![Убийца для оборотня](/covers_330/67873995.jpg)
Полная версия
Убийца для оборотня
![](/img/67873995/cover.jpg)
Кира Купер
Убийца для оборотня
1.Монета на неудачу
У меня много имен, но настоящего не знает никто. Я привыкла менять внешность, прятаться на виду. Я в любой момент могу оказаться рядом. Случайная прохожая на улице или усердная горничная, обходительная гувернантка ваших детей или замкнутая одинокая соседка, добрая подруга или страстная любовница. Но если мы так близко, то, возможно, охота уже началась.
В таком случае я – ваша смерть.
В дверь стучали долго и нетерпеливо, но я не торопилась. Мне от незваных гостей не нужно ничего, а они – пусть ждут. Поставила бокал на столик, неспешно встала с постели, накинула на голое тело черный шелковый халат, поправила перед зеркалом прическу, и только тогда открыла.
На пороге стоял юноша лет двадцати. Худой и неказистый, до черноты загорелый, в ветхой почти до прозрачности рубахе и с заплатами на широких не штанах. И как такого уличного заморыша пустили в гостиницу? Хотя посыльные тайного советника Мирта всегда умеют проникать туда, куда им нужно.
Ничего не говоря, юноша протянул руку, раскрыл грязную ладошку и продемонстрировал монету. Я пригляделась: золотая, с профилем короля. Удивительно… До этого условным знаком, сообщением о новых заданиях от советника было серебро с отчеканенным на нем ликом покойной королевы. И даже это уже означало, что дело предстоит крайне важное. А теперь… Что ж, отдохнуть в ближайшее время не удастся, если на этот раз сам правитель заинтересовался моими услугами.
Не люблю работать на политиков, но такова цена спокойствия. Я изредка помогаю им, когда у секретной службы руки коротки, а они в ответ на услугу не трогают меня и закрывают глаза на трупы, которые оставляю за собой. И хотя доказать мою вину, скорее всего, не сможет ни один судья, становиться бельмом на глазу у властей и постоянно скрываться не хочу: при сильном желании они кого угодно прижмут к ногтю.
– Что еще передали? – спросила у посланника. Нужно теперь узнать время и место встречи.
Парнишка смотрел на меня распахнутыми глазами и молчал.
– Ну? – поторопила его. – Мое время дорого стоит.
– Мне сказали слова… – прошептал юнец.
Поразительно! Слова – и сказали!
– Какие?
– Ох… – он засопел. Понятно, забыл. И кого Мирт вербует к себе? – Что-то про епископа и озеро… И лебедей.
Парень сглотнул, продолжая пялиться на меня, почти не моргая. Откуда этот ужас в его глазах? Неужели мальчишке-посыльному сказали, что я – наемница? Если так, придется с ним расправиться. Очень жаль. Жаль тратить на него время, но что поделать? Лишним людям о моих делах знать нельзя, и за длинный язык кого-то из тайной службы придется заплатить этому парню.
– Тебе, должно быть, известно, кто я? – улыбнулась ему настолько очаровательно, насколько могла.
– К-кажется, – заикаясь, отозвался мой гость. – Ну… То есть я сам догадался.
Так, изводить на этого яды не стану. Пожалуй, удобнее всего будет его задушить, а ночью Дара, если смогу ее найти, конечно, поможет избавиться от тела.
– Я… я… – юноша смотрел все теми же немигающими глазами. – Я хотел спросить. Сколько вы берете за свои… услуги?
Что-то интересное. С любопытством глянула на лупоглазого собеседника. Кого же хочет уничтожить это тщедушное создание и неужели думает, что у него достаточно средств, чтоб заплатить за чью-то смерть?
– Тебе никогда не хватит денег, – хмыкнула я, оценив парня.
– Н-ну… Накоплю! – выпалил оборванец. – Сколько? В-вы такая… очень красивая. К-как… – он задумался, подбирая слова. – к-королева… У меня в-всякие девки были, а таких не было. Я сколько надо накоплю, у меня теперь хорошая работа…
Я захохотала. Значит, глупыш решил, что перед ним шлюха, которой он принес от советника послание о том, что пора раздвинуть ноги перед кем-то из высоких чинов. А ведь я едва его не убила. Забавно бы получилось. Но Мирту, конечно, в любом случае пришлось простить эту шалость.
Дурачок так и продолжал что-то лепетать о том, что он готов на все, чтобы купить мое тело. Нет, определенно хорошо, что не успела порешить мальчишку. Столько возни потом с трупом.
Стало очень весело. Быть может, это воодушевление от того, что не придется проводить ночь, пряча тело…
– Что ж, малыш, тебе сегодня повезло.
Я, медленно покачивая бедрами, прошла по комнате, взяла бокал и сделала большой глоток вина. Запрокинула голову, вытащила из прически заколку, кудри рассыпались по плечам. Спиной чувствовала, как взгляд посыльного прожигает ткань, жаждет увидеть, что скрывают черные складки шелка.
– Можешь посмотреть на то, что никогда не купишь.
Вернулась к застывшему в дверях мальчишке. Приближаясь к нему, чувствовала себя змеей перед оцепеневшим от ужаса кроликом.
– Что…
Повела плечами, прохладный шелк халата соскользнул на пол, я осталась обнаженной, если не считать, конечно, туфель. Глаза юнца расширились еще сильнее, он замолк на полуслове, а рот и так остался открытым.
– О-о-о, – протянул он, прерывисто дыша.
И искушенные взрослые мужчины обычно реагировали точно так же, увидев меня без одежды. Все они одинаковы, от герцога до последнего бродяги.
– Боги… – пролепетал мальчишка.
И для чего мне эти глупые самолюбования? Сама не понимаю, но чертовски приятно видеть, как они все теряют рассудок. Посыльный глазел так, словно старался запечатлеть в памяти всю меня, чтобы потом в минуты уединения заняться рукоблудием.
– Да, ты запомнишь это навсегда, – ухмыльнулась я и потрепала его по заросшей редкой и мягкой порослью щеке. – Если бы ты был богачом… Ох, сколько всего бы мы с тобой сделали!
Я наклонилась к нему и горячо зашептала на ухо о том, как и в каких позах он мог бы трахнуть королевскую шлюху, и как она могла бы его ублажить.
– Да, милый, и это еще не все… – я отстранилась, глядя на него похотливым взглядом, едва сдерживая смех.
Юноша скривил лицо и застонал. Что ж, эякуляция – лучший комплимент.
– Тебе пора идти, – толкнула его в грудь, мальчишка пошатнулся и сделал неловкий шаг назад, в пустой коридор. – И не забудь постирать штаны, – добавила я, захлопывая дверь.
2. Последнее задание
А мне пора собираться. Из слов этого идиотика про епископа и лебедей я поняла, что меня ждут в башне в десять вечера. Очень глупая шифровка, которую разгадает и ребенок, живущий в Троане, столице Алатии, но советник никогда не отличался изобретательностью. Вероятно, должность свою он получил не за острый ум, а за какие-то иные заслуги, суть которых, зная Мирта, даже вообразить не могла.
Когда уложила строгими волнами волосы, надела изумрудно-зеленое открытое платье и зашнуровала корсет, часы пробили десять раз. Нет, спешить не буду. Пусть Мирт дожидается. Хотя они думают, что я в их руках, строго следовать правилам не собираюсь: мне платят за смерть, а не за хорошее поведение.
Ночная столица в центральном округе кипела. Там, где живут толстосумы, развлечения зовут и днем, и ночью: рестораны, театры, кабаре. Улица тонет в топоте копыт и грохоте пролетающих повозок, леди и джентльмены скользят туда-сюда – холеные, разодетые, богатые, жаждущие сорить деньгами и громко смеяться. Эта оживленность всегда завораживала, ночь – мое время. Решила пойти пешком, стать частью толпы избалованных распутников. Где-то среди них мои будущие клиенты и жертвы.
Лишь к полуночи достигла башни, в народе носящей имя Епископской. Откуда такое название? Все очень печально: с нее в стародавние времена упал епископ. А, может быть, священнослужителю и помог какой-то мой коллега, история этого уже никогда не расскажет. Но теперь тут располагался закрытый клуб праздных аристократов, обсуждающих за стаканом бренди свои поездки к морю, свадьбы детей и то, как бы повыгоднее заключить сделку и распорядиться несметными сокровищами.
В клубе меня помнили под именем иностранной графини Розы Лапер. Стражи у входа узнали, хотя я давно тут не появлялась, спешно поклонились, швейцар распахнул двери.
Мирт, что удивительно, ждал меня в холле. Обычно он делал вид, что вовсе не заметил опоздания и просто наслаждался временем, проведенным в клубе. А сейчас сразу подскочил, взял под руку и увлек в одну из скрытых от посторонних ушей и глаз комнат, не дав даже поискать за столиками знакомые лица.
Мы не встречались с Шоном Миртом больше года. С тех пор советник, и так довольно грузный, набрал еще не меньше двадцати фунтов, а на голове появилось первое серебро седины, белые нити заметила и в черных еще недавно бороде и бакенбардах.
– Роза, – он тоже называл меня так. – Уже боялся, что вы не придете. Рад видеть! Цветете! Каждый раз все краше! – из уст мужчины лился мед. Я не люблю мед. – Как ваши дела? Слыхал, лорд Поллак из Лорси скоропостижно покинул нас. Такая нелепая кончина, просто трагедия! Скажите, вы приложили к этому свою чудесную ручку?
Я опустилась в кресло и разгладила подол платья. Отвечать не спешила. Неужели Мирт из-за этого старикана позвал меня на встречу? Может быть, безмозглый фабричник Поллак для чего-то нужен был королю и зря я взялась за него? Нет, вряд ли.
– Не понимаю, о чем ты.
– Как же, как же… – протянул он. – Комар носа не подточит. Сама смерть не устроила бы эту беду изящней. И почерк такой знакомый…
– Мирт, я о своей работе с тобой разговаривать не собираюсь. Чем меньше знаешь, тем целее будешь.
– Ах, я лишь хотел удовлетворить свое любопытство, простите этот маленький грешок. Вы же знаете, я давнишний поклонник вашего творчества. А гибель лорда так невероятно прекрасна…
– Что же прекрасного в смерти?
Особенно если труп сожрали кабаны?..
– А вам она не нравится?! – удивленно воскликнул советник.
– Работа – лишь работа, она не обязана приносить удовольствие.
– Да, Роза, вы правы, вы правы… Тяжелые дела в суровые времена – это более утомительно, чем увлекательно.
Он стал набивать табаком трубку, искоса поглядывая в мою сторону, и вещал о какой-то абсолютной ерунде: про хорошую погоду, свою молодую скудоумную жену, которая после рождения детей переехала в другую спальню, и, конечно, смерть постылого Поллака…
– Зачем ты позвал меня? – решила перевести разговор в нужное русло. Мирт может долго ходить вокруг да около, и чем старше он становился, тем больше пустозвонства приходилось выслушивать на этих встречах: то рассыпается в комплиментах, то делает пошлые намеки, то просто порет чушь.
– Королю нужна помощь, и он готов вознаградить помощника так, что до конца жизни он одним из богатейших и влиятельнейших людей, – замолчал многозначительно. – Но дело трудоемкое, Роза.
– Ты знаешь мои правила. Я готова почти на все, но не убиваю детей. Впрочем, ваша тайная служба сама отлично с этим справляется.
Советник красноречиво хмыкнул, спорить с этим известным фактом не стал. Сколько незаконнорожденных детей великих мира сего не дожили до совершеннолетия благодаря секретной службе, не смог бы подсчитать и сам Шон Мирт.
– В чем же суть работы? – поинтересовалась я, весьма заинтригованная.
– Вам нужно будет до конца года соблазнить одного мужчину, выйти за него замуж, прожить вместе какое-то время – очень недолгое! – счастливым браком, а потом стать безутешной вдовушкой, – поведал Мирт. – Все его деньги и замки достанутся вам, а вместе с материальным наследством – титул и кресло в совете короля. Конечно же, вам придется в благодарность за такой широкий жест всегда поддерживать нашего великого правителя… Но это же мелочи?
– В политике нет мелочей, – пробормотала тихо.
Мужчина даже не обратил на реплику никакого внимания, продолжая свой монолог о великих перспективах.
– Задумывались ли вы, Роза, о том, чтоб завязать с работой, которая не приносит удовольствия, и стать советницей по иностранным делам? Покатаетесь по миру, если захотите. Найдете себе красивого любовника и будете жить спокойной счастливой жизнью, просыпаюсь в его объятиях.
– Как правило, я не сплю с теми, кого не собираюсь убивать, – тут я, конечно, лукавила, но от истины была недалека.
– Но я же до сих пор жив, – расплылся в елейной улыбке тайный советник. – А ваша упругая влажная дырочка, Роза, до сих пор не дает мне покоя. Так и хочется снова впустить в нее свои чресла.
Какая мерзость!
Да, однажды мы с ним переспали. Это случилось, когда я была юна и, как следствие, не очень умна, а Мирт весил меньше двухсот фунтов и казался весьма симпатичным. Впрочем, желание повторить отбили его слабые неуклюжие фрикции, которые завершились даже быстрее, чем я поняла, что сделала глупость, ложась в кровать к своему «куратору». Удивительно, что он, явно не обделенный дамским вниманием благодаря деньгам и положению, это помнит. И сейчас смотрит так похотливо на декольте, словно думает, как приспособить между грудей свой отросток.
– Охладите пыл, господин советник, – порекомендовала я. – Мы, – ухмыльнулась, – с моей, как ты выражаешься, дырочкой пришли сюда исключительно по работе.
– Какая же вы жестокая женщина!
– Тебе ли говорить о жестокости, Мирт? То, что ты только раздаешь приказы о ликвидации лишних людей, вовсе не делает тебе чести.
– Вы многим хуже! – картинно запротестовал мужчина. – Вы беспощадны ко мне! Неужели вам не хочется снова? Приподнимите юбочку, раздвиньте ножки, я уверен, что вы и сейчас истекаете соком. Вы же такая… развратница. Давайте начнем с пальчика, а там – как пойдет… Не будьте же так жестоки.
Он подался вперед и заглянул мне в глаза, но встретил лишь холодную насмешку.
– О, если бы я была к вам жестока, то сказала бы, что вы – никудышный любовник, и коитус с вами – худший из всех возможных вариантов потратить время. Но я женщина вежливая и великодушная, поэтому так говорить не стану, – меня утомляли заигрывания этого обрюзгшего моржа.
Советник побагровел, его передернуло, но то ли он побаивался наемной убийцы, то ли опасался не найти другую кандидатуру для выполнения задания, и скандалить не стал. А жаль. Очень бы хотелось поглядеть, как он надрывается в крике.
– Тогда вернемся к нашим баранам, – глухим голосом произнес он. – Точнее к барану на заклание, – явно придумал эту фразу заранее, а то и позаимствовал у кого-то. – Если вы готовы взяться за работу.
– Конечно, согласна, уже жду не дождусь первой брачной ночи. Я вся – сплошное внимание, Мирт, – сказала миролюбиво, а он покраснел еще сильнее. – Кто цель?
– Это герцог. Ланс Грир. Он мешает королю, – многословность советника куда-то испарилась, на лбу пульсировала жилка.
– И чем же мешает?
– Не в моей компетенции об этом рассказывать.
– Хорошо, узнаю у муженька, – ухмыльнулась я. – А зачем вообще замужество? Разумеется, стать герцогиней – идея заманчивая, но я могу ликвидировать цель быстро и без всякой мишуры. Цена будет обычная.
– Его наследники – племянники. Они тоже поддерживают вероломные идеи.
Понятно, значит, наши власти боятся привлечь внимание, уничтожая весь клан. Смерть советника по иностранным делам и его семьи может породить международный скандал или что похуже. Им нужен свой человек в доме Гриров, который после трагической гибели герцога займет в совете его место. В какой-то степени даже приятно, что выбор пал на меня.
– Что еще?
– Это долгая и сложная работа, Роза. Если вы ее провалите, то сгниете в темнице. Если получится – будете на вершине мира. Никаких других убийств, никаких интрижек, – злобно произнес Мирт. – Будете для него идеальной сучкой, будете ноги ему лизать. В ваших интересах, чтобы герцог ничего не заподозрил и не раскусил вашу мерзкую натуру.
Как же оскорбился советничек, яд так из него и сочится. Любо-дорого слушать.
– Что мы знаем о Лансе?
– Ничего.
Уверена, что у тайного советника есть досье, а он решил не делиться со мной из-за ущемленной гордости. Но это ничего, все равно тайная служба своими унылыми заметками часто только в заблуждение вводит. Всегда проще делать все самой. Или не только самой? Пожалуй, тут может помочь Дара. Надеюсь, она сейчас не работает…
– Не завидую Гриру, – вдруг ехидно добавил Мирт. – Перед тем, как сдохнуть, ему придется еще пожить с фригидной злобной сукой.
– Не волнуйтесь, господин тайный советник, – расплылась в улыбке, – ради мужа я готова каждый день симулировать оргазм.
3. Друзья познаются в убийствах
Из башни вышла через тайный ход. В своем маленьком схроне, который находился в старинных полных крыс катакомбах, переодела платье, стерла с лица краску и нанесла новый макияж, спрятала рыжие волосы под запутанный черный парик. Из тоннеля у реки в ночь вышла уже не изысканная Роза, а простушка Магда. Туда, где можно найти Дару, таким, как леди Лапер, появляться нельзя.
Дара была моей подругой, если можно так назвать человека, с которым вы иногда вместе убиваете и частенько вдвоем пьете. Я знала многих наемников Алатии, но только дерзкая девчонка, мастерски метающая ножи, оказалась хоть как-то мне близка. Наверняка дело было еще и в том, что среди профессиональных убийц мы были единственными женщинами, которые не бросили грязную работу в первые же пару лет ради мужика побогаче или покрасивее.
Мы были разными, и это мне нравилось. Подруга действовала напрямую, совсем не стараясь изобразить несчастный случай. Ей важнее быстрота. «Дара. Дарю смерть. Утром заказ – вечером труп. По понедельникам – скидки», – так наемница отрекомендовалась, когда мы с ней познакомились во время большой зачистки перед приходом Айзека VI на престол. Впрочем, иногда и она проявляла редкую изобретательность. Пару лет назад девушка прикончила генерала, мастерски притворившись адъютантом. До сих пор плакаты с несуществующим усатым юношей и надписью «Внимание, розыск! Награда за голову бандита» висят по всем городам Алатии.
Я направилась в один из самых опасных районов Троана, где жила Дара. Несмотря на то, что, я уверена, она не бедствовала, покидать трущобы наемница не хотела. Ей навевали скуку места, где нужно есть ножом и вилкой, носить корсет и большинство вопросов решать не кулаками, а словами. Маленькая дикарка.
Таверна «Падающий свет» шумела на всю улицу, пьяные вопли разносились далеко за пределы квартала. Слегка покачиваясь – трезвый тут вызовет подозрения, а я сейчас не хотела лишнего внимания – вошла внутрь.
– Эй, девка, не хочешь отведать сочного хера?! – кто-то из толпы шлепнул меня по заду. Ничего здесь не меняется.
Локтями пробила сквозь хмельную толпу путь к барной стойке, где ожидала увидеть Дару. Ее там не было. Не повезло. Заказала у Эрика – бармена, а по совместительству и владельца этого бедлама, двойной виски.
Здешний продавец пойла был старым знакомым. Мою Магду с ним связывали приятельские отношения и три жарких ночи. Может, послать все к чертям и намекнуть ему на то, что стоит повторить? Тепло прилило к низу живота, когда вспомнила, как этот вечно пахнущий табаком седовласый мужчина несет меня на руках на второй этаж таверны, а потом своим чутким языком доводит до исступления.
Нет, пожалуй, не сегодня. Сейчас выпью и пойду искать подругу.
Не успела сделать и пары глотков, как чьи-то цепкие руки схватили меня за талию, я обернулась, готовая привычно отвесить пощечину, но вместо красной рожи перебравшего работяги, которую ожидала увидеть, обнаружила худое смеющееся личико Дары.
– Магда, любовь моя! – завопила она, целуя в щеку. – Я так скучала!
Пьяна в хлам. Но ничего, я знаю, что как только речь зайдет о деле, Дара мгновенно протрезвеет. Если кому-то из нас нужна помощь, другая не откажет, чем бы ни занималась. Я показала глазами на выход, девушка тяжело вздохнула, недовольная внезапным завершением вечера, но кивнула. Залпом допила мой стакан и уверенно направилась наружу.
Мы вышли на воздух. Тут трое мужиков постарше колотили двух безусых юнцов. В «Падающем свете» и правда ничего не меняется – вопли и драки как основа мироздания.
– Нужно поговорить, – сообщила я, когда жертвы насилия перестали громко орать. – Дело важное. Пошли к тебе.
– Это советник? – спросила Дара. Язык ее немного заплетался. – Один пацан мне напел, что ходил сегодня к самой красивой шлюхе на свете. Я сразу поняла, что это о тебе.
Как это мило!
– Давай не будем здесь, – шепотом проговорила я.
– Тут никому до нас нет дела. Здесь – свобода! – девушка остановилась, глядя в звездное небо. – Сво-бо-да! – проорала она, раскинув руки. И всем действительно было плевать на излишне крикливую нетрезвую особу.
Я взяла Дару под локоть и потащила, несмотря на слабое сопротивление, в то место, которое она зовет домом. Пыльная комната в паре кварталов отсюда совсем не подходила для неплохо зарабатывающих наемников, но среди босяков и нищих работяг подруге было комфортнее. Даже не знаю, куда она тратит заработанные деньги, раз ютится тут. О заработках с коллегами у нас говорить не принято.
На старом кресле примостилась бездомная черная кошка, забредавшая сюда через разбитое окно. Дара бесцеремонно ее прогнала и плюхнулась на видавшие виды подушки. Я села на табурет, ножки которого предательски зашатались.
– Мне понадобится твое содействие, – сообщила я. – Работа непростая, но я тебе отплачу, если все выгорит.
Дара смотрела ясным взглядом: никаких глупостей, когда речь идет о работе. Быстро рассказала подруге все, что поведал Мирт – девушке доверять можно, особенно если дело сулит большую прибыль.
– От меня что требуется? – спросила она, едва я закончила говорить.
– Проникнуть к нему в дом. Узнать о нем все. Чем занимается, где бывает, каков по характеру. О его женщинах: кто ему нужен – блондинка или брюнетка, блудница или пуританка, богачка или скромная сирота из именитого, но обнищавшего рода, – объяснила я. – У нас, возможно, не будет второго шанса. Нужно сразу и во всем угадать. Чтобы он не смог пройти мимо меня.
– Мимо тебя и так невозможно пройти, – улыбнулась наемница.
– Ты у меня тоже красавица, – сказала я ласково.
Дара была весьма привлекательной, хотя тщательно это скрывала. По-мальчишески стройная, с вьющимися рыжими волосами и хитрыми зелеными глазами, она могла бы запросто охомутать какого-нибудь барона и жить припеваючи. Но предпочла спокойной жизни независимость и авантюры. Как и я, впрочем.
Если сможем дожить до старости, предложу ей купить дом на море, где будем потягивать вино из собственных виноградников и поименно вспоминать своих жертв. Достойная пенсия для наемников.
– Мне что, горничной к нему идти? – хмуро спросила Дара. Ей такие задачи были не по душе, ведь арбалетный болт бьет быстро и наверняка, а полы в доме моей жертвы намывать придется долго.
– Да, лучше всего поступить именно так. Прислуга любит посплетничать о хозяине. Нам точность важнее спешки.
– Ладно, – безрадостно согласилась наемница. – Как его зовут?
– Ланс Грир. Известно тебе что-то о нем? – я, хотя и вращалась иногда в высшем свете, политикой не интересовалась и запоминала лишь тех, кто меня нанимает, и тех, кого я убиваю.
– Кажется, видела на похоронах у генерала. Высокий такой, хмурый. Хотя, – она хихикнула, – там веселых и не было.
Дара всегда ходила на прощание с теми, кого прикончила. Единственная из наемных убийц, кто поступал так. Всегда думала, что делает она это, чтобы убедиться, что все сделано чисто, но подруга призналась как-то, что так отдает им дань памяти. Что ж, у каждого из наемников своя извращенная мораль.
– Хорошо, начинаем завтра с утра, – сказала девушка, закрывая тему работы. – А сегодня выпьем за успех.
Из-под кресла она достала початую пыльную бутылку виски.
4. Зелье правды
Очаровательная Дара с легкостью устроилась на работу в дом Грира, показав прекрасные рекомендации, которые я ей написала. Она умела быть милой и трудолюбивой, если того требовало дело. Я же пока выжидала. Свою жертву видела лишь однажды, и то издалека, когда он выходил из своего огромного замка, построенного явно еще до всех королей Айзеков. Смуглый, темноволосый, небритый, хмурый и совсем не изящный, похожий больше на какого-нибудь кузнеца с южных окраин Алатии, чем на аристократа. Мне, ценительнице мужской красоты, грубый Ланс с его размашистой походкой не понравился.
До нашей встречи оставалось все меньше времени, а я пока не знала, как именно она произойдет. Подруга выведала у прислуги о герцоге все, что смогла, но те рассказали крайне мало, и сведения это были довольно бестолковые. Например, что он любит ростбиф и верховую езду, а еще – много читает и спит с открытым окном даже зимой. Чудесно! Едва Дара задавала вопрос о чем-то, касающемся Грира, ей отвечали: «Наш хозяин весьма справедливый человек, который ничем не опорочил свою честь». Ни единой сплетни не удалось услышать в герцогском доме – хорошо вымуштровал прислугу, нечего сказать.