Жребий

– Молчите? воля ваша, убеждать что-то не хочется. Мне и будильника Светика достаточно.

– Вот оно что, вы за благую весть пострадали?

– Не совсем, правильнее, за некорректную аргументацию.

– Обниматься полез, гад?! – злобно вставил Иваныч.

– Нет, на лестнице, да, схлопотал за первый и единственный раз, – беззастенчиво соврал он.

– Ууу! – в ярости провыл ревнивец, схватив за грудки разоткровенничевшегося наглеца.

Тот не отреагировал на пятерню, терзавшую грудь. Смотря взглядом обречённого на стул Светули, с безразличием к самому себе подумал, – Интересно, меня ногами вперёд вынесут или есть надежда на костыли? – Людмила вернула мужа на стул.

– Отцепись от парня!

– И ты, Брут?

– Ой, нашему Цезарю заговоры и измена мерещатся. От этого рога не растут.

Иваныч, сам не зная зачем, провёл рукой по волосам.

– Людмила захохотала, – Ни за что не зацепился? уверен?

– До этой минуты не сомневался.

– То есть, сомнения начали грызть твою болванку для милицейской фуражки?

– Повода не давай. Про рога чего вдруг заговорила? секрет наружу рвётся, рассказать некому?

Людмила встала. Зять отъехал со стулом в сторону, ушёл с линии огня. Она придвинула свой стул к нему, села, приобняла за шею, вызывающе улыбаясь.

– Если изменить, то с королём! В Африку поеду. Лучше быть королевой в Вонго, чем здесь милицейской женой. Чего, чего ты там мямлишь? Светка? Что Светка? По статистике мужиков не хватает, но для тех, кто подарков с неба не ждёт, они на каждом углу пучками валяются. – Сорвавшись со стула, ухватила Иваныча за остатки волос, злобно зашипев, – Как в башку твою пустую пришло меня подозревать? Да за мной столько кобелей бегает, из «Макарова» впору отстреливать, и не один сукин сын не может похвастать успехами.

Какого оттенка её глаза, какой взгляд парню и представлять было не надо. Дежавю недавних событий дышало свежестью.

– Браво! МХАТ отдыхает. Станиславский бы от зависти катался по полу, дрыгал ногами и кричал: «Верю! верю!» – Светка, стоявшая незамеченной в дверях, аплодировала артистам домашнего театра. – Решили показать себя во всей красе? – смотри, какие мы весёлые ребята! А ты, королёк – птичка певчая, ишь расчирикался и соврал ловко, глазом не моргнул. Уж вывалил бы всё от начала до конца. – Посмотрев недобро ему в глаза, она поделилась ужесточением его перспектив, – Хотела изменить план возмездия, но здесь и паспорт липовый, и откровения за моей спиной.

Не вняв угрозе будущего своего благоденствия, он с извинением поклонился Людмиле Сергеевне, отвёл Светку в сторону и зашептал ей на ушко:

– Сказанное против меня притянуто за уши. Ты и я, правда? сильно соскучились друг по другу. Я знаю, чего мы оба хотим.

– Не соврёшь?

– Та ложь во спасение была, а тебе разве посмею.

– Боишься или из других побуждений?

– Ничего кроме одного побуждения – тебя.

– Пока я в обморок от счастья не грохнулась: чего желаем?

– Что бы я поцеловал…

– Папулю, в знак примирения?

– Примирение возможно, когда двое собачились. Я в военных действиях не участвовал, только безответно сносил удары и поношения. У него конкретно ко мне антипатия разгорелась или это обычная реакция?

– Ооо, – задохнулась возмущением Светка, – паразит, я тебе ухо откручу за твой язык паршивый! Обычная реакция? Ты подразумеваешь: парней я в дом толпами вожу? Получается, по пятницам, вечерами, ну, чтобы не заскучала, меня при родителях обслюнявливают всякие засранцы, вроде тебя, потом они скачут по стульям и орут недорезанными поросятами? – Она под невыносимой тяжестью догадки опустила голову, – Я… я поняла! Ты всю дорогу прикидывал: «Интересно, сколько мужиков имела до меня моя податливая крошка?».

Мать, видя накал страстей, жестом остановила и вернула на место Иваныча, решившего прервать затянувшийся диалог, – Мы поворковали, настала их очередь.