобнимешь за талию. Молча. Давай быстренько отрепетируем, пока он нас не видит. – Риша взяла меня за руку и по-свойски положила ее себе на талию. – Вот так!

Я врос в плитку, которой выложили крыльцо. И исподлобья посмотрел на Ришу.

– Может, мы попросим Арса. Он мастерски сыграет твоего парня, – выдавил я. Как трус. Как идиот. Как полнейший придурок.

– Ага, чтобы он потом до самого выпуска прилепился ко мне, как банный лист к заднице? Нет уж! Спасибо!

– У него, если что, девушка есть, наша одноклассница Эмили.

Риша фыркнула, все еще держа мою руку на своей талии. А мне казалось, словно я чувствую биение ее сердца в той области, где располагается печень. Видимо, я просто в тот момент прощался с крышей над своей головой.

– Что-то это не помешало ему подкатить ко мне! Рик, прошу тебя, как друга, помоги. Иначе Ярик не отцепится. Я уже сто тысяч раз говорила ему, что между нами все! Кончено! Но он продолжает, как упрямый осел, досаждать звонками и эсэмэсками. Караулит меня у подъезда. Считает, что, если у меня никого нет, я могу передумать и вернуться. А так он наконец поймет, что я не врала, когда говорила про нового парня, и отстанет.

– Хорошо. Я попробую.

Господь всемогущий! Чем я занимался вместо того, чтобы нырнуть в привычную рутину, обещающую спокойную и размеренную жизнь? Я же уже должен был выдвинуться на остановку. Сесть на желтый автобус с номером 52. И поехать к медицинскому институту, где в 15:30 начнется подготовительный курс по биологии. Если пропущу занятия в меде, мать меня точно убьет.

– Так, теперь попробуй поцеловать меня в щеку. Естественно. Без заминок. Будто ты делал это уже тысячу раз.

Риша убрала мою руку со своей талии. И я быстро, незаметно, вытер потную ладонь о джинсы. Риша смотрела на меня восхищенными глазами, полными ожидания. А я просто-напросто боялся прикоснуться к ее коже своими губами. Вдруг я все испорчу, и она больше не захочет со мной дружить.

– Ну же, давай! – с задором произнесла она. Так, словно наслаждалась каждой секундой игры, которую сама придумала.

Я сделал шаг вперед и закрыл глаза. Все, что произошло дальше, отпечаталось в сознании лишь отголосками и запахами мира, который запечатал нас с Ришей на несколько мгновений в тесное кольцо.

Я запомнил запах прогорклой листвы, смешавшийся с цветочным ароматом ее духов. Запомнил крик мальчишек, резвившихся на футбольном поле неподалеку. А еще – мягкую теплую кожу, отпечатавшуюся на моих потрескавшихся губах.

Вероятно, это длилось три или четыре секунды. Но для меня наш первый поцелуй показался ознаменованием вечного счастья на бренной земле, которая тогда ушла из-под ног.

– Хорошо! Очень хорошо. – Звонкий смех Риши вернул меня в реальность. – Пошли скорее, а то Ярик опять начнет названивать.

Темно-серые тучи растворились под натиском молочных облаков. Дождь, покрывающий увлажняющей холодной россыпью землю еще каких-то пару часов назад, закончился. Тусклые, практически незаметные, солнечные лучи пытались раскрасить мрачный пейзаж, чтобы подарить осеннему непогожему дню хотя бы капельку багровой роскоши. Но Риша сияла ярче летнего солнца. Сжав крепко в теплой ладони мои пальцы, она чуть ли не вприпрыжку шла к воротам, за которыми нас уже ждал ее бывший парень.

Совру, если скажу, что не волновался в тот момент. Я старался замедлить шаг, чтобы оттянуть момент встречи с Яриком. Но Риша, словно породистая беговая лошадь, тянула меня на всех парáх вперед.

Ярик стоял к нам спиной, опустив голову. Видимо, он скролил ленту какой-нибудь соцсети.

– Обними за талию, – шепнула заговорческим тоном Риша на ухо.

Я послушно выполнил приказ.

– И улыбайся, улыбайся, Рик. Ты счастливый обладатель сокровища в моем лице. Не забудь про поцелуй, когда он посмотрит на нас через три секунды. – Девушка подмигнула и громко засмеялась, видимо, чтобы привлечь внимание Ярика.

Это сработало. Парень обернулся. Ярко-голубые глаза грозно сверкнули, сканируя мое лицо. Я стушевался и на несколько секунд вышел из «игры». Показалось, что бывший Риши вот-вот, точно опасный цепной пес, рванет на меня.

На вид Ярику было лет двадцать. Коротко стриженные светлые волосы. Отросшая неаккуратная щетина. Высокий лоб. Густые темные брови. И несколько оттопыренные уши. В левой мочке сияло металлическое колечко. Типаж сериального «бэд боя». Он был безумно похож на Джека О'Коннелла из «Молокососов».

– Так вот, на кого ты меня променяла? Серьезно, Ари? – Ярик закатил глаза.

Я крепче схватил Ришу за талию, притянув девушку ближе к себе, и поцеловал ее в щеку. Получилось это как-то нелепо, смазано, карикатурно. Мы вышли за ворота и встали напротив парня.

– Я же сказала, между нами все кончено. Зачем ты звонишь и просишь о встречах? Рику это не нравится!

Я с прищуром посмотрел на бывшего Риши, чтобы безмолвно проиллюстрировать истинность сказанных ею слов.

– А твой Рик – тупая немая рыбка? – Ярик вплотную подошел ко мне, будто хищник, принюхивающийся к добыче, которую ждет верная смерть.

– Слушай, если Рик начнет говорить, тебе крышка. Даже не выводи его из себя. Ты убедился, что у меня есть парень? Тогда расходимся!

Но Ярик и не собирался уходить. Он резко схватил меня за ворот джинсовой куртки и дернул на себя.

– Мне не выводить из себя этого стручка? Ари, ты меня расстраиваешь, малыш! Я не верю, что ты могла променять меня на… это недоразумение.

– Отпусти его, идиот!

Риша толкнула Ярика. Но он не сдвинулся с места ни на миллиметр. Я же застыл в цепкой хватке, словно тряпичная кукла. Я так боялся показать слабость, что предпочел продемонстрировать трусость.

– Это ты идиотка, раз встречаешься с лошпедом, который не может постоять ни за себя, ни за тебя! – Ярик с силой оттолкнул меня от себя. И я, потеряв равновесие, упал на мокрый грязный асфальт.

– Да пошел ты! – Риша бросилась ко мне, протянув руку.

– Ты тупая смазливая сука! – Каждое сказанное слово, точно плевок, вылетало из его поганого рта в студеный осенний воздух, разрезая барабанные перепонки. И я наконец не выдержал.

Мне было плевать на то, что этот гопник сильнее меня. Плевать на то, что я, скорее всего, окажусь лицом в луже. Плевать на то, что Риша увидит меня в самом неприглядном облике. Но я должен был попытаться заставить этого ублюдка вернуть слова о Рише назад. Он должен был перед ней извиниться!

Пока Ярик расплывался в ухмылке от самодовольства и бахвальства, глядя с вызовом на Ришу. Я поднялся с земли и тараном бросился на парня, выставив вперед руки и голову.

Я не знал, как правильно драться. Инстинкт подкинул мне эти нелепые движения. Ярик, видимо, не ожидал подобных действий от «стручка» и «лошпеда». Потому что рухнул на асфальт так же нелепо, как и я пару минут назад.

Я хаотично начал колотить его по груди, выкрикивая: «Извинись перед ней». Парень схватил пальцами меня за лицо, и лишь тогда я снова ощутил страх. Страх публичного позора. Но адреналин, взрывающий артерии, заставил дать отпор. Наотмашь я тоже вцепился Ярику в лицо. Но, кажется, это только сильнее разозлило бывшего Риши, потому что он, схватив за плечи, скинул меня с себя, сел сверху и врезал с размаху кулаком по лицу. Раз. Через секунду еще раз. И еще. И еще.

Дальнейшее развитие событий всплывает в памяти разрозненными мозаичными паззлами. То, как Риша стаскивала Ярика с меня. Как рыдала, склонившись над моим разбитым лицом. И как Ярик в итоге помогал Рише затаскивать меня на заднее сиденье в такси.

Помню, как процедил Ярику в лицо, пока он соскребал меня с асфальта:

– Извинись!

И как Ярик все же извинился перед Ришей, выдавив виноватым голосом:

– Прости! Я так не думаю. Сказал со злости.

Риша взяла с Ярика обещание – больше никогда не появляться внашей жизни. От слова «нашей» я неосознанно расплылся в идиотской улыбке.

Как только дверь такси захлопнулась. И я увидел в окне удаляющуюся фигуру Ярика, сразу же облегченно вздохнул. Риша, сидя на переднем сидении, рядом с водителем, повернулась ко мне. Я помню ее виноватый взгляд, полный отчаяния и боли. И то, что по радио играла песня Би-2 – Скользкие улицы.

– Прости, Рик, я не думала, что все так закончится. Если бы я только знала…

– Это ты прости за то, что сразу не заступился за тебя.

Она взяла мою ладонь в свою и легонько сжала.

– Мы едем ко мне домой. Родители на работе. Будем приводить тебя в порядок. Чтобы твоя мама не уничтожила нас.

– Спасибо, – прошептал я и закрыл глаза, провалившись в сон. Не подозревая, что еще мне приготовил этот дрянной день.

Глава 13

Риша

Какого черта Ден прилетел в Питер? Вопрос, который без остановки крутился в голове, как заезженная пластинка.

Я вышла на Лиговский проспект и подняла голову к небу. Черничные тучи. Вероятно, скоро ливанет дождь. А я не вязла с собой ни дождевик, ни зонт. Вот досада. Это преступление – выходить из дома в Петербурге без дождевика или зонта. Я двинулась в сторону площади Восстания. Возле перекрестка гусеничной вереницей выстроились экскурсионные автобусы. А на проспекте, подле, – кучковались люди: туристы, зазывалы с табличками «экскурсии в Петергоф» и экскурсоводы.

И тут я вспомнила, что ни разу не брала экскурсии с гидом – так, как полагается настоящему гостю культурной столицы. Я ходила в музеи. Но не для того, чтобы проникнуться исторической сводкой того или иного экспоната искусства. Я хотела просто насладиться красотой мира, который на несколько уровней выше бытовой реальности. Мира, заставляющего забыть о том, что у тебя скучная и однообразная жизнь.

Жизнь в браке с Деном правда оказалась скучной и однообразной. Хотя изначально все было иначе. Он практически каждый день устраивал свидания с сюрпризами. Говорил, что прекраснее меня нет никого на этой Земле. А потом, примерно через год после свадьбы, все изменилось. Он стал много пропадать на работе. И мало уделять внимания мне. А когда мы все же проводили время вместе, я тосковала по дням, когда мы являлись лишь парочкой влюбленных друг в друга людей.

Ден так сильно выматывался на работе, что у него просто не оставалось сил на активный совместный досуг. На выходных мы заказывали пиццу или суши, валялись в кровати и смотрели фильмы или сериалы. От скуки я все чаще засыпала у него на плече. А проснувшись, наблюдала за тем, как Ден посапывает, уткнувшись носом в подушку. И думала о том, как мне хочется изобрести машину времени, которая вернет меня назад – в школьные и студенческие годы. В те годы, когда я дружила с Риком.

Я не скажу, что Ден был плохим мужем. Нет, он старался изо всех сил сделать нашу жизнь лучше – чтобы мы ни в чем не нуждались. Просто в этой погоне за счастливой жизнью в достатке он забыл, что когда-то по-настоящему делало меня – нас – счастливыми. Вовсе не деньги, а эмоции, которые мы дарили друг другу.

Помню, однажды я прогуляла курс по подготовке к дипломной работе, чтобы устроить сюрприз Дену. Рик тогда уже знал о Дене и сказал мне, что заболел, поэтому не смог помочь в подготовке романтического свидания. Поэтому я позвонила Роме. На наш с Риком заброшенный старый мост, близ реки, мы привезли складные столик и стулья. На улице стояла теплая майская погода. По всему городу цвела сирень, отдавая пространству дурманящий запах, ознаменующий скорое наступление лета. А с ним и новой жизни – без университетских беззаботных дней и Рика (если бы я только знала тогда).

Мы встречались с Деном уже месяц. И, чтобы отметить нашу первую скромную дату, я приготовила ужин. По одну сторону с моста открывался вид на реку, лес и черепичные крыши частных домов. По другую сторону виднелся металлургический завод. Дым, валящий из труб завода, коптил городской воздух, отравляя жителей, поселившихся недалеко от центра. Но это давно никого не волновало.

В полдень мы с Ромкой поставили на мосту столик и стулья. Я постелила белую скатерть и достала тарелки, приборы и бокалы под шампанское. Мой друг нес контейнеры с едой. Я заранее нарезала фрукты под шампанское и приготовила кесадилью с курицей. Я часто готовила ее Рику, когда мы приходили ко мне домой после занятий. Собственно, кесадилья с курицей – единственное изысканное блюдо, которое я умела готовить. Кроме утренних тостов со сливочным маслом.

– Почему ты решила устроить свидание именно здесь? – спросил Рома. – Это же ваше с Риком место…

Я замешкалась, не зная, что ответить.

– Если честно, я даже не подумала об этом. Мне просто очень нравится здесь… – Я пожала плечами и посмотрела вниз: какие-то подростки резвились у реки. Они напомнили мне нас с Риком. Летом мы на машине часто приезжали сюда. Носились друг за другом, бегая вдоль галечного берега, и брызгались водой. А после разводили костер, нанизывали чоко-пай на деревянные шпажки и грели их над огнем.

– Если твой бойфренд пунктуален, то мне здесь больше нечего делать. – Рома взглянул на наручные часы. – Я поехал. Если что-то пойдет не так, звони, я на телефоне. – Я кивнула и чмокнула друга в щеку. Он обнял меня на прощание и пошел к спуску с заброшенного моста.

Погода хоть и баловала горожан в середине мая, все же на мосту ветер совершал привычный променад. Я достала из сумки плед и завернулась в него. По шоссе быстро перемещались машины. Люди так спешили попасть из точки А в точку Б, что совершенно не концентрировались на том, что есть здесь и сейчас. Я тоже часто спешила. Фантазировала о том, что будет где-то там – в туманном будущем. И лишь время, проведенное здесь, на мосту, словно растворялось – теряло свое семантическое значение.

Мы прежде постоянно приходили сюда с Риком в летнее время. Расстилали плед, доставали наушники, включали The Neighborhoods и пропадали в мгновении мимолетного счастья, которое никогда с нами не случится вновь. Иногда я курила сигареты, выпуская вместе с дымом на свободу тревоги и страхи. А Рик лежал рядом, вглядываясь в бесконечный небесный свод.

Здесь мы практически никогда не разговаривали. Но здесь мы определенно становились ближе. Что может быть сакральнее того, чтобы слушать на двоих в наушниках одну песню?

Но тем летом, когда я была уже с Деном, мы ни разу сюда не приходили. Мы в принципе стали реже видеться с Риком. В начале мая я вскользь рассказала Рику о Дене. С середины мая я все чаще проводила вечера с новым парнем. А в июне Рик погряз в долгах по учебе, зачетах и экзаменах.