Камень Души. Книга 2

Яносс с облегчением перевел дух, понимая, что еще один приступ ярости архиепископа мог стать для него роковым.

Хозяин кабинета резко захлопнул кожаную папку, едва взглянув на письмо внутри.

- Прочь! – бросил он помощнику, чуть смягчив тон.

Квингералий мгновенно исчез за дверью, не дожидаясь повторного приказа. Оказавшись в коридоре, он с облегчением выдохнул, радуясь короткой передышке от грозного начальства. Но спокойствие длилось недолго – в приёмную вошёл смотритель каргов с небольшим свитком.

«Только этого не хватало», - мысленно простонал Яносс, закатывая глаза.

- Откуда? – спросил он вслух.

- Кетлас, - лаконично ответил смотритель, оставив послание на подносе.

«Небеса, дайте сил», - прошептал Яносс про себя, берясь за поднос.

Архиепископ как раз заканчивал изучать допросные листы старосты Агранны и собирался приступить к посланию епископа Зандена, когда раздался стук.

- Войди! – прогремел его голос.

Яносс вошёл размеренным шагом, неся поднос со свитком.

- Депеша из Кетласа, высокопреосвященство, - чётко доложил он.

- Давай сюда, живо! – рыкнул архиепископ. – Несёшь, будто заарскую блудницу, прости Матерь божья.

Яносс молниеносно подскочил к столу с подносом, но стоило архиепископу своими скрюченными от артрита пальцами схватить свиток, как помощник развернулся к выходу.

- Стоять, сучий хвост! – прорычал Дорн. – Ни с места и не дыши!

Застыв как изваяние, помощник едва шептал молитвы, умоляя высшие силы уберечь его от грозного владыки кабинета.

- Что застыл столбом? – поинтересовался архиепископ, осторожно разворачивая свиток. – Может, сам за шифровальной книгой схожу, бестолочь?

Яносс, шмыгая носом, поспешил к полке, где между трудами Святых Рудольфа и Накрума притаилась книга «Рецепты матушки Ганусс о чудном приготовлении медовых пряников».

Бережно положив фолиант перед архиепископом, помощник отступил на два шага и замер, словно проглотив кол, в ожидании новых указаний.

Дорн, открыв заветную страницу «кулинарного шедевра», принялся сопоставлять её с мелко исписанным свитком. Переписав содержимое на обрывок пергамента, он вдруг напрягся, черты его лица заострились.

«Ваше высокопреосвященство, вестей от Рейнара и Бэлла не поступало. Сиг также не вернулась. Ваш ИГ.»

Архиепископ Дорн откинулся в кресле и устало посмотрел сквозь своего помощника, застывшего перед столом. Настроение упало до уровня подагры, которая тут же отозвалась болью, словно подтверждая его дурные предчувствия. Взглянув наконец на Яносса, он с трудом подавил желание ударить помощника по морде и просто махнул рукой, отпуская его.

Яносс поспешно удалился, прикрыв за собой дверь, и с облегчением выдохнул в приемной.

Дорн поднялся и начал медленно прохаживаться по кабинету, разминая затекшие ноги. Несмотря на боль, напоминавшую о наступившей старости, он продолжал ходить и размышлять над накопившимися проблемами.

«Итак, что мы имеем», - подумал он. «Во-первых, отряд Рейнара и Сиг пропали два дня назад – возможно, потерпели поражение или просто исчезли.»

Остановившись у камина, он подбросил несколько поленьев и продолжил свой путь между столом и дверью.

«Во-вторых, архимаг Нагелиус Вернно сообщает о появлении истинного некроманта. Возможно, эти события связаны – некромант, пропавший отряд и всплеск темной магии.»

Прислушавшись к звукам из приемной, он двинулся обратно к столу.

«В-третьих, Алкар Реганн молчит уже два дня из поместья Аррен. Хотя знает, что за ней следят, не прислала ни одного письма. Впрочем, возможно, она пытается привлечь этого индюка рода на нашу сторону.»

Взглянув на песочные часы, Дорн отметил наступление полудня.

«Самое время для бокала ясского вина... А может, и двух», - подумал он, направляясь к кувшину у камина.

«Надо было брать эту девчонку официально и быстро», - подумал он, наливая янтарный напиток. – «С паршивой овцы хоть шерсти клок...»

И тут… снова постучали. Дорн сделал большой глоток, с наслаждением прищурился и поспешил к столу.

- Входи, - рявкнул он, опускаясь в кресло.

Дверь приоткрылась лишь слегка – как всегда, когда Яносс опасался гнева хозяина. В щель просунулась его голова:

- Ваше Высокопреосвященство, к вам Анатэо Суирнам.

- Кто? – архиепископ удивленно поднял брови.

- Декан факультета некромантии, сиречь тьмы, - пробормотал Яносс, открывая дверь полностью. – Он ожидает вашего соизволения принять его у входа в Цитадель, ваша милость.

- Любопытно, - протянул Дорн, скрывая удивление за бокалом ясского. – Проводи его в библиотеку, я скоро буду.

Помощник кивнул и скрылся за дверью. Тон хозяина ему явно не понравился.

- А этому что от меня нужно? – спросил архиепископ у пустого кабинета и отпил вина.

***

Библиотека Престола величественно возвышалась на третьем этаже Цитадели, двумя уровнями выше кабинета архиепископа. Дорн поднялся туда на подъемном механизме – своем изобретении, которое каждый раз вызывало у него легкую улыбку.

Достигнув нужного этажа, он коротко кивнул смотрителю подъемника и неторопливо направился к массивным двустворчатым дверям библиотеки. Длинный коридор украшали широкие галереи с портретами священнослужителей в рясах и статуями крылатых существ – не то драконов, не то виверн. Архиепископ, погруженный в свои мысли, не обращал внимания ни на убранство, ни на служителей храма, которые бесшумно исчезали при его появлении.

Не дойдя до главного входа, Дорн свернул к неприметной боковой двери. Прошептав несколько слов, он толкнул её и оказался в небольшой комнате, примыкающей к основному залу библиотеки. Громадное помещение поражало воображение – казалось, здесь собраны все книги мира. Бесконечные ряды стеллажей уходили вдаль, а над ними возвышался второй ярус, куда вела узкая каменная лестница. Венчал это великолепие стеклянный потолок, через который лились яркие солнечные лучи. Здесь, в библиотеке Престола Церкви Единой и Единственной, хранилась вся мудрость веков.

Архиепископ осторожно приблизился к ещё одной двери и отодвинул задвижку, открывая небольшое смотровое отверстие в библиотеку. За ним открывался уютный читальный зал: массивный каменный стол, окруженный шестью креслами, и комфортный диван с приставным столиком. Теплый желтоватый свет от светосфер, установленных в нишах стеллажей, мягко освещал книжные полки.

На диване расположился необычный мужчина. Его внешность сразу привлекала внимание: абсолютно лысая голова без единого волоска, даже бровей. Серые глаза с узкими вертикальными зрачками, напоминающими драконьи, но более размытыми. Правильные черты лица: прямой нос с легкой горбинкой, тонкие выразительные губы, острые скулы и подбородок. Слегка заостренные уши гармонично дополняли образ.

Высокий и широкоплечий, с мощными руками и сильными ладонями, незнакомец был облачен в строгий академический наряд: черные брюки, заправленные в высокие сапоги, и длинный черный сюртук с капюшоном.

«Мда...» - подумал Дорн. – «С ним действительно нужно быть начеку.»

Архиепископ закрыл задвижку и толкнув дверь, вошел в читальный зал. Мужчина мгновенно почувствовал магическую ауру Главы Престола и повернул голову к двери. Узнав вошедшего, он встал с дивана и отвесил почтительный поклон.

- Анатэо Суирнам, к вашим услугам, - представился он. – Благодарю ваше высокопреосвященство за аудиенцию.

- Что вы, многоуважаемый декан, - приветливо улыбнулся архиепископ, подходя ближе. – Прошу, садитесь. Чему обязан вашим визитом?

Мужчина склонил голову и опустился на диван, элегантно закинув ногу на ногу.

- Суть дела такова, - начал он. – Я присутствовал на собрании деканов Академии, где зачитывались некоторые архивные документы. Не получив ответа на наше послание, я был уполномочен узнать у вашего высокопреосвященства – не пришло ли время объединить усилия перед лицом надвигающейся угрозы?

По мере того, как декан говорил, брови Дорна поднимались все выше и выше. К концу речи этого самодовольного лысого индюка они почти достигли линии волос. Впрочем, Глава Престола быстро взял себя в руки, вернул лицу привычное выражение и спросил:

- Что именно вам известно, уважаемый?

Декан внимательно посмотрел в серьезное лицо архиепископа, подбирая нужные слова. Закинув ногу на ногу, он произнес:

- После анализа магических всплесков в эфире стало очевидно – в нашем мире появился истинный некромант. Мы не знаем, кто он и как оказался в Гландаголле. Но судя по силе воздействия на объект, его дар поистине впечатляет. И знаете, кто стал целью его магии?

- Откуда мне знать? – удивленно ответил архиепископ.

- О, это самое интересное, - с явным удовольствием произнес декан, не скрывая своей осведомленности от Дорна. – Разрушитель.

- Что?

- Именно так, ваша милость, - чеканя каждое слово и обворожительно улыбаясь, подтвердил декан. – Тот самый Разрушитель, которого эльфы запечатали в Тарионне.

- Невероятно, - искренне изумился Дорн. – Вы говорите о том, кого заточил клан Энтул?

- Совершенно, верно, - широко улыбнулся декан.

- Откуда вам это известно?

- О, это удивительная история, - все так же улыбаясь, ответил он же некромант, он же Анатэо Суирнам, он же полукровка. – Орден Мирра долго пытался его освободить, но... Увы... Сил не хватило – где уж им тягаться с древними магами.

- Что ж, я уже в курсе, - усмехнулся Дорн, явно не улавливая подтекст разговора. – И что дальше?

- Хм... - декан растянул губы в широкой улыбке. – Позже мы зафиксировали еще один магический всплеск, многократно превосходящий предыдущий. О чем это может свидетельствовать?

- Умираю от нетерпения услышать ваши выводы, - с сарказмом бросил архиепископ, все еще не понимая, к чему ведет собеседник.

- Просто восхитительно, - сияющее лицо декана выводило Дорна из себя. – Невероятно! ИХ ДВОЕ!

В тот же миг Глава Престола Церкви Единой и Единственной подался вперед, его глаза налились кровью, а пальцы окутали крошечные белые разряды. Декан удивленно вскинул «брови», мгновенно утратив улыбку, и только молча открывал и закрывал рот, вращая необычными вертикальными зрачками.

- Что вы только что сказали? – процедил сквозь зубы архиепископ.

Потрясенный декан факультета некромантии вжался в диван, парализованный страхом. Пугающее преображение собеседника настолько ошеломило его, что он не сразу осознал заданный вопрос.

- Что вы только что сказали? – повторил архиепископ, словно читая его мысли.

Отчаянно озираясь в поисках укрытия и не находя его, декан все же встретился взглядом с преобразившимся Дорном и выпалил на одном дыхании:

- Их двое...

[1] Река Даэдэлу является крупнейшей водной артерией Ватара, простирающейся от Полудня до Моря Ветров и служащей естественным рубежом между Рассветными и Срединными землями.

[2] Так в Срединных землях называли Империю Ди’Ассан.

Тени в камнях

Древний Полуденный тракт от переправы Тарионн растворился в зелени слева, его каменная кладка почти полностью скрылась под буйной растительностью. Путь можно было угадать лишь по редким сторожевым столбам – одни высились целыми, другие лежали в руинах. Стоило лишь отклониться от них, как путников поглощала мрачная чаща, неласковая к пришлым. Впрочем, они пришлыми не были. Гландаголл радостно встречал эльфов и дан, приветствуя их шелестом листвы и дыханием новой жизни.

Когда солнце поднялось над кронами, Вечный Лес вновь изменил свой облик. Он преображался всякий раз после утренней песни Эльдариен, что звучала после трапезы.

Следы поискового заклинания Неро сияли так ярко, что их замечали все – даже старый гоблин, который либо действительно не разбирался в темной магии, либо искусно это скрывал. Отряд уверенно продвигался вперед, стремясь разгадать загадку истинного некроманта и достичь Долл'Буд – хотя бы ради поддержки его обитателей, будь то мирные жители или воины. Впрочем, в подобных поселениях часто встречались именно бойцы – постоянные набеги кочевников Тарка научили местных защищаться всеми возможными способами.

Отряд двигался по лесу в отточенном за дни странствий порядке. Впереди шли Гончая и Лорка, внимательно исследуя каждый уголок леса - ручьи, овраги и укромные места, где могли таиться тени. За ними бесшумно следовали эльфы под предводительством Лориэля. Отсутствие Римтана ощущалось особенно остро, но его песнь пока не звучала в Тарионне. Риаа, объяснившая ему принцип перехода по Пути Тени, терпеливо ждала его голоса.

В середине отряда ехали Неро и Риаа, за ними – Марко. Старый гоблин вел навьюченного скарбом мерина, упрямо отказываясь что-либо оставить из поклажи. Замыкала процессию Сиг, присматривая за вереницей из восьми связанных между собой лошадей и следя за происходящим позади.

Отряд хранил молчание – никто не тратил слов попусту, да и местность не располагала к праздным разговорам. Все были начеку, готовые отразить любое нападение. Лорка мысленно передавал Неро сведения об окружающей местности, а Риаа время от времени смотрела на лес глазами Гончей, используя заклинание единого взора.

Но тут поступило сообщение от Лорки, а взор Гончей обострился, выделяя каждую деталь окружения с невероятной четкостью. Риаа заметила даже крошечного паука, отчаянно убегающего от массивного черного пса. Внезапный шелест листвы прокатился по лесу, заставив отряд замереть на месте. Опасность притаилась впереди. Молниеносно спешившись, Неро выхватил клинок, Марко приготовил свой изящный гоблинский лук, а Сиг бесшумно скользнула к ближайшему дереву, сжимая свой. Только Риаа сохраняла спокойствие, продолжая исследовать чащу глазами Гончей.

В сумраке леса острый взор той, через который смотрела Риаа, выцепил притаившуюся человеческую фигуру.

«Вот ты где», - мысленно усмехнулась Дочь Луны, заставляя черную псину сфокусироваться на цели.

- Один, - прошептала она, указывая рукой. – Прячется в тени оврага, шагах в трехстах отсюда.

Неро молча кивнул и нашел взглядом Лориэля, устроившегося у ближайшего дерева в ожидании знака от Олвариен. Почувствовав на себе взгляд Императора, эльф обернулся, внимательно всмотрелся в его лицо и прочел беззвучные слова. Утвердительно кивнув, он бесшумно двинулся вперед, убирая меч за спину и извлекая кинжал.

«Что-то здесь не так», - насторожилась Риаа и призвала тьму. Легкий толчок силы – и её глаза заволокло фиолетовым свечением, а на ладонях засветились древние символы Ночи.

Окружающее пространство внезапно ожило, пронизанное пульсирующими энергетическими потоками. Подобно кровеносной системе, желто-зеленые линии пронзали каждый сантиметр пространства, питая жизненной силой всё сущее.

Природа обнажила перед ней свои сокровенные тайны. Листва превратилась в замысловатую паутину энергетических нитей. Травяной ковер излучал мягкое свечение, а цветы сверкали, словно россыпь звезд. Их бутоны, одни еще спящие, другие уже пробудившиеся, источали уникальное внутреннее сияние, создавая волшебную палитру красок.

Пчелы, бабочки и стрекозы превратились в живые искры, исполняющие воздушный танец и рисующие магические узоры, оставляя светящиеся шлейфы в воздухе.

Внезапно она обнаружила их… людей. Их тела пронизывали такие же ярко-желтые живительные потоки. Они крались, маскируясь под пологом из веток и листвы, а в их руках поблескивали серые предметы.

«Оружие», - молнией пронеслось в голове Дочери Луны, и она среагировала быстро… очень быстро.

В момент, когда стрелы устремились к эльфам, Гончей и Лорке, Неро, заметив фиолетовое сияние в глазах возлюбленной, мгновенно всё осознал. Щиты из непроницаемой тьмы материализовались перед каждым соратником. Стрелы из светлой древесины, украшенные черным оперением и блистающими стальными наконечниками, замерли в воздухе, словно увязнув в черной вязкой материи, буквально в ладони от лиц спутников Императора.

Они застыли. В черной и тягучей субстанции, облепившей их жала смерти. Просто застыли.

А затем с рук Риаа, сорвались призрачные сгустки чистейшего мрака, устремившись в чащу леса. Подобно молниям, они одновременно поразили всех затаившихся врагов, сковав их по рукам и ногам.

Всех разом!

Она не стала призывать свои смертоносные орудия – ни призрачные мечи из истинной тьмы, ни тот кнут, что когда-то разорвал воинов Рейнара в парке Дубов. Вместо этого темные плети мгновенно опутали и обездвижили всех противников.

Гландаголл ответил последним шорохом листвы, прежде чем погрузиться в гробовую тишину.

Внезапно безмолвие разорвал яростный тигриный рык. А перед лицом первого обнаруженного Риаа врага земля взорвалась фонтаном корней, а следом клацнула зубастая пасть чёрного пса с пылающими алыми глазами.

***

Восемь пленников сидели полукругом у поваленных деревьев, служивших недавно засекой. На самом деле нападавших было девять, но Лорка, движимый верностью другу, разорвал одного на части.

Скованные невидимыми путами пленники замерли без движения. Они не могли даже повернуть головы и лишь с ужасом смотрели на захватчиков, которые вполголоса обсуждали методы предстоящего допроса. Особенно усердствовали в этом старый гоблин и Сигг, а Эльдариен лишь загадочно улыбалась, поблескивая зелеными глазами. Неро подыгрывал соратникам, не сдерживая свою магию, отчего его окутывало фиолетовое сияние, словно праздничное дерево в зимнее равноденствие. Его пронзительный взгляд приковывал не меньше внимания, чем оскал Марко, который требовал немедленной казни «этих грязных оборванцев» через расчленение.

Наконец Неро не выдержал:

- Хватит.

Все обернулись к нему с недоумением.

- Допрос с пристрастием? – недовольно проворчал старый гоблин, хрустнув пальцами.

- Нет, - отрезал Повелитель, сверкнув глазами и отпуская тьму. – Они все полукровки из Долл'Буд, это очевидно. Нет смысла их расспрашивать. До поселения уже близко, нужно выдвигаться. Иначе провозимся с ними до заката, а время утекает как песок сквозь пальцы.

- Ты уверен в своем решении, душа моя? – спросила Риаа, стараясь сохранять невозмутимость.

- Абсолютно, - ответил Неро и повернулся к Лориэлю. – Погрузите их на лошадей и выдвигаемся.

- Мда, - снова буркнул старый гоблин.

- Согласна, - поддержала Эльдариен.

- Они в нас стреляют, а мы... - проворчала Сигг, направляясь к лошадям. – Марко, идем.

Она пошла вперед, зная, что он последует за ней.

Лагорве и Гелэрве подошли к пленникам. Подняв первого за руки и ноги, они понесли его к лошади, которую уже подвела полукровка.

- Все же я хотела бы узнать, какой Бездны ради они на нас напали, - сказала Риаа, легко касаясь руки Неро.

- И что это изменит? – уверенно ответил он. – У нас три варианта. Первый – оставить их здесь в таком состоянии, что означает верную смерть. Второй – убить их прямо сейчас, достаточно лишь сильнее сжать плети тьмы. Но есть третий вариант, который мне нравится больше всего – доставить их в Долл'Буд, пусть с ними их набольшие разбираются.

- Отличный план, - кивнула Риаа. Отпустив руку возлюбленного, она поспешила к лошади. – Гончая, - позвала она черную псину, - Иди вперед, мы выдвигаемся.

Создание Серых Пределов сверкнуло горящими глазами в сторону хозяйки и одним прыжком скрылось в густых зарослях.

Эльфы перекинули пленников через спины лошадей, словно вязанки хвороста, и устремились по следу Гончей и Лорки в глубину леса, оставив приглядывать за ними Сигг и Марко.

Неро, восстановив поисковое заклинание, уверенно шагнул в тени Гландаголла, ведя за собой остальных. В воцарившейся тишине только листва Вечного Леса нашёптывала путникам свою Песнь Весны.

***

К полудню Кан вернулся к привычному ритму жизни. Одни горожане спешили по делам, другие неторопливо прогуливались по улицам. В гильдейских мастерских и порту кипела работа с раннего утра. Корабли сновали между причалами, доставляя зерно, древесину и металл. На трех дорогах, ведущих к порту, движение периодически замирало, когда фискальники перекрывали въезд. И тогда наступала хоть и временная, но вполне убаюкивающая тишина, отчего возницы могли даже рухнуть под ноги своих кляч, вызвав безудержный гогот стражников, охранявших таможенных чинов.

Утренний мелкий теплый дождь сменился ясным небом без единого облачка. Морской бриз приятно освежал воздух, не давая летней жаре окутать каменные улицы столицы Лерии.

На пассажирском причале стояла тишина. Все путники давно покинули порт, и теперь по каменным плитам бродили лишь упитанные чайки да пара копейщиков, охранявших вход в портовое здание.

- Как думаешь, сегодня будет жара? – спросил высокий стражник у дородного товарища, прислонившегося к поручню сходней. – Не хотелось бы вариться в доспехах.

- Откуда мне знать, - буркнул тот, сплевывая на камни зеленый сок жевательных листьев геры[1].

- Что-то ты сегодня неразговорчивый, - усмехнулся первый. - Небось жена не дала? Или дала, да только железной сковородой…

Он расхохотался, издавая странные булькающие звуки.

- Придержи язык, не то схлопочешь по своей довольной роже, ублюдок, - не меняя позы, процедил второй и снова сплюнул, целясь в важно вышагивающую по камням чайку.

Промахнулся.

Первый снова загоготал, запрокинув голову, но резко умолк. В бухту входило двухмачтовое судно, убирая паруса.

- Смотри-ка, не могу разобрать, - обратился он ко второму, указывая на море. – Похоже на Тибритский штандарт. Какой Бездны им здесь надо?

Толстяк, то и дело сплевывающий, повернулся в указанном направлении. Прищурившись, он прикрыл глаза ладонью от яркого солнца.

- Ну что, разглядел? – буркнул первый, направляясь к сходням.

- Да где тут разглядишь, - проворчал второй, поворачиваясь всем своим грузным телом. – Вона как блестяха светит, что глаза слезятся.

На судне убрали паруса, и гребцы энергично налегли на весла, направляя корабль к стоящим на якоре судам.

- Кажется, ты прав, - наконец произнес второй, убирая руку от шлема, и снова сплюнул зеленую жижу. – Сбегай за лейтенантом, а то потом орать будет похлеще орка на хросте[2].

- Или как твоя жена по утрам, - бросил на ходу первый и расхохотался над своей непристойной шуткой.

- Убью! – крикнул ему вслед любитель геры.

Высокий поднимался по ступеням серого каменного здания, продолжая смеяться, несмотря на угрозы убийством, а его напарник провожал его взглядом, полным злости и раздражения.

Пока первый стражник, зайдя в здание пытался разбудить лейтенанта, задремавшего после обеда в прохладном помещении, второй наблюдал за судном. Корабль, достигнув первой линии торговых судов, бросил якорь. На палубе суетились матросы под громкие команды боцмана, эхом разносившиеся над спокойной гладью бухты.

Они спешно спускали лодку на воду.

Наконец из здания вышел офицер стражи в начищенных до блеска доспехах в сопровождении высокого. Поправив меч, лейтенант подошел ко второму стражнику, который, не обращая внимания на прибывших, неотрывно следил за спуском лодки с двумя пассажирами.

- Тибрит, - протянул офицер, разглядывая в подзорную трубу судно, и любитель геры вздрогнул. – Двое. Любопытно, я и не знал, что этим закатным неженкам разрешено входить в Море Призраков. Им же сюда путь заказан...

- И я о том, дор[3], - пробормотал второй и сплюнул в воду.

- Барбер, - обратился офицер к высокому стражнику, - Сходи в караулку, предупреди ребят – у нас намечается встреча в верхах.

Первый поспешил выполнять приказ лейтенанта, на бегу то и дело оборачиваясь на судно, от которого уже отчалила лодка с двумя недружественными созданиями.

Офицер напряженно всматривался в судно, вошедшее в бухту под флагом Тибрита. В памяти всплывали обрывки знаний об этой стране, известной своей враждебностью к Срединным землям со времен правления Раккаи.

Тибрит располагался на крупном острове в Великой Воде – море, названном так древними племенами, некогда заселившими его берега. Большинство жителей острова были потомками переселенцев из старых поселений за Каменными Столпами – горной цепью между Срединными и Закатными землями. Со временем Тибрит стал главной морской торговой державой Великих Вод. Остров славился не только мореходством, но и плодородными землями. Особую ценность представляли богатые залежи железной руды, выходившие на поверхность. Благодаря легкой добыче железа, изделия из него стоили здесь намного дешевле, чем в других землях.