Красивая проблема

Я затрудняюсь ответить, как это вышло, но мои губы и губы Кристины встретились. Девушка замерла, а потом приоткрыла ротик навстречу моему языку. Я почувствовал, как ее рука скользит по моей шее и ложится на ее основание.

Бог ты мой, она была такая нежная, такая трогательная в этот момент, что мне не хотелось идти дальше. Поцелуй уже сам по себе был прекрасен. Не отягощенный похотью и прочими низменными желаниями он вызывал у меня скорее эмоциональное удовольствие, нежели физическое.

Отголоски здравого смысла били в колокола о том, что я идиот, но я не мог оторваться от Кристины.

19. Кристина

Это я сама поцеловала Антона. Хотела сравнить его с Денисом. Больше не было у меня мужчин для сравнения. Как Денис проявлял свои чувства, я уже испытала сполна, а вот Антон был загадкой.

Я не ошиблась – эти два мужика были как небо и земля. Землей был Денис, его поцелуи и прикосновения вызывали в моем теле отклик в виде сексуального возбуждения, а «небесный» поцелуй Антона нашел отклик в моей душе. У этого жестокого сухаря чуткое сердце и нежные губы.

Если Денис хотел меня трахнуть, и в открытую говорил об этом, то Антон, наоборот, отрицал всеми силами это же самое желание. И он разговаривал со мной, он понимал меня и интересовался не только тем, что у меня между ног.

Мужчина касался меня только пальцами, которыми он придерживал мой подбородок. Ничего пугающего или отталкивающего я не почувствовала. Я доверяла Антону, хоть и боялась его больше, чем Дениса.

Дубровин резко прервал наш поцелуй и вскочил с кровати. Тяжело дыша, он на секунду прикрыл глаза и провел ладонями по лицу.

– Поешь, пожалуйста, – хрипло сказал он, не глядя на меня. – И позвони матери! Она волнуется. Спокойной ночи Кристина!

Больше не взглянув на меня, Антон вышел из комнаты. Я прижала ладони к горящим щекам, и отдышалась, пытаясь привести мысли и дыхание в норму.

Потом потрогала губы, которые только что ласкал мужчина, казавшийся мне бесчувственным и холодным.

Эйфория от поцелуев Антона вновь сменилась чувством стыда и обиды. Я надеялась сыграть роль роковой соблазнительницы? Денис чуть меня не отымел, поддавшись на мою провокацию. Если бы не вошел Антон…

Боже, я думала, что испытала пожизненную порцию стыда в тот день, когда братья трогали меня во всех немыслимых местах и запугивали. Но нет, сегодняшний вечер был еще более позорным. Я прочувствовала выражение «испанский стыд» всеми клеточками своего тела, каждой частичкой своей души.

Теперь они оба считают меня шлюхой. Меня вообще не должно волновать их мнение. Я просто отбываю у них папашино наказание. Почему меня это все же волнует?

Антон за меня беспокоится? Надо действительно поесть и позвонить маме. Я заставила себя съесть половину того, что принес мне Дубровин, а вот с матерью разговаривать желания не было.

Я отправила ей довольно длинную смс-ку, вкратце рассказав, как я тут живу. Только хорошее, естественно. Хорошего тут было достаточно.

Даже если бы я пожаловалась матери на домогательства Дениса, она бы все равно ничего не смогла сделать. В семье у нас папа главный. Мать не смеет даже рот открывать. За свои, а точнее за отцовские миллионы она переживает больше, чем за мою девственность.

И что мне теперь делать? Тусоваться здесь и не косячить? До самой осени?

Если утром у меня был четкий план и надежда на скорейший отъезд, то теперь я в полнейшей жопе! Сука!

Я снова расплакалась от безысходности.

Теперь меня беспокоило даже не то, что я живу в доме с двумя озабоченными мужиками в полной изоляции от цивилизованного мира, а то, куда я вернусь после ссылки. Домой? Вряд ли. После такой подставы нет у меня больше ни дома, ни родителей.

Как я буду жить одна? Ну, сниму я хату, баблишка заработаю в Тик Токе, а дальше что? Папа мне денег давать не будет, если я из дома уйду. Мать подкинет пару тыщ тайком, чтобы не выглядеть кукушкой, но и папика не злить. И на что я буду жить? На слуг у меня тоже нет денег. Убираться я сегодня научилась мало-мало, а кто мне будет готовить? В рестиках питаться денег не напасешься. Я что на один хавчик буду пахать?

Надо Зину попросить, чтобы хотя бы что-то мне показала, как варить. Хотя бы пельмени или яйца жарить. А одежда? Это что мне теперь в «Глории» одеваться? Да меня подруги засмеют. Я так и замуж не выйду. Чтобы мажорика найти себе в мужья, надо по крутым клубам и ресторанам ходить, по салонам красоты, на фешенебельные курорты ездить. Они на метро не ездят. А на какие, блядь, шиши? Я за старика замуж не хочу, хоть и ради денег. Вялый хер сосать я не согласна.

Да, твою же мать!

Я уже прокляла сто раз тот момент, когда Денис к нам в баре подошел. Не мог он мимо пройти, козлина?

От воспоминаний о том, как он прижимал меня к холодильнику и гладил меня между ног, живот скрутило от возбуждения. Может с ним потрахаться? Не такой уж он противный, даже наоборот, приятный. Местами.

Стану его фавориткой и Антон заткнет свое хлебало и Маугли тоже. Пусть сам со своим семейством терки трет в мою защиту.

Нет. Нахуй…

У Антона больше авторитета в семье. Надо к нему подмазаться, втереться в доверие, потом я ему надоем, и он меня отпустит домой. И словечко за меня замолвит перед батей. Мол, девочка исправилась, выпускаем по УДО.

А если не надоем? Будет меня пёхать до самой осени. И не дохуя ли ему чести мою девственность дарить?

Все не то…

Я просто перенервничала, вот и лезет всякий бред в голову. Пошли они оба нахер!

Если мне суждено провести здесь лето, не буду я ни перед кем кланяться и ноги раздвигать тем более! Нужно учиться брать ответственность за свои косяки, а не искать возможность, чтобы наебать систему. За такую попытку меня сегодня эта самая система чуть не отымела.

Пора, Кристиночка, становиться взрослой, раз папочкину сисю стрёмно сосать. Ладно, Ивушки, так Ивушки. Я же их еще и не видела. Может быть, тут очень даже сносно.

На том я и закончила самобичевание, самокопание и самоедство. Я решила отнести на веранду посуду и покурить перед сном.

Я села на ярко освещенное лампочкой крыльцо, прислушиваясь к звукам деревни. Было безветренно, пахло нагретой за день землей, травой и малиной, стрекотали кузнечики, где-то лаяли собаки. Я закурила и посмотрела на небо.

– Звездно сегодня, да? – раздался из темноты голос Дениса.

Я вздрогнула и вгляделась в темноту. По угольку от его сигареты, я поняла, что мужчина тоже вышел покурить. Денис потушил окурок носком ботинка и вальяжно уселся рядом со мной. Вот вообще не вовремя! Я только успокоилась. Запах малины стал ощутимее и ярче.

Звезд и, правда, было очень много. В городе из-за смога их просто не видно. А тут…

– Антон сказал, что у тебя есть жених, – снова нарушил тишину Денис. – Это правда?

Я вначале не врубилась, о чем спрашивает Дэн. Какой нахрен жених? Зачем Антон так сказал? Но потом до меня дошло, что таким образом старший Дубровин надеялся усмирить пыл младшего. Что сказать? Гениально!

– Есть! – подтвердила я.

– И что, прям свадьба на носу?

– В октябре.

– Любишь его?

– Конечно!

Денис немного помолчал, посмотрел на небо, потом на меня и рассмеялся.

– Пиздишь, ты все, Кристиночка! – сказал он.

– Да мне пофиг, думай, что хочешь!

– Или ты ему просто не нужна? М? Был бы у тебя жених, малышка, он бы уже приехал за тобой! Из-под земли достал! И сам тебе башку оторвал за твое поведение!

– Хочешь, чтобы он приехал? – я со злостью отшвырнула окурок в темноту. – Правда хочешь? Я ему на тебя нажалуюсь, он ТЕБЕ башку оторвет!

– Ну, это вряд ли, – снова рассмеялся Денис. – Но было бы интересно на него посмотреть!

Я тоже усмехнулась в ответ, бросила Денису полный презрения взгляд и пошла спать.

20. Кристина

Утром я еле разлепила опухшие веки. Нехер было столько реветь. Как я не умывалась холодной водой, ничего не помогало. Из зеркала на меня смотрела белобрысая китаянка.

Как я пойду в магазин с таким лицом? А в магазин было нужно, у меня осталась последняя сигарета, да и осмотреться бы не помешало. Чтобы не злить Дубровиных я надела джинсы и футболку. Вроде бы скромно. Еще не хватало, чтобы мне в магазин не разрешили выйти. Машке сиги не продадут, а они сами хрен знает во сколько приедут. У меня уши до вечера опухнут. Я стала как-то мало курить в последние дни, но с сигаретами спокойнее.

Завтрак прошел без происшествий. Все были такими милыми, аж тошнило. Антон на меня почти не смотрел, как будто избегал моего взгляда. Он что, сожалеет о вчерашнем поцелуе? Это было неприятно, как минимум. А вот Денис был весел и улыбался ярче солнца, но не отпускал в мой адрес никаких шуточек и руки не распускал, пока мы с ним не остались наедине.

– Как дела, Кристина? – спросил он.

Я убирала со стола, пока он допивал свой кофе.

– Отвали!

– Ты че обиделась на меня?

– Я же сказала, отвали!

Денис вздохнул, допил кофе и поставил пустую кружку перед собой. Я протянула руку, чтобы забрать ее и отнести в раковину, тогда Денис схватил меня за запястье и притянул к себе.

Я оказалась между его расставленных ног, упираясь одной рукой в его грудь, а в другой сжимала кружку.

– Малыш, ну прости меня! – тяжело выдохнул мужчина. – Ты мне очень нравишься, я не совладал с собой! Я хочу, чтобы ты была моей девушкой!

– Чего? Ты меня напугал! Ты что не понимаешь?

Я дернулась, но Денис меня не отпускал. Дать ему кружкой по башке? Убью же?

– Не отпущу, пока не скажешь, что простила!

– Так прощения не просят, Денис.

– Кристина, я всю ночь о тебе думал! Я же не просто тебя выебать хочу! Я с серьезными намерениями!

– В жопу себе засунь свои намерения! У меня есть жених! Я его люблю, и мы скоро поженимся!

– Как его зовут? Покажи фотки? Есть же? – я смущенно отвела глаза. Где я их возьму эти фотки? – Зачем ты меня обманываешь? Чтобы позлить? – Мне даже нечего было возразить. – Крис, поцелуй меня? Сама поцелуй! Чтобы я тебя больше не пугал. – Малыш, не бойся! Ну же! Тебе же понравилось со мной целоваться? Просто поцелуй, я даже тебя трогать не буду!

Мне очень хотелось поцеловать мужчину. Его запах пьянил, кружил голову. Во рту пересохло от его близости. Денис взял меня за подбородок, и мои губы приоткрылись сами. Я стояла, как безвольная кукла, вцепившись пальцами в его рубашку.

Если я сейчас поддамся на его уговоры, то он снова будет меня домогаться. Нужно с этим покончить!

– Нет! – твердо и решительно ответила я. – Немедленно отпусти меня!

– Я тогда сейчас сам тебя поцелую! – пригрозил Денис, и его губы начали приближаться к моим.

Я размахнулась и стукнула его кружкой по голове. Раздался глухой удар, и она разлетелась на части. От неожиданности мужчина разжал руки, и я отпрыгнула от него, не зная, чего ждать дальше.

– Сука бешеная! – взревел Денис, прижимая руку к голове. – Да ты ебанулась что ли?

Я испуганно пятилась назад, пока не уткнулась во что-то твердое.

– Что здесь, нахрен, происходит? – раздался голос Антона позади меня.

Я испугалась еще сильнее.

– Он… – дрожащим голосом проговорила я, нервно переминаясь с ноги на ногу. – Я…

– Эта идиотка раскроила мне башку! – процедил Денис, показывая окровавленную руку Антону.

– А ну-ка пойдем-ка попиздим! – сквозь зубы сказал Антон брату.

– У меня кровь!

– Кристина, оставь нас! – приказал мне старший Дубровин, не сводя глаз с младшего.

Я убежала в дом и заперлась в своей комнате. Руки до сих пор дрожали. Блядь, зачем я это сделала? Теперь мне пиздец!

Или нет?

Даже отсюда я слышала обрывки ссоры между братьями. Разговор был на повышенных тонах, с отборнейшими матами. Я сидела на кровати, затаив дыхание, чтобы не пропустить ни единого слова. Из того, что мне удалось услышать, я поняла, что Антон встал на мою защиту и отчитал Дениса за его мерзкое поведение. Антон заступился за меня? Перед собственным братом? Да быть того не может!

Вскоре голоса стихли, а потом я услышала звук отъезжающей о дома машины. Можно выходить?

Я взяла себя в руки и вышла, наткнувшись в коридоре на Маугли.

– Папа Антон и папа Денис поругались из-за тебя? – по-деловому сложив руки на груди, спросила девочка.

– Да, Мари.

– Я так и знала, что ты нравишься папе Денису!

– А он мне не нравится! – поспешила я усмирить ревность ребенка. – Совсем не нравится, так что злой мачехи у тебя не будет! Не переживай!

Маша немного помолчала, обдумывая мои слова.

– Я вчера не спросила, что мне говорить про тебя папам. Ты же ничего плохого не делала.

– Это, Мари, уже не актуально. Боюсь, что мне придется подзадержаться, – вздохнула я. – Покажешь, где у вас магазин?

– Я уже не хочу, чтобы ты уезжала, Кристина!

– Это чего это?

– С тобой весело.

Я тут вообще-то не для того, чтобы ее развлекать. Аниматора себе бесплатного нашла?

Эх… Хоть кого-то мое присутствие радует.

Мы с Маугли помогли Зине почистить овощи для обеда и натаскали в баню воды. Оказывается, по субботам у Дубровиных банный день. Я ни разу в настоящей бане не была. У нас дома была сауна… Нет, не так. У ОТЦА. Решила же, что больше к предкам ни ногой?

Деревенская баня мне понравилась: чисто, довольно просторно, пахло древесиной и березовыми вениками. На террасе стоял угловой диванчик и стол. Наверное, тут очень круто попариться, а потом посидеть на свежем воздухе? Может быть мне тоже вечером разрешат посетить сельский СПА?

Зина написала нам с Машей список, чего купить в магазине и дала хозяйственную сумку. Она выглядела поношенной, но добротной. Да уж…

Дожилась Кристина. С авоськами уже хожу. Видели бы меня мои гугусики!

Я вздохнула, взяла список и деньги, которые мне дала Зина на продукты, свою сумочку и Маугли.

По дороге девочка не затыкалась, рассказывая о местных достопримечательностях. Улица, на которой жили Дубровины оказалась самой цивильной. Тут и асфальт, и дома побогаче, в основном двух или трехэтажные. А вот дальше была беда – простые одноэтажные домики, дорога вся в выбоинах и какие-то железяки с носиками вдоль дороги. Я поинтересовалась у своего гида, что это за сооружение.

– Это колонка, – рассмеялась Маша и посмотрела на меня, как на инопланетянина.

– Музыку слушать?

– Воду набирать, – еще больше рассмеялась девочка.

Она с энтузиазмом подбежала к одной такой колонке, нажала на рычаг, и из носика полилась вода.

– Нафига на улице вода?

– Не у всех есть водопровод.

– Что? – я не верила своим ушам. – Как это?

К колонке подошла бабка с коромыслом и двумя ведрами.

– Здрасьте, баба Нюра! – поздоровалась Маша.

– Здравствуй, Машенька. А это кто? – ткнула в меня бабка коромыслом. – Никак папка твой жениться собрался? А который? Старший или младший?

– Не, баб Нюра. Это Кристина наша служанка.

– Вона чё! Ну, понятно!

Я не знаю, что ей там было понятно, но было весьма унизительно. Надо было все-таки соглашаться играть роль невесты Дениса. Впрочем, обе должности дерьмо! Я пошла дальше по дороге, Машка догнала меня, продолжая рассказывать в каком доме, кто живет.

Я вполуха слушала ее стрекотню, мне было похуй, на все население Ивушек вместе взятое, потому что Маша здоровалась со всеми, кто попадался нам на пути, и хвастливо рассказывала, что у них есть служанка, показывая на меня пальцем.

Заебись, чо!

Магазин был достаточно далеко и выглядел, как обычный дом. Отличался он только от жилого доской для объявлений и вывеской «Продукты». Мы вошли внутрь и я охуела.

В этом магазине было все. Вот прям все! Хочешь, хлеб купи, хочешь галоши или лопату! И ужасно воняло рыбой.

Продавец, нет продавщица, именно продавщица, (накрашена, как индеец, жопа толще прилавка и на каждом пальце по золотому кольцу) смерила меня внимательным взглядом, но поздоровалась только с Машей. Слава богу, хоть она не спросила у девочки, кто я такая, но по глазам было видно, что ей пиздец, как интересно.

– Здравствуйте, у вас продаются сигареты? – спросила я.

– Выбирайте, – вынула продавщица откуда-то из-под прилавка коробку с табачными изделиями.

Моих дорогущих, конечно же, не было, я выбрала более менее приличные сигареты. Взяла сразу блок. Неизвестно, как дальше моя судьба сложится, может я последний раз в этом чудесном бутике.

Далее я продиктовала Зинин заказ, взяла нам с Машей по мороженому.

Мы пошли обратно наслаждаясь мороженым и болтая об успехах Маши в Тик Токе. Дело двигалось, количество подписчиков росло, а это значит, что мы попадаем в точку с сюжетной линией.

В конце улицы с нами поравнялась красная "Девятка" из салона которой играла песня "А мой мальчик едет на "Девятке". Супер презентация! Машина замедлила ход, музыка стала играть тише, а из окна высунулся довольно симпатичный парень.

– Ты что ли Дубровинская служанка? – продолжая медленно ехать вровень с нами, спросил парень. Я ничего не ответила, продолжая идти, игнорируя его. – Садитесь, подвезу! – не дождавшись ответа, предложил он. – Машка, она глухонемая что ли?

– Сам ты, Тёмыч, глухонемой! – захихикала Маша. Я сделала вывод, что она знает этого местного мажорика. – Нам папа не разрешает садиться в чужие машины!

– Да какой же я вам чужой? Давайте, девчонки, садитесь!

Я заебалась тащиться по деревне с полной авоськой, поэтому, когда "Девятка" встала посреди дороги, преграждая нам путь, я все же открыла заднюю дверь, пропуская Машу впереди себя и плюхнулась на сиденье.

– Привет! Я Артем, – улыбнулся парень, повернувшись к нам.

– Кристина, – представилась я, и машина снова поехала.

Вот так деревня отняла у меня не только свободу, но теперь и имя. Я больше не Кристина Станиславовна Аббасова, я теперь Дубровинская Служанка. Сколько прошло времени? Час? А уже вся деревня в курсе, что у Дубровиных служанка есть. А может быть они сами и Машка тоже хвастаются этим на каждом углу?

– Ты надолго в Ивушках, Кристина? – спросил Артем.

– Надеюсь, что нет.

– Может быть, вечером покатаемся? Я тебе озеро покажу или в клуб на танцы сходим?

– У меня работы много.

– Так вечером же…

Я ничего не ответила. Парень был довольно приятной наружности, крепкий, с милыми ямочками на щеках, но не мой уровень, сорри! Да и кто меня отпустит?

Артем подъехал к нашему дому, выскочил из машины и открыл для меня дверь. Оу! Джентльмен!

– Ну, так че насчет вечера? – не сдавался он.

– Прости, Артем, работы много! Пока!

21. Антон

Мой брат совсем поехал крышей из-за Проблемы. Просто ебанулся!

Чуть в морду ему не дал! Я походу тоже ебанулся, раз на брата наорал. Кристину Денис пообещал больше не трогать, но в покое оставлять был явно не намерен. Я ему сказал, что ее жених в городе дожидается, а ему хоть бы хуй! Втемяшил себе в башку, что его она будет и все тут!

Девчонка не соврала вчера, что Дэнчик ее насильно целовал, иначе жбан бы ему сегодня не разбила. Пососались бы тихо-мирно и разошлись по делам. Так ведь нет, устроили чёрти что!

Взрослый мужик, а ведет себя, как малолетка. Уподобился Кристине? Идиотизм, видимо, заразен. Передается рот в рот? Значит и я от нее хапнул немного, потому что думать ни о чем не могу, кроме, как о нашем с Кристиной поцелуе.

Это я виноват. Я ее поцеловал. Вот нахуя? Сто раз об этом пожалел уже!

Мне девушка не противилась. Наоборот, подалась мне навстречу, раскрылась передо мной, как на ладони была. Я ей понравился, как мужик?

Сладкая Кристина. Нежная, чувственная, ранимая, пугливая девочка.

Я вообще к такому повороту не был готов. Если бы я только знал, что такой дурдом начнется, я бы ее не привозил. Деньги Аббасовские уже потрачены, обратной дороги нет. Придется терпеть ее до сентября. Если мы не поубиваем друг друга и не переебемся.

Я взрослый мужик! Я должен держать себя в руках. Я Кристине в отцы гожусь. И Дэнчик тоже!

Только чувства у нас с братом к ней совсем не отеческие.

Почему у нее реально нет жениха или парня хотя бы? Она же симпатичная девчонка, я бы даже сказал, красивая. Тощая только. Это характер ее ебанутый виноват. Кто такую дуру терпеть будет? Я даже за деньги уже не хочу, а еще недели не прошло. А может, уже хочу?

А она? Что во мне нашла? Почему не в Дэне? Он и помоложе и поприятнее в общении, веселее. И, слава богу, что они характерами не сошлись. Он бы сейчас не по полям со мной мотался, а Кристину нагибал везде, где можно.

Сегодня же с ней поговорю и проясню отношения. Извинюсь за поцелуй, чтобы думать больше об этом не смела! Скажу, что у меня тоже невеста есть. Почти правда!

Я просто устал. Неделя была трудная. Попарюсь вечером в бане, выпью настоечки вишневой, и все пройдет. Давно не было нервных потрясений. Отвык.

С этими мыслями я приехал домой. Машу и Проблему я нашел в огороде. Они копались в земле и о чем-то хихикали. Неужто подружились? Я спрятался за кустом вишни, наблюдая за девчонками.

– Смотри, Мари, божья коровка! – восторженно воскликнула Кристина.

Она немного повернулась, и я увидел ее счастливое лицо. Я вообще еще не видел, чтобы она улыбалась. Девушка была такой искренней, такой настоящей и красивой в этот момент, что я ею залюбовался. Они с Машей вытащили телефоны и сфотографировали насекомое.

– Вау! Кристина, смотри, как круто получилось! – тыкала дочка в свой мобильник пальцем.

– Да, действительно! Попробуй вот этот фильтр! – Кристина потрепала Машу по волосам и обняла за плечи.

– Привет, девчонки! – нарушил идиллию Дэн, ворвавшись в огород.

– Папа! – Машка бросилась ему на шею.

Кристина тут же помрачнела, собрала лейки и ведра и ушла с ними в сарай.

Дэн проводил Кристину тоскливым взглядом. Я думал, он сейчас за ней в сарай побежит, но нет, пошел баню топить. Значит, мои слова дошли до его мозга? Начал думать головой, а не хуем?

Машка отпросилась и убежала играть на улицу. Баню она не любила. Я сходил в подвал за вишневой наливкой, велел Кристине накрыть стол на террасе и принести банные полотенца.

– А можно мне тоже в баню? – спросила она.

– Купальник есть?

– Конечно!

Я одобрительно кивнул и пошел проверить, как там банька. В сладостном предвкушении от долгожданного отдыха, я уселся за стол и плеснул себе наливочки. Дэн, раздевшись по пояс, колол дрова, за перилами террасы цвели пионы, дурманя ароматом, погода шикарная…

Я вдохнул полной грудью теплый летний воздух. Все-таки хорошо, что мы в деревню переехали. Это же чистый кайф! Я хлебнул сладковато-терпкой "вишневки", смачно раскатывая ее на языке, когда боковым зрением увидел в дверях какое-то движение. Я повернул голову, наливка встала в горле и чуть носом у меня не пошла.

В ярко красном купальнике, модельной походкой, ко мне вышагивала Кристина. Это был не купальник – так, три тряпочки! Она принесла стопку полотенец, которые я не сразу заметил, потому что мой взгляд был прикован к ее мелким сиськам и почти не прикрытой промежности. Как ни в чем не бывало, Кристина оставила полотенца на диванчике, и зашагала обратно, чтобы принести ужин.

Я проводил ее тощие булочки, между которыми "спрятались" трусики и с трудом проглотил наливку. Бикини Крис смог оценить не только я. Дэн тут же прекратил свое занятие, воткнул топор в чурку и, ухмыляясь, примчался на террасу.

Это же я разрешил ей к нам присоединиться? Я? Если я сейчас скажу ей, что передумал, буду выглядеть идиотом. Вместо вожделенного расслабона я напрягся.

О, да! Похоже, сегодня в бане будет особенно жарко. Горячее, чем в аду!

Я не мог не разглядывать Кристину. Силился смотреть ей в глаза, но мой взгляд сам собою соскальзывал ниже и ниже по ее стройному, хрупкому телу. Если я хотя бы как-то пытался себя контролировать, Денис даже не скрывал своего любопытства. Он просто пожирал глазами тело девчонки.

И было бы на что смотреть, так ведь не на что!

Тайком, но все же, девушка поглядывала и на нас с Дэном тоже. Обычно мы паримся голышом, но сегодня по понятным причинам надели купальные плавки, чем и вызвали ответное любопытство Кристины.

Мы попарились, выпили, поели. Обстановка разрядилась, беседы потекли непринужденные, и я наконец расслабился.

– Что у вас за татуировки? – поинтересовалась девчонка. – Почему одинаковые?

– Это Ангелы Смерти, малышка, – ответил Дэн, повернувшись к ней спиной, чтобы продемонстрировать татуху во всей красе. – Они приходили ко всем, кого нам заказали. А одинаковые… потому что мы были дураками и романтиками.

– Много людей вы убили?

– Достаточно.

– Можно потрогать? – возбужденно спросила Кристина, разглядывая старый, но все еще четкий рисунок.

Как зачарованная она потянулась к широкой лопатке Дэна рукой.