На краю чужого мира

Михаил же, пока Торм ставил палатку и готовил ужин, жаря на углях неслабый кусок мяса и овощи, запустил в небо сокола. Он заставил зверодуха отдалиться от лагеря на несколько километров, и теперь пытался достучаться до птицы приказом и получить ответ. Минут через двадцать у него заболела голова, но результат был достигнут, расстояние, на котором они могли взаимодействовать, ещё увеличилось.

- Подкормить вам его нужно, ваше сиятельство, - подсев к Михаилу, прокомментировал посадку и исчезновение вернувшегося зверодуха в артефакте обучитель Свент. - Ну, ничего, доберёмся до мёртвого города, наловим всякой мелочёвки, и он её поглотит. С первого раза, конечно, не усилится, но всё равно прибавит в способностях.

- А сколько нужно духов, чтобы сокол получил второй ранг? - поинтересовался Бельский.

- Сущностей сорок поглотить, - немного подумав, ответил прапорщик. - За раз он сможет штук десять, может, пятнадцать сожрать. Потом ему потребуется энергию усвоить. Так что, занятие это не на один день.

- У нас двести артефактов, всё, что было в распоряжении батальона, - начал считать Михаил. - Наших ротных сколько?

- Сорок три, - тут же сообщил Свент. - Но они только для серьезных сущностей, из которых мы попробуем создать парочку новых зверодухов.

- А как же тогда происходит усиление уже имеющихся? - озадачился Бельский.

- А, так вот вы о чём? Артефакты, в которые ловятся слабые сущности для подкормки зверодухов, иные, чем цилиндры. Вы наверняка наставления читали - так старые они, заменили на новые пару лет назад. Таких у нас в роте девять, но они, в отличие от цилиндров, многоразовые. Так что, хватит покормить и вашего сокола, и зверодухов егерей, и набрать с собой. Три захода с полной нагрузкой штук в сорок они выдержат.

- Хорошие новости, прапорщик, - обрадовался Бельский. - Только наставления надо переписать.

- Надо, - легко согласился Свент, - но руки никак не доходят. Егеря-то, понятно, они всё это знают. Просто вы полный новичок в Духовом мире.

- Может, вина? - предложил Михаил. - Выпьете со мной?

- А давайте, ваше сиятельство, - легко согласился, прапорщик, - по бокальчику, и спать. Завтра снова весь день в седле, а послезавтра утром в мёртвый город идти.

- То есть, завтра к вечеру доберёмся?

- Ну, если на переправе через Хорар ничего не случится, то да.

- Сложная переправа?

- Дождей давно не было. То, что сегодня моросило, не считается. Всё должно пройти хорошо. А если на пару дней ливень зарядит, вот тогда мелкая речушка превратится в бурлящий поток, который легко фургон сволочёт.

- А как часто полк отправляет экспедиции в мёртвый город? - пригубив вино, поинтересовался Бельский.

- Пять раз в год, ваше сиятельство, примерно раз в два месяца, - не задумываясь, ответил Свент, - по количеству батальонов. Город, в котором мы ловим духов, огромный, и их там тысячи, всем хватает - и нам, и чужим.

Так, разговаривая, они допили вино, и прапорщик откланялся. Михаил тоже поднялся и отправился в установленную денщиком палатку.

- Торм, где ты всё это берёшь? - глядя на раскладную кровать с нормальным бельём и одеялом, спросил Михаил, подставляя руки под кувшин, чтобы умыться.

- Как где, ваше сиятельство? - удивился тот. - Целый фургон полковник Горецкий выделил под ваше имущество, негоже боярину и офицеру на земле спать.

Михаил только хмыкнул и принялся раздеваться. Вторая кровать, но куда проще, стояла у самого входа, эту Торм приготовил для себя. В метрополии такими привилегиями в походе, в виде денщика, пользовались, разве что полковники да майоры с княжескими титулами, ну про генералов Михаил вообще не говорил, у них ещё пара адъютантов рядом всегда слонялась.

Бельскому нравилось так служить. Несмотря на то, что он последний в фактически разорившемся роду, здесь, в мире аборигенов, он был большой величиной. Конечно, полковник и майор знают, что он не высокого полёта птица, но им не с руки говорить об этом.

Михаил так вымотался в седле (хоть и ехали не быстро), что вырубился, как только его голова коснулась тонкой подушки. Проснулся он от запаха кофе, который каждое утро подавал ему Торм. Кофе был дорогим, поскольку везли его из метрополии. Тут он отказывался расти, климат не тот - солнца мало. Вообще, растения из Империи тут плохо приживались, но некоторые, особенно злаковые, наоборот, дуром пёрли. Кофе с яичницей, которая вкусно пахла дымком, - и вот Михаил опять в седле. Небо пасмурное, но по заверению Торма, дождя не будет, и вообще скоро распогодится. И ведь угадал бледный, к полудню, когда отряд добрался до переправы через Хорар, облака унесло на восток, и на небе, если можно, конечно, так сказать про чёрное, появилось солнце.

Переправа проблем не доставила и заняла всего десять минут. Дно реки было каменистое, ширина - метров тридцать, берега пологие, так что, вскоре отряд тронулся дальше и остановился только в два для полноценного обеда.

- Вон там, за лесом, ваше сиятельство, мёртвый город, - подойдя к Михаилу, просветил Свент. - Он небольшой, за пару часов пройдём.

- Может, сокола поднять? - предложил Бельский.

- Только, если потренировать хотите. Вон Хариор, наш главный дозорный, поднимает своего орла, тот с расстояния в пять-шесть километров может пересчитать белок на опушке. Так что, разведка, прошу прощения, у нас лучше, чем ваш сокол.

- Понимаю, согласился Бельский. Нескоро я доберусь до таких высот, но, пожалуй, всё же потренирую птичку.

Михаил нажал руны и бросил цилиндр на землю, из которого ввысь тут же рванул серый, слегка полупрозрачный, сокол.

- Кружи впереди отряда, дистанция - полтора километра, - поймав сознание духа, приказал Михаил, - ищи людей.

Зверодух что-то прокричал по соколиному и устремился ввысь, вслед за орлом, которого минутой раньше запустил Хириор.

Вскоре отряд тронулся вперёд и въехал под сень развесистых деревьев. Местное светило и так было не яркое, а в густом лесу вообще темень. Некоторые егеря ещё на опушке вытащили из седельных сумок несколько коротких палок и соединили их между собой, получив полутораметровые шесты, на которые надели артефактные светильники. Точно такие же разместили на фургонах. Построившись в колонну по два, первая часть отряда въехала в лес, затем пошли фургоны, за ними последовала и вторая часть взвода, замкнув колонну.

Михаил ехал в середине, изредка отдавая соколу новые приказы и запрашивая данные по местности. Хотя, какая разведка? Он пару раз получил от своего дозорного образ сплошного зелёного ковра под ним, и не смог разглядеть ни одного просвета. Если бы он готовил засаду, то он сделал бы это в лесу. Но егеря - народ тёртый, кто-то из них выпустил зверодуха, крупного волка, и тот бежал метрах в пятидесяти впереди, выискивая проблемы.

Ничего не произошло, лес кончился, правда, в два часа не уложились, пришлось потратить три, но выехали из-под зелёного покрова без каких-либо приключений.

Бельский соскочил с лошади и кинул цилиндр на землю, куда, по его приказу, тут же спикировал сокол. Полминуты, и вот зверодух снова заточён в артефакте.

- Ваше сиятельство, - окликнул его Свент, - посмотрите вперёд. Видите шпили на горизонте?

Михаил посмотрел в указанном направлении, и всё же заметил какие-то иглы, уходящие в небо.

- Что, прапорщик, мёртвый город?

- Так точно, господин капитан, он самый, к вечеру доберёмся.

Не соврал обучитель, шпили становились всё ближе, и видно их было всё лучше. Дорога шла через холмы, поросшие лесом, они то закрывали конечный пункт, то, наоборот, делали его отчётливо различимым.

- Никто не знает, что такое, эти шпили, - просвещал его Свент, - никто внутри не был, так как не знают, как туда попасть, и очень сомнительно, что это жилые дома. А вообще, крепко строили те, кто их создал, сколько веков стоят, и вроде как падать не собираются, во всяком случае, некоторые. Есть места, где сплошные завалы, всё порушено, а есть, где получше. Но город, в основном, разрушен. Только стены и остовы домов, эти иглы - самые непострадавшие из строений.

- Насколько велик город? - поинтересовался боярин.

- Он имеет форму правильного круга, абсолютно ровного, словно прибором для черчения окружность провели. Так вот, в любом месте, откуда не возьми, по прямой от центра до окраины ровно восемнадцать километров. Это та экспедиция имперская выяснила, ну я вам рассказывал, те, что тут два года сидели.

- Значит, радиус восемнадцать километров, а диаметр получается тридцать шесть.

- Ох, умные вы слова, ваше сиятельство, знаете, - польстил ему боец, едущий на пару метров впереди. - Сразу видно человека образованного.

Михаил ничего не стал отвечать. Город был и вправду большой, куда больше, чем Белоград, тот всего десять километров в длину и одиннадцать в ширину. Он был самым крупным городом на двух континентах. А тут, считай, раза в три больше.

Наконец, город можно было разглядеть невооруженным взглядом, правда, мешало чёрное солнце, которая садилось прямо за ними. Шпили были невероятной высоты, не меньше сотни метров. Вокруг них дома пониже, они словно жались к этим величественным иглам. Никаких стен вокруг города не было, просто дома и сразу начинались холмы. В некоторых местах из-за них город был словно приподнят. А ещё его надвое делила река, быстрая, полноводная, и, по словам прапорщика, все мосты на ту сторону были разрушены. Если нужно переправиться, тащи с собой лодку, ну, или вплавь.

До окраин оставалось ещё три километра, когда Свент скомандовал остановку. Похоже, четвёртая рота часто здесь останавливалась, имелись тут несколько больших кострищ, рядом с ними брёвна, на которых можно посидеть, навесы, колодец и несколько коновязей.

- Постоянная стоянка? - поинтересовался у обучителя Бельский, когда тот прекратил выкрикивать приказы и закурил.

- Верно, ваше сиятельство, - кивнул тот, - всегда тут встаём. Места хорошие, дрова неподалёку, - он указал на лес, который рос в полукилометре. - И духов тут обычно много. Так что, располагайтесь. Хотя Торм уже выяснил у моих, где лучше палатку поставить. Вон, занимается. Сейчас я ему в помощь пошлю кого-нибудь, пусть помогут с установкой, а то он до ночи провозится.

- Эй, Зиркар, - заорал Свент на весь лагерь, - давай к Торму, помоги ему с палаткой для господина капитана.

Егерь, который уже закончил устанавливать свою, подорвался и направился на помощь к денщику. Вдвоём процесс пошёл веселее, и скоро его обиталище на следующие несколько дней было установлено.

Лагерь напоминал муравейник кто-то таскал воду, кто-то разжигал костер, кто-то чистил лошадей, и только капитан и приставленный к нему прапорщик сидели и смотрели на почти скрывшийся во тьме мёртвый город.

- На рассвете пойдём? - устало поинтересовался Бельский, жуя краюху хлеба с мясом, которую Торм сунул ему в руки, чтобы господин до ужина с голоду не помер.

- Конечно, а к ночи вернёмся, - отозвался дымящий папиросой прапорщик. - Займёмся разбором и сортировкой.

- Свент, всё спросить забываю, а почему бы не отправить зверодухов спокойно охотиться самостоятельно? Думаю, они бы отожрались, куда быстрее, чем мы их кормить будем через артефакт.

- Конечно, оно было бы лучше, - с энтузиазмом воскликнул обучитель, - ведь чем дух сильнее, тем больше мелких духов нужно для следующего. Только невозможно отправить их охотиться самостоятельно, обретая образ, они теряют возможность видеть духов. Нас видят, других зверодухов видят, всё видят, кроме бесплотных сущностей.

- Жаль, - протянул Бельский.

- И мне, боярин, очень жаль, - согласился Свент и снова пыхнул своей трубкой.

Глава 9

- Вот, господин капитан, надевайте, - и обучитель протянул Михаилу пару артефактных очков.

Бельский повертел их в руках. Вместо душек резинка, плотно прилегающая к голове, круглые, с красными стёклами, по окружности оправы выгравированы руны. Он снял треуголку и надел очки, посмотрел на город, стало чуть темнее, но совсем немного, ходить и ориентироваться не мешало, разве что дальность сильно упала, что-то различить можно метрах на пятидесяти, дальше всё размытое.

- Духи будут в них выглядеть, как фиолетовые бесформенные сгустки, - продолжил инструктаж Свент. - Чем сильнее дух, тем он больше размером. Самые мелкие с яйцо, но нас они, даже как пища для наших зверей, не интересуют. Так что, выискиваем тех, что размером… Ну, не знаю, вот с этот литровый котелок, в котором вам Торм воду для чая вскипятил. Это пища для зверодухов. Те, что уже годятся для обретения сущности, примерно с мою голову, но это будет слабый дух, в которого нужно вложить кучу мелочи.

- Они бывают только фиолетовые? - приподнимая очки на лоб, поскольку те слегка давили, спросил Михаил.

- Нет, - покачал головой Свент. - Есть ещё алые, это очень сильные духи, зверодух из них получается сразу третьего класса. Не сказать, что редко встречаются, мне только однажды удалось захватить подобного, а я на них больше десяти лет охочусь. Всего же мне известно о десяти удачных попытках. Наши артефакты их захватывают крайне тяжело, нужно почти попасть в духа, чтобы ловушка оказалась не дальше десяти сантиметров, а это сложно.

- Ещё какие есть?

- Чёрные, - его голос помрачнел, - встречаются ближе к центру. Таких мы обходим стороной, и стараемся туда не соваться. Но если с нами есть кто-то из имперских аристократов со светлым даром, то эти сущности уничтожаем. Пленить их невозможно, ловушкам не хватает мощности, всегда вырываются, без исключений. И сразу же после этого неминуемо атакуют того, кто это дурь затеял. Вы - тёмный, уничтожать их не сможете. Так что, если увидели такого, развернулись и дали дёру. Мы потеряли трёх бойцов год назад, которые, не заметив чёрного, притаившегося в тени, перешагнули границу его чувствительности, и он их атаковал. Погибли в течение пары секунд.

- Благодарю, прапорщик. Значит, фиолетовых покрупнее ловить, красных попробовать ловить, от чёрных драпать.

- Всё правильно, ваше сиятельство. Вот, возьмите, - он протянул Михаилу ещё один цилиндр, - это ваша персональная ловушка. Повезёт, обзаведётесь ещё одним зверодухом.

Михаил кивнул и повесил его на пояс к трём таким же. В одном был сокол, он висел с правой стороны, ещё один артефакт он купил за двести империков, ну и трофей, оставшийся от несостоявшегося убийцы, его почистили от остатков сущности и зарядили. Все пустые контейнеры заняли своё место на ремне с левой стороны. Итого у него был шанс, обзавестись троицей новых подопечных. Правда, управлять он сможет только двумя, но запас карман не тянет. Как легко убиваются слабые духи, он в кремле выяснил.

- Вы позволите начать, господин капитан? - вежливо, чтобы не подрывать его авторитет офицера, поинтересовался обучитель, ведь, по сути, это капитан должен толкнуть речь и выдать наставления.

- Начинайте, прапорщик, - разрешил Михаил, при этом сам внимательно приготовился слушать.

- Всем внимание, - развернувшись к построившимся егерям, громко выкрикнул прапорщик. - Всё, как всегда, ходим парами. Эй, Аким, с его сиятельством пойдёшь, возьмёшь ловушку для мелочи. Далеко не заходить, дойдёте до первого шпиля, и назад.

- Слушаюсь, господин прапорщик, - гаркнул один из двух имперцев во взводе, высокий, смуглый, явно уроженец южных провинций, что на теплых морях, где очень любит отдыхать аристократия.

- Все знают, что делать, - продолжил толкать речь обучитель. - Вы - не новички, у некоторых это уже четвёртый поход за духами. Пятеро остаются в лагере при фургонах и лошадях. Кто - вы и сами знаете, остальные на первый-второй рассчитайся.

Пятёрка остающихся тут же покинула строй и присоединилась к стоящему в стороне Торму. Денщика ещё накануне решили с собой не брать, нечего ему там делать, пусть ожидает господина в лагере.

- Ваше сиятельство, - отвесив вполне уважительный поклон, произнёс Аким, подходя к Михаилу.

Бельский кивнул егерю. Тот был отличным фехтовальщиком, и они уже дважды сходились на полигоне, оба боя остались за боярином, но держался имперец достойно.

- Сколько у тебя походов в мёртвый город уже было? - поинтересовался Михаил.

- Этот третий, господин капитан. Я всего, как полтора года из метрополии сюда перевёлся. Что делать, знаю, и за вами пригляжу.

- Получить контейнеры! - заорал прапорщик во всю глотку.

Аким быстро направился к фургону с артефактами. Получив один цилиндр для полноценного духа и вместительную толстую тарелку в палец высотой под мелочь, он поправил ранец за спиной и направился к Михаилу.

- В принципе, можно выступать.

- Пошли, - согласился Бельский и пристроился следом за более опытным егерем.

С каждым шагом боярин понимал величие этого города. Шпили уходили в небеса. Остальные здания сильно не дотягивали до них. Некоторые ещё сохранились, хотя бы частично, и были в десяток этажей. Выглядело это невероятно - самый высокий дом Белогорска был высотой в семь этажей и шпиль ещё метров пятнадцать. Принадлежало это здание Императорской академии наук. Обычно дома в столице этажа четыре, особняки аристократии в центре строить выше трёх, вообще было запрещено.

Первый дух попался Михаилу на глаза буквально через двадцать метров, когда они с Акимом перешагнули черту города.

- Мелочь, - бросил егерь, - даже внимания не стоит.

Тут Бельский был с ним согласен. Дух, совсем крохотный, свежий, был с кулак, но даже не взрослого, как показывал Свент, а ребенка.

- Давно замечено, - принялся разъяснять Аким, - на окраинах приличных духов нет, тут всегда только мелочь. Что нам годятся для прокорма зверодухов, где-то с километр от края водятся. Тут, как мишень с кругами для тренировки самострельщиков, чем ближе к центру, тем они сильнее. Чёрного, того, что наших убил, они километрах в десяти от края зацепили.

- Так, может, в самом центре есть ещё, кто помощнее? - предположил Михаил.

- Может, и есть, - нехотя произнес Аким, - там люди пропадают часто. Есть легенда, что там сокровища тех, кто раньше тут жил, спрятаны. Их охраняет невероятно сильный дух. Не знаю, как насчёт сокровищ, но кто-то там есть. Несколько раз наши из полка находили трупы, их словно выпили, скелет, кожей обтянутый. Чёрные духи поглощают только энергетическую оболочку, тело не трогают. Но нам беспокоиться не о чем, я вас туда точно не поведу, нам и двух-трёх километров для охоты хватит.

- А где алых можно встретить? - поинтересовался Михаил.

- Вот вы куда замахнулись, ваше сиятельство, - с хорошо скрываемой ироний протянул Аким. - Не стоит, только зря время потратите. Захватить такого - дело большого случая, искать дольше будем.

Михаил кивнул, послушно топая за приставленным к нему егерем. Попутно он вертел головой, изучая руины. Как ни странно, дорога, по которой они шли, была довольно чистой. Отдельные камни попадались, но ни о каких завалах, через которые нужно перебираться, и речи не шло. Город давно разрушался, и многие камни обратились в крупный песок, который мягким ковром покрывал всё вокруг. Ветра почти не было, силы поднять песчаную бурю ему явно не хватало. Но, скорее всего, это явление тут довольно частое.

- Аким, а песчаные бури здесь бывают?

- Бывают, господин капитан, иногда тут такой ветер гуляет, что весь этот песок в воздух поднимается, на два шага не видно ничего. По наставлению следует тут же укрыться в ближайших развалинах, закрыть лицо и ждать, пока успокоиться. Ни в коем случае убежища не покидать - закрутит, и уйдёте к центру.

- А зелень где? Ни кустика не увидел.

- В городе ничего не растёт, словно высушивает он растения, ни кустика, ни травинки не найдёте. Учёные, что тут сидели, притащили сюда куст в кадке, так через час листья пожухли, через два пожелтели, а к вечеру это был готовый сушняк для костра. Поэтому его и назвали мёртвым, нет тут жизни. Но за границей города словно отрезает. Да вы сами видели, раз - и зелень. Но есть одно место в центре города возле реки. Там приличную площадь прокрывает лес, серьёзные такие деревья. Кто туда сунулся, обратно не вышел. Видели те, кто снаружи остался, как ветви ожили и, схватив неудачника, утянули куда-то в черноту.

- Враки, небось, - с максимум скепсиса прокомментировал Михаил.

- Может, и враки, сам-то я этот лес не видел. Но есть егеря в нашей роте, кто своими глазами лес наблюдали. И говорят они, что деревья там точно живые. Они к ним с огнём сунулись, факелы самодельные изготовили. И стоило шагов на десять подойти, как лес закачался, все деревья заскрипели, словно ощутили приближение извечного врага. Солдаты жечь ничего не стали и просто ушли.

- Интересно, а в руинах что?

- Ничего, - ответил егерь. - Шатко там всё, лучше не соваться, обрушиться может. В прошлый раз потеряли егеря, на него стенка свалилась. Так что, если нужда не гонит, то лучше близко не подходить.

Дальше шли молча, внимательно выискивая добычу, но пока что на глаза попадалась всякая мелочь.

- А вот и первая добыча, - произнёс Аким, указывая дальше по улице. - Вот такую мелочёвку уже можно ловить. В общем, делается это так, ваше сиятельство, берёте артефакт, активируете прикосновение руну захвата и кидаете поближе к духу. Кидать нужно метров с десяти, они чувствуют человека и пытаются сбежать. Действует захват с метра, если дальше - ничего не выйдет. Сами попробуете или мне доверите?

- Давай сам, пока посмотрю.

Аким кивнул. Отцепив от пояса тарелку, активировал руну и, взяв её поудобней, опустился на одно колено. Примерившись, он кинул её движением кисти. Та, совершив несколько оборотов, упала в одном шаге от небольшого фиолетового сгустка, размером чуть меньше литрового котелка. Артефакт испустил белый свет и почти мгновенно подтянул к себе попавшего в него духа. Двадцать секунд, и того засосало внутрь.

- С почином, господин капитан, - с улыбкой произнёс Аким и, поднявшись, направился подбирать артефакт.

Так и шли. Изредка они слышали, как перекрикиваются другие двойки егерей. Духов стало чуть больше. Михаил тоже попробовал поймать своего первого. С ним вышел облом, слишком сильно бросил артефактную ловушку, и та упала на песок метра на два дальше, не учёл силу броска. Зато потом всё получилось, как надо, и дух, довольно приличного размера, даже чуть побольше, чем первый, был пойман.

- Я думал, их будет, куда как больше, - заметил Михаил примерно через час охоты. - Мы всего пятерых словили, а отошли от окраины километра на полтора, но ничего крупного так и не увидели.

Аким задумчиво кивнул.

- Странно это. Правы вы, ваше сиятельство, мелочи совсем мало. Обычно через час-полтора ловушка наполовину полная, а у нас до этого ещё, ой, как далеко.

- Может, кто тут прошёл недавно? - предположил Михаил.

- Возможно такое, ваше сиятельство, - согласился с ним Аким. - Или… - Он резко замолчал и начал вертеть головой.

Михаил тоже заозирался по сторонам, выискивая проблемы, но ничего, кроме крохотного духа размером с зелёное молодое яблоко, не обнаружил.

- Так что «или», егерь? - тихо спросил он.

- Ничего, ваше сиятельство, - никого не обнаружив и слегка успокоившись, ответил Аким. - Наверное, вы правы, может, какой вольный охотник прошёл по краю и собрал мелочёвку.

- Ты не это хотел сказать. Выкладывай, - надавил Бельский.

- Ладно, господин капитан. Есть легенда о потерянном бродячем зверодухе, который способен охотиться самостоятельно. Он живёт без артефакта, питаясь мелкими и средними сущностями. Он невероятной силы и никого не оставляет в живых.

- Кто-то его видел?

- Просто тела находили разорванные. Чаще всего это были обычные вольные ловчии, их тут сотни бродят. Но убил их явно зверодух.

- А с чего решили, что это не стычки между конкурентами? Ведь тут почти у всех есть зверодухи.

- Нет, ваше сиятельство, другие ловчие тут не причём, - уверенно возразил Аким, снова кидая ловушку в небольшого духа, вполне годного для откорма. - Все трупы, за исключением некоторых, были не обобраны. Что делает первым делом человек после победы? - задал егерь риторический вопрос, на который сам же и ответил, - правильно, трофеи собирает. А у тех покойников всё было на месте - и рюкзак с артефактами, и уже полные хранилища, и оружие на поясе или в руках, а у некоторых и золотые монеты и ассигнации. Не бросают такое. Даже, если пустые ловушки нельзя забрать, свой рюкзак полон, то деньги-то точно можно прихватить, и заполненную ловушку. А тут абсолютно всё брошено.

- Ну что сказать? Смысл в твоих словах присутствует, - согласился с логикой Акима боярин. - И часто такие трупы находят?

- Третья рота четвёртого батальона два захода назад такого нашла. Приятель рассказывал, целую тысячу империков из кармана покойника вытащили, на всех раскидали. А так, почти каждый раз натыкаются.

- Значит, говоришь, бродит тут свободный сильный зверодух, - задумчиво произнёс Михаил.