Враг государства

– В точку. Принцесса Найри формально была изгнана из императорской семьи своим папашей, и её не охраняли мутахавиры, но её брат, нынешний император Луциан, очень её любил. Говорят, он рыдал на её похоронах.

– И что мне с этим делать?

– Беда, не заставляй меня думать, что ты безнадёжно туп, – человек махнул рукой с сигаретой. – Займись уже делом. Тот, кого ты найдёшь – твоя цель.

Виктор открыл глаза и сразу побежал к компьютеру Блохи. Наверняка этот стрёмный ублюдок из сна имел в виду, что у Сардана компромат на кого-то, связанного с гибелью сестры императора год назад. Точную дату Беда не помнил и пришлось просто смотреть всё, что было записано год назад, плюс-минус месяц. Всего три записи, но одна приглянулась сразу.

Кто-то снимал домашней плёночной камерой. Устройство недорогое, но картинка достаточно чёткая. Снимали через приоткрытое окно, ночью, не включая свет в комнате, но улица освещена фонарями. Что там происходит, слышно плохо, но видно дорогую машину, врезавшуюся в столб так сильно, что её едва не смяло вдвое. Кто-то пытался помочь выбраться водителю, но скоро тот вышел сам. Камера перешла на него, и изображение увеличилось. Видно пальцы, которыми оператор крутил объектив.

Из покорёженной машины выбрался парень в дорогой одежде и без единой царапинки. Это водитель. Судя по повреждению машины, он смог выправить её так, чтобы спастись самому. Но если кто-то сидел на переднем месте пассажира, то он наверняка умер.

Молодой водитель оттолкнул помогавшего ему человека, едва не упав сам. И это не травма, он был сильно пьян. Он кричал, но звук очень плохо доносился. Но это не проблема для того, кого учили читать по губам. И можно сказать спасибо оператору, что держит камеру твёрдыми руками, лица видны отлично.

– Не смей меня трогать! – кричал парень. – Я Франко Пацини, императорский дигерин! Я…

Он отвернулся, а прохожий начал испуганно пятиться. С заднего сидения машины вылез кто-то ещё. Камера сняла и его. А вот этого светловолосого человека Беда помнил хорошо. Гидеор Коринес собственной персоной. И что он тут делает? Они из одной команды с этим Пацини?

– Вот это мы въебались, – прочитал Виктор на губах дигерина. Коринес был пьян ещё сильнее, чем этот Пацини. – И нахуя я тебя за руль пустил?

Он упал на задницу. Прохожий помог подняться, но вскрикнул, показывая внутрь машины. Камера тоже направилась туда. Лобовое стекло разбито, уличного освещения не хватает, чтобы понять, что там такое. Зато видно, как всё заляпано в крови.

– Нет! – взревел дигерин, который представлялся Франко Пацини. Заоралон так громко, что не требовалось читать по губам. – Мертва… нет!

– Ты что наделал, Пацини? – закричал Коринес.

Пацини с большим трудом достал фонарик и посветил внутрь. На какое-то мгновение через дыру в лобовом стекле мелькнуло лицо, но от испуга оператор отшатнулся и выронил камеру. Пошли помехи и запись кончилась.

Виктор отмотал и нажал паузу в самом конце, когда фонарь осветил пассажира на переднем сидении. Этой девушке досталось, она погибла на месте. Окровавленное лицо смазалось, но различить черты можно. Год назад повсюду висели траурные портреты. Их было даже больше, чем плакатов с розыском Максима Балябина и остальных врагов государства. Поэтому Виктор сразу узнал, кто это. Принцесса Найри, сестра правящего императора, хотя тогда он ещё был наследным принцем.

Значит, вот как она погибла на самом деле. Каталась с двумя знакомыми дигеринами, один из которых Коринес, а второй Франко Пацини. Очень знатные ублюдки, раз у них такие знакомства, да и фамилия Пацини была на слуху у всей империи, как одна из очень знатных. Но это не всё. Стандартная единица тайной полиции – три оперативника плюс офицер. Не исключено, что этот Пацини и Коринес состояли в одной группе вместе с Амиром. Ещё имя, может, хоть тут Блоха сможет помочь. Не зря же человек из сна так намекал на эту запись.

Виктор разбудил Блоху.

– Срочно, Нат, у меня есть ещё одно имя.

– Какой же ты вредный, Беда, – пробормотал заспанный Блоха, переворачиваясь на другой бок. – Опять оно тебе приснилось?

– Не совсем. Ну же, поднимай жопу и иди искать.

Натан нехотя поднялся, и ушла куча времени, пока он запустил все маршрутизаторы и переключатели, чтобы включить рабочую станцию.

– Как там его зовут? – спросил он и зевнул.

– Франко Пацини, – сказал Виктор.

Блоха заколотил по клавишам.

– Знакомая фамилия. Долго ищет, вряд ли мы… – он прильнул к экрану. – Этих Пацини тут много. Как ты говорил? Франко? Вот он. Беда, да он здесь. Давай-ка откроем…

Прошла минута перед тем, как Натан обернулся с широкой улыбкой и видом победителя.

– Виктор, ты не поверишь. Они тут, как на ладони. Все трое!

День 4. Вечер

– Господин Императорский Правдоруб умел провести время, – Коринес хихикнул и голосовые модуляторы его шлема исказили звук. Сам гидеор не горел желанием показывать остальным своё прелестное личико с тех пор, как его потрепал кот.

– Отставить, Коринес, – сказала Кейт Адалет. – Проявите уважение.

Её старая группа сейчас в неполном составе. Командует Франко Пацини, повышенный до старшего гидеора, нового оперативника им ещё не дали. Все трое с интересом разглядывали многочисленные приспособления в тайной комнате Влада Сардана. Сам же хозяин всё ещё висел в петле.

– Гидеор Адалет, – Коринес выделил первое слово особой интонацией, намекая, что у них теперь одно звание. – При всём уважении к вам мне сложно проявлять уважение вот к этому. По мне, так его поза…

– Заткнись, Коринес, – Джамуш Амир выдохнул. – Тут и так воздуха не хватает, так и ты ещё нудишь.

– Не, мне интересно, если бы Сардан знал, что будет так вонять после смерти, может, он бы поставил сюда вентиляцию или…

– Заткни пасть, Коринес! – приказал Франко Пацини. – Гидеор Адалет, вы примите рапорт, как помощник обсерватора?

Кейт кивнула, Пацини открыл блокнот.

– Звонок поступил час назад. Погибший – Влад Сардан, ведущий императорского телевидения. Звонок осуществил дворецкий погибшего, некий…

– Переходи к сути, Пацини, – в комнату на чердаке поднялся Хаден Айскадер. – Дворецкий позвонил нам, не в обычную полицию?

– Именно.

– Это он хорошо сделал… иначе бы завтра вся империя знала, что их любимый телеведущий удрочился вусмерть. Это… нежелательно. Кто ещё знает?

– Только дворецкий, он даже не сообщил охране. Пока сказали, что господину Сардану не здоровится.

– Это ещё мягко сказано, – Коринес показал пальцем, как петля глубоко вдавилась в тело.

– Гости тоже не знают, – продолжил Пацини. – Но начинают задавать вопросы.

Обсерватор надел шлем и посмотрел на труп через визор.

– Умер примерно три часа назад. Эксперта вызвали? Нужно точное время, система может ошибиться.

– Эксперт в пути, господин обсерватор.

– Сколько гостей в зале?

– Дворецкий говорил, что около тридцати. Я запретил охране выпускать их. Но некоторые достаточно влиятельные и звонят магистру…

– Плевать, приказы дигерина в данной ситуации равносильны приказу императора. Подождут, пока их допросят, магистр Айво Дарнелиус со мной согласится. Что ещё?

– Я полагаю, что господин Сардан перед приёмом захотел уединиться с самим собой… – начал Пацини.

Коринес хихикнул, но забыл отключить динамик шлема. Смех вышел неприятно громким.

– Минус пять баллов всему подразделению, старший гидеор Пацини, – заявил обсерватор.

– Виноват, исправимся, – Пацини посмотрел на Коринеса тяжёлым взглядом. – Гидеор Коринес лично проследит за ходом допроса всех гостей. Что до остального. Это устройство управляется пультом. Я предположил что…

– Предположили? – Хаден неприятно улыбнулся. – Значит, вы предположили… или положили на это дело? И на меня заодно? Мне нужны факты, а не ваши предположения, старший гидеор.

– Виноват, господин обсерватор, – Пацини даже не подал вида, что смутился. – Пульт мог выскользнуть из вспотевшей руки господина Сардана, и тот не сумел его поймать. Несчастный случай.

– Вы так думаете? – Хаден повернулся к Кейт. – Гидеор Адалет, вы только-только пришли ко мне с полевой работы. Как справились ваши бывшие коллеги? Есть ли какие-то недочёты?

– Да, нашла три, – Кейт Адалет откашлялась. – Первый, никто не допросил дворецкого. А он рассказал, что один из охранников найден в ванной с сотрясением мозга уже после того, как обнаружили труп.

– Он просто упал, – сказал Франко Пацини. – Там вода налита повсюду. Я спрашивал, он ничего не помнит.

– А что насчёт мастера? Про него спросили?

– Про кого?

Кейт посмотрела на обсерватора.

– Господин Сардан нанял мастера, чтобы он установил какую-то очень дорогую штуку в ванной. Дворецкий сказал, что работа не закончена, мастер исчез, а его фургон так и стоит у чёрного хода. Это второе.

– И куда делся этот мастер? – спросил Коринес.

– Вот это и выяснишь заодно, – сказал Пацини. – И не забывай про допрос гостей.

– В общем, дело воняет ещё хуже, чем Сардан, – обсерватор остановился напротив тела. – Я разговаривал с магистром Айво, он приказал указать в официальном заключении, что у господина Сардана остановилось сердце. Но на самый верх пойдёт всё, что здесь будет собрано. Чтобы к утру была информация, это несчастный случай или… – он внимательно обвёл всех взглядом. – Что-то другое. Господа, продолжайте, – он подмигнул Кейт. – Госпожа фарис, после вас.

– Гидеор Адалет? – подал голос Франко Пацини. – Вы говорили про три недочёта. Первый это дворецкий, второй мастер. Какой третий…

– Третье – это убийство. – сказала Кейт.

– Почему?

– Удавка слишком сильно подняла тело, – Адалет показала на механизм. – Вряд ли это так работает.

– Он мог надавить на пульт и выронить в этот момент, – сказал Коринес. – А лебёдка продолжила крутить.

– Кроме этого, – Кейт замялась. Но, в конце концов, она же не девочка-первокурсница. – Он в запахнутом халате. Если бы он хотел сделать то, что хотел… он бы снял халат или хотя бы распахнул.

Хаден Айскадер расхохотался так, будто услышал самую смешную шутку в мире.

– У вас отличный глаз, гидеор, и не только для того, чтобы стрелять, – сказал он, просмеявшись. – Четыре мужика не увидели очевидную вещь. Ладно, вы трое, ищите всё, что найдёте, – обсерватор повернулся к Пацини. – Беньян Уст отправил сюда ещё пару троек, введёте их в курс дела. А с вами, Кейт, хочу побеседовать отдельно…

Кейт и Хаден спустились в роскошную спальню Влада Сардана.

– На сегодня вы свободны, – сказал Айскадер. – Вам нужно будет подготовиться к одному важному мероприятию, а здесь я справлюсь сам.

– Что именно нужно сделать? – спросила Кейт.

– Вы же в курсе предстоящего визита Верховного Судьи турсулунцев? Послезавтра в империю прибывают два квистора, говорят, большие профессионалы. Они, как и мы, будут обеспечивать безопасный приём для гостя.

– Поняла, но уверена, что мы справимся лучше, чем приезжая полиция.

– Квисторы – это не обычная полиция, Кейт. Говорят, что визит Судьи привлёк внимание недобитков из Корпорации и они якобы попытаются уничтожить Большую Черепаху, чтобы спровоцировать ещё одну войну с Кланами. По крайней мере, об этих планах говорят квисторы. Как по мне, это придумала сама Квистура, чтобы выбить себе побольше финансирования, но Корпорация – это не та угроза, от которой можно отмахнуться.

– Они приедут искать Балябина?

Айскадер засмеялся.

– Не, этот ублюдок давно мёртв. Но остальные могут быть не менее опасными. Вы, как мой представитель, обеспечите связь сотрудников Квистуры с дигеринами, а потом, когда прибудет Большая Черепаха, поможете координировать все действий. До завтра, гидеор Адалет. И ещё одно, – он обернулся на пороге. – Я должен быть в курсе каждого шага квисторов…чтобы они не делали.

Кейт сама вела машину, двадцатилетний «Рисанд Альфа» с доработанным движком. В первый год запрета Корпорации из машины вырвали всю продвинутую электронику, и автомобиль ржавел, всеми забытый. Адалет смогла его восстановить, хотя вбухала в него столько денег, что могла бы купить новый. Капризный старичок, ревя мощным мотором, нравился ей по-настоящему, причём не только ей. Даже обычно презрительный Коринес, стоило ему услышать рёв двигателя, тут же просил разрешения покататься. Но учитывая, сколько он разбил машин, Кейт ему не доверяла.

Вот только последние дни езда совсем не радовала. Она включила радио, где пока ещё не объявили о смерти Сардана. Все увлечённо обсуждали предстоящий визит Верховного Судьи и дело Императорского Госпиталя против секты Церкви Возрождения. И ни слова про недавний терракт и погибшего там паренька. А ведь последний репортаж Сардана, который Кейт смотрела, чуть ли не парализованная от увиденной лжи, был про несчастного мальчишку, случайно поймавшего пулю… не связаны ли эти дела?

Адалет ехала дальше, стараясь следить за дорогой, но мысли не давали ей покоя, и она пропустила поворот к своему дому. Хотя так даже лучше… она поедет туда, где ей точно не рады.

Соседи не остались равнодушными – вся дверь опечатанной квартиры исписана множеством надписей, из которых «Убийца», «Террорист» и «Гори в аду» были самыми вежливыми. Едва Кейт достала ключи, реквизированные у старшего по секции, как услышала за дверью звук, от которого ёкнуло сердце – мяукал кот. Адалет осторожно сняла печать мутахавиров. Императорская Гвардия вела собственное расследование, но в чём оно заключалось, никто не знал. Если Кейт тут увидят, ей грозят большие проблемы.

Увидев, что это не его хозяин, кот спрятался под шкафом, откуда осторожно выглядывал. Но всё же любопытство пересилило, и он подошёл ближе. Красный ошейник с радиомаячком хорошо заметен в темноте. Станция для радиомаячка на полке рядом с дверью. Хозяин переживал, что животное может потеряться.

– Ну привет, мистер Кот, – Адалет протянула руку. Кот осторожно понюхал пальцы и дал себя погладить. – Ты голоден?

Корм в чашке почти свежий, кто-то, может быть отец погибшего, поменял и воду, но кот только сейчас накинулся есть, будто голодал целый день. Кейт села на диван.

– Знал бы ты, что я натворила, ты бы меня отделал похлеще, чем Коринеса.

Кот начал вылизывать лапку вместо ответа. Снаружи кто-то прошёл, и зверёк навострил уши, но шаги вскоре стихли. Всё ещё ждёт.

– Я не снимаю с себя вину, – продолжила Кейт. – Но что-то случилось… что-то страшное. Это мой выстрел, но я помню, что система показывала мне совсем другое. А потом изменила показатели. Звучит дико, да. Будто оправдываюсь. Но все следы в системе должны оставаться навсегда. И мне бы пригодилось кое-что, что помогло бы их найти.

Кот мяукнул и потёрся о ноги Кейт.

– Будь уверен, мистер Кот, это странное дело, но я в нём разберусь, это я тебе обещаю. Хотя для этого придётся сильно рискнуть.

Когда она уходила, кот вернулся на свой пост у двери, ожидая, когда хозяин наконец вернётся домой.

День 5. Глава 1

Совершенно секретно

Коммерческая тайна, красный уровень доступа

Операция – «Зверь»

Цель: Торговец оружием Корнель Йонаш

Исполнитель: Боевая группа «Танатос»

Комментарий аналитика группы:

Высокий шанс гибели посторонних. Рекомендуется перенос операции. Натан Элисон

Руководитель проекта «Элизиум»: Отмена недопустима, операция под личным контролем руководства, цель должна быть нейтрализована. Допускается любой сопутствующий ущерб. Отправьте штатного кинетика. Лукаш Сикора.

Резолюция: К исполнению! Прикончите ублюдка. Объект 101

– Беда, только осторожнее, – сказал Блоха через передатчик. – Там же такая толпа.

Виктор не ответил. Через охрану клуба «Олимп» он прошёл без проблем и чуть не оглох, когда долбящие басы едва не разорвали барабанные перепонки. Музыка играла чудовищно громко, даже наличие передатчика в одном ухе и затычка в другом не спасали ситуацию. Бессмысленные и неритмичные стуки были везде: на входе, у бара, а также в туалете, где уединялись парочки, блевали перепившие, да и вообще было людно и весело. Но кабинка с надписью «не работает, полный туалет говна» была пустой. Игломёт спрятан на условленном месте.

Передатчик определял местонахождение Йонаша. Оружейный барон был напичкан электроникой, поэтому Корпорация легко его выследила. Теперь осталось показать его компаньонам, что бывает с теми, кто кинул Балябина на деньги. Ответ директора Корпорации должен быть стремительным и очень жёстким.

– Он где-то в этом зале, – сказал Натан. – Только не стреляй там, дождись, когда выйдет.

На танцполе было не протолкнуться. Виктор с трудом протискивался через горячие тела, стараясь не дышать ароматами пролитой выпивки, перегара и пота. Люди получали удовольствие, хотя какое удовольствие можно получать от этого грохота?

Йонаш стоял в сторонке, спокойно потягивая пиво из бутылки. Он слишком расслаблен для того, кто сейчас умрёт.

– Беда, не вздумай стрелять сейчас, – продолжал волноваться совестливый Блоха. – Пожалуйста.

Торговец оружием стоял у столика, на котором танцевали голый по пояс парень и девушка, пока ещё одетая, но по их взглядам ясно, что это ненадолго. Цель слишком близка к этой парочке, игла не успеет сгореть и убьёт всех троих. Лучше подойти вплотную и сломать Йонашу шею. В такой толпе никто и не заметит, что кто-то умер. Подумают, что перепил.

Йонаш куда-то пошёл, бросив бутылку прямо на пол. Оружейный барон в этом клубе смотрелся очень неуместно в своём строгом костюме с галстуком, а ещё с огромной лысиной и с совершенно педофильскими усиками. Он углублялся прямо в глубину танцующей толпы, и его неприятный внешний вид в этом ему помогал.

– Сукин сын, – пройти Виктору никак не получалось, толпа слишком плотная. Приходилось работать локтями, сдерживая желание кому-нибудь врезать. Лысая макушка впереди то мелькала, то пропадала.

И Беда совсем не ожидал, что Йонаш покажется прямо перед ним.

– Сдохни, ублюдок из Корпорации! – сказали губы цели, потому что звуков голоса совсем не слышно. Оружейный барон держал пистолет.

Виктор пригнулся, и пуля просвистела рядом с ухом. Танцующая поблизости девушка неловко завалилась набок. На фоне музыки выстрел оказался слишком тихим.

Беда кинулся вперёд и зарядил Йонашу коленом в пах. Лицо оружейного барона исказилось от боли, и он выстрелил чисто машинально. Парень в синей куртке схватился за руку, из-под ладони побежала кровь. Йонаш уклонился от очередного удара и опять приготовился стрелять, но Виктор перехватил его за руку. Вот только оружейник оказался слишком силён и никак не ронял пистолет. Беда выкручивал кисть, а Йонаш продолжал давить на спусковой крючок. Парень, нагнувшийся над упавшей девушкой, повалился на неё сверху, из раны на спине бежала кровь, хорошо заметная на белой рубашке. Кто-то получил пулю прямо в лицо, а кто-то в живот, но громкая музыка всё ещё перекрывала звуки выстрелов и крики ужаса тех, кто заметил случившееся.

Рука внезапно повернулась под таким углом, под каким не приспособлена, и Йонаш выпустил оружие. Беда схватил его обеими руками за голову.

– Что тебе снится, оружейный барон? – спросил Виктор, не думая, что цель услышит, и повернул голову Йонаша до упора и дальше. Шея щёлкнула, а оружейный барон перестал сопротивляться и осел на пол.

Музыка продолжала греметь, но те, кто оказался рядом, паниковали, пытались сбежать подальше и застревали в толпе посетителей. Вокруг мёртвого оружейника стало свободнее. На полу осталось четверо, не считая Йонаша. Трое наповал, один ранен. Блоха будет пилить по этому поводу, но сейчас главное – это выбраться наружу.

Музыка долбила сильнее, а из-за светофильтров почти невозможно ничего разглядеть. Но имплантат определил новых гостей, кому точно не место посреди тусовки танцующих молодых людей. Три взрослых увальня с оружием, у одного автоматическая винтовка, прикладом которой он распихивал толпу. А командует человек с блестящей в свете неона лысиной. Значит, Корнель Йонаш нашёл себе двойника. Ну что же, охота продолжается.

Они искали Беду. Пока толпа помогает скрываться, но рано или поздно кто-то из очевидцев скажет охране о трупах, тогда выключат музыку и на мгновение наступит тишина, которую быстро уничтожат звуки стрельбы и рёв испуганных людей. Времени мало.

Первый боец смотрел совсем в другую сторону, и Виктор смог подкрасться сзади. Всего несколько секунд, чтобы сдавить ему шею и пережать артерию в нужном месте. Телохранитель оружейника умер прежде, чем упал. Несколько танцующих это заметили и запаниковали, что и увидел второй. Он наставил двуствольный крупнокалиберный пистолет, пытаясь выцелить Виктора, но не стрелял. Виной тому парень в мокрой от пота майке, который танцевал с таким усердием, что не замечал ничего. Он закрывал собой Виктора.

– Пригнись, идиот! – можно различить по губам, как кричал телохранитель, размахивая оружием, но танцор его не видел и не слышал.

Охранник так и не выстрелил, в отличие от Виктора. Игла на огромной скорости пробила тело насквозь. Спереди раны почти не видно, но снаружи должна остаться целая дыра.

Третий охранник оказался не столь сентиментальным. Парнишка в мокрой майке поймал несколько пуль и упал, повалив Виктора на пол. Начал стрелять сам Йонаш, прикрывая своего охранника. Беда выбрался из-под покойника и побежал к барной стойке, грубо расталкивая тех, кто стоял на пути. Чем дальше от бойни, тем более беспечными становились посетители клуба. У столиков же до сих пор танцуют, как будто ничего и не происходило.

Беда скорее почувствовал, чем услышал, как пули летят рядом, и прыгнул за столик. Танцевавшая наверху парочка, которые прижимались друг к другу ещё плотнее, его заметили и очень удивились. Но девушка начала безвольно падать, парень попытался её поймать, но упал сам, заливая всё вокруг кровью из раны в горле. И тут стало так тихо, что даже зазвенело в ушах. Музыку выключили. Но тишина длилась недолго.

Раздалась автоматная очередь, которую теперь-то услышали все. Виктор, согнувшись, бежал к барной стойке, а стрелок с автомата просто поливал всё пулями, не заботясь о том, в кого они попадают. Крики становились всё громче, а толпа бегала всё беспорядочнее.

Виктор перепрыгнул барную стойку. Пули начали разносить бутылки над головой, заливая всё внизу алкоголем. Очередь смела одного из барменов, который не успел пригнуться, замешкавшуюся парочку и парня, который так напился, что уснул прямо за стойкой. Тело так и осталось в той позе, только несколько раз дёрнулось. По полированному дереву полилась кровь, смешиваясь с выпивкой.

Стрельба стихла и поднялся второй бармен. Короткая очередь пробила ему грудь, и он рухнул прямо на битое стекло, а Виктор, спасибо приборам в ухе, услышал характерный щелчок. Патроны кончились.

Охранник догадался, что для перезарядки стоит отбежать подальше, но игла была быстрее. Он рухнул, сражённый прямо в голову. Минус три, но остался сам Йонаш.

– Где же ты, сукин сын?

Беда перебрался через стойку, едва не поранившись о стекло, и побежал к выходу, перепрыгивая через тела. Среди толпы, пытающихся выбраться через узкий проход лысой макушки не видно. Но она блестит у двери в помещение для персонала.

– У меня ключ! – услышал он краем уха. – Пропустите!

Кто-то из работников клуба бежал, размахивая ключом, но слишком испуганные парни и девушки это не замечали. Среди них торчал Йонаш. Похоже, его боевой дух кончился, и он хотел смыться.

– Да пропустите же меня! – доносился голос работника.

Йонаш увидел Виктора и полез в карман куртки. Беда вскинул игломёт, и они оба выстрелили в тот момент, когда между ними выскочил какой-то парень. Пуля из пистолета осталась в теле, а вот летящая с огромной скоростью игла сгореть не успела. Парень рухнул на пол, а Корнель Йонаш отступил к стене и медленно скользнул вниз. Толпа у двери тут же рассосалась. Ключ остался в замочной скважине.

– Ублюдок, – прошептал Йонаш, сплёвывая кровью. – Ты меня достал.

– Что тебе снится, Корнель Йонаш, оружейный барон? – спросил Виктор. – Те, кого ты кинул?

Оружейник что-то выкрикнул на незнакомом языке, но Беда не стал слушать. Ещё один выстрел из игломёта, и Йонаш умер. Вряд ли ему хватило денег на третьего двойника.

Беда повернул ключ и скрылся в технических коридорах. Рёв толпы слышался и там.

– Ты что там устроил? – вскричал Блоха, когда Виктор показался скрытом убежище. – Что это за резня? Сколько там погибло?

– Десять или пятнадцать, – Беда пожал плечами. – Не считал.

– Нет, я понимаю, когда мы валим всяких тварей, но убивать невиновных… там же одна молодёжь…

– Слушай ты, – Виктор схватил Блоху за горло и упёр к стене. – Не смей меня учить, совестливый ты наш. Детишек тебе жалко. А раньше что, не было жалко? Мы тут не святоши, которые убивают плохишей. Мы валим тех, на кого указало начальство. Может, мне пора воспользоваться советом, и менять аналитика каждый год? Или мне надо было отправить твоего брата? А? Что молчишь? Не помнишь, что Сова написал в резолюции?