Бизнес по-бомжатски

— Только давайте быстро и по делу, — сказал он Толстому. — Если реально поможете счета за электричество уменьшить — буду очень благодарен.

В день презентации команда была на взводе. Виктор, одетый в свой лучший твидовый пиджак, провел последний инструктаж:

— Помните: мы — профессиональная команда технологического стартапа, специализирующегося на энергоэффективных решениях для малого бизнеса. Мы уверены, компетентны и дружелюбны. Никаких упоминаний о вагоне, картонках и, упаси боже, наших обычных местах ночлега!

— А если спросят, где мы живем? — уточнил Хакер.

— "В разных районах города", — подсказала Графиня. — Никаких деталей. Меняйте тему на рабочие вопросы.

На встречу отправились Виктор, Графиня и Генка с "Анютой", аккуратно упакованной в специальный кейс (на самом деле — старый чемодан, найденный на свалке и отремонтированный Толстым). Хакер остался в вагоне, поскольку социальные взаимодействия вызывали у него паническую атаку, а Толстый был слишком хорошо знаком персоналу кафе в своем обычном облике.

Кафе "У Петровича" оказалось уютным заведением с домашней атмосферой. Клетчатые скатерти, деревянная мебель, запах свежей выпечки — все создавало ощущение семейного бизнеса, созданного с любовью.

Сам Петрович встретил их в небольшом кабинете за кухней, который служил ему офисом, складом и, судя по раскладушке в углу, иногда спальней.

— Присаживайтесь, — сказал он, кивая на стулья. — Чай, кофе? У нас пирожки свежие с капустой.

— Благодарим, от чая не откажемся, — ответил Виктор, стараясь говорить максимально солидно.

Пока Петрович отлучился за чаем, Графиня судорожно прошептала:

— Он предложил еду! Как настоящим людям! Это хороший знак!

Виктор кивнул, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри у него все сжималось от волнения и — что греха таить — от предвкушения нормальной еды.

Петрович вернулся с подносом, на котором стояли чашки с чаем и тарелка с горячими пирожками. Запах свежей выпечки заполнил комнату, и Виктор увидел, как Генка незаметно сглотнул.

— Итак, — сказал Петрович, садясь за стол. — Толстый сказал, у вас есть какая-то штука, которая поможет мне сэкономить на электричестве. Я слушаю.

Виктор глубоко вдохнул и начал презентацию. Он говорил четко, профессионально, используя свой преподавательский опыт для структурирования информации. Графиня элегантно демонстрировала "слайды" на ламинированном картоне, а Генка готовился к технической демонстрации.

— Наша компания "ОмниСтрим Текнолоджис" разработала уникальное решение для малого бизнеса, — вещал Виктор. — Наша система оптимизирует энергопотребление и одновременно утилизирует отходы, превращая их в дополнительный источник энергии.

Петрович слушал внимательно, время от времени кивая. Он не выглядел впечатленным маркетинговыми обещаниями, но и скептицизма не проявлял.

— И сколько же я могу сэкономить? — спросил он практично.

— По нашим расчетам, для заведения вашего формата экономия может составить от 30 до 40 процентов ежемесячных затрат на электричество, — ответил Виктор. — Кроме того, вы получаете дополнительный бонус в виде утилизации пищевых отходов.

Это явно заинтересовало Петровича:

— Отходы? Вы знаете, сколько у нас уходит на вывоз мусора? Особенно органики?

— Именно! — подхватил Виктор. — Биомодуль забирает часть органики как сырьё для буферного контура и заметно уменьшает объём отходов. Экономия получается и на электричестве, и на вывозе мусора.

Петрович выглядел впечатленным:

— И как это работает? Можете показать?

Наступил решающий момент. Генка аккуратно открыл чемодан и извлек "Анюту". В дневном свете устройство выглядело... странно. Даже после всех модификаций и попыток придать ему более презентабельный вид, оно все равно напоминало гибрид кухонного комбайна, советского радиоприемника и чего-то, что могло бы появиться в фильме "Назад в будущее".

— Это... прототип? — осторожно спросил Петрович.

— Это функциональная модель, адаптированная для демонстрации, — дипломатично ответила Графиня. — Коммерческая версия будет иметь более эстетичный дизайн.

Генка начал настройку устройства, подключая к нему небольшой контейнер с пищевыми отходами, который они предусмотрительно принесли с собой.

— Здесь два контура, — объяснял Генка, подключая контейнер. — Базовый OmniStream управляет нагрузкой и потерями. А эту штуку я добавил сам: экспериментальный модуль биоконверсии. Пищевые отходы дают немного энергии в буфер, а система решает, куда её выгоднее направить.

Устройство загудело, замигали индикаторы, и к удивлению всех присутствующих, "Анюта" действительно заработала без каких-либо взрывов, странных звуков или выбросов пара. Генка подключил к ней небольшую лампочку, которая немедленно загорелась ровным светом.

— Впечатляет, — признал Петрович. — И эта штука может работать в промышленных масштабах? Для всего кафе?

— Коммерческая версия будет масштабируемой, — подтвердил Виктор. — Мы можем настроить систему точно под ваши потребности — от питания отдельных приборов до обеспечения всего заведения.

В этот момент Анюта издала странный звук, напоминающий довольное урчание, и лампочка стала светить ярче.

— Она... счастлива, — пробормотал Генка, ласково поглаживая устройство. — Ей нравится работать.

Петрович странно посмотрел на Генку, но решил проигнорировать эту странность.

— Хорошо, допустим, я заинтересован. Какие условия? Сколько стоит установка и обслуживание?

Виктор был готов к этому вопросу:

— Мы предлагаем гибкую модель сотрудничества. Вместо крупных начальных вложений — оплата по факту экономии. То есть, мы устанавливаем систему, и вы платите нам процент от фактически сэкономленных средств. Если экономии нет — вы ничего не платите.

Это предложение явно понравилось Петровичу. Он почесал подбородок:

— А если ваша штука сломается или начнет барахлить?

— Полное техническое обслуживание включено, — заверила Графиня. — Наши специалисты готовы реагировать на любые ситуации в течение двух часов с момента обращения.

Переговоры шли гладко — даже слишком гладко. Виктор начал нервничать: все казалось слишком простым, должен быть какой-то подвох. И он не заставил себя ждать.

В момент, когда Петрович уже был готов подписать предварительное соглашение, случилось непредвиденное. "Анюта", до этого момента работавшая безупречно, вдруг издала пронзительный свист, замигала всеми индикаторами, а затем выпустила струю зеленоватого пара, который заполнил комнату запахом... жареной курицы?

— Что это? — удивленно спросил Петрович, принюхиваясь.

Генка в панике бросился к устройству:

— Небольшая... калибровка... — пробормотал он, лихорадочно крутя регуляторы. — Система адаптируется к новым вкусовым... то есть, энергетическим паттернам!

Виктор похолодел. Весь их план мог рухнуть в одно мгновение. Графиня незаметно сжала руки в кулаки, готовясь к провалу. Но тут произошло неожиданное.

Петрович глубоко вдохнул аромат и расплылся в улыбке:

— Надо же! Пахнет точь-в-точь как фирменная курица моей бабушки! Она особый рецепт знала, с травами.

Генка моментально переключился:

— Это... это особенность нашей технологии! — выпалил он. — Система анализирует органические отходы и воспроизводит их базовые ароматические соединения в очищенном виде! Побочный эффект, но приятный!

— То есть, ваша машина может ароматизировать помещение запахом еды? — Петрович выглядел заинтригованным. — А это может привлечь клиентов! Представляете, идет человек мимо, а его манит запах свежей выпечки...

Виктор, быстро сориентировавшись, подхватил:

— Именно! Это одна из дополнительных функций нашей системы. Ароматический маркетинг — очень эффективный инструмент для заведений общественного питания.

"Анюта" как будто услышала их и перестала свистеть, вернувшись к нормальной работе. Но легкий аромат жареной курицы остался, наполняя комнату домашним уютом.

— Знаете что, — решительно сказал Петрович, — давайте попробуем. Установите вашу систему на три дня. Если все работает как вы говорите — заключим полноценный контракт.

Виктор с трудом сдержал вздох облегчения:

— Отличное решение! Мы можем установить тестовую версию уже завтра и...

— Сегодня, — перебил Петрович. — Если вы серьезная компания, то должны быть готовы работать быстро. Установите сегодня вечером, после закрытия кафе.

Команда переглянулась. Они не планировали действовать так быстро, но отступать было нельзя.

— Конечно, — уверенно кивнул Виктор. — Наша монтажная бригада прибудет сегодня в... — он на секунду задумался, — в 22:00.

— Договорились, — Петрович протянул руку. — И если все будет работать, как обещаете, я порекомендую вас своим знакомым. У меня много друзей в ресторанном бизнесе.

Рукопожатие скрепило их первую сделку, и Виктор ощутил странное чувство — смесь эйфории, страха и невероятного голода. Последнее, впрочем, было легко объяснимо: тарелка с пирожками так и осталась нетронутой из-за нервов.

Уже на выходе из кафе Петрович внезапно задал вопрос, которого они боялись:

— Кстати, а где находится ваш офис? Просто для документов нужен юридический адрес.

Виктор на мгновение замер, но Графиня пришла на помощь:

— В данный момент мы находимся в процессе релокации из технопарка "Сколково" в более просторный офис в бизнес-центре "Атриум". Я пришлю вам все реквизиты по электронной почте.

Петрович кивнул, очевидно удовлетворенный ответом, и они наконец покинули кафе, с трудом сдерживаясь, чтобы не бежать.

Только отойдя на безопасное расстояние, команда позволила себе выдохнуть.

— Мы сделали это! — воскликнул Виктор. — У нас есть первый клиент!

— И пирожки! — добавил Генка, извлекая из внутреннего кармана своего многослойного одеяния несколько завернутых в салфетки пирожков. — Я взял, когда Петрович отвернулся. По одному каждому!

— Mais c'est du vol! — воскликнула Графиня, но тут же добавила, принимая пирожок. — Впрочем, это можно считать образцами для технического анализа.

— У нас всего несколько часов, чтобы подготовить Анюту к установке, — напомнил Виктор, с наслаждением откусывая от теплого пирожка. — Генка, ты уверен, что устройство справится?

— Я всю ночь буду настраивать и калибровать! — пообещал Генка. — Анюта не подведет! Хотя... возможно, она будет немного капризничать первое время.

Они шли по улице — трое странно одетых людей с чемоданом, из которого доносилось тихое урчание, — и впервые за долгое время в их глазах горел огонь надежды. У компании "ОмниСтрим Текнолоджис" появился первый настоящий клиент, а значит, их безумная затея имела шанс на успех.

Но уже через полчаса, вернувшись в вагон-офис, их ждал неприятный сюрприз. Хакер встретил их паническим сообщением:

— Анюта начала коротить при подключении к сети! Если мы попытаемся подключить ее к электросистеме кафе, она может обесточить весь квартал!

Виктор посмотрел на часы: у них оставалось меньше восьми часов до установки, а их единственный продукт грозил превратиться в самую высокотехнологичную причину блэкаута в истории района.

Глава 6

— Я вас категорически поздравляю, — мрачно констатировал Хакер, наблюдая за тем, как Генка со священным ужасом разбирает "Анюту" на части. — Вы теперь коллективно обладаете не бизнесом, а маленькой локальной катастрофой.

Возвращение команды в вагон-офис было триумфальным ровно сорок секунд — пока Хакер не сообщил им своё открытие о коротком замыкании. Осознание масштаба проблемы обрушилось на них, как бетонная плита с демонтируемого завода.

— Согласно теории управления рисками Канемана, — задумчиво произнёс Виктор, нервно поправляя очки на переносице, — мы сейчас находимся в классической ситуации переоценки собственных возможностей на фоне информационной асимметрии.

— Проще говоря, мы в полной жопе, — перевёл Толстый, задумчиво почёсывая бороду.

— Mais non! — возмутилась Графиня. — Это временное технологическое затруднение. У каждой уважающей себя компании бывают моменты pre-launch turbulence.

Генка сидел на полу в окружении деталей "Анюты", бормоча что-то невразумительное и периодически прикладывая компоненты к уху, словно прослушивая морскую раковину.

— Анюточка обиделась, — пробормотал он наконец. — Она не хочет работать с чужими сетями. Она... как бы это сказать... собственница. Хочет быть единственным источником энергии, а не частью системы.

— Антропоморфизация неодушевлённых предметов — первый признак технического безумия, — меланхолично заметил Хакер. — И, между прочим, это доказывает мою теорию о том, что правительство внедряет ИИ в бытовые приборы для слежки за населением.

Виктор решительно встал посреди вагона, приняв позу, которую сам считал "лидерской", а со стороны она больше напоминала человека с внезапным приступом радикулита.

— Господа директора, — торжественно начал он, — перед нами стоит первый серьёзный бизнес-вызов, и я предлагаю структурировать нашу работу согласно методологии антикризисного менеджмента.

— Давай без занудства, а? — попросил Толстый. — У нас восемь часов, чтобы починить эту хреновину, иначе Петрович нас с потрохами сожрёт.

— Именно, — кивнул Виктор. — Поэтому мы разделимся на три оперативные группы. Первая — техническая: Генка и Хакер, вы отвечаете за модификацию "Анюты". Вторая — логистическая: Толстый, тебе нужно найти недостающие компоненты. Третья — административная: мы с Графиней подготовим план установки и документацию для клиента.

— А спать когда? — поинтересовался Толстый.

— Согласно исследованиям Гарвардской школы бизнеса, — невозмутимо ответил Виктор, — сон является опциональным компонентом стартапера на первоначальном этапе развития бизнеса.

— Класс, — буркнул Толстый. — Так и запишем: сон — опционально, еда — желательно, кофе — критично.

Таким образом в недрах вагона-офиса развернулась настоящая операция спасения. Генка, посовещавшись с Хакером, составил список необходимых компонентов: восемь конденсаторов специфической ёмкости, медный провод трёх разных сечений, какая-то загадочная "полупроводниковая матрица У-17" и, что самое странное, два килограмма обычной поваренной соли.

— Зачем соль? — удивился Виктор.

— Для стабилизации электролитического буфера, — важно объяснил Генка, после чего, понизив голос, добавил: — Ну и Анюта её любит. Она потом лучше работает.

Толстый, вооружившись списком, исчез в недрах городских задворок, обещая вернуться "в течение жизненного цикла среднестатистического таракана в московской квартире".

— Это сколько по-человечески? — уточнила Графиня.

— Часа два-три, — пояснил Толстый уже от дверей. — Если не встречу своих кореша с Рижского, тогда быстрее справлюсь.

Организация производства в условиях тотального дефицита всего — это особое искусство, в котором команда "ОмниСтрим" начинала достигать поистине виртуозных высот. Пока Генка и Хакер колдовали над внутренностями "Анюты", Виктор и Графиня превратили один из углов вагона в подобие конструкторского бюро: на стены были наклеены схемы и диаграммы, на полу разложены чертежи, а между ними расположился импровизированный макет кафе "У Петровича", созданный из спичечных коробков и обрезков картона.

— Сектор А, — Виктор указывал карандашом на макет, — кухонная зона. Там максимальное энергопотребление и больше всего органических отходов. Идеальное место для основного модуля.

— Но с эстетической точки зрения, — возразила Графиня, — размещение техногенного объекта в зоне приготовления пищи вызовет диссонанс общей гастрономической концепции.

— Ты хочешь сказать, что эта штуковина будет мешать поварам и выглядеть стрёмно? — уточнил подошедший Хакер.

— Merci beaucoup для перевода, — кивнула Графиня.

Толстый вернулся даже раньше, чем обещал, нагруженный как вьючный верблюд. Из его многочисленных карманов, сумок и даже, кажется, из-под шапки извлекались самые странные предметы: катушки с проводами, электронные платы, металлические детали неопределённого назначения, банка с солью и даже целый, почти работающий микроволновый кондиционер.

— Где ты всё это достал? — изумился Виктор.

— Когда ты бомж со стажем, — философски ответил Толстый, — ты не просто знаешь, где искать сокровища. Ты знаешь, кто знает, где их искать.

— Твоя социальная сеть поражает воображение, — признал Виктор.

— Ага, — усмехнулся Толстый. — В LinkedIn такого нетворкинга нет. Кстати, мне пришлось пообещать пару мини-"Анют" пацанам с теплотрассы — они очень помогли с полупроводниковой фигнёй.

— Ты что?! — Виктор чуть не поперхнулся. — Ты обещал нашу технологию посторонним?

— Не парься, — невозмутимо ответил Толстый. — Я им сказал, что это будут устройства для подогрева самогона при отрицательных температурах. Они даже чертежей не просили, им главное результат.

Генка набросился на принесённые компоненты, как ребёнок на подарки в рождественское утро. Его глаза сияли маниакальным блеском, а руки двигались с такой скоростью, что казалось, у него их как минимум четыре.

— Теперь Анюточка будет как новенькая! — бормотал он, соединяя провода и прилаживая детали. — Нет, даже лучше! Мы сделаем тебе апгрейд, малышка!

Хакер тем временем разбирал принесённый микроволновый кондиционер:

— Я создам защитный контур от перепадов напряжения. И заодно маленькую глушилку для правительственных частот, чтобы они не могли удалённо перехватить контроль над системой.

Через час стало ясно: деталей хватает, времени — нет. Команда разложила работу без новых совещаний. Толстый чистил и сортировал добытые компоненты, Хакер собирал защитный контроллер, Виктор держал список того, что должно работать к утру, а Графиня следила, чтобы никто не утонул в проводах и собственном энтузиазме.

Генка вскрыл корпус прототипа и впервые объяснил всё без квантовой поэзии. Исходное ядро OmniStream умело управлять потоками энергии, но не было генератором. Поэтому попытка заставить его напрямую "есть" отходы едва не спалила систему.

— Значит, разделяем функции, — сказал Виктор. — Ядро оптимизирует. Твой новый модуль перерабатывает сырьё. Между ними — буфер.

— Именно! — обрадовался Генка. — Нельзя заставлять бухгалтера быть электростанцией. Даже если бухгалтер талантливый.

К утру у "Анюты" появился отдельный блок биоконверсии из деталей старого ИБП, нагревателя и оборудования, происхождение которого Толстый предпочёл не уточнять. Энергии он давал немного, зато достаточно, чтобы сглаживать пики нагрузки. Основную экономию по-прежнему обеспечивало управление потреблением.

Первый запуск дал синюю дымку и запах свежего хлеба. Все отступили.

— Это почему? — спросил Виктор.

Генка долго смотрел на датчики, потом виновато улыбнулся:

— Обратная связь. Она подстраивается под профиль помещения. Мы учили её на данных кафе, а она решила, что хорошая работа должна пахнуть выпечкой.

— Запах отключить можешь?

— Теоретически.

— Практически?

— К презентации узнаем.

После ещё двух часов система продержалась под нагрузкой без скачков. Не чудо-машина, не вечный двигатель — странный, но работающий гибрид: корпоративное ядро, которое когда-то выбросили, и безумные надстройки Генки из того, что другие считали хламом. Этого было достаточно, чтобы ехать к клиенту.

— У меня только один вопрос, — подал голос Хакер. — Как мы доставим эту штуковину в кафе? Она весит килограммов тридцать, а до "У Петровича" километра три.

Все озадаченно переглянулись. В запале работы никто даже не подумал о логистике.

— У меня есть решение, — неожиданно сказала Антонина Павловна. — Мой племянник иногда подрабатывает на своём "Газельке". Думаю, он сможет подбросить нас за... — она на секунду задумалась, — за хорошее слово и литр хорошей водки.

— Это можно организовать, — кивнул Толстый.

"Газелька" племянника Антонины Павловны оказалась видавшим виды фургоном с облупившейся краской и характером норовистой лошади — машина глохла на каждом втором светофоре и издавала звуки, которые заставляли Хакера бормотать молитвы неведомым техно-божествам.

Экспедиционная группа для установки "Анюты" была сформирована по принципу минимальной достаточности: Генка как главный технический специалист, Виктор как руководитель проекта и лицо для общения с клиентом, и Толстый — на случай, если понадобится физическая сила или убедительность. Остальные остались в вагоне, готовить документацию и планировать следующие шаги.

Кафе "У Петровича" уже закрылось для посетителей, когда команда "ОмниСтрим" подъехала ко входу. Сам Петрович встретил их у служебной двери с выражением лица человека, который уже начал сомневаться в своём решении, но ещё готов дать шанс.

— Принесли вашу чудо-машину? — спросил он, пропуская команду на кухню.

— Инновационную систему энергетической оптимизации, — поправил его Виктор. — Да, мы готовы к установке.

Кухня кафе представляла собой компактное, но хорошо организованное пространство с профессиональным оборудованием. Плиты, духовки, холодильники — всё было чистым и ухоженным, что говорило о хорошем отношении владельца к своему делу.

— Где планируете ставить вашу... систему? — поинтересовался Петрович.

Генка уже сканировал помещение взглядом, бормоча что-то себе под нос и периодически принюхиваясь, как охотничья собака.

— Здесь! — наконец объявил он, указывая на угол возле утилизатора пищевых отходов. — Идеальное место для Анюты! Рядом источник биомассы и доступ к основной электросети.

— Удобное расположение с точки зрения операционных процессов, — поддержал его Виктор. — И не будет мешать персоналу.

Установка началась. Толстый аккуратно распаковал "Анюту", Генка начал настраивать систему, а Виктор отвлекал Петровича рассказами о перспективах экономии и преимуществах их технологии.

— Вы понимаете, — говорил он, — традиционные подходы к энергопотреблению устарели. В современных реалиях рыночной экономики критическим фактором становится ресурсная эффективность. Наша система реализует принцип циркулярной экономики в микромасштабе отдельно взятого предприятия...

Петрович кивал с таким видом, будто понимал хотя бы треть сказанного, но его внимание было приковано к Генке, который поглаживал установленное устройство и что-то нежно шептал ему.

— Он всегда так с техникой разговаривает? — тихо спросил Петрович у Виктора.

— Это часть нашего know-how, — невозмутимо ответил тот. — Экспериментально доказано, что положительный эмоциональный контакт с оборудованием повышает эффективность его работы на 17%.

— Серьёзно?

— Абсолютно. Гарвардское исследование, — соврал Виктор с невозмутимым лицом.

Петрович ещё раз взглянул на Генку, который теперь напевал "Анюте" что-то похожее на колыбельную, пожал плечами и решил не углубляться в странности технических гениев.

Через час установка была завершена. "Анюта" уже была подключена к электросети кафе и к контейнеру для пищевых отходов. Генка провёл финальную калибровку, и устройство загудело с тихим, почти умиротворяющим звуком.

— Тестовый запуск, — объявил он, нажимая кнопку активации.

Все затаили дыхание. "Анюта" мигнула индикаторами, загудела чуть громче, а затем... ничего не произошло. Никаких взрывов, никакого дыма, никаких странных эффектов. Только ровное гудение и мигающий зелёным индикатор "Работа".

— Система функционирует нормально, — с облегчением сообщил Генка. — Теперь перепроверим эффективность энергосбережения...

Он подключил к устройству какой-то измерительный прибор собственного изготовления и удовлетворённо кивнул:

— Как и обещали — экономия около 35% от стандартного энергопотребления. Плюс утилизация отходов.

— И никаких побочных эффектов? — осторожно уточнил Виктор, помня о голубом тумане.

— Пока не наблюдаю, — ответил Генка. — Хотя... — он принюхался, — кажется, Анюта начинает создавать ароматический эффект. Чувствуете?

В воздухе действительно появился лёгкий аромат свежей выпечки, который становился всё отчётливее.

— Это что-то типа освежителя воздуха? — поинтересовался Петрович, принюхиваясь.

— Это ароматический маркетинг, — подхватил Виктор. — Запах формирует позитивные ассоциации у клиентов и стимулирует аппетит. Исследования показывают, что правильно подобранные ароматы могут увеличить продажи до 23%.

— Хм, — Петрович выглядел заинтересованным. — А можно настроить запах под определённые блюда? Например, у нас фирменные пирожки с яблоком...

— Теоретически — да, — закивал Генка. — Анюта умеет адаптироваться под окружающую среду. Если вы будете готовить определённые блюда чаще, она со временем "научится" воспроизводить их ароматический профиль.

Петрович впервые за вечер искренне улыбнулся:

— Знаете, это может быть реально полезно. Люди идут на запах — это факт.