Ключ Бейкера

– И не он создал смертельный яд, Лиам? – взор Фила был непроницаемым, он убрал руки в карманы, продолжая отвечать вместо Тома, – он создал химическое оружие, которое можно применять в пытках. Не убийца. Лиам, мы все здесь убийцы. Решения мы не изменим. Исключено.

– А ты что молчишь, – яростно прошипел Райз, бросая взгляд на Бейкера, – что молчишь? Почему ты молчишь!

– Лиам! – Фил выступил вперед, – довольно! Хватит уже.

– Нет, не хватит, Фил! Не хватит! – голос сорвался, Лиам сделал рваный вдох, чувствуя, как обречённость охватывает не только Сэма, но и его самого, – каким же мудаком надо быть, чтобы так поступить…

   Страх потерять друга охватил моё сознание. Он сделал шаг вперёд, но дверь резко распахнулась, и чьи-то руки обхватили парня со спины, не давая замахнуться на босса. Не давая совершить ошибку, которую тот игнорировал в порыве ярости. Райз отчаянно рвался к Бейкеру, но его крепко прижали к груди.

– Лиам, чёрт бы тебя побрал, успокойся! – рявкнул Айзек, продолжая удерживать вырывающегося подопечного.

– Нет, пусти!

– Не дури, Лиам. Успокойся, говорю! – резко повернув к себе, он схватил его за ворот и смачно ударил по лицу.

   Лиам вписался спиной в шкаф и, не устояв, плюхнулся на пол. На кабинет обрушилось затишье. Щека отдавала болью. Айзек тяжело выдохнул.

– Успокоился?

   Райз посмотрел на него и, чуть помедлив, кивнул. Капитан протянул руку, помогая подняться. Бейкер продолжал молчать. Фил стоял рядом с ним. В окно, разбиваясь вновь и вновь, били тяжёлые капли. Чёрное полотно разрезала очередная молния, а раскат грома встряхнул землю. Лиам посмотрел на Томаса и тут же опустил голову. Злость сменилась отчаянием и болью. И стыдом. Он сжал кулаки и тяжело втянул воздух. А затем получил сильный и неожиданный подзатыльник, отчего ойкнул и вопросительно посмотрел на Айзека.

– А теперь извинись.

   Слова не без труда, но всё же вылетели у подростка из уст. Томас, наконец-то, проявил к нему внимание, обогнул стол и приблизился.

– Оставьте нас наедине.

   Айзек переглянулся с Филом, и они вышли. Дверь закрылась. Том положил руку на плечо парня, и он поднял голову.

– Лиам, – начал Бейкер ровным тоном, – ты прекрасно всё понимал, знал, что так будет. И всё равно врываешься ко мне в кабинет с претензиями.

– Он же не такой, он не из тех упырей, которых я знаю… Он… Том, я не могу. Это слишком. Слишком…

   Прервался, даже не заканчивая фразу. Босс провёл по волосам и опустил руку на плечо. Понемногу, постепенно, но Лиам начинал успокаиваться. Уткнулся в грудь, сжал рубашку, по щекам скатились слёзы от негодования. Томас ждал, пока эмоции выплеснутся, молчал. По-отцовски, гладил по волосам. Заботливо подхватил за подбородок и посмотрел на след, оставшийся после удара. Боль сконцентрировалась на скуле. Он подошёл к холодильнику у бара, достал лёд и бросил тот в стакан, немного поболтал им, о чём-то задумываясь. Прислонил к лицу юноши, удержав на месте.

– Ай, – Лиам зажмурил один глаз и коснулся тыльной стороны ладони Тома, посмотрел на нахмурившегося главу.

– Терпи.

   Раздался очередной удар грома, в помещении на секунду стало светлее. Они молчали. За дверью было также тихо. Айзек и Фил, вероятно, уже ушли. Райз взялся за холодное стекло, Бейкер отпустил стакан и сделал шаг назад.

– Тебе лучше?

– Да.

– Хорошо. Теперь поговорим о твоём поведении, Лиам.

   Он тут же вскинул голову и посмотрел на мужчину. Лёд в стакане чуть звякнул.

– Я устал выслушивать, как ты себя ведёшь, Лиам Райз. – Мальчишка дрогнул от произнесённой им фамилии. – Почему ты. Врываешься ко мне в кабинет и повышаешь на меня тон?

   Каждое слово прозвучало чётко и твёрдо, отчего осознание произошедшего довольно быстро складывалось в полную картину.

– Я просто…

– Почему ты позволяешь себе лишних вольностей? То, что я отношусь к тебе более снисходительно, чем к другим, ещё не значит, что тебе всё сойдёт с рук.

   Он отчитывал его, как десятилетнего. Уши начали гореть от стыда, хотелось убежать, быстрее закончить этот разговор, но уйти и хоть как-то абстрагироваться от долетающих до него слов было просто невозможно.

– Томас, я уже понял… Мне же не пять, не надо повторять одно и то же…

– Нет, не пять. Тебе на двенадцать больше, но головой ты, почему-то, только дотягиваешь до тринадцати. Я сказал слушай меня, Лиам. Внимательно.

   Он вновь поднял на него взгляд и поджал губы.

– Ты понимаешь, что ты поддаёшь сомнениям мои решения? Что об этом скажут мои подчинённые? Если тебе можно, значит, и другие могут? Что тогда здесь начнётся, Лиам, ты хоть представляешь, как ты подставляешь меня?

   Слова били похлеще ремня.

– Не понимаешь, как взрослый человек? Мне относиться к тебе, как к ребёнку? Так ты хочешь?

– Нет, не нужно, – глухо прошептал Лиам, желая провалиться сквозь землю.

– Хочешь, чтобы я относился к тебе, как к взрослому человеку, прекрати поступать, как ребёнок. Видимо, я слишком много тебе позволял, и это моя большая ошибка. Я тебя просто избаловал.

Глава 7. Поспешные выводы

   Удар. Хлопок от грубого падения. Айзек перекатился на спину и продолжил лежать на мате. Не дожидаясь, пока он поднимется, Лиам сел ему на торс и прижал за шею к рыхлой поверхности выученным приёмом. Противный жёлтый цвет раздражал глаза. Райз хватал ртом воздух, пытаясь не задохнуться от капризных лёгких, которые работали на пределе, а в мышцах разливалась дикая усталость, и каждый удар превращался в настоящее испытание.

– Папочка, кстати, тебя вчера хорошо отчитал? – усмехнулся капитан и закрылся руками от сыплющихся на него ударов.

– Заткнись, – выдохнул Лиам и задел кулаком челюсть, – вот, вообще не смешно.

   Наставник возмущённо выругался, затем толкнул своего подопечного в плечи и ловко поменял их местами. Райз отбил удар и перехватил руку, с силой выкручивая под неестественный угол. Хилл шикнул от боли и хлопнул по мату. Юноша отпустил.

– Ты был у Сэма? – капитан потёр локоть.

– Я приходил к нему в лабораторию. Думаю, он предпочёл полностью уйти в себя. В общем, со мной он практически не разговаривает, так что выйти с ним хоть на какой-то контакт у меня не получилось.

   Лиам тоже поднялся, разминая ушибленное плечо. Партнёр хмыкнул и упёрся руками в бока. Он также не разделял мнение верхушки, но подобные решения не оспаривал.

– Судя по всему, он создал нечто крутое, раз Бейкер поставил на пост палача девятнадцатилетнего пацана.

    Вместо ответа на него бросили многозначительный взгляд. В зале было душно, повсюду слышались шумные выдохи при выполнении упражнений. Где-то в глубине зала по полу стучала скакалка. От соприкосновений перчаток с мешками слышались хлёсткие хлопки. Кто-то спарринговался, кто-то тренировал выносливость, кто-то только начинал разминаться. Гул давил своей непрерывностью. Стоя на самодельных линиях из малярного скотча, которые со временем стёрлись и слетели в некоторых местах, ребята о чём-то договаривались – последовали энергичные кивки, а затем все встали в круг. Лиам посмотрел на них, потирая костяшки на правой руке, скрытые под бинтом, и опёрся плечом на стену. Один из парней обернулся к нему. И юнцу это не понравилось. Айзек пихнул его локтем.

– Пойдём.

– Куда? – посмотрев на капитана, Лиам дёрнул плечом, – не хочу я с ними драться.

   Он бросил на него взгляд:

– Ну да, проще ведь подыхать слабаком, не так ли? – парень направился к остальным, – идём. Тебе нужно набираться опыта с разными соперниками.

   Райз стиснул зубы, но всё же последовал за своим наставником. Биение сердца стало ещё невыносимей. Протиснулся в круг, остановился между мужчинами. Они одобрительно кивнули и похлопали его по спине, отчего того шатнуло, а их радость и интерес юноша не разделял нисколько.

– Ну? Кто первый? – заявил мужчина, который и являлся зачинщиком этого представления.

   Айзек бросил на Лиама взгляд, и он возненавидел его затею. Райз уже подумал, что капитан решит отправить его в бой сразу без передышки, однако такого не произошло. Вместо этого он поднял руку и вышел в центр. Напротив него остановился коренастый мужчина, которого все часто видели в мастерской, – работал вместе с Алекс. Они встали в стойку, показывая свою готовность, и инициатор этого мордобоя вскинул между ними руку, после быстро отбегая в круг. Все что-то тут же начали кричать: советовать, негодовать от глупых ошибок и ликовать от точных ударов. А Райз же просто стоял и смотрел, как Хилл дразнил соперника, крутясь вокруг него так ловко, что его хищная игра с противником ощутилась под кожей. И эта игра приносила капитану сплошное удовольствие.

   Айзек уворачивался от каждого удара, толкал, подсекал и просто тыкал кулаком в нос, тут же уклоняясь от нападения. Игрался, раздражал, выводил мужчину из себя. Заставлял чувствовать себя беспомощным неумёхой. Противник начал выдыхаться, а вот Хилл даже не вспотел. Он подловил момент, нырнул под рукой и грубо толкнул соперника в руки к самодельной ограде. Его вернули в центр круга, и капитан нанёс один точный удар ногой с разворота прямо по голове, да такой сильный, что тот упал на деревянную поверхность пола. Грохот раздался жуткий. Лиам с ужасом и восторгом смотрел на то, как мужчине подносили к носу вату, и чуть меньше минуты он дёргал головой, приходя в сознание, а Айзек лишь разминал шею и задорно улыбался всем остальным, не теряя сосредоточенность.

   Только сейчас он понял, что всё это время капитан дрался с ним лишь вполсилы.

   Его взгляд остановился на Райзе. Тот, пребывая в смешанных чувствах, кивнул, выражая нахлынувшее в этот момент уважение, но он, то ли специально, то ли правда ничего не понимая, расплылся в широкой улыбке и указал на своего подопечного.

– Вот он следующий. Но не со мной, я уже задолбался.

   Лиам уставился на парня в полной растерянности. Даже на себя ткнул пальцем, продолжая стоять с приоткрытым ртом. От нервов становилось тяжело дышать. Лёгкие словно сжались. Кто-то толкнул его в спину, успев ободряюще похлопать. Группа увлечённо загудела. В мгновение ока он оказался в самодельной клетке из людей – выйти значило проиграть и умереть. Юноша стиснул зубы. Драться ему совершенно не хотелось.

   «Я что, похож на смертника? Как будто мне делать больше нечего», – Райзу хотелось поскорее уйти отсюда, но выбора не было.

   Он посмотрел на вышедшего соперника, и напряжение в мышцах тут же возросло. Высокий, довольно жилистый, с резкими чертами лица… опасный. В глазах сверкал специфичный блеск, который напоминал лезвие бритвы, готовое оборвать жизнь одним лишь лёгким движением руки. Лиам знал его. И помнил первую встречу. Та была не самой приятной. Он был мелким, а человек напротив – слишком надменным. Парень сделал вальяжный шаг, и Райз тут же сдрейфил и отступил. Столкнулся с кем-то и получил толчок в спину. Пошатнулся, натыкаясь на руки противника. Гудение за спиной слышалось осуждающее.

   Дьявол…

   Предчувствие ударило по вискам и прокралось к спине ледяным жаром. Лиам резво пригнулся и, как оказалось, вовремя. Малкольм нанёс удар, и, к его удаче, тот со свистом пролетел прямо над головой.

– Эй! Ещё не было команды! Не торопись, дай мальцу свыкнуться хоть! – начали возмущаться мужчины, но парень лишь хмыкнул.

– Раз птенец полез к хищникам в лапы – должен понимать, что когти вонзаются в плоть без всяких предупреждений.

   Лиам стиснул челюсти от подступающего раздражения. Этот кретин говорил так высокомерно! Ну, что за пафос? Тошнота подкатывала к горлу то ли от возмущения, то ли от страха. Между ними было расстояние в вытянутую руку. Мало. Для такого громилы достаточно сделать резкий тычок или вытянуть ногу, чтобы достать парня и с особой силой отправить в не самый приятный сон.

   «Я должен что-то сделать, мне необходимо что-то сделать! Это тренировка? – Лиам отступил на шаг, – да этот кретин меня сейчас с радостью прикончит!»

– Что с тобой, малой? – усмехнулся Малкольм и принял вальяжную боевую стойку, – уже испугался? Надо же.

   Райз повторил за ним и сжал кулаки, отвечая совершенно безэмоционально. Показывать, что он смог его припугнуть одним своим видом и вывести из себя этим тупым прозвищем, не собирался:

– Может и испугался. Что с того?

   Кажется, резкий ответ немного потряс противника и заставил впасть в бездвижное удивление, которое продлилось всего пару секунд. Он усмехнулся и покачал головой, после вновь впился в него взглядом, напоминающим хищного зверя, который загонял добычу всё ближе в угол.

   Он никогда его не любил. Не зря опасался. Шакал шакалом. Одиночка. Чёртов психопат. Садист.

   Почему Бейкер принял его к ним?

   Мгновение, словно мелькнувшая озарением молния. Райз замер. Мысли завертелись в бешеном темпе.

   Почему Бейкер вообще взял его в организацию?

   Как он сюда попал? От мыслей всё вокруг в миг померкло, были лишь события прошлого, его приход, когда Лиаму было тринадцать (не ладили они с самого начала, ещё со времён «мешающегося под ногами школьника, имя которого он никогда не произносил, используя лишь "малой"»), нахождение среди Шакалов, воспоминания вернулись к стычкам с этим человеком в коридоре, на улице прямо перед заданием, к странному косому взгляду далеко от базы, поступившего весьма не вовремя звонка и его нервно изогнувшиеся губы, к шагам в сторону на расстояние не меньше девяти футов. Что он…?

   Боль в голове обрушилась дважды: первый раз – когда Малкольм нанёс удар, второй – когда Лиам упал на дощатый пол. На миг перед глазами всё померкло, словно выключили телевизор. Он зажмурился от жуткой нарастающей боли. Заметил мелькнувший силуэт: Айзек оттолкнул мужчин, протиснулся к подопечному и опустился рядом, хватая за плечо. Пощёлкал пальцами перед лицом, звука Райз не слышал, но за пластыри на нескольких из них зацепился. Два из них обматывали фаланги, и один закрывал весь ноготь. Или… его отсутствие? Раньше он никогда не всматривался, а сейчас голова вовсе невыносимо гудела и пыталась треснуть пополам.

– Лиам, Лиам, ты как?

– Надо же… – усмехнулся соперник, подходя ближе, – так быстро сдулся… Это… было скучно.

   Чёрт.

– Лиам, всё в порядке? Прости, видимо, ещё рано, не стоило мне тебя подначивать на это…

   С помощью Хилла ему удалось медленно сесть, он слабо коснулся затылка. Боль оказалась адской. Шишка будет точно. Малкольм развернулся и направился к выходу, лениво потирая шею. Лиам прилип взглядом к его спине. Вспомнил посещающие голову ещё до удара мысли.

   Как же мог упустить? Как мог забыть?

   Боль в голове стала сильнее, а пульс забил в висках, словно хотел покончить с Лиамом на месте. Следующий удар сердца – и они просто лопнут. К горлу подступила тошнота, которую тот героически пытался выдержать. Поднимаясь с пола, пошатнулся: всё слишком быстро кружилось. Такие аттракционы ему не нравились. Он вообще не любил аттракционы.

– Лиам, – Айзек закинул руку себе на плечи и обхватил его вокруг торса, – спокойно, держу.

   «Как я мог это упустить… Чёрт, я бегал за Бейкером в поиске информации, а искать надо было здесь, среди самих Шакалов?» – мысли не прекращали настойчиво проскакивать через звон в голове.

   Райз одёрнул себя. Было больно. Мутило. Ноги еле стояли твёрдо, земля словно выбивалась из-под ног. И только Айзек держал на плаву и продолжал вести в неизвестную сторону. Судя по всему, на воздух. Или к Скотту.

– Прости, – капитан усадил его на ступеньку на крыльце и опустился рядом, – я не думал, что ты так заднюю дашь, со мной-то напролом прёшь. А тебе надо с другими уже учиться…

– Всё нормально, – прошептал Лиам, говорить громче было просто невыносимо, – можешь… можешь позвать Сэма?

– Сэма? – он слегка удивился.

   Лиам еле заметно кивнул и прикрыл глаза. Оставлять его одного, видимо, друг не хотел, однако послушал и направился к лаборатории в другом здании. Через пятнадцать минут парни уже показались из-за входной двери, Сэм вышел в белом халате, который на его мощном теле находился в жутком напряжении. Не порвётся ли на нём? Скорее всего, нет, однако этот факт вызывал сомнения: ткань прилегала к телу довольно плотно. Если бы Лиам имел силы на шутки, обязательно бы сострил что-нибудь, однако не сегодня и не сейчас.

– Чёрт, Лиам, – голос друга прозвучал обеспокоенно, – ты как? Придурок, совсем уже крышей поехал? Вы с Малкольмом и так не ладите.

– Моя вина, – вставил Айзек и виновато глянул на Реймона.

– Жить буду, – отмахнулся Райз и зажмурился.

   Нет, сейчас он бы не отказался, чтобы его окончательно вырубили.

– Так в чём дело, Лиам? – Сэм убрал руки в карманы.

– Малкольм.

– Что?

– Как сюда попал Малкольм? Откуда он у Шакалов?

   Айзек и Сэм переглянулись.

– Ты к чему клонишь?

   Лиам посмотрел на Сэма сквозь боль от бьющего в глаза солнечного света, жуткое чувство в горле и головокружение, которое, наконец, начинало прекращать свои вертушки.

– Я догадываюсь, кто крыса.

   И всё же это не давало покоя.

   И вот они сомнения в каждом взгляде. Вот они старые грабли. Райза отправили в комнату отдыхать. Он пролежал там почти сутки и даже не выходил за едой, какое-то время даже спал. Остальное – пялил в стену, разглядывал неменяющиеся картинки, давно ему наскучившие. На голове лежало холодное полотенце. Было легче. К нему успели зайти Фил, Томас, даже Алекс убежала посреди рабочего времени и сначала тихо накричала на него за то, что она узнала позже всех, а потом провозилась с парнем несколько часов. Кстати, полотенце тоже было её.

   А мысли продолжали паутиной виться в голове. А тревога дёргала за её нити.

   «Да что со мной не так? В чём моя проблема?»

   Лиам не понимал, почему Малкольм застрял в его мыслях, словно мачете в голове у зомби. Счёл за предателя первого попавшегося на ум, просто потому что они сильно не ладили. Дурак. Полный дурак. Вокруг стояла тишина, она раздражала, сильно раздражала, ведь в ушах жутко звенело, и хотелось, чтобы этот звон перекрылся хоть чем-нибудь.

   Лиам перевернулся набок, подкладывая руку под голову. Упёр взор в зеркало, отражающее часть окна и стену, развевающиеся занавески, скользящее вечернее солнце. Уже закат. И он до сих пор ничего не сделал и ничего не объяснил. Сэм заставил усомниться в каждом слове. Аргументов Лиаму не хватало. В отличие от их жёстких фактов.

– Малкольм помогает нам вытаскивать парней из участка, Ли. У него связи в полиции. Да будь он крысой, нас бы давно уже всех накрыли.

– Лиам, – протянул Айзек и растрепал себе волосы, – нельзя обвинять тех, кто тебе неприятен. Выключай чувства и врубай мозги. Рид спасает наши задницы не первый год. Хочешь ты того или нет, но он нам не враг, хоть и ублюдок на всю свою отмороженную голову. Не он здесь всё вынюхивает.

   Лиам ещё раз прокрутил их фразы в голове. Полиция. Связи с полицией. Вот как… Значит, те звонки, которые вызывали у него подозрения, предположительно были от какого-то полицейского. Он закрыл лицо и протяжно вздохнул.

– Просто идиот.

– С чего такие выводы?

   Лиам поднял голову на спокойный голос, Томас остановился в дверях. Вместо рубашки в этот раз на нём был обычный чёрный свитер и такие же джинсы. На щеке виднелась свежая необработанная царапина. Когда он успел уехать? Был на задании сам, с чего бы? Неужели Райз столько интересного проспал? Мужчина пересёк комнату и опустился на край кровати, вынуждая подростка немного подвинуться. Послышался лёгкий аромат мускуса и полыни.

– Ни с чего, – вздохнул он.

   Карие глаза предупреждающе стрельнули. Райз поджал губы. Придётся ему сказать, да? Конечно, придётся.

– Я подумал… – Бейкер молчал, продолжая ждать окончания фразы, поэтому пришлось озвучить её до конца, – я подумал, что Малкольм предатель.

– Малкольм? – в голосе прозвучала усталость, – Лиам. Я сказал тебе, что разберусь сам. Почему ты меня не слушаешь? Не уважаешь меня?

– Почему «нет»… уважаю.

– Считаешь, я недостаточно умён и слишком плох, как глава, чтобы разобраться с этим?

– Нет…

– Тогда почему?

   Лиам поджал губы. И правда. Почему? Почему лезет? Теперь очередь вздыхать стояла за Томасом. Он положил ладонь на его голову и легонько потрепал. Знал, что мальчишка этого не любил, но всё равно не мог удержать себя от такого простого жеста.

– Не лезь. Последний раз прошу тебя, игнорируя твоё яростное непослушание.

   Лиам молча кивнул.

Глава 8. Наказание

   Рычание двигателя и рассветное солнце – лучшие антидепрессанты. Из-за шлема ветер не мог бить по лицу, зато смело хватался когтями за кожу. Мурашки неприятно покалывали, делая замечание, что застегнуться было бы довольно-таки неплохой идеей, однако Лиам игнорировал посещающие голову мысли, заглушая их набирающей скорость «Кавой». Это была долгая и расслабляющая поездка, в которой были только он, свистящий ветер, рычание «Кавасаки» и бесконечное шоссе. На самом деле конец ему всё же был, но достаточно далеко, а когда парень решил вернуться и значительно сбавил скорость, уже готовясь к повороту, знакомый номер чёрного «БМВ 8» зацепил его внимание.

   Он стоял на обочине, недалеко от него находился высокий парень, который с раздражением вёл с кем-то беседу по телефону. Судя по всему, в духе знакомый ему пассажир из автомобиля с утренней прогулки не был. Райз оглядел его: чёлка, чёрные локоны, татуировки, да, это определённо тот человек из салона с пугающим и цепким взглядом. Мотоцикл стоял совершенно в другом потоке автомобилей. Между ними было более четырёх полос и ограждение из бетонных блоков – достаточно большое. Но Лиам его увидел, а он увидел Лиама.

   Мужчина повернулся, прижимая телефон к уху. Особо заметить его лица Райз не смог, зато понял, что пялит тот точно в его сторону. Чувствовал. Ему не понравилось, как глаза незнакомца прожигали в нём дыру. От этого по спине заскользил холодок.

   Автомобиль, на котором парень выехал из особняка, заглох посреди шоссе. Совершенно новый, сверкающий автомобиль. Заглох.

   «Чёрт бы тебя побрал, тупая жестянка», – он произнёс про себя ещё несколько бурных слов и только после услышал стихшие гудки.

– Энди, – радостный голос собеседника лишь злил его.

– Кажется, ты говорил, что автомобиль в полном порядке, – сухо отозвался парень, смотря на чёрный капот.

– Конечно.

– Тогда какого чёрта новый «БМВ» глохнет посреди шоссе, Саммерс!

   Мужчина на том конце замолчал. Машины пролетали мимо, не замечая раздражённого молодого человека. Он пнул вовремя подвернувшийся под ногу камень и раздражённо вздохнул.

– Что с машиной, ну? Делать-то мне что теперь! Ты в курсе, что именно из-за тебя я сейчас очень сильно подставляю Бейна? Твою мать!

   Очередной камушек подвергся скорой гибели. Кажется, тот отлетел прямо в стоящий у трассы засохший кустик. Парень дёрнул косуху, запахивая её резким движением, убрал одну руку в карман, продолжая другой сжимать телефон.

– Может, клапаны перегорели, – задумчиво начал человек на связи.

– Перегорели? В заднице у тебя клапан перегорит, когда я доберусь до тебя, – рыкнул он, сжимая чёрный каркас чехла до беления костяшек.

   Кто-то буравил его взглядом, и это ему сильно не понравилось. Сбросил звонок, поднял голову. Со всем накопившимся в этот день презрением взглянул на того, кому бы не отказался выбить хотя бы один глаз, чтобы поубавить злость, и удивился: на противоположной стороне шоссе маяком сверкали яркие противные мятные волосы. Кто вообще красился в такой омерзительный кричащий цвет, подросток? Тогда что он делает здесь в будний день посреди шоссе и какого чёрта он так на него пялится? Парень продолжал смотреть на него и гадать о том, что это за фрик. Взгляд скользнул по яркому мотоциклу. Он бы подумал, что тот так же заглох, как и его одолженный у Бейна новенький «БМВ», однако дело оказалось не в этом. Тот просто сверлил его своими глазами и стоял, как истукан. Узнал его? Энди задумался и напряг зрение, пытаясь внимательнее рассмотреть своего странного собеседника. И наконец понял.

   «Так это же та самая ранняя пташка, – мелькнуло в его голове, и он усмехнулся, – тот, что нагло пялил в салон автомобиля. Что тебе так интересно?»

   Он повернулся к Лиаму и облокотился на капот, наклоняя голову. Его рука медленно выскользнула из кармана зауженных чёрных джинс и взметнулась вверх в приветственном жесте. Райз застыл. Это он с ним-то здоровается? Почему он с ним здоровается?

   «Тобой заинтересовались, словно Ящиком Пандоры, Лиам», – вспыхнуло в его голове, и по телу пролился очередной липкий холодок.

   Это больше не шутки.

   Автомобили наполнили шоссе. Натягивая шлем обратно и рывком забираясь на «Кавасаки», Лиам рванул с места, сливаясь с потоком, в надежде, что тот не заметил, как он сбежал. Всё же это был жуткий, жуткий тип. Хищный взгляд, ужасно злой взгляд! Неясно, о чём он думал, но один его вид заставлял съёживаться и забиваться в угол. Симпатичное личико и худое тело, дарящее впечатление безобидного красавчика, рушилось под очертанием острых скул и жестоких глаз, вонзающихся в тебя клыками. И это видно даже с такого расстояния. Райз гнал, всё быстрее набирая скорость, и не смел смотреть в зеркала, словно его могли попытаться догнать. Это было глупо, но инстинкт самосохранения просто начинал биться в непонятной ему истерике.