Ключ Бейкера

   Разгоняясь на дороге, Лиам постоянно прокручивал в голове прочитанное. Ветер приятно запускал свои пальцы под одежду, скользил под курткой и просачивался под футболку, прикасаясь к голой коже. Рычание мотора слилось с биением сердца. От скорости всегда перехватывало дыхание. Это была его любимая часть в работе. До места назначения приходилось проезжать не меньше десятка миль, в это время приходила лёгкость и полная свобода. Только тогда он мог оправдать своё бешеное желание проигнорировать мигающий зелёный и промчаться прямо перед набирающим обороты водителем. Слышал хамские сигналы, неприличные слова, обращённые в его сторону, но игнорировал их. Было плевать. Улыбка не покидала губы мотоциклиста, расползаясь лишь шире. В такие моменты снова находилась причина жить.

   Когда информатор свернул в переулок и поправил маску, натягивая чуть ли не на переносицу. В нос успел броситься неприятный запах отходов, а, может, не только он, однако думать о других вариантах даже не хотелось. Такие места крайне ненавидел, но встречи постоянно назначались в них. Словно полиция не могла сообразить, где преступники совершали все свои гадкие делишки. Довольно глупо.

Мужчина средних лет выглядел так, как было сказано, была и кожаная куртка, и голубая бандана – главный отличительный пункт. Посмотрел на его ладонь с обилием татуировок (по ним юноша смог определить, что человек перед ним точно сидел), щетину, затем на взгляд, дикий и страшный. В горле чуть ли не пересохло. Приближаться к нему не хотелось. Остановившись на расстоянии вытянутой руки, достал конверт. Незнакомец не сказал ни слова, лишь грубо выхватил его и тут же принялся считать купюры. Райз молчал, сделав небольшой шаг назад. Ждал одобрительного кивка, но его не последовало.

   Грубо схватив Шакала за ворот, бандит прижал его к стене.

– Где оставшаяся сумма? – пробасил он.

– Какая сумма?

– Решил под дурачка сыграть? Где недостающая пятисотка!

   Голова столкнулась с шершавой поверхностью здания. Капюшон немного съехал, однако парень успел ухватить его до того, как покажется повязка, благодаря которой пряталась чёлка, и быстро скрыл яркие пряди. Зажмурился. Смердящее дыхание ощутилось на щеке, и оно притуплялось лишь маской.

– Деньги, сопляк.

   Раз Томас ничего не говорил о содержимом конверта, придётся поддерживать эту глупую байку во избежание лишних вопросов.

– Я ничего не знаю про деньги, я просто передаю письмо… Я ничего не знаю!

   Видимо голос и взгляд оказались достаточно жалкими. Десять очков за актёрство Слизерину! Прождав несколько секунд, но так и не добившись другого ответа, бандит откинул информатора к противоположному дому, и Лиам ударился плечом и свалился на асфальт. Рука заныла.

– Не знаю, зачем вам приспичило рыться в своём мусоре через наши руки, – начал гангстер, – но пока мой босс не получит полную сумму, мы и пальцем не пошевелим.

  «Чёрт, Бейкер. Ты вообще меня о таком не предупреждал! Что мне теперь делать, по-твоему, это смешно? Проучить меня решил?! Чёрт, если бы я не прочитал письмо, я бы вообще не понимал, о чём он говорит!» – ощущая тупую боль в теле, Райз был готов проклясть своего босса.

– Бейкер решал условия сделки с твоим боссом, – отрезал Лиам и поднялся, потирая сустав, – не тебе, шестёрке, решать такие вопросы.

   Человек напротив не на шутку разозлился. Чтобы не попасть в список жертв этой банды, приходилось думать быстро. Он уже сжал кулак и сделал замах.

– Тронешь меня и будешь иметь дело с Шакалами позлобнее меня, не забывай, на чьей земле ты стоишь, придурок.

   Видимо голос прозвучал твёрдо и уверенно, а намёк его слов был усвоен. Стиснув от злости зубы, мужчина раздражённо дёрнул плечом, пихнул конверт в карман куртки и развернулся к выходу из переулка.

– Ещё сочтёмся, сопляк.

   Разжигать ненависть, как и допускать драку, было нельзя. Это бы лишь ухудшило обстановку и усугубило положение банды и самого Бейкера. Пришлось проигнорировать. Информатор убрал руки в карманы. Молчал, смотря тому вслед. Поджал губы, чувствуя боль в затылке – скорее всего просто поцарапал, когда прижали к стене. Касание пальцев отдалось неприятным пощипыванием, на подушечках показалась кровь, а плечо продолжило подавать сигналы о не сильном, но ощутимом повреждении. Райз дёрнул капюшон, возвращая тот на место и направился к байку.

– Вот же подонок. Хорошо, мозги по стенке мне не размазал, а всего лишь кожу разодрал, – тихо буркнул он.

   Руки в мотоциклетных перчатках сжимали руль. «Кава» неслась по дороге. Возвращаясь на базу, я чувствовал клокочущую в горле злость.

Глава 4. Предчувствие 

   Удар о землю вынудил на время остановиться. Перед глазами в хороводе закрутилось небо с кронами деревьев. В ухо ударило жужжание пролетающей пчелы. Когда мир прекратил вертеться юлой, Лиам сел и наткнулся взглядом на потрёпанные беговые кроссовки и спортивные штаны. Айзек протянул ему руку, без лишних раздумий юноша принял жест и поднялся.

– Что-то ты не собран сегодня. Где витаешь, Лиам?

   Сегодня? Сегодня мысли двигались шестерёнками. Не давали расслабиться. Сегодня был самый тёплый осенний день. Он стоял в спортивной кофте с горлом и длинным рукавом. Лёгкий ветерок приятно охлаждал распаренное тело. Чёлка мешалась, падала на глаза – от пота она постоянно липла ко лбу. За тренировку Райз пропустил несколько хуков с обеих сторон, пару прямых и три удара ногой в сплетение. Тело ныло от истощения, лёгкие горели от жестокого выбивания из них воздуха, и энергии больше не ощущалось вовсе. Возможно, её выпил Айзек. С такой бледной кожей он как раз походил на вампира, а тёмные глаза, обрамлённые длинными ресницами, придавали ему ещё больше загадочности и таинственности к образу. Да, в логове вампиров вполне бы сошёл за своего.

– Что ж, видимо сегодня ты не в духе.

   Лиам повернул к нему голову, недовольное молчание было наставнику очередным ответом.

   Айзек Хилл фыркнул и закатал рукава кофты:

– Ладно, чёрт с тобой. Скотт! – он отвернулся и направился к дому, – иди сюда, потренируемся на улице.

   Лиам посмотрел на удаляющегося парня и убрал руки в карманы треников. Чёрные вещи притягивали тепло солнечных лучей. Поднял голову и прищурился. Было необыкновенно ясно, а облака больше походили на смелые мазки художника на небесном полотне. Но боль в голове всё-таки вернула его на землю. Он направился в дом, чтобы заглушить пульсацию в ней и звон в ушах таблеткой. До кухни было близко – с заднего двора нужно было лишь войти в дом и свернуть направо, всего пара шагов, там она и находилась. Райз обошёл барную стойку и потянул за серебристую ручку белого шкафчика. Аптечка посмотрела на него несколькими торчащими упаковками. Кинув таблетку в стакан, опустился на стул под её бурное шипение в воде и устремил расфокусированный взгляд на поверхность стола. В мыслях была лишь пустота, паутина захватила все мысли, приклеила их к себе, не давала освободиться. Он потёр затылок, на котором ещё недавно были царапины после встречи с тем безумным членом банды. Теперь их место было в воспоминаниях, хоть и не самых приятных.

   «Где витаешь, Лиам?»

   Где витает? Вторая неделя после похода к Лестеру уже подходила к концу. Сэм всё ещё пытался узнать про крысу. Алекс старалась искать своими путями: общение с механиками всегда было чем-то неординарным, но с ней они были открытыми и добрыми. К тому же она была одной из них, возможно, это придавало особый эффект для разбалтывания рабочих. Лиам же… Лиам же пытался выцарапывать информацию из самого Бейкера. Это было довольно заметно и глупо, но иного варианта просто не находилось. Из них троих он был к боссу ближе всех. Однако Райз больше не слышал ни про странные дела, ни про сделки. Всё словно затихло, а, может, Томас скрывался с глаз своего информатора слишком профессионально. О крысе из троицы никто так и не узнал, а вот доверие к своим людям подгибалось от любого косого взгляда.

   «Может, я просто параноик, а Сэм услышал фразу, вырванную из контекста? Но к чему тогда эти имена в письме?» – Лиам задумчиво сверлил взглядом пустоту перед собой.

   Опустошив стакан, со стуком поставил его на стойку. Продолжал сжимать толстое стекло и смотреть в никуда, начиная копаться в мыслях, как в коробках со всяким барахлом после переезда. Столько информации, а разложить по полочкам попросту не удавалось. Это раздражало. Из-за усталости он потерял возможность доставать нужную книгу в своей памяти и открывать её на нужной странице. Сейчас чернила на каждой из них были размазаны до такой степени, что слова оказывались сплошными неразличимыми пятнами. Стоило поспать, успокоиться, оставить дурацкие поиски. Опуститься на кровать и просто вздремнуть. Дать себе отдохнуть и восстановиться. С этой мыслью он помыл стакан, поставил его на сушку и направился в комнату, где вскоре провалился в сон.

   Мальчик посмотрел на вошедшего в его комнату мужчину. Он остановился с убранными назад руками, в рубашке угольного цвета и брюках. Чуть наклонив голову, впивался в Лиама взглядом, словно таким образом мог вытянуть все его тайны. Одну ему уже, скорее всего, сообщил другой: тот, что всегда ходил в простых футболках и джинсах, сильно отличаясь от Томаса по стилю, русые волосы он всегда аккуратно укладывал на одну сторону, щетина никогда не запускалась до безобразного вида. Хотя Лиам и Бейкера не видел с неопрятной запущенной бородкой. Мужчина предпочитал обходиться без неё.

   – Фил сообщил мне, что ты читал конверт.

   Фил. Его звали Фил.

   – Почему ты читал письмо?

   Лиам молчал. Голос Бейкера звучал ровно, уверенно и строго несмотря на то, что в нём присутствовало немного мягкости для общения с ребёнком. Вопрос заставил задуматься. Мальчишка виновато прикусил губу. Убрал руки за спину, заламывая пальцы. Мужчина подошёл к нему, и в нос ударил запах полыни. Томас присел на корточки и заглянул в глаза стыдящегося малыша.

   – Я никому не скажу, – пробурчал он, продолжая смотреть в пол.

   – О чём?

   – О цифрах.

   – Каких цифрах?

   – Цифрах в письме.

   Брови Бейкера взметнулись вверх. Он с интересом наклонил голову.

   – Цифры… И что там были за цифры? Хочешь сказать, ты их помнишь?

   Дитя кивнул, поджимая губы. Томас скептично посмотрел на него, достал лист и ручку, протянул ему и попросил записать. Всё это время он молчал, было слышно лишь шебуршание, небрежно выводящихся на бумаге чернил. Затем он позвал Фила. Попросил принести ему конверт. Достав письмо и сравнив с записями, мужчина не мог выразить словами возникшее у него удивление. Или же это был шок, или восторг, тогда малыш так и не смог понять, что это было.

   – Никому. Никому и никогда не говори о своей памяти, ты меня услышал, Лиам?

   Он открыл глаза в глубокую ночь. Ещё свежие воспоминания после сна витали над головой. Лиам его услышал. Никто, кроме него, Томаса и Фила, не знал о том, как ему удалось запомнить двенадцать десятизначных цифр за одно лишь прочтение. Один раз пробежался глазами. Всего раз увидел эти цифры. Никто не знал. Никому нельзя. Лишь потом, долгое время спустя, мальчишка не смог умолчать и поделился с Сэмом с Айзеком. Они были удивлены и не сразу поверили в это, но после некоторых ситуаций, когда его память оказывалась единственным ключом к решению проблем, их скептический взгляд на его… «дар» изменился. Этот секрет знал очень узкий круг лиц. Это стало общей тайной, способной разрушить жизнь Райза по щелчку.

   Взгляд упёрся в потолок, сливающийся со всем в комнате. Слабые очертания плакатов на стенах, еле заметные изображения на них. Вокруг стояла тишина. Мысли крутились вокруг сна. Вокруг детского воспоминания. Холодный воздух коснулся лица, лизнул шею, и по телу прошлись колющие мурашки. Подросток спрятался под одеялом, натягивая его до самого подбородка. Закрыл глаза. Сделал тяжёлый вздох. Проворочался в кровати до половины пятого утра и понял, что больше сон его не навестит. Поэтому поднялся, наспех умылся, и, быстро заправив кровать, переоделся.

На улице ещё блуждала прохлада. Лиам поёжился и поправил висящую на плечах кожанку. Трое мужчин у гаража окликнули его и помахали. Кивнул им в ответ. Посмотрел на сигарету в руке одного из них и направился к воротам. Убрал телефон в карман тёмных джинсов, вышел с территории, особо не задумываясь о том, куда его ведут ноги. Он шёл дальше от особняка, желая выбраться из собственных мыслей прогулкой.

   Было тихо, как бывало ранним утром, и спокойно, как бывало в отсутствие на улице торопящихся людей и потока недовольных водителей на забитых дорогах. Птицы всё ещё пели горожанам сочинённые мелодии, шумел ветерок, играющий с шелестевшей листвой. Рассвет мягко накрывал Чикаго. Улицы пустовали. Пригород и вовсе застыл во времени. Лиам ускорил шаг, чтобы выйти в более оживлённое место. Автомобили спали рядом с домами, скромно располагаясь на обочинах или подъездных дорожках. Он шёл всё дальше, убрав руки в узкие и жутко неудобные карманы джинсов. Кожанка продолжала покоиться на плечах, отчего прохладный утренний воздух пробирался к свитеру. Она регулярно сползала от быстрой ходьбы, приходилось постоянно возвращать её на место. На теле выступили мурашки, но ему не хотелось надевать куртку нормально и застёгивать до самого горла. Холодок остужал мысли, заставлял ни о чём не думать. А думать совершенно не хотелось.

   Бродяги слонялись по улицам всю ночь, поэтому теперь они спали, где попало. Один из них поднял голову, когда Райз свернул в один из знакомых переулков, и проводил юношу взглядом вплоть до следующего поворота. Высокое здание сверкало не так ярко, как могло бы, на панорамные стёкла осела дорожная пыль. Он недовольно посмотрел на отражение, задерживая на себе внимание. Совсем не похож на бандита, максимум хулиган из старшей школы (и тот безобидный). Оторвавшись от своего телосложения, тяжело вздохнул и посмотрел на дорогу. Сверкающий от чистоты чёрный «БМВ 8» тихо скользил по дороге словно призрак. Один на трассе. Он привлекал внимание.

   Кто ещё не спит в такую рань?

   Взгляд зацепился за тонированные стёкла. Окно пассажирского сиденья опущено. Парень хмурился и смотрел прямо перед собой. Удлинённые пряди чёрных волос на макушке слегка неопрятно падали ему на лицо, задевая верхнюю линию бровей. Почувствовав на себе пристальный взор, он слегка повернул голову, и в жилах мгновенно застыла кровь. Он властно наклонил голову; впился в юнца глазами, при этом не прилагая никаких усилий. Лёд в них прожигал Лиама изнутри, словно жидкий азот плавно растекался по венам. Дыхание перехватило. Райз не мог отвернуться, а он продолжал смотреть. Жестокие голубые глаза, отдающие холодом самой Антарктиды. Всё говорило подростку бежать, каждая мышца в теле напряглась до предела. Взгляд невольно прошёлся по его острой скуле, вторая утопала в тени. Кто-то сидел на соседнем сидении, но профиль другого незнакомца был скрыт за тьмой внутри салона. «БМВ» неторопливо скрылся за поворотом, а Райз стоял у пыльного стекла и не мог шелохнуться.

   Что это он? Так испугался.

   Сделав глубокий вдох, Лиам втянул сквозь полуоткрытые губы прохладу Чикаго. Светофор, на который проехала машина, продолжал предупреждающе мигать и вскоре переключился на красный.

   Часы на руке дрогнули, на маленьком экране появилась мигающая рамочка, оповещающая о приходе уведомления, и он достал из кармана телефон. Посмотрел на короткий текст, присланный Бейкером. Срочное дело? Открыл диалог и вчитался, но сообщение оказалось до странности кратким и сухим. «Немедленно возвращайся».

   Нервы защекотали рёбра, проникая внутрь организма. От Томаса таких СМС не было давно. Точнее они были, но в иной форме. «Немедленно». Информатор достаточно знал его, чтобы научиться определять по сообщениям настроение главы и считывать тон. Что-то случилось. Интрига висела не лучшая. Всё равно что сдать самый важный экзамен, но не знать итоговой оценки, от которой зависит всё твоё будущее. Как заходить в комнату с пауками, зная, как сильно боишься этих существ, но всё равно переступать порог. От этого подскочил пульс. До ворот он бежал, сжимая куртку в руке, чтобы та не мешала, постоянно слетая с плеч.

Дежурные открыли дверь, пропуская своего человека дальше. Скорее всего уже каждый знал, что Томас пребывал в ожидании его персоны. И терпение босса лучше не испытывать, Лиам и так гулял достаточно далеко от территории. Стук в дверь. Голос за ней. Как только Лиам ступил внутрь, на него обрушились сразу две пары глаз. Фил стоял с убранными за спиной руками и находился за креслом, на котором восседал Том. Я прикрыл единственный выход отсюда и еле оторвал пальцы от холодной ручки. Повернулся, наткнулся на опасения, которые скрывались во взгляде.

   «Да что, чёрт возьми, происходит?» – Лиам напряжённо свёл брови к переносице.

– Вызывал? – информатор прервал эту изводящую тишину первым.

   Босс кивнул, оторвал руку от лица, когда заговорил, в голосе промелькнуло напряжение.

– Пошли слухи. Кто-то пустил про тебя слухи. Лиам.

   Он дрогнул. Это ведь могло значить лишь одно? Они думали об одном и том же?

   Если так, то…

– Теперь весь Чикаго узнает о твоей «способности».

   Произнесённая Бейкером фраза повисла в воздухе, как дамоклов меч. Внимательный взгляд Фила проскользил по распахнутым глазам, приоткрытому рту, слова из которого так и не вытянулись, вспыхнувшему на мгновении на лице юноши страхе. Лёгкие застыли, прерываясь на вдохе. Это была очень плохая новость. Теперь будут дополнительные проблемы. Большие проблемы.

– Теперь искать тебя будут не только, чтобы выкрасть письма.

   Как он мог так спокойно говорить? Даже Правая рука, казалось, сжимал зубы, чтобы держаться. Его память на протяжении стольких лет была их скрытым оружием. Всадником без головы. Самым настоящим призраком. Теперь, когда кто-то рассказал о нём, тайне пришёл конец. Секрет знаний, скопленных за долгие годы бандой Бейкера, раскрылся и посыпался козырями на стол, как карточный домик.

– Твоё оружие могут легко обернуть против тебя самого. На тебе, – на лице Томаса играли желваки, он сжимал кулак, прижимая тот к столу, – лежит слишком много, Лиам. Я виноват в том, что допустил такое.

– Что? Подожди, – наконец-то, тело начало слушаться, Лиам поднял руку в останавливающем жесте, – ты не…

   Босс перебил своего подчинённого, бросая строгий взгляд:

– В течение недели на тебя могут объявить охоту. И дай Бог, все решат, что это полная чушь.

Глава 5. Паранойя или бдительность 

   Жить в постоянной оглядке – всё равно что знать, что ты когда-нибудь умрёшь, но несмотря ни на что запереться в камере с мягкой обшивкой и прятаться от судьбы. В конечном итоге ты всё равно умудришься свернуть себе шею и окажется, что все попытки избежать её были тщетны и даже глупы.

   Лиам шёл по тротуару и прятался от солнечных лучей, пробивающихся сквозь кучевые облака. Автомобили проезжали и поднимали в воздух пыль. Шины шуршали об асфальт. Позади послышалось пару раздражительных громких сигналов. Он обернулся, чтобы взглянуть. Водитель разогнался на полосе, обгоняя заспавшегося за рулём мужчину. Обычная ситуация. Но ветер от проезжающего «Вольво» ударил в лицо. Райз поморщился от неприятных и болезненных ощущений: песчинки попали в глаза, и те тут же заслезились. Пришлось остановиться, чтобы прийти в себя и проморгаться. После поправил чёрную вязаную шапку, убирая выбившиеся из-под неё пряди, убрал руки в карманы и ещё несколько раз моргнул, проклиная городскую пыль и грубого водителя. Посмотрел на часы. Успевал впритык. Ещё нужно было пройти к другому краю кладбища, где поток машин должен был значительно уменьшиться.

   Огибать нескончаемое количество могил оказалось непростой задачей. Постоянно натыкался на что-нибудь на тропинке, даже споткнулся о простую корягу, лежащую рядом с маленьким крестом, но удержался, не упал. Угроза подвернуть ногу становилась всё более реальной. Мужчина с голубой банданой не изменился с прошлой встречи, впрочем, и Шакал тоже. Убирая руки в карманы куртки, выжидающе смотрел на него, следя за ним цепким взглядом, половина лица скрывалась уже привычной ему многоразовой тёмной маской.

– Что-то нарыли? – информатор вскинул голову, бросая на него слегка высокомерный взгляд.

   Хотя поджилки всё ещё тряслись от неприятных воспоминаний, Райз старался не показывать страха. Кожа на затылке помнила ту встречу. Бандит сделал шаг вперёд, и юнец напрягся.

– Кто-то вас явно недолюбливает, шакалёнок, – выплюнул последнее слово собеседник и скрестил руки.

   Лиам проигнорировал эту выходку, которой, по всей видимости, его хотели оскорбить, и расправил плечи. Он понял, что от него ждут определённого ответа. Мужчина достал свёрнутый лист, слегка помятый от небрежного отношения и перепачканный чьими-то грязными пальцами.

– Некоторых мы проверили. Ну, а остальных пока ждите, в процессе, – бандит усмехнулся.

   Райз забрал список, пробежался по информации глазами, убрал во внутренний карман куртки, уже нашаривая в другом зажигалку. Кивнул и развернулся, чтобы уйти, как услышал:

– Эй, сопляк. Это правда?

   Информатор остановился, разворачиваясь вполоборота:

– Что «правда»?

– Тот слушок, – его губы недобро изогнулись, – ты ведь мальчишка на побегушках у Бейкера? Или ты у него, как пёс, на поводке? Тебя по-разному называли, ещё не определился, как мне нравится больше.

   Лиам стиснул зубы, пытаясь совладать с собой. Мужчина не замолкал.

– Просто я тут подумал, сколько будет стоить твоя голова, если отдать все секретики Шакалов вашим врагам.

   И чего он хочет? Сдать? Продать? И что, он нападёт прямо здесь? Кладбище открытое. Пара человек навещала могилы, кто-нибудь обязательно увидит, если начнётся драка…

   Необходимо взять себя в руки и соображать. Быстро.

– Это бред, – отчеканил Шакал, – какой-то идиот пустил этот слух, а вы его все тут же подхватили. Нынче банды настолько безмозглы, что готовы поверить во всякую чушь?

   И фильтровать слова, прежде чем они вылетят из рта… От этих слов гангстер рыкнул словно взбесившийся на пробежавшую прямо под носом кошку бешеный пёс.

– А вот хамить не надо.

   Сделав всего пару широких шагов, тот схватил парня за ворот и грубо отшвырнул в сторону. Лиам еле устоял, но оступился о чёртову брошенную здесь лопату и, чувствуя пустоту под ногой, упал в вырытую для гроба яму; прошипел от появившейся боли.

   «Почему этот придурок меня только калечит?» – Райз поморщился и коснулся съехавшей с головы шапки.

   Мужчина подошёл к краю с раздражающей и пугающей улыбкой. Его губы приоткрылись, чтобы произнести очередную ни на что не воодушевляющую речь, но красное пятно пролетело прямо над головой информатора и с бешеной скоростью опрокинуло бандита на землю. Послышался вскрик, за которым последовало много нецензурных слов, а затем всё резко стихло, отчего нутро напряглось. Но было слишком спокойно, поэтому Лиам воспользовался моментом и на секунду прикрыл глаза, переводя дух. Некоторое время ничего не происходило. Тишина, шелест ветра и чьи-то шаги. Кто-то наклонился к яме, и посмотрел на него, лежащего на земле со сцепленными на животе пальцами. От света, бьющего прямо в глаза, Райз видел лишь очертания силуэта.

– Живой?

   Айзек.

– Как ты сюда попал?

– Бейкер приказал проследить.

– Бейкер, – повторил он, продолжая смотреть на снующие по небу тучи.

   Капитан стоял на самом краю, он поправил воротник своей куртки и продолжил разглядывать своего подопечного в положении «мертвеца». Райз поднялся на локти, перевалился набок.

   Находиться в окружении земли на кладбище ему больше бы не хотелось ни минуты. Он задрал голову и поднялся на ноги.

– Доставай меня, а. Не хочу остаться здесь навечно.

   Наставник рассмеялся и протянул ему руку.

– Давай сюда.

   Они шли в тени зданий. Зажигалка вернулась обратно в карман, Лиам стряхнул с пальцев оставшийся пепел от бумажки. Айзек на это ничего не сказал, поправил выкрашенные в светлый волосы и вытянулся, вскидывая руки вверх и заразительно зевая. Юноша повернул к нему голову и увидел своё отражение в новых солнцезащитных очках. Старые авиаторы, которые он очень любил, сломались на одном из его заданий, и замену им он пока не нашёл. Айзек зевнул, прикрыв рот, после чего это сделал и Лиам.

   Чёртов зевок. Заразная штука.

– Значит, теперь Томас не отпускает меня одного?

– Нет, – возразил парень, – просто он понимает уровень опасности. Никто из нас не сможет выполнить твою работу так хорошо, как ты. А ещё ты не бессмертный. Кто-то должен прикрывать твою задницу от лишних проблем, пока ты тыкаешь носом в инфу, которую нарываешь. Сейчас доверять никому нельзя.