Враг государства

Он вздохнул, налил воды и выпил залпом весь стакан.

– Не могли, что ли, взять ответственность на себя сразу, как только подстрелили того придурка? Нет, вы дождались, когда братство дигеринов пришло вам на помощь, а потом решили от этого отказаться? Вы хоть понимаете, что такое братство дигеринов? Это же братство на всю жизнь. И что вы хотите добиться? Чтобы Гвардия и Банк на Высших Совещаниях скакали перед императором, говоря, что дигерины убивают невиновных, а система Немезида не работает? Не бывать этому!

Он вздохнул и успокоился, дальше говорил очень спокойно:

– Я дам вам ещё один шанс. Мы забываем об этом разговоре, вы продолжаете работу. Вы встречаете гостей из Квистуры, а потом, когда пройдёт саммит и Большая Черепаха уедет домой, мы посмотрим, как с вами поступить. Может быть, нам и не придётся ни о чём волноваться, если всё будет гладко и без проблем. А этого, – он достал сигару, неприятно облизав кончик языком, прикурил спичкой и поджёг рапорт. – Этого не было. Теперь вы свободны. Но если хоть раз где-то об этом скажете… Вы разве не слышали? Вон отсюда! Вон!

Он положил горящую бумагу в пепельницу и ударил кулаком по столу. Вышло не очень громко.

Кейт вышла из кабинета Ван Дина с горящим лицом. Стоило догадаться, что даже визит к начальству не решит её проблем. И теперь не избежать неприятного разговора с обсерватором, когда Ван Дин пожалуется Айскадеру. Ну и пусть, всё это ничто по сравнению с тем, когда пуля из Палача обрывает жизнь. Да и настоящая цель визита была в другом.

Несколько дигеринов столпились у висящего в коридоре стенда. Кейт прошла чуть помедленнее, глядя, на что они уставились. В разделе доски славы висело цветное фото Юлиана Коринеса, который стоял в гордой позе с поднятым пистолетом, наступая на голову мёртвого Ника Райвенгова.

– Хорош, чертяка, – сказал кто-то из дигеринов. – И что, он теперь будет на пропагандистских плакатах?

– Похоже на то. Причём говорят, что этого парня подстрелил кто-то другой и…

– Расходимся, – подошёл Беньян Уст, бывший руководитель Кейт. Бен казался очень мрачным, что на него никак не похоже. Он сорвал снимок Коринеса, смял и бросил в корзину.

– А что такое, Бен? – спросила Кейт.

Беньян задумался и ответил:

– Только что позвонили из морга. Коринес разбился на машине сегодня днём.

– Насмерть?

– Да.

– Он любил гонять, – произнёс кто-то из дигеринов. – Столько тачек перебил. А где это было?

– Кахины говорили, что он на огромной скорости поехал мимо Двух Старых Сук.

– Идиот, – сказал дигерин, и остальные закивали. – Там же нельзя ездить.

– Согласен, – Бен Уст вздохнул и поднял голову. – Ну и что вы встали? Давайте за работу!

Дигерины начали расходиться, но остановились и вытянулись, когда увидели чем-то встревоженного Хадена Айскадера.

– Адалет, за мной, – сказал он и присмотрелся к остальным. – Уст, ты тоже. Давай лучше к тебе.

Едва дверь в кабинет Бена Уста закрылась, Хаден продолжил:

– Убит Джамуш Амир.

– Убит? – удивился Бен.

– Да. Причём кто-то пытался выставить дело, как несчастный случай, и местная полиция клюнула, поэтому я узнал только сейчас. Яд, но все свидетели как один говорит, что тот подавился, а ещё умудрились сломать ему шею, пока оказывали помощь. Приказал отправить тело Коринеса на вскрытие. Двое из тройки мертвы.

– Я найду Пацини, – сказал Бен Уст взялся за телефон. – Дежурный, мне плевать как, но чтобы Франко Пацини был у меня в кабинете через час. Ищите где хотите.

Он положил трубку и посмотрел на Айскадера.

– Вы полагаете, эти случаи связаны?

– Не знаю, – ответил Хаден. – Прошло много времени, а оба дела были у местной полиции. Но мы должны…

Зазвонил телефон. Бен переглянулся с Айскадером и взял трубку.

– Мёртв, – сказал Уст через минуту. – Самоубийство в клубе «Старый Дворец». Тело забрали мутахавиры.

– Это неспроста, – задумчивым голосом сказал Хаден. – Я иду к Ван Дину, а вы, Уст, объявите тревогу. Убито три офицера, целое оперативная группа. Это нападение.

Кейт освободилась только под утро. Она опять поехала в то место, где ей не должны быть рады. Кот спокойно ел, пока Кейт сидела на диване.

– Интересно, значит ли это, что я следующая? – спросила она вслух. – Убиты Сардан и три дигерина, все кто был на операции и знал о подлоге. Убита куча террористов из Адвента на следующий день. Чтобы это значило, мистер Кот?

Кот запрыгнул к ней на колени и Кейт его погладила. Её внимание привлекла надпись на ошейнике, выведенная каллиграфическим почерком.

– Тебя зовут Марк Тулий? – спросила она. – А то ты так и не представился.

Марк Тулий не ответил, только начал укладываться поудобнее.

– Я всё же должна разобраться, что случилось в тот день, – Адалет показала коту маленький блестящий кулончик.

Внутри выдвижная панелька и провод, чтобы можно было подключить это устройство к любому компьютеру в участке дигеринов. Личный ключ начальника тайной полиции, который имеет доступ ко всем базам и системе Немезида. А ещё к засекреченным файлам погибшего парня и его отца. Кейт позаимствовала ключ, пока выслушивала нотацию от Ван Дина, ради этого она и пришла к нему. Осталось только найти способ воспользоваться ключом так, чтобы начальник не хватился пропажи. Но завтра прибывают важные гости, а послезавтра приём, Ван Дину будет некогда… всего два дня, чтобы разобраться.

Кот потрогал кулон лапкой, собираясь играть.

– Вот я и совершила очередное преступление, – сказала Кейт. – Воровство. Но с этим я разберусь. Я увижу в логах Немезиды, что там был сбой… или что кто-то менял там записи, чтобы я выстрелила. Скажи, что я безумная, что кому желать гибели твоему хозяину? Да, он не сделал никому ничего дурного… но это дело нечистое, будь уверен. Я всё узнаю, если только убийца не заберёт меня раньше.

Странно, но это не пугало. Была лишь одна мысль – успеть воспользоваться ключом начальника до этого момента и узнать правду. Ведь она всё-таки дигерин и давала присягу служить императору, империи, закону и людям. Правда, в последнее время она занималась совсем не тем, ради чего пошла в тайную полицию.

Часть 2. Враг императора

День 6

Виктор

Совершенно секретно

Коммерческая тайна, красный уровень доступа

Операция – «Пианино»

Цель: Первый председатель Высшего Совета Альянса Ориона – Бао Чир

Исполнитель: Боевая группа «Танатос»

Комментарий аналитика группы:

Подробности в отчёте, сложностей не ожидается. Натан. Элисон

Руководитель проекта «Элизиум»: Операция согласована. Лукаш Сикора

Резолюция: К исполнению, но без сопутствующего ущерба. Проявим уважение к старику. Объект 101

– Балябин был неправ, – объявил председатель Чир, подписывая очередной документ. – Он говорил, что бюрократия – это пережиток прошлого, что у бумажек больше нет силы. И что же? Корпорация почти уничтожена, а что нам нужно было для этого сделать? Всего лишь проголосовать и поставить подписи на бумажку. Перо сильнее оружия. Хотя, признаюсь честно, электронные подписи были удобнее.

Председатель улыбнулся, а его приближённые угодливо засмеялись, Виктор хохотнул вместе со всеми. Бюрократы выстроились в очередь, держа в руках отчёты, рапорты, документы, а Бао Чир ставил свою закорючку, время от времени разминая не привыкшую к такой нагрузке руку. Отказ от технологий Корпорации шёл полным ходом, отчего люди возвращались к давно забытым вещам, типа ручек и блокнотов.

Очередь просителей из сановников Альянса уменьшалась, пока Беда не остался с председателем один на один.

– Сегодня у меня не так много народа, – Чир не переставал улыбаться. – Это и понятно, когда война, то в дело вступают не бюрократы, как я, а люди вроде адмирала Рутена или генерала-консула Торегросы. Но без нас война бы не началась. Не знаю, к сожалению ли это, или к счастью. Но вы пришли не выслушивать старика, не так ли. Давайте ваш отчёт… а что это? – он снял массивные очки, едва прочитав несколько строк. – Это какая-то шутка?

– Нет, всё серьёзно, председатель Чир, – ответил Беда. – Это ваша предсмертная записка. Через несколько минут вы покончите с собой.

Он достал игломёт.

– Боюсь, в данном случае оружие оказалось сильнее.

– Ну это мы посмотрим, – председатель улыбался уже как-то нервно. – Мой ассистент… вы же её не убили?

– Нет, Максим Балябин просил обойтись без лишних жертв. Она получила срочный звонок от родителей и теперь мчится домой. Правда, её родители в порядке и обрадуются дочери, но сейчас это вас не должно волновать. Подпишите.

– А с какой стати мне это подписывать?

– Когда вы это подпишете, я отправлюсь домой к своей семье, а не к вашей, – сказал Беда.

Председатель поёжился и поставил подпись.

– Да, боюсь, вы на такое способны. Я знаю, что вам промыли мозги, и вы убиваете без всяких сомнений. Но скажите, если Балябин завтра прикажет убить вашу собственную семью, сделаете ли вы это?

– Без всяких сомнений, господин председатель, – Виктор, не убирая игломёт, открыл верхний ящик стола и показал на наградной пистолет. – Не окажете ли вы мне услугу?

– Вы не оставляете мне выбора, господин убийца, – Чир взял пистолет и проверил патронник. – Полагаю, вы не дадите мне шанса выстрелить в вас?

– Ни единого, господин председатель. И всё же я очень впечатлён вашей отвагой.

– Отвагой? – Чир усмехнулся. – Смотрите, как трясутся мои руки.

– По сравнению с Рутеном или Торегросой, которые скончались сегодня, вы настоящий мужчина. И если хотите знать моё мнение, вы не такой себялюбивый подлец, как остальные. Альянс многое потеряет при вашей смерти.

– Возможно, но даже после моей гибели Корпорация будет уничтожена. Процесс запущен и война будет быстрой. После войны будет сложная жизнь, но жизнь, а не танец всего человечества под дудку психического больного человека, которым является Балябин, – Чир положил пистолет на стол. – Вы мне поможете? Я боюсь боли.

– С удовольствием. Это будет быстро. Но сначала… что вам снится, господин Первый председатель Бао Чир?

– Тебя что, сильно били вчера? – протянул Блоха через передатчик. – Если я просто сделаю обычный запрос на начальника тайной полиции, меня самого быстро вычислят. Это другая база, тут я не смогу тебе помочь.

– Жаль, – сказал Виктор и зевнул. – Но если я выйду на Ван Дина… я получу доступ к Немезиде и к базам дигеринов…

– Когда он умрёт, его ключ заблокируют. У тебя будет мало времени.

– Можно попробовать заставить его, чтобы он выдал мне данные, но это будет сложнее. Как бы на него выйти?

– Один человек поможет…

– Я не пойду к Сове!

– Дослушай до конца. Твои вчерашние похождения стали общественным достоянием, их не смогли скрыть. Все знают, что в клубе умер дигерин, и не простой, а дальний родственник императора… и знаешь, что в итоге случилось?

– Ну говори, – не выдержал Виктор. Над головой промчалось что-то тяжёлое и мост, под которым размещено временное убежище, заскрипел и задрожал.

– В общем, это всё тёрки между Гвардией, Банком и тайной полицией. Император решил, что его родственника грохнули мутахавиры или поспособствовали этому. Гвардия в немилости со вчерашнего вечера, императора теперь охраняют стража-бастанджи и армейцы, а наш генерал… Сова разжалован и отправлен на пенсию сегодня ночью. Грубо говоря, ты вчера помог дигеринам победить Гвардию.

– Это не было моим намерением.

– Неважно. Сова в опале до конца своей жизни. Так что зря он тогда был так уверен, что…

– Ладно, пойду к нему, – согласился Виктор. – У старого психопата должен быть хороший компромат на всех… вот только за ним же наверняка же слежка?

– Поэтому тебе понадобится помощь. Айзек уже поехал к тебе.

– Только не он, – простонал Беда.

– Натан сегодня весь день на работе, помочь не сможет, – сказал Медведь. – С тобой только я.

– Хорошо, но на операции даже не вздумай пикать, как ты меня ненавидишь и хочешь убить, – ответил Виктор. – Или поедешь домой.

Айзек кивнул с самым серьёзным видом. По крайней мере, хоть Беда, когда ещё работал на Корпорацию, не привлекал Медведя к ликвидациям, обучал серьёзно и что-то должно остаться в голове. Айзек вёл очередную угнанную машину аккуратно, но в то же время немного агрессивно, как и положено офицеру дигеринов, чью личину он примерил. Айзеку это несложно. Со стороны кажется, что машину вёл не двадцатипятилетний парень, похожий на семнадцатилетку, а матёрый коп под сорок.

– А если кто-то из мутахавиров следит за своим бывшим боссом? – спросил Виктор.

– Натан говорит, что вряд ли. Он в опале, знакомые его так избегают, будто у него оспа. Могут следить дигерины или Банк, но наша маскировка поможет.

Помимо лишения должности Сова потерял много чего ещё. Вместо особняка в дорогом районе, неподалёку от дворца покойного Сардана, бывший генерал теперь обитал в обычном жилом доме на окраине столицы, напротив очередных руин времён турсулунской войны. Дома закопчены и большинство окон выбиты, повсюду нарисованы граффити (на одном написано «В жопу дигеринов!» и изображены два человека в позе, которую художник хотел выдать за совокупление, нижний участник этого действа был в чёрной броне со спущенными штанами. Выше этого большими красивыми буквами были и другие надписи: «Император помоги!» и «Император придёт, порядок наведёт»). Молодые люди агрессивного вида следили за подъехавшими, но не делали попыток напасть. Всё-таки день, это ночью здешние кахины-патрульные передвигались не на обычных мотоциклах, а на бронированных гибридных авто, иначе им не выжить.

– Нам сюда, – Медведь показал на обшарпанную дверь в секцию и первым поднялся на этаж.

Соседей у Совы не было, судя по тому, что дверь в квартиру была только у него одного, остальные жилища давно заброшены и оттуда несёт мочой и дерьмом. Айзек начал стучать в дверь кулаком.

– Кто там? – раздался грубый голос.

– Сова, открывай! – потребовал Айзек и с удивлением посмотрел на Виктора. – А ты чего ржёшь?

– Тебе не понять, – ответил Беда, просмеявшись.

Дверь открылась, и Виктор увидел своего бывшего шефа. Генерал Императорской Гвардии Керим Басаран, ранее известный как Лукаш Сикора, руководитель проекта «Элизиум», теперь походил на обычного деда, который вышел встречать гостей в домашних тапочках и несвежем халате.

– Медведь, Беда? – Лукаш равнодушно осмотрел их своими вечно выпученными глазами. А крючковатый нос делал бывшего генерала ещё сильнее похожим на сову. – Ну проходите. Пришли меня прикончить?

– Зависит от разговора, – сказал Виктор.

– Ну, чего тогда ждём?

Он провёл их на грязную кухню, где на загаженной плите стояла простая чугунная сковородка с жареной картошкой, которую Лукаш залил яйцом.

– Тебя не слушают? – спросил Беда.

Сова изящным движением, как фокусник, достал из рукава халата сканер со знаком Корпорации Renascentur. Приборчик моргнул зелёным.

– Присаживайтесь, не отравлено, – Лукаш поставил сковороду на стол. – Только табуретка у меня одна, и сидеть на ней буду я.

– Постоим, – Виктор огляделся. – Как всё-таки вышло, что топ-менеджер Корпорации и руководитель «Элизиума» оказался здесь? Все уже забыли, что ты предал Балябина? Прошлый император чуть ли не в жопу тебя за это целовал, даже поставил начальником своей охраны. Что случилось?

– Понятия не имею, – Сова зачерпнул большую ложку картошки и быстро её прожевал. – Старый император давно сдох, а новый меня никогда не любил.

– И не удивительно, – отозвался Медведь, с отвращением глядя в полную грязной посуды раковину. К нему вернулся его обычный облик, теперь это не крутой коп, а парень в старой спортивной университетской куртке Ника с цифрой 7 на спине. – Такого ублюдка любить сложно.

– Вот и я про что. Меня молодёжь никогда не любит, а вчерашний случай с этим родственничком… Беда, это же ты его укокошил?

Виктор ничего не сказал, но Сова и не ждал ответа.

– Твой стиль. Вчера сдохли ещё парочка дигеринов, думаю, тоже твоих рук дело. Ну я и не удивлюсь, если Сардана прикончил тоже ты. Но старый пиздабол заслужил смерти.

Лукаш отхлебнул чай из треснутой кружки.

– Я родился в нищете, в нищете и сдохну, мне не страшно. Знаешь, те, кто меня подставил… ещё ни один не умер своей смертью… но в этот раз я на тебя не в обиде, Беда. Я же твой должник, я помню. Кстати говоря, я пробовал разобраться, что случилось с твоим сыном. Грязное дело, но мальчик точно был ни при чём. Хотел с тобой поделиться, но думал, что ты сам ко мне придёшь.

– Что ты выяснил?

– Ничего такого, чего бы ты не знал, – Сова отставил кружку и поковырял пальцем в ухе. – Парень убит случайно, а изменения в Немезиду внесли по факту. Кто стрелял, это я не выяснил, но подозреваю, что это Франко Пацини, вчерашний висельник… но раз ты пришёл ко мне, значит, это не он.

– Верно, – Виктор кивнул.

– Тогда у тебя несколько путей – обсерватор, командир трёх убитых дигеринов или доступ к Немезиде.

Беда снова кивнул.

– И ты пришёл ко мне, чтобы получить последнее? Не отвечай, понятно, что ты собрался взять Ван Дина за жопу, чтобы он раскрыл тебе все карты. Этот вариант единственно возможный. Миссия непростая, если не знаешь детали. Но я их знаю и готов тебе продать, – Сова кинул сковородку в раковину и вытер руки об халат.

– Твоя цена?

– Старый пидор Бернард Ван Дин должен умереть. Это из-за него меня сняли.

– Вот так всегда, – хмыкнул Медведь. – Идёшь по головам, убивая всех, кто мешает тебе. Как и Беда.

– Нет, Айзек. Я человек, который готов на любые жертвы, в отличие от твоего мягкотелого командира… знаешь, сколько операций с кинетиками в среднем провела каждая группа проекта Элизиум?

– Не знаю и знать не хочу.

– Не меньше пятнадцати, но в группе Аид было семьдесят две операции, где использовался кинетик с летальным для него исходом. Говорят, у них вскипает кровь при некоторых условиях, – Сова паршиво ухмыльнулся. – А знаешь, сколько раз кинетики использовались в группе Танатос?

– Никогда, – ответил Айзек.

– Вот именно, так что мы неодинаковы с Бедой. Виктор слишком мягкий и бережёт своих подопечных, даже рискуя собой.

– Какой тебе смысл гибели Ван Дина? – спросил Виктор. – Кроме твоей мелочной обиды?

– Очень просто. Когда убьют одного из влиятельнейших людей империи, даже у самого матёрого скептика встанет вопрос, а действительно ли Корпорация уничтожена? Сегодня прибывают два квистора, чтобы охранять Большую Черепаху. Они и убедят молодого императора, что Балябин жив и вернулся к войне. Тогда Луциан, я надеюсь, вновь вернёт меня на службу, ведь он знает, что это я тогда сдал Макса Балябина и его дорогие игрушки. И за это Балябин мечтает меня убить, – Сова направил свои неприятные глаза на Виктора. – А когда вернусь, я начну охоту за тобой, Беда. Так что в твоих интересах скорее распутать это дело, ведь я тебя найду, если ты не уймёшься. Ну как тебе, достаточно честный ответ?

– Абсолютно.

– Если в процессе охоты ты решишь напасть на моего брата, – тихим голосом сказал Медведь. – Я приду к тебе и выверну наизнанку. И все твои мутахавиры меня не остановят.

– Я знаю, – Сова кивнул, ни капли не пугаясь. – Поэтому к вам я не лезу, но Виктор должен угомониться. Я понимаю, что когда начал мстить, то остановиться сложно, но ты постарайся, Беда, ведь в этот раз ты меня не осилишь. В этот раз я буду не такой слабый. А теперь, – он вытащил из рукава очередной пульт и щёлкнул кнопку. Над холодильником раскрылась скрытая полка. – Бери вон ту синюю папочку, в ней план дома Ван Дина. Завтра он устраивает приём в честь прибытия гостей из Квистуры, и этот приём посетит император Луциан. Будет очень много охраны, так что худшего момента для ликвидации тебе не сыскать. Но чем громче и наглее ты это сделаешь, тем лучше для меня. Устраивает тебя моя цена?

– Давай документы, – сказал Виктор. – И если встанешь у меня на пути – в следующий раз я тебе убью. Больше у тебя нет ничего, чтобы купить себе жизнь.

– Увы, – Лукаш Сикора кивнул. – Так что мне придётся убить тебя первым.

Кейт Адалет

Кейт редко видела ликторов – боевых агентов Квистуры, Специального Корпуса Внутренней Безопасности Альянса. Она слышала, что в пределах Альянса Ориона квисторы имели широчайшие полномочия, сходные с полномочиями дигеринов в империи Карин. Квисторы и сопровождающие их ликторы могли арестовать любого человека, использовать боевое оружие, проходить в любые помещения и иметь доступ к любым тайнам, даже государственным.

А иногда они могли заниматься своей деятельностью, не ставя в известность не только местные органы правопорядка, но даже других квисторов или своё руководство. Сначала они ловили опасных преступников, затем пытались справиться с остатками корпорации Renascentur, для борьбы с которой организация и получила такие почти неограниченные права. Говорят, что Квистуру боялись везде, где дотягивались руки их оперативников.

Но в империи Карин было иначе. Здесь квисторы бывали редко, каждый их прилёт документировался, а любые действия, не согласованные с императорской тайной полицией, считались незаконными, и сотрудник Квистуры выдворялся за пределы империи. Ликторы не патрулировали улицы и не осуществляли огневую поддержку в боевых операциях, а безвылазно сидели в Чёрной Башне – небоскрёбе, который император выделил представительству Квистуры, и почти никогда не казали оттуда носа.

Сейчас ликторы, встречающие прибывающих гостей, скромно стояли в стороне. Без своей внушительной механизированной брони они казались обычными солдатами. По распоряжению руководства тайной полиции ликторам не разрешили взять боевое оружие, только парадные сабли, которыми не зарубить и курицу. Приказ отобрать оружие шёл от Бернарда Ван Дина, и Адалет не сомневалась, что так он хотел показать прилетевшим оперативникам Квистуры, кто здесь настоящая власть.

Корабль класса «Мутина» вышел из кротовой норы пару часов назад и уже пристыковался к орбитальным докам. Здесь, на поверхности планеты, встречающие ждали челнок. Кейт прибыла в сопровождении десятка рядовых дигеринов, которые должны были составить почётный караул (или конвой) двум прибывшим агентам. А через неделю в этот порт прибудет сам Верховный Судья турсулунцев.

Челнок медленно опустился, и ликторы выстроились в две линии у входа, приготовив сабли. Первым показался молодой мужчина в кожаном плаще, который носил на поясе запрещённый в империи пистолет с интерфейсами, подключёнными напрямую к нервной системе. Помимо пистолета, у мужчины на рукаве закреплён длинный тубус теплового орудия, на который в Карине требовалось отдельное разрешение.

– Квистор Ким Генримо? – спросила Кейт и постаралась вежливо улыбнуться. – Кейт Адалет, гидеор столичного отдела дигеринов и помощник императорского обсерватора…

– Давайте как-нибудь ускоримся, – грубым голосом сказал квистор. – Если честно, мне вообще плевать, кто вы такая и зачем вы здесь. Всё, что я хочу, это наконец вымыться и выспаться, а потом взяться за работу. Отправьте мне человека, чтобы показал город, справлюсь и без вашей помощи.

Квистор набрал было слюны, чтобы сплюнуть, но передумал.

– Разумеется, господин квистор, – сказала Кейт, всеми силами пытаясь сдержаться от злости. Этот парень на несколько лет много младше её самой, но наглый вид и напыщенная речь, как у какого-нибудь важного сановника. – Мы отвезём вас, куда вам будет угодно, но сначала выполним одну небольшую формальность.

– Какую ещё?

– У вас нет разрешения на оружие в пределах империи Карин. Пока вы не получите его, прошу вас сдать пистолет и тепловое орудие.

– Вы хотите забрать моё оружие? – квистор уставился так, будто услышал что-то очень удивительное.

– Можете не волноваться, оружие будет передано в местный отдел Квистуры. Как только руководитель императорской тайной полиции утвердит ваше разрешение, вы сможете выходить с оружием за пределы Чёрной Башни, но пока…

– По какому праву вы хотите лишить меня оружия? – закричал квистор. – Я сотрудник, мать её, Квистуры, и я имею право носить оружие там, где пожелаю.

Он положил руку на пистолет и замер, увидев, что происходит. Дигерины достали свои Палачи, а ликторы Квистуры, вместо того, чтобы броситься на помощь коллеге, всем видом показывали, что они здесь ни при чём, сабли носят для красоты, а если дигерины пристрелят наглеца, то ликторы не будут против.

– Ким, не можешь без скандала, как всегда, – сказала седеющая женщина, спустившаяся по трапу челнока. – Я же тебе говорила, что это не Альянс, это империя Карин, тут своя региональная специфика. Но ты стал слишком важным и не слушал.

Женщина в строгом военном мундире Квистуры похлопала квистора Генримо по плечу, и тот убрал руку подальше от пистолета.