Бизнес по-бомжатски

— Типа франчайзинг? — неожиданно спросил один помощник. — Что? Два курса экономического закончил, прежде чем сесть.

— Именно! — подхватил Виктор. — Франчайзинговая модель. Вы получаете права на бизнес в районе, мы — процент от прибыли.

— Сколько процент? — спросил Лысый.

— Стандартно для технологий — 30%, — не моргнув ответила Графиня.

— Многовато.

— Но справедливо. Учитывая уникальность технологии. Плюс альтернатива — конфликт, гденикто не выиграет.

После двадцати минут торга и демонстрации "Анюты" (включая светящуюся выпечку от Генки) достигли соглашения: банда Лысого становилась "региональным партнером" на территории Рижского вокзала с правом установки пяти устройств. За это платили 25% доходов и обеспечивали "комплексную безопасность".

— Если бы мне сказали, что буду заключать договор с бандой, — пробормотал Виктор, когда гости ушли, — посоветовал бы обратиться к психиатру.

— Добро пожаловать в реальный бизнес, дорогой, — пожала плечами Графиня. — Лучшие партнерства формируются в неожиданных местах.

— По крайней мере, теперь у нас есть служба безопасности, — хмыкнул Толстый. — И дополнительный канал продаж.

— И все благодаря нашему принципу, — подвел итог Виктор. — Мы видим ценность там, где другие видят мусор. Даже в банде конкурентов нашли партнеров.

— Не хочу портить настроение, — вдруг сказал Хакер, — но все слишком гладко. Сначала сбой "Анюты", потом конкуренты... Чувствую чей-то план. Кто-то за нами наблюдает.

— Твоя паранойя очаровательна, — улыбнулась Графиня, — но иногда совпадение — это просто совпадение.

Усталая команда наконец смогла отдохнуть. Перед сном Виктор записал в дневнике:

"День 24: Преодолели первый серьезный кризис. Сбой устранен, угроза превращена в партнерство. Компания показывает удивительную гибкость. Интересно, как далеко зайдем?"

Засыпая, получил сообщение от Петровича: "Приходите завтра в 15:00. Будут важные люди. Заинтересовались вашей штукой. Особенно светящимися булочками. PS: Захватите документы на компанию."

"Документы на компанию?" — подумал Виктор, проваливаясь в сон. Еще одна проблема на завтра.

Глава 9

Совещание по распределению первой серьёзной прибыли "ОмниСтрим Текнолоджис" проходило торжественно.

Пять человек сидели на разномастных ящиках вокруг самодельного стола в заброшенном вагоне. С благоговением смотрели на разложенные купюры.

Со стороны это напоминало ритуал бездомной секты поклонников денег.

— Итак, коллеги! — Виктор разгладил лист с расчётами. — Наш общий доход составляет... — драматическая пауза — восемьдесят четыре тысячи рублей!

— Всего-то? — разочарованно протянул Толстый.

— "ВСЕГО"?! — возмутился Виктор, как MBA-выпускник, которого обвинили в малограмотности. — Это наш первый ЛЕГАЛЬНЫЙ заработок! Две установки плюс предоплата от франчайзи!

Он встал и начал ходить по вагону, размахивая руками:

— Для стартапа, который две недели назад ночевал под газетами, это ПОТРЯСАЮЩИЙ результат по всем KPI!

— И на что потратим неожиданное богатство? — иронично поинтересовалась Графиня. — На яхту или сразу на остров?

Виктор торжественно разделил деньги на стопки разного размера. Как шаман раскладывает кости для гадания.

— Предлагаю научно обоснованную структуру распределения!

Пятьдесят процентов — развитие бизнеса. Тридцать — резервный фонд. Двадцать — личные расходы команды.

— Всего двадцать процентов на жизнь? — Толстый смотрел на деньги, как голодный на витрину кондитерской. — Заработали кучу бабла, а жить будем как бомжи?

— ИМЕННО так создаются успешные компании! — терпеливо объяснил Виктор тоном преподавателя экономики. — Максимальное реинвестирование на начальном этапе! Кремниевая долина плачет от зависти!

Генка вдруг поднял голову от очередной модификации "Анюты":

— Анюте нужны новые детали. Мы могли бы создать ресторанную версию! И магазинную! А ещё версию для офисов, чтобы кофе не был как бурда!

— Замечаете ироничность? — философски заметил Хакер. — Бездомные в вагоне обсуждают инвестиционные стратегии. По законам капитализма мы должны пропить всё за день.

— На этом и строится наше конкурентное преимущество! — Виктор взмахнул рукой. — Мы мыслим как топ-менеджеры, но у нас нет их раздутых потребностей в кожаных креслах!

После получаса дебатов долю на личные расходы увеличили до 25%. Первым делом решили купить новую одежду.

Не для роскоши — для повышения доверия клиентов.

— Особенно после встречи с "важными людьми" от Петровича, — заметил Виктор. — Нужно выглядеть как серьёзные предприниматели, а не как те, кто вчера спал в подворотне.

— Хотя технически мы и есть те, кто вчера спал в подворотне, — усмехнулся Толстый.

— Детали! — отмахнулся Виктор.

— Кстати о важных людях, — продолжил Виктор. — Нам срочно нужны документы на компанию. Клиенты захотят официальные бумаги.

— Могу сделать любые документы, — заявил Хакер с неожиданной уверенностью. — Нужен только нормальный комп и принтер.

— Но это же... незаконно? — Виктор выглядел как первоклассник, узнавший правду про Деда Мороза.

— А что в нашей ситуации законно? — философски спросил Хакер. — Жить в заброшенном вагоне? Производить чудо-устройства без сертификации? Заключать контракты с бандой Лысого?

Логика была железная.

— Он прав, — кивнула Графиня. — Настоящие документы слишком рискованны. У нас нет юридического адреса, официальных доходов. Многие даже паспорта потеряли.

— Временное решение! — подвёл итог Виктор. — Пока не встанем на ноги достаточно крепко.

Хакер довольно кивнул и отправился на поиски техники. Задача невыполнимая для обычного бездомного. Но для гения социальной инженерии — плёвое дело.

Следующий пункт — поиск нового помещения.

Вагон стал тесен для растущей корпорации. Особенно с учётом того, что Генка превратил общее пространство в технологический хаос.

— Создаём рабочую группу по поиску локации! — объявил Виктор. — Нужно место с электричеством, коммуникациями и площадью для производства.

— И без камер наблюдения в радиусе ста метров, — добавил Хакер.

— И с двумя выходами минимум, — практично заметил Толстый.

— При этом с транспортной доступностью, — напомнила Графиня. — Мы бизнес, а не партизанский отряд.

Команда разделилась на поисковые группы. Толстый и Хакер — заброшенные объекты. Виктор и Графиня — легальные варианты. Генка остался разрабатывать новую "Анюту".

Первые дни показали: найти помещение непросто.

Приличные варианты требовали больших денег и документов. Заброшенные объекты оказывались либо аварийными, либо занятыми другими маргиналами.

— Абсурд какой-то! — жаловался Виктор. — В городе полно пустующих помещений, но все недоступны!

— Проблема социальной стратификации городского пространства, — кивнула Графиня учёным тоном. — Бездомные могут находиться только в определённых местах. Всё остальное охраняется барьерами.

— Спасибо за лекцию по социологии, — буркнул Толстый. — А решение?

На третий день Хакер вернулся взволнованный и загадочный.

— Нашёл идеальный вариант! — сообщил он, сияя как ребёнок, нашедший клад. — Заброшенный склад у товарной станции!

Охрана чисто номинальная — сторож раз в неделю. Электричество есть. Воду можно починить. И главное — никаких камер!

— Насколько законно туда заселяться? — Виктор морщился от правовых сомнений.

— Примерно настолько же, как в этот вагон, — пожал плечами Хакер. — Здание принадлежит банкротящемуся ООО. Директор скрывается в Таиланде от кредиторов.

Пока суд да дело — помещение пустует минимум год.

— Звучит... подходяще для нашего статуса, — признал Виктор.

Осмотр склада состоялся всей командой.

200 квадратных метров! Высокие потолки! Остатки мебели! Правда, крыша течёт, окна выбиты, из коммуникаций работает только электричество.

— Не Рублёвка, конечно, — констатировал Толстый. — Но для нас — дворец Версаль.

— После ремонта будет вполне пристойный офис-мастерская, — подхватила Графиня.

— А ещё тут подсобки для жилья! — добавил Хакер. — Офис и дом в одном флаконе!

Виктор обходил помещение, делая заметки:

— Здесь производственный цех... Там исследовательская лаборатория... Тут административная зона... А там склад компонентов...

— Эй, бизнесмен! — окликнул Толстый. — Не забудь про туалет и кухню! Это поважнее твоей "административной зоны" будет!

— Коллеги, предлагаю кое-что новое, — объявил Виктор. — Нам нужны дополнительные руки. Рассмотрим найм... сотрудников.

— В смысле, ещё бомжей? — уточнил Толстый.

— Людей с похожим социальным статусом, но полезными навыками, — дипломатично поправил Виктор. — Помните Академика, Антонину Павловну, Паяльника? Они отлично помогали с ремонтом "Анюты".

Логика была железная. Им нужны люди для работы, техобслуживания, даже административной поддержки.

— Поспрашиваю на вокзалах, — предложил Толстый. — Там много талантливых, просто жизнь потрепала.

— Проверю знакомые сквоты, — добавил Хакер. — Там часто бывшие айтишники и инженеры, которые выпали из системы.

Решили: переезжают на склад и начинают набор первых официальных сотрудников.

Переезд оказался сложным. Помимо личных вещей нужно было перевезти "Анюту" со всеми модификациями, компоненты, инструменты.

И даже стену с корпоративным манифестом!

Толстый аккуратно вырезал её из вагона болгаркой, одолженной у знакомого.

— Это наша корпоративная реликвия! — объяснял он. — Символ нашего начала! Как скрижали Моисея, только про бизнес!

К вечеру основное имущество перевезли.

Генка занял светлый угол под мастерскую. Хакер выбрал тёмное помещение без окон для "информационного центра". Графиня взялась за представительскую зону. Толстый — за безопасность и быт.

— У нас же остались деньги? — спросил Толстый, укрепив входную дверь. — Предлагаю отметить новоселье! Нужна корпоративная вечеринка!

— Разумно! — поддержал Виктор. — Корпоративные мероприятия укрепляют командный дух!

Пока Толстый ходил за провизией, остальные обустраивались.

Графиня развесила шторы, создав отдельные комнаты. Генка собрал светильники из подручных материалов. Виктор с Хакером мастерили стол из поддонов.

— Знаете, — задумчиво произнёс Виктор, закручивая саморез, — две недели назад я спал под газетами на вокзале. Думал, жизнь кончена.

А сейчас у нас бизнес, клиенты, офис и сотрудники на горизонте!

— Система нас недооценивает, — мрачно ответил Хакер. — Думают: бездомный значит бесполезный. А тут больше талантов, чем в их офисах.

Толстый вернулся не один. С ним пришли Академик, Антонина Павловна и Паяльник.

— Смотрите, кого встретил! — объявил он. — Они как раз ночлег искали!

— Добрый вечер, коллеги! — Академик поклонился с церемонностью, контрастирующей с потрёпанным видом. — Не ожидал встретить вас в этих краях!

— Мы переехали, — пояснил Виктор. — Расширяемся! И как раз обсуждали вопрос постоянных технических специалистов...

Он сделал паузу:

— Если заинтересованы?

Академик переглянулся со спутниками:

— Заинтересованы ли мы в крыше, питании и научно-техническом творчестве? — улыбнулся. — На такие условия очередь из кандидатов будет!

Импровизированный праздник развернулся в центре склада. Стол из досок и ящиков. Еда и бутылки от Толстого. Светодиодные ленты от Генки. Скатерть от Графини.

— Друзья, коллеги, единомышленники! — начал Виктор, поднимая пластиковый стаканчик. — Первый тост за новый дом! За штаб-квартиру "ОмниСтрим Текнолоджис"!

— За штаб-квартиру! — подхватили все.

— А теперь официально представлю новых членов команды, — продолжил Виктор. — Если согласны присоединиться.

— Согласны, — ответил Академик. — Но хочется знать условия.

— Просто! — Виктор перешёл на деловой тон. — Жильё здесь, питание обеспечиваем, работа в команде. Зарплата пока небольшая, но стабильная. По мере роста — увеличение доходов для всех.

Главное условие — лояльность и конфиденциальность.

— А должности? — спросила Антонина Павловна. — У вас все директора, а мы кем?

Виктор не растерялся:

— Академик — глава исследовательского отдела! Антонина Павловна — руководитель отдела контроля качества! Паяльник — главный инженер производственного цеха!

Паяльник, который обычно молчал, неожиданно улыбнулся. Возможно, впервые за долгое время.

— Прекрасно! — кивнул Академик. — Тогда мой тост! За компанию, которая видит в людях таланты, а не социальный статус!

— За "ОмниСтрим"! — хором отозвались все, поднимая кулаки.

Празднование продолжалось до поздней ночи.

Люди, недавно считавшие себя отбросами общества, делились историями, смеялись, строили планы. Обсуждали новые версии "Анюты", выход на новые рынки.

Шутили о том, как удивятся "нормальные" бизнесмены, узнав правду о конкурентах.

Под конец вечера Виктор вышел на "террасу" — площадку у входа под звёздным небом.

К нему присоединилась Графиня, сохраняющая элегантность даже в заброшенном складе.

— Знаешь, — тихо сказал Виктор, глядя на город, — иногда кажется, что сплю и вижу сон. Недавно был доцентом экономики, читал лекции о стартапах...

— А теперь применяешь знания на практике! — закончила Графиня. — В условиях, о которых типичные стартаперы не догадываются.

— Самое ироничное: я всегда говорил студентам, что предприниматель должен видеть возможности там, где другие видят проблемы. Но сам не верил, пока жизнь не загнала на дно.

— Социальное дно может быть плодородной почвой, mon cher, — философски заметила Графиня. — Когда нечего терять, обретаешь невероятную свободу для экспериментов.

— И для ошибок, — добавил Виктор.

— Которые тоже часть пути. C'est la vie.

Засыпая, Виктор получил сообщение от Петровича:

"Насчёт завтрашней встречи. Один из потенциальных клиентов — владелец сети кафе 'БыстроЕда'. Очень заинтересован в технологии улучшения вкуса. Готовьтесь к серьёзным вопросам и крупному заказу. PS: Не забудьте документы!"

Виктор улыбнулся. Сеть кафе — совсем другой уровень!

Если получится, можно перебраться в нормальное помещение и начать легализацию. От склада к настоящему офису. От бомжей к предпринимателям.

Глава 10

Превращение заброшенного склада в подобие корпоративного офиса было задачей для "Экстремального ремонта" с нулевым бюджетом. И тягой к сюрреализму.

На третий день после переезда команда "ОмниСтрим Текнолоджис" провела первое официальное совещание по планированию пространства.

— Согласно методологии Фредерика Тейлора, — вещал Виктор, расхаживая вдоль импровизированной доски (куска фанеры, прислонённого к стене), — эффективность рабочих процессов напрямую связана с рациональной организацией пространства.

— Можно попроще, профессор? — Толстый сидел на перевёрнутом ведре. Под его весом оно издавало звуки умирающего кита. — У нас тут склад с дырявой крышей, а не Сколково.

— Он хочет решить, где что будет стоять, — перевела Графиня. Она элегантно расположилась на единственном нормальном стуле. Толстый выменял его на свою коллекцию пивных пробок у коменданта соседнего общежития.

— Предлагаю простое решение, — Виктор указал на нарисованную схему. — Центральная часть — опен-спейс для административных функций. Правый угол — производственная зона Генки. Левый угол — исследовательская лаборатория. Задняя часть — склад компонентов и жилая зона.

— Ой, только не надо этой корпоративной чуши про "опен-спейс", — поморщился Хакер. — Назови вещи своими именами — "большая комната, где все мешают друг другу".

— А где будет туалет? — практично поинтересовался Толстый. — И кухня? И душ? Мы всё-таки здесь жить будем, а не только бизнесом заниматься.

Виктор замялся. В планировании идеального офиса он упустил из виду базовые человеческие потребности. Типа пописать.

— В дальнем углу есть помещение с раковиной, — вмешалась Графиня. — Можно организовать там комбинированное пространство для базовых гигиенических процедур.

— Умывальник с половой тряпкой, понял, — кивнул Толстый.

— А ещё нам нужна переговорная для встреч с клиентами, — напомнил Виктор. — Мы не можем приглашать потенциальных заказчиков в... в общее пространство.

Все оглядели "общее пространство". Обшарпанные стены. Потолок, украшенный причудливыми разводами от протечек. Пол, на котором эволюция пятен могла стать предметом отдельного научного исследования.

— Я знаю, что делать! — внезапно подскочил Генка. До этого момента он молча копался в какой-то металлической коробке. — У меня есть идеальное решение для переговорной!

Он выбежал на улицу. Через несколько минут вернулся, возбуждённо подпрыгивая и размахивая руками:

— Там, за углом, стоит заброшенный фургон "Газель"! Без колёс, но с неплохим кузовом! Мы можем затащить его внутрь и сделать из него переговорную комнату!

— Фургон... внутри склада... в качестве переговорной, — медленно повторил Виктор. Словно пытался убедиться, что не ослышался. — Это...

— Гениально! — воскликнул Толстый. — Я видел такое в офисе какого-то модного стартапа, когда охранял презентацию. Они поставили старый автобус посреди офиса и проводили там совещания. Называли это "концептуальным решением".

— Действительно, — задумчиво кивнула Графиня. — В последние годы подобные эксцентричные решения считаются признаком креативности и нестандартного мышления.

— И никто не подумает, что мы просто нищеброды, которым негде проводить встречи, — добавил Хакер.

Идея была единогласно одобрена.

Толстый с Генкой немедленно отправились исследовать фургон. Владелец давно махнул на него рукой. После двух часов напряжённого труда фургон был успешно размещён в углу склада.

Труд включал в себя: снятие остатков номерных знаков, отключение сигнализации (которая не работала последние десять лет) и примитивную погрузку-разгрузку. С использованием физической силы Толстого и трёх досок.

Когда основная планировка была согласована, команда разделилась.

Генка взялся за техническую сторону обустройства. Графиня занялась эстетическим оформлением. Толстый отвечал за "грубую силу и сантехнику". Хакер модернизировал системы безопасности — развешивал самодельные датчики движения и паранойяльно бормотал о "правительственных спутниках слежения".

Виктор занял позицию верховного координатора. В реальности это означало, что он ходил от одной группы к другой. Высказывал умные мысли, от которых не было практической пользы. И делал пометки в потрёпанном блокноте.

Генка подошёл к техническому оснащению со всей страстью маниакального изобретателя.

Первым делом он решил проблему электроснабжения. Создал систему, которую гордо назвал "Анюта-Распределительная".

— Смотрите! — восторженно объяснял он. — Анюта берёт минимум энергии из городской сети, а остальное генерирует из отходов и альтернативных источников!

Он демонстрировал сложное переплетение проводов, подключённых к модифицированной версии их основного изобретения.

— Каких именно альтернативных источников? — осторожно поинтересовался Виктор. С опаской глядел на мигающие индикаторы.

— Ну... — Генка таинственно улыбнулся. — Тепло от тел сотрудников, кинетическая энергия от движения, потенциал окислительно-восстановительных реакций бытовых отходов и... энергия беспокойных мыслей Хакера.

— Последнее — это метафора, я надеюсь? — уточнил Виктор.

— Конечно, — слишком быстро ответил Генка.

Сменил тему:

— А ещё я создал централизованную систему отопления из старых радиаторов! Они будут работать от тепла, выделяемого "Анютой" при переработке мусора.

Система действительно работала. По складу растянулись трубы, соединяющие разномастные радиаторы. От них исходило приятное тепло.

Особенно впечатляло то, что радиаторы слегка светились в темноте голубоватым светом.

— Побочный эффект, — пожал плечами Генка в ответ на вопросительные взгляды. — Зато ночью не придётся включать свет, чтобы найти дорогу в туалет.

Следующим его изобретением стала система связи между различными зонами склада.

— Я модифицировал старые телефонные аппараты и соединил их в локальную сеть, — объяснял он.

Демонстрировал нечто, отдалённо напоминающее дисковый телефон, скрещенный с кофеваркой.

— Теперь мы можем общаться между отделами, не крича через весь склад!

— А почему он булькает? — спросил Толстый. С подозрением глядел на аппарат, который действительно издавал звуки, будто в нём что-то варилось.

— Это система охлаждения, — невозмутимо ответил Генка. — Телефон одновременно подогревает чай. Многофункциональность, знаете ли.

Но самым впечатляющим стал "автоматический секретарь". Странная конструкция у входа из модифицированного ксерокса, динамика от старого радиоприёмника и камеры наблюдения. Камера была прикреплена к манекену женского торса.

— Когда приходит посетитель, — с гордостью демонстрировал Генка, — датчик реагирует на движение, камера делает снимок, система распознаёт лицо и выдаёт соответствующее приветствие. А если это незнакомец — просит представиться и распечатывает бейджик!

Для демонстрации он помахал рукой перед датчиком.

Система тут же ожила. Динамик захрипел и выдал искажённым, но вполне различимым голосом:

— Здравствуйте, Генка-Профессор! Добро пожаловать в "ОмниСтрим Текнолоджис"! Анюта соскучилась по Вашему вниманию!

— Ты научил машину... скучать? — недоверчиво спросил Хакер.

— Просто дружелюбный интерфейс, — пожал плечами Генка. Но его глаза подозрительно блеснули.

Пока Генка создавал технологические чудеса, Графиня занималась преображением унылого складского пространства.

В нечто "визуально стимулирующее и соответствующее корпоративной идентичности".

На практике это означало создание самого эклектичного интерьера в истории офисного дизайна. Основным материалом служили найденные предметы. Но комбинировались они с таким вкусом, что результат выглядел как инсталляция в современной галерее.

— Это направление в дизайне называется "апсайклинг", — объясняла Графиня. Развешивала найденные куски разноцветных тканей в качестве перегородок. — Мы не просто используем старые вещи — мы даём им новую, более возвышенную функцию.

В её исполнении даже самые непритязательные находки приобретали шарм.

Старые деревянные ящики превратились в стеллажи. Поставлены друг на друга и покрашены в корпоративные цвета "ОмниСтрим" — синий и зелёный.

Консервные банки, обёрнутые цветной бумагой, стали органайзерами для канцелярских принадлежностей.

А старый диван с ближайшей помойки превратился в представительское место для приёма гостей. После глубокой чистки и драпировки тканью, подозрительно напоминающей театральные кулисы. О происхождении которой Графиня деликатно умалчивала.

Особое внимание Графиня уделила оформлению фургона-переговорной.

Внутри он был полностью преображён. Стены обиты тканью. Пол застелен ковровым покрытием из множества разноцветных лоскутов. Вместо стола использовалась большая деревянная катушка от кабеля, отполированная до блеска.

— Мы назовём это "эко-минимализм с элементами промышленной эстетики", — заявила Графиня. Расставляла вокруг стола-катушки стулья разных форм и размеров. Каким-то чудом они гармонировали между собой после её вмешательства.

— Напоминает секонд-хенд, который взорвала бомба, — пробормотал Толстый. Достаточно тихо, чтобы Графиня не услышала.

Самым впечатляющим элементом стала "стена корпоративных ценностей". Огромная композиция из газетных вырезок, кусочков зеркал, ярких этикеток и даже нескольких CD-дисков. При взгляде с определённого угла складывалась в логотип "ОмниСтрим".

Под ней красовалась миссия компании, выведенная каллиграфическим почерком Графини: "Мы видим ценность там, где другие видят мусор".

— Потрясающе, — искренне восхитился Виктор, разглядывая композицию. — Это настоящее произведение искусства.

— Ты даже не представляешь, насколько прав, — усмехнулась Графиня. — Я видела почти идентичную инсталляцию на международной биеннале современного искусства в Венеции. Только там она называлась "Общество потребления: деконструкция парадигмы" и стоила сто тысяч евро.

К концу недели склад преобразился до неузнаваемости.

Он по-прежнему оставался складом — с высокими потолками, бетонными стенами и характерным эхом. Но теперь в нём чувствовалась продуманность организации. И даже своеобразный стиль.

— Нам нужно дать название этому стилю, — задумчиво произнёс Виктор.

— "Бомж-шик", — пожал плечами Толстый.

— Слишком прямолинейно, — поморщилась Графиня.

— "Индустриальный ревайвализм с элементами устойчивого потребления", — предложил Виктор.

— "Мусоро-технический ренессанс", — внёс свою лепту Хакер.