Право на Одиночество

–Ничего. А что я могу? Где он, и где я. Это так глупо. Я себя школьницей ощущаю,которая втрескалась по уши в учителя.

–Говорю же, чокнутая.

–Ха-ха. – ответила она. – Можно подумать, что у тебя лучше? Тоже втрескался поуши в свою фитоняшку. У меня хотя бы не любовь. А так… Не знаю даже, как этоназвать… Но не любовь. Это как… Когда тебе нравится актёр или певец. Ты от неготащишься, но знаешь, что у вас никогда ничего не будет. Вот примерно как-тотак. Не любовь, короче говоря.

Повислозадумчивое молчание. Каждый думал о своём.

Вечер.Рабочий день подходил к концу. Совсем не хотелось возвращаться в квартиру кдвум голубкам. Чувствовала себя уставшей, хотя ничем особенным не занималась.Закончив поправлять букеты в холодильнике, вернулась за стойку. Привычнымдвижением листала ленту новостей. Посмотрела на улицу. Движение машин. Люди.Жёлтый свет фонарей. Видела это практически каждый день. Вновь уставилась вэкран мобильного. Зашла на страницу в соцсети. Не нужно быть Шерлоком Холмсом,чтобы найти интересующего человека в двадцать первом веке. Интернет поистинетворил чудеса. Тем более Анна знала адрес и название адвокатской конторы.Дальше — дело двух минут. Зайти на их сайт. И — вуаля. Всё как на ладони.Максим Леонидович Астахов. Со всем послужным списком на профессиональном поприще.Не рядовой, штатный юрист, а лучший адвокат. И фирма принадлежала именно ему.Ему и его партнёру по бизнесу. Этот человек Ане был не знаком, да и неинтересен. Она нашла то, что искала. И следующим шагом был поиск в соцсетях.Всё достаточно просто и быстро. Элементарно, Ватсон. Листала фотографии. Ейнравилось вновь видеть его лицо. Изучать его. Слабый звон дверного колокольчикаотвлёк девушку от телефона. Астахов стоял у входа, не торопясь проходитьдальше, наслаждаясь глазами флористки, которые увеличивались в геометрическойпрогрессии. На нём был синий костюм, белая рубашка и галстук цвета крови.Волосы зачёсаны назад, и такая же ухоженная небритость. Он словно сошёл состраниц журнала или с картинок в интернете. Аня хлопала ресницами. Тишина по-прежнемуопутывала помещение. До конца не верила, что это реальность, а не еёвоспалённое воображение. Выглядела немного глуповато. Чуть не уронила телефонна пол, пытаясь положить его на стойку. Мужчина также молча наблюдал зарастерявшейся девушкой. Понимала, что должна задать дежурный вопрос о том,может ли она чем-то помочь. Но вот язык… не поворачивался. Из груди выкачаливесь воздух. Не могла совладать с собой. Он сделал два неторопливых шаганавстречу.

– Тыменя совсем не помнишь?

Егоголос мягко раскатился вокруг. Глаза девушки округлились ещё больше, но вотвдохнуть по-прежнему не получалось. Хотела ответить, но тщетно. И простопомотала отрицательно головой, понимая, что парализована настолько, что вот-вотзакружится голова. Мужчина подходил ближе, она же инстинктивно попятиласьназад, не чувствуя своих ватных ног. Пока не упёрлась спиной в холоднуювитрину. Дальше отступать было некуда. Сердце то заходилось в бешеном ритме, тосовсем прекращало биться. Он подошёл вплотную. Настолько, что она услышала тотзнакомый мужской запах, сопровождавший её карандашное видение.

– Выне могли бы не подходить так близко… – прошептала она пересохшими губами, чтосама себя не расслышала.

–Почему? – спросил он, не останавливаясь.

Итеперь был настолько близко, что его дыхание обжигало её. А тело и разумдевушки одурели от происходящего. Внутри живота нагревался раскалённый шар.

–Потому что у меня подкашиваются ноги от такой близости…

Емунравилось то, что происходило с бедной незнакомкой. Нравилась и власть, которуюон возымел над ней. Ощущал себя питоном рядом с кроликом, или же львом рядом сланью. В его руке появились наручные часы. Он держал их на ладони, чуть склонивголову на бок, второй рукой упираясь в холодное стекло витрины. Анна смотрелана часы. Но соображать ей было практически невыносимо. Пришедший гость свёл еёс ума. Эта бесцеремонная близость будоражила до мозга костей. Ноги и руки быливатными, по ним волной пробегали тысячи иголок. Дыхание было прерывистым.Сердце в ужасе металось по грудной клетке. Лишь глаза были широко распахнуты.Девушке понадобилось пару минут, чтобы сообразить, что это её часы, которые онаневедомо где потеряла. И даже погоревала об их потере. Мозг тяжело включался,скрипя извилинами. Мужчина же хитро улыбался.

– Втот день я очень спешил на встречу с клиентом. Мы остановились на светофоре. Ячасто езжу на рабочей машине с водителем. Так удобней. Как ты оказалась подколёсами… Уму непостижимо… Я выскочил к тебе. Но ударилась ты очень сильно.Почти сразу потеряла сознание. Пока скорая ехала… Такая суета. Я нёс тебя наруках в карету скорой помощи. И поехал с тобой. У тебя тогда часы слетели,застёжка сломалась. Больница. Мне нужно было ехать. А водитель остался там дляразбора полётов. Я вернулся. Быстро. Но тебя уже не было. – Анна переводилаошарашенный взгляд с часов на лицо мужчины. – А часы остались. Их, кстати,починили. Когда я увидел тебя в конторе, твоё лицо… Я бы узнал тебя даже средимиллиона женщин. И твоя фраза: я сама виновата... – Максим мягко засмеялся. Адевушка почувствовала, как краска смущения крадётся по лицу. – Это нечто… Тытак стремительно убежала, как и в первый раз, не давая мне даже опомниться.

– Нокак?.. – прошептала она, продолжая удивлённо хлопать ресницами.

–Так же, как и ты. — он указал ей на её телефон. Проходя мимо, он прекрасновидел результаты её поисков, что не могло не польстить. Анна покраснела какрак, готовая провалиться под землю от стыда.

– Мывсегда сотрудничаем с вашим салоном. И тут двухминутное дело найти тебя. Наэтот раз не убежишь… — прикоснулся он кончиками пальцев к её раскрасневшемусялицу. И от этого прикосновения по телу девушки разлетелись электрическиеразряды.

Онушёл. Она сползла без сил вниз по холодному стеклу. И сидела в таком положенииещё минут десять, сжимая свои часы в руке. Что происходило с ней? Откуда этабуря чувств? Неконтролируемые эмоции, оголённые, как нерв. Словно внезапныйвыстрел в тишине. Горячее тепло разливалось по всему телу от этой встречи, отодной мысли о нём. Эта близость доконала её в этот вечер, собираясь плотнымтугим комом в самом низу живота. Откуда он имел такую власть над ней, над еётелом? Аня понимала, что как прежде уже не будет. Его появление разрезало жизньна «до» и «после», вызывая лишь трепетно-жгучее возбуждение от одной толькомысли. Жалела только о том, что сбежала тогда из больницы, упустив возможностьвидеть его, оставив себе лишь образ. Прокручивала в голове их странные встречи.Его улыбка, голос, руки… И ноги подкашивались сами собой каждый раз. Сны сталитревожными, беспокойными. Ждала ли она чего-то… Нет. Надеялась… Нет. Мечтала…Безусловно. В своих мечтах, снах она таяла в его объятиях, как тает свеча вовласти огня. Отдавалась его рукам, губам без остатка. Какими же сладкими былиеё мечтания. И сколь горькой была реальность, начинающаяся с привычного утра, счужого секса. Невольно листала Его страницу в интернете. Просматриваяфотографии снова и снова. Скоро осознала, что фантазии вымотали окончательно.Ей не хотелось возвращаться в реальную жизнь. Серёжа, «любимые» соседи, работа,звонки Александра. Жизнь, и без того серая, померкла окончательно. Понимала,что нужно завязывать с мечтами. Но не могла прекратить думать о нём. Сохранялахолодное безразличие для окружающих, и только ей одной было известно, насколькоона близка к безумию. Перестала узнавать себя.

Вечеромвышла с работы. В последнее время сил не оставалось ни на что. Всё тяжелее былодержать лицо для окружающих. Ощущала себя старухой, седой и сморщенной. Из неёвыкачали жизнь, совсем не оставив времени. Когда её вдруг обхватили сзади… Лишьсильно зажмурила глаза. Она с ужасом ждала этого дня, предчувствуя, что этонепременно должно произойти. И сейчас не открывала глаз, чтобы не смотреть насудьбу, но готовая полностью повиноваться её власти. Мужские руки легкоразвернули её, на секунду показалось, что земля ушла из-под ног. Ощутилапрохладу металла ягодицами и спиной. Тёплые губы скользнули по лицу. И этотсандаловый, сладковато-древесный аромат Анна никогда и ни с чем бы уже неперепутала. Щетина будоражила, и мурашки ползли по коже. Понимала, что этоАстахов, и ноги подкашивались. Девушка обмякла всем телом, повиснув в рукахмужчины как тряпичная кукла, но по-прежнему боялась открыть глаза. Он крепкоудерживал её. И целовал, целовал настойчиво и до тех пор, пока оцепенение непрошло, и она наконец робко не ответила на его жадный поцелуй. Эйфория сбивалас ног. Аня ничего не соображала, балансируя на грани обморока. Он воздействовална её нервную систему, теряла всяческий контроль. Лишь удушливое возбуждение.Не в силах совладать с собой, готова была стать добровольной пленницей, рабынейради единственного мига близости с ним. Потеряла реальность, провалившись взабытье от избытка эмоций.

Гдеони были сейчас? Темнота. Деревья, кусты. Тишина. Где-то шумит дорога. Нистраха, ни мыслей, лишь одно жгучее желание. Он обнимал крепко. Прохладныйвоздух скользил по коже. Закрывала глаза. Его запах дурманил. Не могланормально дышать, дыхание прерывалось. Сердечко заходилось. Мужчина вызывал вней бурю эмоций, обнажая её душу. Губы его тёплые скользили по щеке, опускаяськ шее, потом замирали на мочке её уха. Невольно запрокидывала голову назад,понимая, что сходит с ума. Щетина колючими иголками добавляла остроты. Каждыйволосок на теле вставал дыбом. Оставляя ласки, жадно впивался в её пересохшиегубы. Сильные руки скользили под платье, задерживаясь на кружевной линии чулок.Неосознанно раздвинула ноги. В ней просыпался животный инстинкт, разливающийсяжаром по телу. Хотелось большего, здесь и сейчас. Обвивала руками его шею. Всёещё до конца не верила, что это происходит именно с ней. Его губы так близко.Горячее дыхание. Привычным движением расстёгивал брюки. Она была настолькоживой и настоящей, горячей и возбуждённо-доступной, что его голова слегкакружилась. Спина её выгибалась, и стоны то снисходили до шёпота, напоминаятихую молитву, то нарастали с новой силой. Казалось, что из глаз вылетаютискры. В её жизни слишком долго не было физической близости. И то, что сейчаспроисходило с ней, было словно в диковинку. Никогда не думала, что может бытьтакой чувствительной. Тело ощущало каждый импульс, каждых вдох и малейшееколебание. Внутри всё с силой сжалось, испытывая долгожданный спазм. Спустя минутуона полностью расслабилась. Обмякла, растекаясь по пыльному капоту. Передглазами запрыгали цветные пятна. Его голова опустилась ей на живот. Слышала,как он тяжело дышит. Пальцами зарывалась в его густую шевелюру. Знала толькоодно, что это был лучший секс в её жизни. Что он делал с ней, не укладывалось веё рамки. В устаканенной ровной жизни он появился из ниоткуда, врываясь бурей втихую гавань. Она не знала мужчин. Нехватка опыта, неуверенность и перваянеудача были её судьями. Сегодняшний вечер стал откровением. Мир перевернулся.Случайная встреча с адвокатом взбудоражила жизнь девушки. Лёжа на капоте, она,наконец, открыла глаза. Звёзды в туманной поволоке, как их было много. Тогдадаже не предполагала, как может закрутиться судьба. Сейчас только этот вечер.Больше ничего. Даже если впереди ждала беспросветная тьма… Неважно.

Домаутопала в деталях этой близости. Память не отпускала. Невольно зажала одеяломежду ног и уткнулась лицом в подушку, чтобы хоть как-то охладить свой неуёмныйвозбуждённый пыл. Дальше было первое утро, когда ей было наплевать на соседей.Да и в целом жизнь заиграла новыми красками. Возможно, не красками, нооттенками точно. Любимая работа в кайф. С кожи ещё не выветрился его запах.Была окрылённой. Невесомой ощущала себя, вдыхая воздух полной грудью. Сергеюничего не рассказывала. Хотя держать язык за зубами было не самым простымделом. Не ждала продолжения, ей было достаточно того, что случилось. Всегдапридерживалась правила: никогда звёзд с неба не хватала, и не надо начинать. Ностраницу Астахова нет-нет, но пролистывала. Когда видела его, по телу раскатистымиволнами разливалось тепло.

Разговаривалас клиентами, сидя за столиком в салоне. Мужчина и женщина совершенно по-разномувидели предстоящее мероприятие и поэтому всё время спорили. Этот галдёжпродолжался уже около часа. Анна была привыкшей к подобным ситуациям. И сейчасравнодушно смотрела в окно, давая клиентам полностью выпустить пар. Они что-торисовали, перечёркивая и снова ругаясь. Воцарилась тишина. И теперь уже опытныйфлорист лёгким росчерком на листе предложила свой вариант, стараясь учестьпожелания обоих. Пара штрихов и акцентов, плюс замена желаемых цветов на более«стойкие». И клиенты остались счастливыми и довольными. Девушка умела легкоубеждать клиентов в том, что они сами хотят именно этот проект. Она делала этокаждый раз с такой уверенностью, что они напрочь забывали о том, с какимипожеланиями пришли изначально. Ей виртуозно удавалось выдавать действительноеза желаемое. В работе ей не было равных. Но вот с жизнью что-то пошло не так.

Этобыл мужской юбилей. Спустя пару недель настал день Икс. Ресторан за городом, наберегу озера. Цветы — дело тонкое и весьма недолговечное. Поэтому залподготавливался вплотную к приходу гостей. Аня привычно суетилась и ворчала напомощников и помощниц. Ещё и персонал ресторана периодически путался подногами. Хоть она и понимала, что они тоже готовятся со своей стороны. Такойбольшой заказ в это время года обычно редкость. Живые цветы — удовольствие неиз дешёвых. А тем более для украшения огромного зала ресторана. Но как же этобыло чертовски красиво. Размах впечатлял. Всё было готово. Уже направлялась ксалону, когда, чуть не плача, позвонила раздосадованная клиентка. Забылазаказать букет родителям мужа. И это, разумеется, был конец света. Анна подумалав ту секунду об абсурдности происходящего. Миллион цветов вокруг, которыезавтра пойдут на выброс… И букет… Девушка на том конце почти срывалась наистерику, просила, умоляла. Клиент всегда прав. А значит у Ани была пара часовв запасе на сбор букета и на доставку его обратно за город. Не самая весёлаяперспектива. А с другой стороны — в этом не было ничего страшного. Хотя она ипопыталась уговорить курьера отвезти этот заказ. Сидела в такси. Водительчто-то рассказывал, рассказывал. Слушала вполуха. Размышляла о том, как живутэти люди. Колоссальные суммы. Банкет… На стоянке в ровный ряд машины,соревнующиеся в дороговизне. Идеально чистые, блестящие, чище зеркал. Позвонилаклиентке. Громко играла музыка. Сама же оставалась на крыльце, вглядываясь в озеро.Там, чуть поодаль, беседки, освещённые жёлтыми гирляндами. Дорожки, выложенныеплиткой. Декоративные фонари. Здесь было бесспорно красиво. Отдала букет,клиентка рассыпалась в словах благодарности и полезла обниматься, будучивыпившей. Старалась затащить Анну внутрь. Но она смогла отбиться. Теперь же,оставшись в спускающихся сумерках одна, медленно побрела в сторону озера. Еёкаблуки тихонечко цокали. Музыка становилась тише. Остановилась на самом верхулестницы, которая вела на пляж прямо к воде. Водная гладь была ровной, какстекло. Ни дуновения. Тишина. Лишь где-то там отзвуки бушующего веселья.Хотелось задержаться здесь, насладиться этим моментом. Булькнула смс,напоминая, что счётчик такси тикает. За спиной кто-то, негромко кашлянув,заставил девушку вздрогнуть всем телом от неожиданности. Она испугалась так,словно совершала что-то незаконное и была застукана с поличным.

–Красиво здесь, не правда ли? – услышала она и обернулась. – Мне кажется, или тыменя преследуешь?

Астахови здесь вписывался в окружающий пейзаж, словно был неотъемлемой его частью. Онсмотрел на девушку. Она в тёмных брюках и белой рубашке свободного кроя, поверхкоторой была надета короткая кожаная куртка, больше походившая на пиджак.Сдерживал улыбку. Ему безумно нравилось видеть, что происходит с беднойфлористкой при встрече с ним. Руки Анны задрожали сами собой. Вновь этаудушливо-стыдливая волна. Мужчина сводил её с ума, превращая в безвольноесущество. В такие моменты, когда он был так близок, готова была за ним босикомна край света ради одного его прикосновения. Свет померк перед глазами. Напересохших от волнения губах ни звука. Голос вновь трусливо пропал, оставалосьлишь глупо хлопать ресницами. И он приближался, как уже делал однажды. Попятилась,упираясь в тёплое дерево близ стоящей беседки. Его улыбка издевалась. Теперьдрожали не только руки, но и ноги непроизвольно отказывали. Зачем он был такжесток с ней? И снова этот пьянящий мужской запах. Максим мягко ухватил её подлокти. Едва устояла на ногах, закрывая глаза, пробормотала полумёртвым шёпотом:

–Зачем Вы это делаете со мной?..

–Привет-буфет! – хмыкнул он, касаясь лица девушки. – После того, что между намибыло и на «вы»! Смешная. Посмотри на меня.

Аннасудорожно замотала головой в отрицательном ответе. Он склонился к лицу. Губыскользили по её щеке. И над самым ухом он повторил свою просьбу. И от этогогорячего шёпота волоски на её теле встали дыбом. Не без страха повиновалась.

– Утебя красивые глаза… – произнёс он, легко взяв за подбородок.

Ивновь целовал. Нежно-нежно. Постепенно набирая обороты, добавляя страстнойжадности. Понимала, что всецело находится в его власти. Уровень подчинениямаксимальный. Ощущала себя жалкой, беспомощной мухой в мощных паучьих сетях.Рука его скользила по атласной коже, уверенно расстёгивая пуговки рубашки. Емубыло мало открытого декольте. Хотелось больше. Её грудь была горячей.Чувствовал, как мелкая дрожь скользнула по всему девичьему телу. Ему нравилосьэто. Робкая и невинно-застенчивая, даже немного слишком. И в то же время такоткрыто-откровенная. Понимал, что за этим чувственным фасадом скорее всегоскрывается мощный стержень настоящего характера. А сейчас это лишь голыеэмоции. Это подстёгивало мужчину, пробуждая в нём жажду охотника. Ему хотелосьзатравить свою жертву на максимум, загоняя её все дальше в угол, чтобы увидетьистинное лицо и то, на что она по-настоящему способна.

–Макс!!! Что здесь происходит?!! Что это значит?!! – услышали оба.

Кним на высоченных каблуках старалась бежать девушка, тончайшая, как тростинка.С подкачанными губами, длиннющими наращёнными ресницами, в вызывающе-короткомплатье, не прикрывающем ничего ни сверху, ни снизу. Аня, как только руки егочуть ослабели, выскользнула на «свободу». И сразу бросилась прочь, изо всех силстараясь не бежать. До неё долетали обрывки разбора полётов. И резкий визгливыйголосок спутницы адвоката. Стало так неприятно и противно. Удивительнымобразом, но от самой себя. Садясь в такси, чувствовала себя самой падшейженщиной мира.

–Девушка! – изумился таксист. – На Вас лица нет!

–Поехали, поехали, поехали! — быстро протараторила Анна, сильно зажмурив глаза.

Дома,лёжа в постели, невольно пройдётся кончиками пальцев по линии Егоприкосновений. Вновь изумится собственной беспомощности. Вспомнит его руки,губы, и волна возбуждения мягко закружит в полудрёме. Но её тут же перебьётнеприятный голос вульгарной спутницы. На этом провалится в тяжёлый сон.

Спустяпару дней с утра бережно надевала чулки. И простенькое серое трикотажноеплатье. Минимум макияжа. Не то настроение. Сосед по квартире с интересом напару минут задержался в её дверном проёме, наблюдая. Она привыкла. Это её никакне цепляло. Артём был для неё пустым местом. Человеком бесполым.

Денькак день. Рабочие хлопоты. Время к закрытию. Выключила свет. Одновременно сэтим звякнул дверной колокольчик. Вжалась руками в свою стойку, пол уходилиз-под ног. Хотела что-то сказать, но получилось лишь громко выдохнуть. Астаховснова издевательски улыбался. И сегодня не медлил. Подходя вплотную, он обнялтрепещущую всем телом Аню сзади.

–Мне кажется, мы не закончили в прошлый раз…

Горячеедыхание щекотало ухо. Он целовал её шею, обнимая всё крепче и крепче.Запрокинула голову немного назад, не в силах сопротивляться волнительномупорыву.

–Зачем Вам это… – выдавила из себя вопрос.

–Тебе было хорошо со мной? – его горячий шёпот будоражил до мозга костей, итолько от него её ноги вновь подкашивались. Кивнула головой, не в силахсформулировать ответ.

–Это только начало. – был его ответ.

Рукаего скользит под платье, по линии чулок, под лёгкую ткань кружевных трусиков.Второй рукой он придерживает её за талию. От нарастающего возбуждения кружитсяголова. Вздрогнула от неожиданного прикосновения его пальцев там, где толькоона сама позволяла себе прикасаться. Его полная готовность через брюки.Чувствует это. И он мягко начинает движение, нащупав нужную точку. Его пальцыгорячие и такие нежные, движения уверенные, давление постепенно возрастает. Аняуже не в силах сдерживать стоны, упираясь руками в стойку. Раньше она самапроделывала это много раз. Но как разнились чувства, когда её ласкал мужчина.Слышала его шумное, возбуждённое дыхание. Он всё сильнее прижимался к ней, неостанавливаясь ни на секунду. В предпоследнем порыве сжала его запястье вжалкой стыдливой попытке остановить. В следующую секунду испытала настолькомощный мышечный спазм, что руки и ноги самопроизвольно судорожно дёрнулись.Если бы он не поддерживал её за талию, рухнула бы на пол. Ещё ни разу в жизнини один мужчина не доставлял ей столько удовольствия. Физическогоудовлетворения. Настолько феерического оргазма. До Астахова секс былмеханическим движением. Биологической необходимостью, обусловленной природой.Теперь же в её голове, в её теле всё перевернулось. Появилось новое понятие:кайф.

Зазвонилтелефон. Мужчина отпустил её. Присела на ватных ногах прямо на пол каксломанная кукла. А хотелось лечь и не шевелиться совсем. В легком туманевидела, как он поправил возбуждённое мужское достоинство в брюках, придерживаятелефон у уха. А потом молча вышел.

Какона оказалась потом дома? Всё словно в бреду. Родная постель. И токающая силамежду ног от одного воспоминания о нём, не дающая никакого покоя.

Невыносимотяжело было с Сергеем. Хотелось с горящими глазами рассказать, в краскахподелиться всеми своими потаёнными чувствами. Но почему-то разум подсказывал,что это по меньшей мере неэтично что ли… Мучилась этим. Всё держать в себе былопыткой. Адской пыткой. Мозг готов был рвануть со страшной силой. Хотя сохранятьсвоё хладнокровие ей пока удавалось.

Прошлополтора месяца. Это был вечер её выходного. С утра соседи по квартире уехали кродственникам. И Аня была счастливо предоставлена сама себе. От чего хотелосьпросто радостно кричать во всю глотку. Телевизор, интернет, вино и балдёжныйотдых от всего. Бокал за бокалом, медленно и неторопливо. Сериал отечественныймыльно-мыльный. Переписка с Сергеем, вернее обстрел смешными ссылками. Свет невключала. А за окном уже темно, холодно и очень тихо. Время стремилось кполовине второго ночи. В дверь тихонько постучали. Не позвонили в домофон илизвонок… Удивилась и даже не дёрнулась с места. Второй стук был чуть громче ичуть настойчивее. Пригубив как следует из бокала, отправилась в прихожую.Дверной глазок показался предателем в тот момент. Хотелось, чтобы он лгал.Открыла, не мешкая, оставшись стоять в открытых дверях, с недоумением,написанным на лице.

–Проходите.

Теперьв собственной прихожей почувствовала себя чужой. В длинной белоймайке-алкоголичке на голое тело, уже хорошо охмелевшая от вина, она смотрела намужчину, стараясь хоть как-то разложить свои мысли. В тёмном пальто, без«головы», он выглядел замёрзшим, словно шёл пешком. И он молчал, тоже стараясьсформулировать хоть что-то вразумительное, несмотря на то, что репетировал этотразговор миллионы раз.

–Чай, кофе? – понимала она, что молчать просто глупо, и нужно как-то начатьразговор. – Вина?

Смотрелана высокого мужчину плотного телосложения. Лысого. Возрастом около сорока пяти.С правильными чертами лица и выделяющимся острым носом. Небольшие глаза цветанеба под незаметными бровями. В классических очках. Она видела его сегоднятретий раз в жизни. Но готова была поклясться, что у него на лбу стояло клеймо«депутат». Даже если бы она этого не знала наверняка, то всё равно была бы вэтом уверена. Статный, строгий и сдержанный. Что он делал сейчас среди ночи вэтой крохотной квартире на краю города? Ей было совершенно неясно.

–Выслушай меня. – от звука его голоса невольно вздрогнула.

– Ау меня есть выбор? – нахмурившись, развела она руками.

Послечего прошла в свою комнату и налила себе полный бокал, попутно выключаятелевизор. Теперь же всю квартиру опутывал таинственный полумрак, лишь светлуны и одинокого фонаря проникал сквозь тюль. Мужчина остановился в проходе.

– Уменя нет объяснений… Веришь ты мне или нет, но я давно себя таким говном нечувствовал. Столько времени. Я за женой перед свадьбой столько не бегал.