Наташа Даркмун
Ведьмина лощина
Глава 1. Поместье Грейвзов
В старой церкви было слишком тихо. Проповедь давно закончилась, однако люди все еще не вышли на улицу. Из леса выползали странные тени, они подбирались к церкви. Но никто так и не появился. Люди продолжали неподвижно сидеть на своих местах, будто фигуры из воска. Безвольные, неживые…
Священник стоял напротив немногочисленной паствы и жутко улыбался. Никто не шевелился. Не пытался бежать. Он прошел вдоль рядов, держа в руке странную книгу. Половицы не скрипели под его ногами, а свет не проникал в окна, будто на улице была глубокая ночь. Разве бывают проповеди ночью?
Жуткий священник остановился рядом с одной из прихожанок. Она, как и все остальные, смотрела в пустоту перед собой. Была ли она живой? Или все вокруг лишь странная декорация…
Мужчина склонился над женщиной и что-то прошептал ей на ухо. Губы той сразу же растянулись в улыбке, и она поднялась со скамьи. Женщина неспешно подошла к дверям и вышла наружу. Она подобрала с земли звонкую цепь. Та неприятно ударилась о металлические ручки, когда прихожанка протянула ее внутрь, запирая единственный выход.
За спиной священника появился огонь. Он расползался по стенам и охватывал все вокруг. Люди очнулись, тут же вскочив со своих мест. Они кинулись к выходу, но двери не поддавались.
Ужасные крики разорвали тишину. Церковь горела, как и застрявшие в ней прихожане… И только священник все еще стоял неподвижно прямо перед своей паствой. Его тело вспыхнуло ярким огнем, но улыбка так и не сходила с плавящегося лица… Даже тогда, когда его полностью поглотил огонь.
***
Старенький экипаж подъехал к большим железным воротам, за которыми виднелось широкое здание темно-серого цвета. Оно располагалось в кольце густого леса и находилось достаточно далеко от города. Будто скрытое… уединенное…
Двое молодых мужчин вышли наружу, попутно поправляя свои чопорные костюмы. Их взгляды скользнули по необычному фасаду здания. Поместье выглядело старинным и явно нуждающимся в ремонте. Серый камень кое-где потрескался, оконные рамы облупились, но оно все равно сохранило свой презентабельный вид. Стены не осыпались, не почернели от сырости, и это хоть немного радовало Грейвзов. Денег на восстановление у них все равно не было, как и другого жилья.
Подойдя еще ближе, братья ощутили запах гниющих яблок и прелой листвы. Где-то наверняка находился фруктовый сад. Только давно заброшенный и неухоженный, как и само поместье Грейвзов.
Оглядевшись вокруг, они в полной тишине пошли по дорожке, усыпанной гравием, не в силах оторвать взгляды от доставшегося им наследства. Однако то, что скрывалось за его стенами, пока оставалось для них загадкой. Они никогда не были здесь до этого самого дня. Ни приезжали, ни гостили. Дом достался им от умершего деда, которого Грейвзы даже не видели.
– Возможно, следовало бы просто продать его… – прошептал Винсент, останавливаясь у широкой деревянной двери. На ней находился необычный узор в виде маленькой птицы. Окна по бокам от главного входа были заостренными кверху и совершенно не вписывались, казались неуместными. Здесь бы подошли вполне обычные окна, а не такие, которые используют в готических церквях. Да и сама форма поместья отличалась от встречающихся им ранее. Оно было вытянутое и чуть согнутое по бокам, напоминая сверху букву «П», только с коротенькими ножками.
– Ты же знаешь, это нам не поможет, – ответил ему Гилберт, доставая из кармана увесистую связку ключей. Они неприятно звякнули в руке старшего брата, и младший тут же скривился.
Гилберт казался чуть выше Винсента и шире в плечах. Волосы его были более темными, а черты лица острыми. Внешне он чуть выделялся на фоне брата, хотя они все равно были очень похожи. Однако Гилберт выглядел болезненно-бледным, в отличие от загорелого Винса.
– Только возрождение семейной лесопилки позволит нам хоть как-то оставаться на плаву… С твоими тратами, – продолжил Гилберт, кинув хмурый взгляд на брата.
Винсент усмехнулся, но ничего не ответил. Перехватив тяжелые чемоданы еще крепче, он молча последовал за Гилбертом, шагая внутрь.
Входная дверь тихонько скрипнула и тотчас же захлопнулась за спинами братьев, как только они пересекли порог. Поместье находилось на небольшой возвышенности. По его двору гулял сильный ветер, который, по-видимому, и захлопнул дверь.
Братья остановились, чувствуя ощутимый запах старого дерева. Дорогая обстановка сразу же бросалась в глаза. Винсент громко присвистнул. Грейвзы и представить себе не могли подобной роскоши. Они провели большую часть жизни в скромной квартирке, доставшейся от покойного отца. Их семья никогда не купалась в деньгах, хотя мать и располагала некоторыми накоплениями, старательно присылаемыми дедом. Именно на эти скромные средства молодые люди были вынуждены учиться, жить и расплачиваться с бесконечными долгами отца. Но и они вскоре закончились. Их карманы опустели… именно тогда неожиданное наследство пришлось как нельзя кстати.
Взгляд Винсента скользнул по высокому потолку. Тот был украшен лепниной и извилистыми узорами. Внутри стояла гробовая тишина. Возможно, здесь всегда было так тихо. Лишь ветер снаружи шуршал опавшей листвой, а у леса слышались крики ворон.
Гилберт сделал уверенный шаг к лестнице и остановился. Вдоль стен висели потрепанные временем портреты, с которых на них взирали лица давно умерших Грейвзов. Он не узнавал никого из них. Мать никогда не рассказывала о своей семье. Она сбежала от Эдвина Грейвза еще совсем молоденькой девушкой и больше никогда не возвращалась домой.
Поместье на первый взгляд казалось пустым, однако здесь все же кто-то был. В камине первого этажа тлели угольки и догорал огонь, едва освещающий холл. Лестница, уходящая наверх, находилась в полумраке и приводила к длинному коридору, разветвленному в двух направлениях. Дальше Гил ничего не смог разглядеть.
– Может, нам стоит проводить здесь спиритические сеансы? – с насмешкой спросил Винсент, но тут же смолк. Отчетливые шаги, раздавшиеся из глубины поместья, заставили его нахмуриться. Кто-то приближался. Тени, тянущиеся из северного коридора, становились все более отчетливыми, пока окончательно не приблизились к Грейвзам. Они принадлежали двум женщинам.
– Здравствуйте, господа, – сказала старушка, появившаяся в темном проеме. Она склонилась в легком поклоне, а после перевела взгляд на молодых мужчин.
– Вы, должно быть, миссис Олдридж, экономка? – уточнил Гилберт, снимая перчатки с рук. Он мельком взглянул на стоящую рядом девушку, одетую в форму служанки, и тут же вновь перевел взгляд на пожилую даму.
– Можете звать меня просто Хэллен. А это моя внучка Тесса. Она помогает мне с тех пор, как умер ваш дедушка… Слуг в поместье не осталось, так что мне была нужна ее помощь, – откликнулась экономка, кивая.
– Вот как… – произнес Гилберт, разворачиваясь к холлу. Он еще раз обвел взглядом старые стены, прикидывая в голове во сколько обойдется содержание такого огромного поместья.
– Разумеется, мы все оплатим, – вмешался в разговор Винсент, без стеснения разглядывая молодую служанку с ног до головы. – Вам не нужно будет уходить, Тесса.
– В этом нет необходимости, Эдвин Грейвз оплатил все на много лет вперед, – сухо заметила экономка, наверняка обратив внимание на проявленный молодым человеком интерес к своей внучке. – Мы потому и трудились, поддерживая порядок в доме даже после его кончины. И намерены продолжать хотя бы до истечения оплаченного срока.
– Какая преданность… – безразлично бросил Гилберт, уже направляясь в сторону лестницы. Он чувствовал навалившуюся усталость после долгого путешествия и не желал более задерживаться в компании прислуги. Пустые разговоры совершенно точно могли подождать как минимум до завтрашнего дня. А вот предстоящая работа по восстановлению, пожалуй, и вовсе до лучших времен…
– Мы можем подготовить любые покои, просто укажите… – сказала Тесса и тут же опустила глаза, столкнувшись с ледяным взглядом старшего из братьев.
Мужчина лишь молча кивнул, после чего уверенно зашагал наверх по широким ступеням.
Второй этаж встретил его ощутимой прохладой и резким запахом, вызывающим отвращение. Гилберт уже чувствовал его снаружи. Экономка, следовавшая за ним, тотчас подошла к окну и плотно его закрыла. Она виновато поклонилась, отступая чуть ближе к стене.
– Сад гниет, сэр. Оттого такой запах, – произнесла пожилая женщина, не поднимая глаз. – Я бы, конечно, могла попробовать поискать работника в городе, но боюсь, что никто не согласится.
– Мы проезжали Лоуд по дороге сюда, унылое местечко, – вклинился в разговор Винсент, шагая по длинному коридору. Он с нескрываемым любопытством заглядывал за каждую дверь.
Комнаты были обставлены со вкусом, и парень, судя по всему, никак не мог выбрать. В отличие от Гилберта, который остановился у первой же двери. Он, проигнорировав обстановку, подошел к огромному окну, что было разделено на три створки и открывало вид на густой дремучий лес, раскинувшийся за пределами поместья.
Вид завораживал. Гилберт застыл, смотря вдаль. Листья на деревьях уже пестрили яркими красками, и он не видел конца этому бесконечному лесу. В его зрачках играли блики солнечного света, пробивающегося сквозь редеющие кроны деревьев. Снаружи слышался гул ветра, перебиравшего ветки и шелестевшего сухими листьями. Слишком тихие и непривычные звуки после шума большого города. Они нравились Гилберту гораздо больше.
– Я остановлюсь здесь, – наконец произнес он, продолжая смотреть в окно. Его взгляд все еще был прикован к лесу.
– Я подготовлю для Вас эту комнату, – тихо сказала Хэллен, уже стягивая старые затхлые простыни. Ее мозолистые руки ловко управлялись с работой, и женщина шустро собрала их. Выйдя за дверь, она направилась куда-то вглубь коридора.
– Я могу принести свежих цветов, они наполнят комнату приятным ароматом… – улыбаясь, предложила стоявшая рядом Тесса, но Гилберт резко прервал ее.
– Кажется, я не просил об этом, – он наконец оторвал взгляд от окна и уже во всю рассматривал большой дубовый стол, стоящий у кровати. – Где был кабинет Эдвина Грейвза?
– На третьем этаже… Там так же находится библиотека и… – Тесса вновь не успела закончить. Гилберт быстрым шагом прошел мимо и вышел за дверь. Он направился прямо к лестнице. Его шаги разнеслись по поместью, пока сам он полностью не скрылся в тени третьего этажа, оставляя Тессу в полном недоумении.
– Не обращай внимания, – с усмешкой произнес возникший за спиной девушки Винсент. Он крутил в руке какую-то деревянную игрушку, попутно рассматривая покои, выбранные братом. – Не подготовишь ли ты для меня ту дальнюю комнату?
– Разумеется, сэр. Желаете что-нибудь еще? – спросила Тесса и тут же замолчала. Винсент хитро улыбнулся. Он шагнул ближе, сокращая расстояние до минимума, и наклонился к самому уху служанки.
– Все, что пожелаю? – тихо прошептал Винсент, наслаждаясь вмиг покрасневшим лицом девушки.
Тесса отстранилась, нервно поправляя свой фартук.
– Не пугайся ты так, я всего лишь шучу, – рассмеялся Винс, направляясь к лестнице. – Лучше скажи, в городе действительно все так плохо? Нет никаких развлечений?
– Не то чтобы… Но Вам все же лучше не посещать его без острой нужды, если что-то понадобиться, и я, и бабушка вполне…
– Это еще почему? – возникший, словно из неоткуда, Гилберт стоял наверху лестницы, теперь внимательно смотря на молодую служанку. Взгляд его был холоден, и он буквально заставил Тессу съежиться.
– Все из-за господина Эдвина Грейвза, вашего деда. Он…
– Это все глупости, Тесса! – экономка прошла мимо внучки с охапкой свежего белья в руках. – Про вашу семью всякое болтали, не стоит придавать этому значения. Ничем не подтверждалось ни единое слово. Но Грейвзов в городе и вправду недолюбливают. Кстати, почему у вас у вас фамилия деда?
Вопрос показался Гилберту неуместным, но он все же счел нужным ответить. – Наш отец никогда не был примером для подражания, впрочем, как и дед, судя по всему… Однако мы все же взяли фамилию матери после ее смерти.
– Да, да… Неприятные семейные тайны и все в таком духе, – Винсент, явно уставший от разговоров, уставился в окно. Главные ворота, так и оставшиеся приоткрытыми, скрипели на ветру.
Гилберт взглянул на брата, и уголки его губ едва заметно дрогнули в усмешке. Отсутствие развлечений для Винсента в этой глуши представлялось ему самым лучшим подарком.
– У Вас так же остался кучер господина Грейвза, он прибудет чуть позже, – сказала Хэллен. Она закончила заправлять постель и вышла в коридор к мужчинам. – Если вам понадобится что-то в городе, мы с радостью доставим это в поместье.
– Нет, спасибо, я не намерен потакать невежеству и сидеть взаперти, – отрезал Гилберт. – С братом мы предпочли бы сами все осмотреть и уладить кое-какие вопросы. Где можно найти рабочих с лесопилки?
– В баре недалеко от главной дороги, – сказала Тесса, проходя мимо двери. Она уже несла чистое белье в новоиспеченную комнату Винсента. Добравшись до нее, Тесса остановилась и перехватила свою ношу чуть удобнее.
– Он стоит прямо на въезде в город, сэр, – добавила служанка.
Старший Грейвз молча кивнул, кинув многозначительный взгляд на младшего. Он хотел, чтобы тот поторопился. Винсент же громко вздохнул, однако покорно отправился вниз. Путь предстоял не близкий, но они все же решились пройти его пешком, заодно и осмотреть прилегающую к поместью территорию.
Перекинувшись еще парой слов с миссис Олдридж, братья вышли за ворота большого поместья, что сопроводили их все тем же противным скрипом, и направились по извилистой дороге, ведущей вдоль мрачного леса. Их шаги звучали слишком громко на фоне ощутимой тишины этого места.
– Нам предстоит многое уладить с рабочими, пожалуйста, не создавай проблем, – сказал Гилберт, скользя взглядом по темным деревьям. Лес стоял плотной стеной у самой дороги, напоминая высокий забор. Местность вокруг была слишком тихой, и даже птицы замолчали, что не могло не озадачить старшего Грейвза. Хотя, может быть, это было в порядке вещей в такой глуши. Из-за отсутствия других громких звуков все могло казаться в разы тише, чем было на самом деле.
– Гил, когда это я доставлял тебе проблем? – усмехнулся Винсент, продолжая идти вперед. Складывалось впечатление, что он совершенно не замечал царящую вокруг тишину.
Гилберт обернулся, бросив взгляд на брата, но промолчал.
По мере приближения к городу звуки все же становились все более отчетливыми и узнаваемыми. Братья слышали гул оживленных улиц. И пусть в такой глуши не было машин, знакомое ржание лошадей все же слышалось издали. Это немного успокоило Гилберта. В Лоуде оказалось оживленнее, чем он думал. Вокруг не царила эта странная тишина, как рядом с поместьем Грейвзов.
Лес остался позади, и мужчины свернули к городу, рассматривая его с невысокого холма. Бар действительно находился прямо у главной дороги, чуть вдали от жилых домов. Он выглядел весьма ветхим и слегка заброшенным. От него пахло отсыревшей древесиной и табачным дымом. Хотя все здания в Лоуде были не в лучшем состоянии. Все же это была настоящая глушь. Люди, торчавшие на улице, с недоверием рассматривали приближающихся незнакомцев. От них так и веяло недовольством.
Гилберт молча прошел мимо двух пьяных амбалов, что сидели на широких деревянных ступенях перед баром. Те пахли дешевой выпивкой и еще чем-то едким, неприятным. Они косо взглянули на Грейвзов, но быстро потеряли интерес, продолжая громко беседовать. Возможно, экономка преувеличила, и до появившихся здесь Грейвзов никому не было дела.
Дверь в бар открылась практически беззвучно, и братья спокойно вошли внутрь. Кислый запах дешевого пойла и дыма стал более ощутим.
Гилберт обвел взглядом бар и направился прямо к стойке. Он сел на небольшой табурет, что неприятно скрипнул под его весом.
– Прошу прощения, – обратился Гилберт к хозяину заведения. – Не подскажете ли, где можно отыскать работников с лесопилки Грейвзов?
Все малоприятные посетители этого заведения тут же зашептались и обернулись к ним. Их взгляды чуть ли не прожигали спину старшего Грейвза.
Бармен, протирающий стойку, замер и уже было собирался ответить, но не успел. Его перебил сильно подвыпивший бородач, что сидел в компании таких же пьяных мужиков.
– А кто спрашивает? – спросил он, почесывая свою сальную бороду.
– Гилберт Грейвз, новый владелец лесопилки, – холодно ответил Гил, оборачиваясь в сторону этого странного типа.
– Мы все там работаем, – громко икнув, ответил второй мужчина, гораздо худее и пьянее первого, за что тут же получил оплеуху от своего соседа.
– Вот как… В таком случае, не будете ли вы любезны объяснить, отчего на часах еще и семи вечера нет, а вы уже вздумали бездельничать, отложив работу в сторону? – он впился взглядом в самого крупного из рабочих, решив, что тот наверняка главный в этой компании. Тот лишь громко хохотнул, поднимаясь со стула, и сделал шаг в сторону стойки. Глаза его были прищуренными, а от тела исходил мерзкий запах пота и алкоголя.
– Слушай, малец. Мы давно работаем на твою проклятую семейку, и не тебе нам указывать, когда отдыхать, – отозвался он, положив свою мозолистую руку на плечо старшего Грейвза. – Завтра утром тоже задержимся немного, но, в конце концов, придем же…
Не успел нахальный здоровяк закончить свою тираду, как Гилберт моментально вывернул его громадную лапу, впечатывая его физиономией, прямо в массивный дубовый стол. Тот даже пикнуть не смог, совершенно не в состоянии оказать хоть какое-то сопротивление. Смех его приятелей мгновенно утих, как и шепот посетителей во всем баре.
– Вы придете завтра утром, как и полагается, в назначенное время. И пробудите на лесопилки до восьми, – Гилберт Грейвз наклонился к нему чуть ближе, по-прежнему вжимая лицо здоровяка в шершавый стол. – Надеюсь, я понятно изъясняюсь?
– Да, да! – воскликнул тот, стараясь освободиться. Однако Гилберт Грейвз, несмотря на свой болезненный вид, оказался весьма силен.
– Возражения еще остались? – спросил стоящий неподалеку Винсент. Он обвел насмешливым взглядом остальных мужчин и, наконец, приблизился к старшему брату. Тот уже успел отпустить несчастного здоровяка и сейчас поправлял чуть сбившиеся перчатки.
В баре стало тихо. Взгляды всех посетителей теперь были направлены в сторону Грейвзов.
– Оплата так же будет расти, если вы будете усердно работать, – слегка сглаживая конфликт, произнес старший Грейвз. – Доброго вечера.
Братья неспешно покинули бар, и тот вновь оживился. Теперь наверняка весь город узнает об этом инциденте. На ступенях больше никто не сидел, и Гил остановился, прислоняясь к выступу у лестницы. Лицо его стало еще бледнее, а ноги подкосились.
– Снова головная боль? – с тревогой спросил Винсент, приближаясь к брату. Тот же в ответ лишь молча махнул рукой, безразлично взглянув в сторону бара.
– Просто усталость… Ничего страшного, идем, – чуть отдохнув, отозвался старший Грейвз, медленно спускаясь по ступеням.
Братья вновь свернули на главную дорогу, направляясь в сторону поместья. Сумерки уже окутали главную улицу Лоуда и лес, что раскинулся на опушке. Кругом стало невзрачно и серо. Домики практически исчезли во тьме, и лишь тусклый свет из окон сопровождал братьев до самого леса.
Грейвзы медленно удалялись от города, даже не подозревая о пристальном взгляде, что был устремлен в их спины. Из тени большого дома за ними кто-то внимательно наблюдал. Однако его присутствие так и осталось для них незамеченным…
Глава 2. Пропавшая
Кучер вез молодую служанку по извилистой дороге, что вела прямо в город. Колеса старой кареты нет-нет да подпрыгивали на неровностях, раздражающе скрипя всю дорогу до Лоуда. Этот звук всегда раздражал Тессу. Экипаж был таким же древним, как и мистер Гарднер, управляющий им.
Тесса Олдридж всегда покидала поместье Грейвзов до наступления темноты и тем более никогда не оставалась там на ночь. Она сама не знала причин, но это было одно из строжайших правил, установленных ее бабушкой. Родителей у Тессы не было, и воспитание внучки полностью легло на плечи пожилой Хэллен.
В доме Грейвзов Тесса так же начала работать только после смерти Эдвина. До этой печальной даты девушка ни разу не бывала внутри его стен. Вокруг семьи Грейвз ходило немало слухов и домыслов, однако Хэллен Олдридж лишь пожимала плечами, когда внучка пыталась выведать больше деталей. И самым странным было то, что Тессе строго-настрого запрещалось даже близко подходить к поместью, пока Эдвин был жив. Это, безусловно, порождало массу вопросов…
Свернув с главной дороги на узкую улочку, что была застроена практически одинаковыми домами, экипаж остановился возле одного из них. Серые, старые, однотипные, все они стояли вряд плотно соприкасаясь друг с другом. Однако домик Хэллен Олдридж хоть и был скромных размеров, но казался куда более уютным, чем соседние жилища. Оконные рамы недавно перекрасили, забор поменяли, а под окнами Хэллен и Тесса посадили цветы в вытянутые каменные клумбы. Они еще не успели увянуть и делали дом более ярким и выделяющимся на серой улицы.
– Доброй ночи, мистер Гарднер, – поспешно попрощалась с кучером Тесса, после чего шагнула вперед. Экипаж тронулся с места, и вскоре на улице воцарилась почти идеальная тишина. Большая часть горожан наверняка давно скрылась в своих домах, а шумные рабочие, как правило, предпочитали коротать время в баре, расположенном на другом конце города. Людей на улице, где жила Тесса, не было, если не учитывать фигуру, сидевшую прямо на ее крыльце.
– Что-то ты сегодня припозднилась, Тесса, – произнесла девушка, поднимаясь. Она была повыше молодой служанки и, конечно, одета совсем иначе. В руках она держала книгу, которую незамедлительно протянула Тессе.
– У меня было слишком много работы, Скарлет. Ты, должно быть, уже в курсе, что внуки Грейвза прибыли в поместье, – последнюю фразу Тесса произнесла почти шепотом, а после быстро оглянулась, словно опасалась, что их подслушают.
– Это не сулит ничего хорошего. И без того было тяжело пробраться внутрь… Твоя бабушка словно коршун, который стережет жуткие тайны этого дома, – задумчиво сказала Скарлет, уставившись в темноту. Та казалась все плотнее, все гуще. Да и ветер, гулявший по улицам Лоуда, стал заметно холоднее.
Тесса поежилась и посмотрела на подругу.
– Твой отец прибьет тебя, если узнает, что ты задумала… Не женское это дело, в такое соваться… Да еще и дочери шерифа, – строго заметила она, разглядывая обложку переданной ей книги. – Вашингтон Ирвинг?
– Да, тебе обязательно понравится. А что касается моего отца, – Скарлет выдержала небольшую паузу. – То он сейчас слишком занят, попивая горячительные напитки в доме мэра. Так что не могла бы ты представить меня новым хозяевам? Быть может, мне удастся…
– Нет! Скарлетт, послушай меня внимательно. Я даже боюсь смотреть на них, особенно на старшего из братьев. Тебе нужно прекратить это, уверена, шериф сам во всем разберется, – Тессу слегка трясло, и дело тут было вовсе не в холоде, стоящем на улице. Ей было страшно подумать, что мог бы предпринять Гильберт Грейвз, случись ей его ослушаться и привести в особняк подругу. Да еще и ту, что давно копается в истории его семьи, заставляя старые раны кровоточить.
– Ты же знаешь, меня это не остановит… – спокойно произнесла Скарлет, спускаясь вниз по ступенькам. Даже не попрощавшись, она молча пошла вперед.
– Только не смей обижаться! – выкрикнула Тесса, но подруга так и не обернулась. Ее силуэт довольно-таки быстро скрылся за поворотом, оставляя Тессу в полном одиночестве.
***
Гилберт уже несколько часов ворочался в постели. День выдался долгим и муторным, и он все никак не мог уснуть. Гил смотрел то в потолок, то в широкое окно за спиной и не переставал думать. В поместье, помимо его самого и Винсента, оставалась лишь пожилая экономка, покои которой находились в небольшом крыле, примыкающем к северной части дома, и больше никого. Пустой огромный дом…
Тишина, которую он заметил еще по приезду, сильно отличалась от практически не прекращающегося шума в городе, в котором они с братом жили. Она была будто осязаемой, давящей…
Перевернувшись на правый бок, Гил закрыл глаза и попытался отпустить все мысли, но внезапно его внимание привлек странный звук. Будто кто-то тихонько шел по длинному коридору за дверью. Медленно… размеренно. Это не мог быть Винс. Его комната находилась в другом конце, а шаги двигались со стороны лестницы. Да и на шаркающие туфли Хэллен это тоже не походило. Гилберт запомнил, как тяжело она поднималась по лестнице и еще долго не могла набрать уверенный темп. Возраст говорил за себя. Здесь же шаги были настолько тихими, словно тот, кто шел, совсем не касался пола: осторожно, аккуратно, неторопливо. Старые доски не издали ни единого скрипа, вынудив Гилберта приподняться, опираясь на локоть. Такого просто не могло быть.
