Темные души

Проскользнув между ее ног, я ударила ее ногой по ребрам и повалила на пол, усаживаясь сверху, вжимая ее лицо в пол, блокируя руки за спиной. Звук заряженных пистолетов тут же отрезвил меня, когда я подняла голову, дуло пистолета одного из мужчин уже было направлено мне в голову.

Быстро скинув меня с себя, поднимаясь на ноги, она схватила тарелку с кровати, пока я поднималась следом, не учитывая, что ее желание разбить тарелку о мою голову являлось первостепенным планом, вместо того, чтобы накормить меня.

– Приятного аппетита, тварь! – я едва успела оборониться, прежде чем тарелка разбилась о затылок, и куски макарон прилипли к волосам.

Острая боль в мгновение пронзила голову с правой стороны, пошатнувшись, схватившись за голову, мне потребовались минуты, чтобы привыкнуть к острым ощущениям.

– Каролина, что ты делаешь? – голос Марко донесся с другого конца каюты.

– Как и всегда, развлекаюсь, – она толкнула языком щеку, ухмыляясь мне, готовая вот-вот наброситься вновь.

Моя рука все еще прижималась к ушибу, и, кажется, я чувствовала, как сочиться кровь. Схватившись о дверной косяк, чтобы не потерять равновесие от черных точек, которые плясали перед глазами.

Указав солдатам на дверь, мужчины мгновенно покинули каюту, убирая оружия. Марко, преодолевая расстояние, хватает сестру за предплечье, толкнул к выходу следом.

– Убирайся отсюда.

В его голосе не было ни капли нежности, даже к собственной сестре. Каролина вырвала свою руку и по-дурацки захихикала, разворачиваясь к брату лицом. Их разница в росте была достаточно велика, из-за чего блондинка задрала подбородок, встретившись с братом взглядами.

– Не угрожай мне и не командуй, если я захочу, то перережу ей глотку раньше, чем папа решится.

Схватил сестру за шею, прижимая к стене, с глухим стуком выбивая воздух из ее легких. Подняв руку в воздух, блондинка вздрогнула, в ожидании неизбежного удара.

– Что мне мешает сломать твои шейные позвонки прямо сейчас? Верно, ничего. Поэтому не раздражай меня и делай то, что говорят.

Делая шаг назад, надеясь на послушание, в противном случае он исполнит, что пообещал.

– Прекращай играть роль того, кем тебе никогда не стать, – отталкиваясь, она вышла из каюты, громко хлопнув дверью.

Марко продолжал буравить дверь, играя желваками. Я взглянула на ладонь, оценивая причиненный ущерб моему телу.

– Дай мне посмотреть, – сделав шаг в мою сторону, отчего я сделала два в противоположную.

– Не подходи!

Предупредила я, но, к сожалению, мои слова ничего не значили. Его рука припечатала мое изможденное тело лицом к стене, откидывая прядь спутанных волос, чтобы лучше разглядеть ушиб.

– Все в порядке.

В порядке, серьезно? Он явно издевался, давая именно такой ответ. Кажется, мне пора перестать удивляться всему, что делали эти люди. В конце концов, мое нахождение рядом с ними не выглядит, словно я отправилась в запланированный отдых к дальним родственникам.

– Не думаю, что ответ изменился, будь у меня открытая рана, – вырываясь из его хватки, отходя ближе к кровати.

Я хочу спать. Тело так сильно жаждет соприкоснуться с матрасом, но я борюсь со своими желаниями, просто сев с краю.

– Тебе бы просто оказали необходимую помощь, чтобы ты не умерла раньше времени.

Сухо ответил он, даже не взглянув на меня, а затем сняв кожаную куртку и бросил на пол. Затем стянул через голову футболку, хвастаясь своими мышцами. Мои брови взлетели вверх, совершенно не понимая, что происходит, и как только его руки потянулись к джинсам, я занервничала.

– Какого хрена? – поджимая под себя ноги, спрашиваю.

– Раздеваюсь, чтобы принять душ, – абсолютно спокойно отвечает Марко, расстегивая молнию, – Предпочитаю быть чистым, прежде чем лечь в кровать с женщиной.

– О, так благородно, но ты недостоин находиться даже в одной комнате со мной.

– Мы уже преодолели этот барьер, vendetta.

В одно резкое движение Марко сорвал с себя штаны вместе с нижним бельем. Стиснув зубы, отворачивая голову, уставившись в стену, вспоминая, что она не заперта. Этот идиот. Мысленно я била его по голове тысячи раз за каждую подобную выходку.

– Такая стеснительная, забавно, – его легкий, грубоватый смех раздражал мои уши. – Или ты боишься, что не сможешь перестать фантазировать, если увидишь?

– Серьезно? – я обернулась, уставившись на его голую фигуру, но мои глаза были прикованы к лицу. – Наличие члена не является тем, что могло бы меня удивить, – пройдясь по его телу, сделав скучное лицо, остановившись на том, что он так демонстрировал. – А вот мужское достоинство дало бы тебе пару очков. Хотя все это безнадежно, потому что его нет.

У Марко было все, чтобы понравиться женщинам. Харизма плохого парня, подтянутое тело и полное безразличие к чувствам женского сердца. Антигерой современного мира, тот, что любит наполняться женской энергией через секс, при этом не вкладывая ни капли своей. Он знает, что женщинам нравится. Глупым и не уважающим себя женщинам, у которых есть свободное время, что тратят на одноразовый секс.

– Твой мозг уже сравнил нас с Кристиано? – уголки его тонких губ поползли вверх. – Развернувшись, направляясь в ванную, демонстрируя свою задницу. – По ту сторону двери есть люди.

Я громко выдохнула, прижавшись спиной к спинке кровати. Чтобы бежать, нужно иметь силы, а их у меня практически не осталось. Мой живот предательски заурчал от голода, скоро это пройдет, нужно только перетерпеть.

Спустя пятнадцать минут Марко вернулся, к счастью, на его бедрах было полотенце, в котором он улегся на кровать, по другую сторону от меня.

Отлепившись от спинки кровати, взяв подушку, спускаясь на пол.

– Не останешься?

Проигнорировав его вопрос, подкладывая подушку под спину.

– Подушкам место на кровати, – его рука вытянулась ладонью вверх. – Если ты выбираешь сидеть на полу, значит, подушка останется со мной.

Бросив в него подушкой, которую он тут же с лету поймал рукой, подкладывая под себя. Эгоист.

Я достаточно быстро провалилась в сон, мое тело медленно сползло по стене на пол. Спать на полу – не самое ужасное наказание из всех, что мне еще предстоит пережить.

Мне снился летний сад, как мы с Эйми бегали по траве, босиком ловя мыльные пузыри, ее детский звонкий смех заполнял задний двор. Я так сильно привязалась к ней за то время, что мы были вместе, даже мысли о том, что кто-то сможет отнять ее у меня, превращали меня в сумасшедшую, готовую на самые страшные вещи. Она была моей, милой Эйми. Звёздочкой, что так ярко засияла в моей жизни, меняя все вокруг к лучшему. Кристиано тоже это чувствовал, потихоньку привыкая к ней.

– Вставай! – грубый голос вернул меня к реальности, заставляя открыть глаза.

Марко сидел на корточках, одетый в чистую одежду, от него пахло мылом и сигаретами. Принимая сидячее положение, опираясь о стену, мои брови образовали складку на переносице, почувствовав боль в висках и неприятный запах сигарет.

– Поживее, у тебя пять минут, чтобы привести себя в порядок, – бросая в меня одежду, встав, возвышаясь надо мной.

Это был спортивный черный костюм, на два размера больше моего. Мне пришлось импровизировать, чтобы штаны держались за талию.

Умывшись прохладной водой, приводя себя в чувства. На месте ушибов появились фиолетовые синяки, которые трудно будет скрыть косметикой, а мелкие царапины уже успели покрыться коркой.

Сходя с яхты, окруженная людьми Каморры, пересаживаясь в тонированный машины. На приборной панели указывало четыре часа утра, томно выдохнув от скопившейся усталости. Акцентируя внимание на физическом состоянии, я совсем не учла, что мое тело было свободно, кроме того, что по обе стороны сидело два здоровых мужика, лишая личного пространства.

Аэропорт Кливленда только начинал оживать после трудовой ночи. Работники в пестрых жилетах со скучающими минами на лицах ожидали окончание смены, навряд ли кто-то из них примет во внимание и заметит неладное.

У меня нет плана, только смирение, от которого закипает кровь в жилах, наполняя яростью разум. Чем больше мне приходилось стискивать зубы, покорно склоняя голову, тем дальше я удалялась от семьи, без определенного срока надеясь на скорую встречу.

6 глава

Витэлия

Город, где сбываются мечты одних и бессовестно разбиваются на тысячи осколков у других. Лос-Анджелес – сказка для тех, кто стремится достичь популярности и славы в индустрии развлечений, готовые продать душу, пробиваясь на вершину шоу-бизнеса любыми способами. Город большого кино, которое никогда не закончится. Город «падших» ангелов.

Вереница белых «Роллс-Ройсов» приближалась к витиеватым механическим воротам. Внушающие размеры особняка с вкраплениями золотых статуй у фонтана, что располагался в центре подъездной дороги. Нетрудно догадаться, какой антураж будет внутри. Выбравшись из машины, краем глаза заметив недовольное лицо Бернардо, осматривающего дом снаружи, не решаясь войти. Мартина оказалась смелее, стуча каблуками дорогих туфель по плитке.

Всю дорогу, что мы летели, она не раз вспоминала домашний уют, которого ей не хватало. Распахнув дверь, женщина замерла.

– Вот дьявол!

Несколько мужчин достали оружия, готовые открыть огонь в любой момент. Марко подтолкнул меня, заставляя следовать внутрь за остальными. Запах разложившейся плоти ударил в нос, как только мои ноги переступили порог. Повсюду лежали трупы людей, начиная от солдат до обычных прислуг, служащих семье Волларо. Сжав руки в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, пытаясь удержать еду в желудке, которую было разрешено съесть за время полета.

– Но как они смогли? – удивилась Каролина, прикрывая нос рукой, морщась от трупного запаха.

Огромная хрустальная люстра, расположенная над центральной лестницей, что вела на второй этаж, удерживала тело мужчины, который до последнего боролся за жизнь, держа в руках нож.

Марко, преодолев расстояние, отрезал веревку, и тело с грохотом упало у его ног. Нагнувшись, вытаскивая карту изо рта, которую я не сразу заметила. Никто не заметил.

Сжав челюсти, вытаскивая телефон из кармана куртки, поставив на громкий звонок, возвращаясь, показывая отцу изображение повешенного человека вниз головой.

– Судя по тому, что ты мне позвонил, вы добрались до Лос-Анджелеса. Тебе понравился мой сюрприз, Марко?

Голос Кристиано был непохож на тот, что я привыкла слышать по утрам, просыпаясь в нашей кровати. У него всегда было более чем достаточно фантазии, чтобы удивлять.

– Повешенный, серьезно? В чем смысл? – ответил ему Марко.

Бернардо повернул голову в мою сторону, слегка щурясь, обдумывая план действий.

– Прямое значение, без скрытых смыслов, – ответил Кристиано.

Мой рот скривился в ухмылке, маленькая победа, и она была нашей.

– Позволь напомнить, твоя жена все еще в наших руках, – не разрывая зрительного контакта, сказал Бернардо. – Опрометчивые поступки дорого обходятся.

– Какой бы ни была цена, я в состоянии заплатить. Не стоит переживать об этом, позаботьтесь о себе, Бернардо.

– Лучше я позабочусь о Витэлии. Уверен, у меня это выйдет лучше твоего, – обрывая звонок, он указал на дверь в другом конце холла.

Двое солдат, тут же подхватившие меня под руки, потащили за боссом через первый этаж к заднему выходу.

– Отпустите меня! – вырываясь из цепкой хватки, бросая на Марко предупредительный взгляд. – Я в состоянии идти сама!

Небольшая пристройка, в которой, судя по всему, хранились садовые принадлежности, была очищена, оставляя четыре холодные бетонные стены и пол, усыпанный увядшими листьями, оставшиеся с прошлого лета.

Бросив меня внутрь так, словно во мне не было веса, падая на четвереньки, тут же пытаясь встать, как чья-то нога больно толкнула в спину, я снова распластавшись по сырому бетону.

– Правила просты, Витэлия. Его действия – твоя боль. Урок первый: Каморра всегда держит свое слово.

Бернардо был до ужаса спокоен, что путало мысли в ожидании неизбежного. Боли.

Почувствовав огонь, разрушающий мое левое плечо, без возможности пошевелиться. Я закричала, пытаясь проглотить вырывающуюся боль. Вывихнутое плечо продолжало гореть, от острой боли меня стошнило, упираясь лбом в холодный бетон, застонав.

Я справлюсь.

– Отлично, отправь видео Кристиано, ему понравится.

Я даже не взглянула на Бернардо, чтобы помешать его планам, только звук удаляющихся шагов. Новая волна тошноты подкатила к горлу, потребовалось несколько долгих минут, чтобы совладать с ней и отползти к стене.

Я справлюсь.

Кристиано

Италия была моей родиной, но я никогда не чувствовал на ее земле в безопасности. Канада – вот место, где я был по-настоящему на своем месте. Суровые климатические условия страны под стать моему характеру. Пока сицилийская мафия делила Америку, разрывая власть на штаты, Ндрангета контролировала целые страны. За тридцать два года в моей жизни не раз приходилось решать вопросы союза и выделение небольшой части земли другим синдикатам. Если работа была выгодна для организации, мы принимали предложение.

С годами мафия Италии перестала контролировать работу заграницей, отвечая за бизнес исключительно на своей территории. Каморра не имела определенной иерархии никогда, Коза Ностра разбилась на два лагеря, где Дон Сицилии не имел прав управлять итало-американской мафией. Сицилия отделилась от Америки, оставаясь в партнерских отношениях, преследуя разные цели. Очевидно, что, живя в чужой стране, тебе придётся сотрудничать с другими народами так или иначе. Раскол произошел от нежелания сотрудничать с не итальянцами. Коза Ностра была предана старым традициям, выступая противниками смешанной крови, некоторые семьи в Америке до сих пор с подозрением относятся к подобным бракам, если только от этого не зависит жизнь целой семьи.

Так появилось «Пять влиятельных семей» Нью-Йорка, которые со временем создали совет – Комиссию, которая разграничивает «зоны влияния» между семьями. В ее состав входят «Пять семей» Нью-Йорка, Чикагский Наряд и представители группировок Среднего Запада.

Чем больше погружаешься в мафию, пытаясь построить четкий план работы синдиката, тем с большей вероятностью запутаешься, не добившись цели.

Прошло уже больше суток с момента похищения Витэлии, меня раздражало даже собственное дыхание, пока я вел машину на виллу Казалеси.

– Давно я не был во Флоренции, – разглядывая местность в окно, сказал Теодоро.

– Что ты знаешь?

Мне было интересно, знает ли он то, чего не знаю я? Его отец был в дружеских отношениях с главой клана, в Италии все безумно дружелюбные.

– Смотря, что ты хочешь узнать?

Этот парень будет моим грехом, который я совершу. Выдохнув, прикусив язык, напоминая себе, что он кузен и по совместительству любимчик Витэлии.

– Мы договаривались! – рычу я сквозь стиснутые зубы.

– Интересно, ты злишься, что моя сестра подвергается пыткам вместо тебя или потому что украли твое? – он почесал висок стволом пистолета, что держал в руке.

– Просто заткнись, Тео!

– Думаешь, я не знаю то, что ты сделал? – голос парня изменился в тоне.

– К чему ты клонишь?

Измеряется ли терпение в процентах? Если да, то моих осталось ровно пять для Теодоро.

– Ты убил Руфино Босси сразу же после того, как он сознался.

Это было правдой, я получил разрешение Сантосов в тот же день, разрезая старика на куски. Отец не был рад моим действиям, он всегда старался привить нам с Антонио, что мафия – это «незаконный бизнес», а не кровавые убийства. Мы почти следовали этому плану.

– Он заслужил такой конец, – переводя взгляд на дорогу, ответил я.

– Смерть моего отца тоже на твоих руках?

Валерио удалось прожить несколько месяцев в тюрьме, пока его не повесили надзиратели по просьбе Франческо Барбаро, которому я щедро оплатил услугу. В тюрьмах часто заключенные обрывают свою жизнь, прибегая к суициду.

– Хочешь, чтобы я попросил прощение?

– Нет. Возможно, однажды я бы сам это сделал, – признался парень, уставившись на оливковые рощи, принадлежащие Казалеси. – Мама еще жива.

– Я не трогаю женщин.

– Она не знает об этом? – я лишь кивнул в ответ на его вопрос.

Витэлия никогда не должна узнать об этом.

– Гаэтано Казалеси – босс этого улья. На данный момент один из самых сильных кланов Каморры. Участвует в производстве молока, цемента и международной торговле с поставкой в Палермо. Союзы с албанской и нигерийскими синдикатами, – почесав переносицу, решая уравнения в голове. – Приблизительное богатство этих пчел оценивается в тридцать миллиардов евро.

– Неплохо, мусор оказался не единственным увлечением, – вилла наконец-то появилась в поле зрения.

Машина, где ехал отец вместе с Алонзо Павези, и еще несколько наших машин с солдатами.

– Напомню тебе, что мои люди все еще работают в Реджио-ди-Калабрия, и я осведомлен обо всех твоих делах.

Останавливая машину, нас уже встречало по меньшей мере двадцать человек, вооруженных до зубов. Наше появление не было сюрпризом, но Гаэтано был слишком осторожен, принимая гостей.

– Теодоро, тебе стоит больше доверять мне…

– Потому что ты трахаешься с моей кузиной? – оборвав меня, его лицо скривилось от сказанных слов.

– Мы занимаемся любовью. Ты поймешь отличие, когда начнешь уважать женщин и будешь более ответственен.

Открывая дверь, выходя из машины, теплый воздух взъерошил мои волосы.

Гаэтано было шестьдесят семь лет, невысокого роста, при этом имея широкие плечи, что указывало на крепкое сложение. Короткие волосы темного цвета с проседью, круглое лицо, широкие брови и зеленые глаза. В руках у него были перчатки, а одежда, перепачканная землей. Он стоял в закрытой позе, но слегка улыбнулся, заметив моего отца. Напряженность окутала местность.

– Алдо, я так рад, что ты наконец-то заглянул ко мне, – пожав руку отцу, его взгляд обратился ко мне. – Кристиано так вырос с нашей последней встречи.

Мне было семь, и это была наша единственная встреча.

– Гаэтано, рад встречи, – вклинился Теодоро, напоминая о своем присутствии.

Мужчина расслабился, увидев знакомое лицо, пожимая руку Теодоро, на его лице образовались морщинки вокруг глаз.

– Взаимно. Поговорим тут или пройдем в более комфортное место?

– Будет лучше, если мы останемся твоими гостями и решим все разногласия, – отец шагнул в сторону заднего двора.

Развернувшись на пятках, Гаэтано поддержал идею и неторопливой походкой последовал дружескому жесту.

– Вино или…? – предложил мужчина, считывая реакцию отца.

– Можно вино, – подставляя свой бокал. – Где Мария, обычно она приветлива к гостям?

– Алдо, прошло столько лет. Мария скончалась три года назад, – прикуривая сигару, отклоняясь на спинку стула. – Она сделала то, что должна была сделать, будучи в браке. Наследники, наша сила.

Выдыхая, он оскалился в мою сторону. Мы стояли позади отца, не решаясь присесть за стол, напротив нас по-прежнему стояли вооруженные люди с автоматами.

– И все же, она была доброй женщиной, – вращая бокал с вином в руке, соболезную утрате больше Гаэтано.

– Доброта не сможет спасти твоих людей от смерти, закона или войны. В нашем мире такое качество подобно проклятию.

– Вовремя проявленная милость спасает больше жизней, чем гнев, который сожжет всех дотла, Гаэтано. Тебе повезло, что ты остался на свободе. Твои девочки еще могут быть в безопасности.

Морщинистый лоб мужчины напрягся, когда отец упомянул его дочерей, которых он прятал в Швейцарии.

Нашумевшее дело клана Казалеси подвергло более тысячи человек к опросу в судебном разбирательстве. Десятилетняя война с верховным судом Италии и двадцать семь пожизненных приговоров. До сегодняшнего дня Гаэтано был не единственным боссом клана, его братья, друзья и верные лейтенанты, которые смогли сбежать, укрываясь от вынесенного приговора с заключением на остаток жизни.

Каморра стала синдикатом, который понял, что мусор – золото и сможет принести достаточно богатства. На протяжении двадцати лет Гаэтано строил мусорную пирамиду вместе с другими боссами клана. Подкупая местных политиков и чиновников, чтобы добиться согласия на вывоз токсичных отходов.

Из-за сбросов тяжелых металлов и химических веществ, которые в процессе сжигали у дорог, привело к выбросам токсичных веществ, спровоцировав раковые заболевания мирных граждан. Люди стали организовывать митинги, и власть зашевелилась, начиная охоту на Каморру.

Казалеси успели обосноваться за границей, налаживая торговлю оружием в Швейцарии, пользуясь банками, чтобы через посредников инвестировать в различные компании в Великобритании.

К моменту, когда неаполитанцев накрыла бедность, а кланам угрожала решётка, большинство предпочло эмигрировать из страны. Оставшиеся семьи из Неаполя и Казерты создали стратегический Альянс Секондильяно, нацеленный на незаконный оборот, связующий в Испании и Нидерландах.

Казалеси стали королями Италии, не побоявшись законов и власти, но в итоге проиграли. Гаэтано спас мусорный бизнес, заручившись поддержкой китайцев, перебравшись во Флоренцию. Сейчас они активно переправляют промышленные отходы из Прато в Гонконг.

– Чиро был менее терпелив, в отличие от тебя.

Мы с отцом одновременно напряглись, услышав имя его младшего брата. В семье никто не упоминал имени Чиро Ринальди, для отца имя брата было как старая рана, к которой он не хотел прикасаться.

– Мы приехали, чтобы обсудить клан Волларо, а не вспоминать прошлое, – начал я, оперевшись о стол обеими руками.

– А что с кланом Волларо? У них прекрасно идут дела в Лос-Анджелесе, – Гаэтано не взглянул в мою сторону, но люди с автоматами напряглись.

– Вы оказываете им поддержку, развязывая новые войны. Вы любите деньги, а Бернардо – свежую кровь на новых землях.

Он рассмеялся, качая головой:

– Кристиано, ты убил его наследника. Боюсь, он имеет все права на то, чтобы пролить свежую кровь.

– Смерть члена семьи была не спонтанным решением. Ндрангета вернула долг.

Он пытается сделать меня виновником происходящего, но не я напал пять лет назад на высшего члена сообщества Калабрийского синдиката.

– Вы хотите, чтобы я помог спасти девчонку?

– Эта девчонка является членом высшего сообщества, – напомнил всем нам Теодоро, про которого я забыл во время разговора.

– Гаэтано, просто не вмешивайся, – попросил отец.

– Угроза? – склонив голову, он был уже менее приветлив.

– Просьба, которую ты в силах исполнить.

– Так забавно, четверо мужчин стоят под прицелами сотен оружий, чтобы спасти одну сучку. Слишком унизительно.

Схватив его за толстый загривок, притянув ближе к себе, из-за чего его выпирающий живот уперся в стол, собирая скатерть. Послышались звуки снявшихся предохранителей с оружия. Теодоро направил пистолет, только Алонзо и отец оставались на прежних местах с холодными лицами.

– Думаешь, я не смогу украсить виллу твоими внутренностями? Как думаешь, будет ли это красиво?

Мои глаза заглядывали в его растерянный взгляд и широко раскрытые губы в немом молчании.

– Вам не выбраться отсюда живыми, – наконец он ответил.

– Уверен? – указывая на красную точку, что горела в области сердца, – Ндрангета была слишком долго милосердна к вам.

Теодоро не соврал, наши люди, которых отправил Франческо Барбаро из Калабрии и личный состав Алонзо, превосходили в численности, окружив гектары частных владений Гаэтано Казалеси.

– Договорились, – прошипел мужчина, так чтобы никто из его солдат не услышал.

Отталкивая его тело обратно на стул, направляясь к выходу.

– Отличная встреча, Гаэтано. Вино было вкусным.

Допивая из бокала, отец попрощался, но Теодоро все еще оставался на месте. Обернувшись, лишь догадываясь, что выкинет эта бестолочь.