![Убийца для оборотня](/covers_330/67873995.jpg)
Полная версия
Убийца для оборотня
К счастью, полностью бесполезным пребывание наемницы в замке не было. Ей удалось среди знакомых Ланса обнаружить того, кто мог кое-что рассказать. Корабельный хозяин Тодд Тейлор, трое конкурентов которого при невыясненных для окружающих, но известных для меня обстоятельствах отправились кормить рыб, учился с нашим герцогом в одном колледже. Об этом рассказала Дара, помогавшая мне и тогда: со старым клиентом она столкнулась в коридоре дома нашей жертвы. Тодд девушку, конечно, не узнал, зато она сразу вспомнила, где видела это надменное лицо.
Что ж, это тоже шанс. Пора стать Розой, с которой Тейлор уже знаком, и пообщаться. Сегодня в расписании – опять Епископский клуб, где мужчины щедры и ухожены, где отдыхают женщины в красивых одеждах и где такое вкусное дорогое вино.
– Добрый вечер, как дела? – спросила у магната, подсаживаясь за его столик. Глаза мужчины расширились. – Нет-нет, милый, я не по вашу душу, – успокоила его, ласково прикасаясь к руке.
Неужели он думает, что если кто-то попросит его убрать, то я стану работать так топорно? Наивный мальчик.
– Здравствуйте, Роза, – проговорил сдержано. – Как вас сюда занесло?
– Пришла развеяться в приятной компании.
Для Тейлора моя компания, вероятно, не приятна, но это уже его проблема.
Вообще к клиентам я никогда так запросто не приходила, но сейчас решила рискнуть. Не то чтобы очень надеялась на удачный исход этого мероприятия, скорее устала сидеть без дела.
Чувствовалось, что Тодд напрягся, заерзал, начал кусать губы. Боится? Но это легко исправить всего одной щепоткой чудо-порошка, которая легким движением моей руки уже оказалась в его бокале. Сейчас сделает пару глотков и будет разговорчивее. Я заказала вина и стала ждать, когда зелье подействует.
– Чудесная погода, не правда ли? – спросила его нежным голосом.
– Верно, – кивнул он, все такой же смурной. – Знаете, Роза, очень приятно вас видеть, но мне пора идти. Дела зовут.
Ох, ну и трусишка. Хочет спрятаться от жуткой убийцы.
– Жаль, – улыбнулась я. – А меня снедает одиночество. Так славно увидеть знакомое лицо, а вы уже убегаете.
– Когда-нибудь в следующий раз проведем время вместе. Простите, – Тейлор сказал эту ложь довольно искренне и встал из-за стола.
Ну уж нет, дорогой, тебе от меня так просто не ускользнуть. Я уже собиралась отправиться вслед за ним, но Тодд пошатнулся, схватился за голову и опустился обратно на стул.
– Кажется, я переборщил с вином, – сдавленным голосом пробормотал он.
Нет, кажется, это я по неопытности переборщила со снадобьем. Когда речь идет о смертельных ядах, на передозировку жаловаться уже некому, а если экспериментируешь со всякой дрянью на живых… все иначе.
– Тогда побудьте тут еще немного, – вкрадчиво посоветовала я. – Протрезвеете. А дела… Они никуда не убегут.
Он потянулся к своему недопитому бокалу. Черт! Если глотнет еще этой бурды, то беседы точно не состоится. Я перехватила его ладонь. Тодд поднял на меня помутневший взгляд.
– Вы такая красивая, Роза… Вы мне всегда очень нравились…
Не врет. Этот ценный, а потому чрезвычайно дорогой порошок не только вызывает повышенную болтливость, но и заставляет говорить исключительно правду. Но вот мне сейчас нужно вовсе не признание моей привлекательности, а подробности о Грире.
Собеседник внезапно побледнел.
– Тейлор?
– А?
– Как вы?
Он застонал и уронил голову на стол.
Вот дьявол! Да, о таких последствиях передозировки алхимик не предупреждал. Кажется, пора уходить. Огляделась. Прямо сейчас на нас смотрели две пожилых дамы в буклях, о чем-то шептались и обмахивались веерами – наверно, обсуждали, что уж в их-то времена джентльмены так на наклюкивались.
Встала из-за стола и невозмутимо направилась к выходу. Наплевать на старух-свидетельниц, худшее, что может случиться – он умрет, а мне придется попрощаться с образом Розы. Жалко, но не велика потеря, все равно скоро я стану совсем другим человеком.
– Роза, – раздался голос. – Побудьте со мной… Пожалуйста…
Зачем? Вздохнула и развернулась. Затуманенные, ставшие как будто еще более голубыми, глаза Тодда смотрели на меня.
– И чего вам от меня нужно? – спросила я, неохотно возвращаясь на место.
– А вам от меня? – что-то он все же соображает, несмотря на передозировку зельем правды.
– Поговорить, мистер Тейлор. О вашем старом друге.
– Вы его убьете?
– Нет, что вы, – и зачем я соврала? Он забудет весь этот разговор, едва дьявольская пыль выветрится из сознания.
– А я бы хотел поговорить о вас, – Тодд слабо улыбнулся. – Вы… сногсшибательная.
Знал бы ты, сколько сотен раз это слышала. Хотя мое истинное лицо довольно бледное и невыразительное: один раз увидишь – через пять минут не вспомнишь. Лишь перевоплощаясь в своих героинь, облачаясь в красивые платья, делая прически или надевая парики, нанося макияж, который скорее можно назвать гримом, я становилась «сногсшибательной». Примеряя новый образ, я менялась вся: походка, манеры, акцент…Вечная актриса без закулисной жизни.
– Хочу сказать честно, – бормотал Тейлор. – Я Дикса, а потом и Бронкса заказал только для того, чтобы еще несколько раз вас увидеть. Они мне почти не мешали…
О, это уже и правда лестно. А главное – прибыльно. Жаль, что у него не так много конкурентов. Впрочем, сейчас о новых делах придется забыть надолго. Подвести короля – все равно, что прийти самой на плаху, сложить там голову и своими же руками исхитриться отрубить ее топором.
– Зачем же вы сегодня хотели от меня убежать, раз я вам нравлюсь? – усмехнулась, смерив его взглядом.
– Вы меня немного пугаете, – по-детски стеснительно улыбнулся мужчина, – Точнее ваша работа.
Бедняжка, что еще сказать.
Он взял меня за руку и глянул с неподдельным восхищением. Я улыбнулась. Какой красавчик: черные волосы ниспадают на лоб, небесного цвета глаза глядят так прямо. Картина, а не человек. Жаль, что не так выглядит его однокашник, с которым вскоре придется спать. Не то чтобы я была придирчива…
– Роза?..
– Да?
– А если бы я попросил вас бросить эту… работу, прекратить убивать и стать моей женой, вы бы согласились?
– У меня уже есть жених, – усмехнулась я. – Только он об этом не знает.
Тодд сник и замолк, я тоже не нарушала тишину. Ладно, раз уж не ушла, то подожду: пусть немного оклемается, а потом поговорим про Грира. Мне принесли, наконец, заказанный бокал, официант покосился на распластавшегося на столе мистера Тейлора.
– Он просто устал, – успокоила гарсона. – Сейчас мы отдохнем и пойдем домой.
– Ко мне домой? – пьяным голосом переспросил Тодд.
– Можно и к вам домой… – задумчивым эхом отозвалась я.
А почему бы и нет? Никогда до этого с клиентами не спала, но сейчас нас не связывает контракт, и вскоре я вообще выйду из игры… А влюбленный богач – хороший выбор для скучающей от безделья и одинокой пока леди. Не факт, что он хоть что-то полезное расскажет о своем однокашнике, а так… вечер хотя бы обещает быть томным. Если только он в состоянии будет что-то делать после отравления.
– Тогда поедемте, мне уже немного лучше, – он воодушевленно поднялся, но двинулся к выходу, шатаясь. – Запишите все на мой счет, – бросил проходившему мимо официанту. Тот поклонился и проводил Тейлора обеспокоенным взглядом.
Залпом осушила свой бокал и пошла вслед за любовью сегодняшнего вечера. Только бы он из-за зелья не уснул, не умер и исторг из себя сегодняшний ужин, это окончательно испортит мой день.
Мы сели в повозку, личный кучер Тодда помог ему забраться внутрь.
– Перебрали-с, – вздохнул возница. – Опять-с.
– О, так мистер Тейлор выпивоха? Хорошо, что решила не идти за него замуж, – ответила, устраиваясь рядом с мужчиной.
Возчик внимательно посмотрел на меня, но ничего не стал говорить и пошел заниматься своим делом – везти нас в дом Тодда. Пока ехали, Тейлор стал приходить в себя. И теперь, окончательно поняв, что женщина из его грез рядом, стал проявлять активную настойчивость. От ратуши и до дома мы страстно целовались, уложенные локоны растрепались, помада наверняка размазалась. Поцелуи его были довольно приятными, пожалуй, он может оказаться неплохим любовником.
Я предвкушала продолжение.
5. Последняя ночь Розы
Карета, к нашему общему разочарованию, остановилась, когда мы только разгорячились. Прибыли. Обитал Тейлор, как и ожидалось, в большом до неприличия доме. И откуда у состоятельных господ эта гигантомания? Когда уйду на пенсию, ни за что не стану жить в безразмерном замке, который останется от покойного Грира.
Когда, преодолев уютный парк, мы вошли в дом, я ожидала феерического и моментального продолжения страсти, но Тодд сбавил обороты. Жаль. В карете так все многообещающе начиналось, а теперь проводил по своим владениям, чопорно взяв под руку.
Мы сели в гостиной, миленькая златокудрая служанка в голубеньком переднике принесла нам чай. Готова поклясться, она стала смотреть на меня с ненавистью, когда заметила нескрываемое восхищение на лице Тейлора. Просто влюбленная дурочка или дурочка, которая спит со своим хозяином и на что-то надеется? Впрочем, неважно. Я-то ни на что не претендую, Роза сегодня же ночью исчезнет из жизни господина Тейлора, и горничная может делать с ним все, что угодно.
– Может быть, перейдем на «ты»? – неожиданно предложил Тодд.
Какая разница, мы же не разговаривать сюда пришли.
– Я не против.
– Роза, прошу простить, если по дороге сюда позволил себе лишнего. У меня до сих пор голова идет кругом. Я не считаю вас… тебя какой-то…
– Тс-с-с… – я перегнулась через маленький столик, на котором стояли чашки, и приложила палец к губам Тодда. – Хватит болтовни, все разговоры потом.
Он затих, а я решила возобновить то, на чем остановились в карете. Сначала Тейлор отвечал на поцелуй неуверенно, как будто опасаясь, что вдруг передумаю и решу сбежать, но потом вошел во вкус. Снова начала млеть от его ласковых губ. Мужчина привлек меня к себе, села к нему на колени, бедром почувствовала, как затвердел член. Руки Тодда мяли мою грудь, сжимали сквозь плотную ткань платья соски, но ниже пояса он свои ласки не направлял. Что же ты такой робкий? Как стал хозяином половины кораблей столицы, если даже женщины боишься? Тебе нужны намеки? Медленно стала поднимать подол, и когда обнажились колени, он понял, к чему я веду. Запустил руку под бархатные складки ткани, стал гладить бедра, не забывал одаривать ласками шею и бюст.
– Роза… – прошептал он и провел ладонью по моей голове.
– Да, Тодд? Ты чего-то хотел? – повернула к нему лицо.
– Тебя, – он приник к моим губам.
Взяла его руку и положила ее туда, где все уже давно было очень влажным.
– Не смущайся, милый, я жду.
Горячее сбивчивое дыхание мужчины обжигало шею, когда чуткие пальцы проникли внутрь. Да, наконец-то! Тихо застонала, давая понять, что он все делает правильно, стала подаваться вперед, навстречу его руке. Какой Тодд нежный, я не разочаровалась, что приехала сюда, это однозначно. Только вот платье придется отдавать в стирку…
– Роза?..
– Что, Тейлор? – спросила с придыханием.
– Я вам нравлюсь?
– Да… Только не прекращай…
Детородный орган под моим бедром был каменным, но истинный джентльмен Тодд думал в первую очередь о даме. Все же он и правда очень мил. Корабельный хозяин уступил мне кресло, встал на колени и настойчивыми мягкими губами и умелым языком стал дарить удовольствие. Из-под полуопущенных ресниц наблюдала за его стараниями, тая от нежных прикосновений.
После долгих ласк я решила пожалеть Тейлора, попросила его подняться – он при этом выглядел таким растерянным, расстегнула пуговицы на брюках и добралась до члена. Но теперь намекать было уже не нужно. Он стал меня раздевать: неспешно, с присущими ему тактичностью и аккуратностью. Когда я стояла перед ним почти голая – в чулках и туфлях, классика пошлости – он с восхищением и вожделением глядел на мое тело.
– Совершенство…
Мне не слова нужны, а дела, милый. Покачивая бедрами, пошла к софе, Тодд двинулся следом. Ну же, где мой лучший комплимент?
Мистер Тейлор взял меня сзади еще до того, как я добралась до дивана. Сначала ласково обнял, провел ладонью по грудям с твердыми сосками, потом слегка нагнул и медленно вошел. С силой сжала его естество своими мышцами, он шумно втянул ноздрями воздух, словно еле себя сдерживал и… забыл наконец-то о своем джентльменстве… Руки Тодда тем временем продолжали блуждать по моему телу, останавливаясь то на груди, то проникая между сжатыми бедрами.
Кончил он с громким стоном – почти криком.
– Роза…
Тяжело дыша, развернул меня и поцеловал.
– Ты, конечно, молодец, Тодд, – я отстранилась: не до сантиментов. – Видно, что старался. Но, насколько помнишь, я пришла поговорить.
Повезло, порошок алхимика еще действует – это видно по расширившимся почти до размеров радужки зрачкам. Так что пора вернуться к работе.
Тейлор замер, вперил в меня удивленный взгляд. Не помнит, почему мы вообще сегодня с ним встретились, или думает, что я забыла после всего, что между нами было?
– Ты должен рассказать кое-что о своем друге.
– О ком?
– Грир. Ланс. Вы вместе учились.
– Не понимаю…
– Тебе и не нужно, – я опустилась на диван. – Говори все, что о нем известно.
– Зачем?
– Повторю: тебе это знать не надо.
– Роза…
– Просто говори, Тейлор! – я это сказала очень зло, и удивленный мужчина захлопал глазами.
– Даже не знаю, что про него рассказывать, – Тодд сел рядом со мной. Оба мы были голыми, но в дальнейшей беседе не было ничего сексуального. Порошок давал о себе знать, разум мистера Тейлора сдался и раскрыл мне свои чертоги. – Ланс герцог. Это значит – именитая семья, древний род. Он хорошо учился, много времени проводил в конюшне. У него был вороной жеребец. Гром, кажется. А еще Грир играл на каком-то музыкальном инструменте. Помнится, мы выступали на втором курсе с колледжем перед Айзеком V или уже перед Айзеком VI? Не могу вспомнить.
– Его женщины, что скажешь о них?
– Я не был ни с кем близко знаком.
– Их было много?
– Не то чтобы… Помню двух.
– Какие они?
– Молодые, красивые… Ничего особенного.
– Имена?
– Не смогу назвать ни одного. Ланс никогда не давал своим женщинам сближаться с приятелями. Я ни с кем из них и парой слов не перекинулся.
Ясно, ревнивец. Ничего хорошего, но придется потерпеть.
– Что еще? – продолжила допрос. – Вкусы, пристрастия, интересы? Странности, наконец.
– Мы почти не общались со времен колледжа. Виделись на раутах, в ресторанах, на скачках, у общих знакомых… Кивали друг другу и шли дальше. Ничего больше.
– Зачем же ты тогда приходил к нему вчера?
– Наш общий однокурсник умер. Погиб на дуэли. Я принес эту весть и сообщил о похоронах.
О, а это интересно… Похороны – как повод для знакомства. Конечно, я не думала, что наша встреча так быстро произойдет, но к чему тянуть время? От того, то Дара сверх прочего бесполезного узнает, какой у него размер обуви и где он покупает галстуки, герцог не станет для меня понятнее. А здесь все выходит очень кстати. Горе объединяет людей, верно?
– Соболезную. Когда прощание?
– Завтра.
– Грир, конечно, тоже придет? – я на это очень надеюсь.
– Да. Проводить друга в последний путь придут все одноклассники.
– Замечательно! – Тодд недоумевающе на меня посмотрел. – То есть, конечно, я хотела сказать, что ужасная утрата… Где? Во сколько?
– Кладбище святого Персиваля, в полдень.
– И как звали покойного? – глупо будет завтра не знать, по ком роняю горькие слезы на плече Ланса.
– Витер Целл.
– Что о нем известно?
Тодд сбивчиво рассказал то, что знал. Ничего примечательного, но информации достаточно. Есть, с чем работать.
– Обязательно приду проститься с бедным Витером, – заверила я мужчину, похлопав по плечу. – А теперь, пожалуй, мне пора домой. До завтра.
Встала, вытерла салфеткой заляпанные спермой ягодицы – хотя большая ее часть осталась на обивке дивана – и стала одеваться. Бедный мистер Тейлор смотрел на меня все таким же непонимающим взглядом.
– Почему ты так быстро уходишь? Мы еще увидимся, Роза?..
– Роза сегодня умрет, милый. А ты ложись спать, уже за полночь.
И утром ты уже ни о чем не вспомнишь.
6. Каменный герцог
В три часа ночи выехала из гостиницы, где прожила больше месяца. Местные уже меня запомнили, и портье сонно хлопал глазами, удивляясь, отчего давняя постоялица так спешно покидает уютное гнездышко, а швейцар, закидывая чемоданы в повозку, с надеждой спросил:
– Вы еще вернетесь?
– Увы, нет. Прощайте, – ответила, мысленно ставя точку на одном из отрезков жизни.
В снятой на имя Магды квартирке в рабочем квартале занялась документами, справила себе паспорт сама – времени, чтобы обратиться к мастеру, не оставалось. Уже светало, когда стояла у зеркала и меняла себя, лепила новый облик. Выкрасила волосы в темный цвет, чтобы на похоронах хрупкий образ тоскующей подруги покойного в узком черном платье с открытой спиной и в небольшой шляпке с вуалью обрел большую трагичность. На бледном лице нарисовала новое: привычную уже страстность Розы с яркими губам и темными ресницами заменила сдержанная и холодная строгость.
Наверно, никто больше не так готовился к погребению несчастного Витера Целла, как я. Это были в какой-то степени и мои похороны тоже. Уходили в небытие родные и драгоценные образы – роковая Роза, простушка Магда и многие другие вроде добрячки Лизы, светской львицы Кристины и милашки Люси. Но появлялась на свет Эстер Саттон. Какой она будет? Впервые не знаю. Эта роль станет чистой импровизацией, а пока она без характера и четкой биографии – лишь одни наметки. Сосуд, который наполнится тем, чем захочет Грир.
– Здравствуй, Эстер, – поприветствовала свое отражение. – Тебя ждет приключение.
Зеркало нагло ухмылялось в ответ.
С новыми документами утром въехала в блистающую роскошью гостиницу, где обычно останавливалась аристократия. Голубых кровей во мне не было, но, черт возьми, я отлично вписываюсь в эти декорации!
Когда закончила с приготовлениями, близился уже полдень. Я сидела в карете, везущей меня на кладбище, и повторяла все, что знаю о несчастном убиенном. Витер Целл, адвокат. Один из лучших в столице. И кто же теперь будет отмазывать от сурового закона зажравшихся властных боровов, решивших хапнуть больше положенного? Целл любил собак и женщин. В разном смысле, конечно. С первыми ходил на охоту, со вторыми спал. Три года назад женился и уже успел сделать троих детей. Именно честь жены он отстаивал, когда решился на дуэль. Благородный малый, видимо. Когда Витеру было 13 лет, вместе с родителями он приехал сюда из Тилаты. Именно там, решила я, он и познакомился с Эстер Саттон. Старая подруга детства, из другой страны, которую могут не вспомнить близкие, про которую однокашникам дорогой Витер мог не рассказывать.
Вроде бы, все гладко. Но я нервничала. В нашем деле всегда что угодно может пойти не так.
Расплатилась с кучером, оставила ему на чай больше положенного – на удачу себе. Есть у меня такая примета, когда иду на дело. Мужичок поблагодарил и пособолезновал.
– У меня жена недавно померла от чахотки, – грустно сообщил он, растроганный щедростью.
– Все они в лучшем мире, – ответила я с грустной улыбкой, хотя в это верила с трудом.
Стоя у ворот, мазнула за ушами духами из лавки алхимика. Этот афродизиак уже несколько раз помогал ловить на крючок рыбок разных размеров, но всех их постигла одинаковая судьба… А я пошла навстречу своей.
На кладбище святого Персиваля было людно, с лучшим адвокатом и благородным мужем пришли проститься сотни людей. Черная толпа стояла в той части погоста, где хоронили богатых и знаменитых. Монотонный голос святого отца разносился над аккуратным кладбищенским газоном, над ухоженными деревьями и кустами, над искусными памятниками и скульптурами, над древними серыми глыбами склепов.
В плотной людской массе Грира я не видела. С его ростом герцог должен был почти на голову возвышаться над остальными. Неужели не пришел, и я зря сюда приехала? Заметила лишь Тодда, он скользнул по мне заинтересованным взглядом, когда я приблизилась к траурной толпе, но ни тени узнавания в его красивых голубых глазах. Удивительно, до чего просто обманывать людей. Они видят, то, что ожидают увидеть.
Решила подойти ближе к гробу, стала пробивать себе путь в траурной черной толпе. Сначала взору открылся сам покойный: приятный мужчина, со смуглым лицом и волевым подбородком. Жаль его. Интересно, какой была смерть: куда попала пуля, как долго он боролся за жизнь? Я вдруг подумала, что довольно давно не видела мертвых, которых таковыми сделала не я. Издержки профессии.
Лишь подойдя совсем близко к разрытой могиле, заметила среди шести стоящих вокруг гроба на коленях человек ссутулившуюся фигуру Ланса Грира. Он молился. Точно, это же из тилатских традиций: во время прощания вокруг покойного должны встать люди, знавшие его в разные периоды жизни, и оплакивающие разные стороны его души.
Да, это отличный шанс.
Я приблизилась к герцогу и встала на колени рядом с ним. Слегка задела плечом, чтобы, увлеченный повторением псалмов, он не пропустил моего появления. Краем глаза заметила, что Грир повернул голову в мою сторону, но я, сделав одухотворенное лицо, уже читала молитву за упокой своего дражайшего друга детства и пустила одинокую слезу. Все оставшееся время следила за Лансом боковым зрением, но тот больше не смотрел на меня.
Священник закончил говорить – последнее «Аминь» застыло в воздухе, и он разрешил нам встать.
Если Ланса не покорила священная любовь к другу, то в ход пойдет очаровательная неловкость. Поднимаясь, я наступила на подол платья, и чтобы не упасть, схватилась за руку Грира. Он, наконец, посмотрел на меня внимательно, по-настоящему, а я впервые разглядела его лицо. Угрюмый и суровый – он выглядел старше одноклассника Тодда, и даже покойный Витер выглядел более… живым. Глаза были желтыми и пронзительными. Никогда раньше не видела желтых глаз. Почему ни Дара, ни Тодд, рассказывая о герцоге, не упоминали об этом?
– Прошу прощения, – пролепетала я, не выпуская из цепких пальцев предплечье мужчины.
Янтарный взгляд изучал, но понять, что таится в мыслях, я не могла.
– Ничего страшного, – равнодушно ответил Грир, выглядывая кого-то в толпе. Кажется, он уже собирается уходить. Нет уж. Пришло время поговорить о покойном.
– Вы с Витером, полагаю, были друзьями? – спросила тихо.
– Учились когда-то вместе, – голос все такой же безучастный.
– Каким он был тогда? – спросила, отчетливо чувствуя, что мои чары здесь не действуют. – Не видела друга детства так давно… Недавно приехала, думала встретиться, но повидались мы лишь на его похоронах, – тяжело вздохнула.
Герцог пожал плечами. И по-прежнему ни одной эмоции.
– Бросьте цветок на его могилу и попросите о прощении, – сухо сказал он.
Что же ты как стена каменная? Как тебя разговорить?
– Леди, кажется, раньше мы не встречались, но я уже покорен, – к нам подошел мужчина средних лет. – Вы так горячо молились за упокой души моего дорогого коллеги, что сердце остановилось от этого зрелища. Должно быть, вы хорошо знали господина Целла.
– Мы дружили в детстве, – шансы заинтересовать Грира и так улетучивались с каждым мгновением, появление третьего лишнего снизило их почти до нуля.
– Ланс, не представите нам свою знакомую? – еще один джентльмен, на этот раз возраста герцога, решил нарушить наш и без того не вязавшийся диалог.
– Миледи – подруга детства Витера, – ответил подошедший первым.
– И как же зовут миледи? – это уже мой вчерашний любовник Тодд решил примкнуть к нам.
– Она не представилась!
– Так пусть же представится!
– Эстер Саттон, – ответила я, обреченно отпуская руку Грира.
– Очень приятно, мисс Саттон. Или миссис?
Дьявол! Отправить бы вас всех куда подальше… Нет, надо было искать другое место для первой встречи. Где герцог бывает один? Да разве что дома. Весь его жизненный цикл, как установила Дара, состоял из ранних визитов в дворцовый парламент и поздних возвращений домой. Вечером Ланс закрывался в библиотеке и порой не выходил всю ночь. Никаких клубов и прогулок, из гостей за все время наблюдений – лишь Тодд, который принес скорбную весть. Одиночка, который и не пытается это исправить.
Тяжело вздохнула. Столпившиеся вокруг мужчины – к нам присоединились еще двое, а Грир безмолвно удалился – приняли это за всхлип скорби и наперебой начали соболезновать потере товарища, а потом – говорить, говорить, говорить, перебивая друг друга. Пытаться заинтересовать меня, завлечь.
Чертовы духи! Чтоб я еще хоть раз воспользовалась чем-то из алхимической лавки!..