
Полная версия
Что хуже смерти
Московских замедлил ход и отстал от автофургонов настолько, что их габаритные огни стали едва заметны. Потом включил фары. Сэм вопросительно посмотрел на него. Несмотря на то, что Сергей неотрывно смотрел вперёд, он, видимо, почувствовал этот взгляд и, отвечая на немой вопрос, сказал:
– Скоро будет пост.
Они увидели, как маленький кортеж остановился, но быстро – они даже не успели приблизиться к патрулю – тронулся вновь и вскоре пропал из виду, завернув за поворот.
У них долго проверяли документы, по крайней мере, так показалось Сэму. Он не находил себе места. Беспокоился главным образом не оттого, что бумаги окажутся не в порядке, а потому, что фургоны могут затеряться в лабиринте улиц и им уже не сыскать их. Его сверлила одна мысль: как бы сейчас пригодилась его машина со встроенным компьютером и электронной картой города.
Было ли что-то подобное в автомобиле Московских? Во всяком случае, Сэм не заметил ничего похожего, но когда их, наконец, пропустили, тот довольно быстро нашёл колонну. Теперь можно не опасаться, что их заметят. Несмотря на то, что в городе действовал комендантский час, навстречу часто попадались автомобили разных марок.
Сергей изредка отставал от колонны, но потом снова нагонял её. Хотя Сэм понимал, для чего это делается, всё равно, начинал немного нервничать, когда огоньки автофургонов терялись из виду. Но пока всё обходилось, Сергей вновь и вновь отыскивал и приближался к ним настолько, чтобы не вызывать подозрений у преследуемых. После почти часа езды по городу, Сергей неожиданно сказал:
– Я, кажется, знаю, куда они направляются.
Он прибавил газа и почти вплотную приблизился к маленькой колонне. Сэм вопросительно взглянул на напарника. Но когда тот начал обгон, понял его замысел.
На большой скорости они проехали мимо здания военного госпиталя. Завернув за угол Московских резко сбросил скорость, осторожно развернулся и, потушив фары, вновь выехал на ту же самую улицу. Ничто не говорило, что здесь кого-то ждут. Но Сергей на сто процентов был уверен в обратном. Так и вышло: как только колонна появилась в конце улицы, ворота госпиталя бесшумно разъехались в стороны, как будто кто-то невидимый наблюдал за окрестностью. Не останавливаясь, и даже не снижая скорости, машины въехали во двор. Но прежде чем окончательно скрылись, Сергей дважды успел щёлкнуть зажигалкой. Ворота бесшумно закрылись, и улица вновь погрузилась в дрёмотное запустение, будто ничего не произошло.
Сергей выдвинул антенну. Потянувшись за наушниками, на полпути остановился и, мельком взглянув на Сэма, включил громкую трансляцию. Но ничего интересного они не услышали. Кроме хлопанья дверей, да отрывистых команд, из динамиков ничего больше не раздавалось.
Московских долго задумчиво смотрел на массивные ворота госпиталя, которые так больше и не открылись. Потом заговорил:
– Вот что, Сэм, тебе придется завтра снова наведаться в посёлок и взять кровь у тех двоих. Надеюсь, справишься, думаю, и помощники у тебя найдутся.
– O кей, я постараюсь.
– Тебе сообщат, где меня искать. Ну а теперь, тебя куда, в гостиницу?
– Да, – тяжело вздохнул Сэм.
Глава 7
ВСТРЕЧА У «ГОЛУБОЙ МЕЧЕТИ»
На следующий день с самого утра Сергей Московских сидел в номере маленькой гостиницы и через плотно сомкнутые шторы, в «подзорную трубу», обозревал здание госпиталя. Номером эту конуру, без удобств, на чердаке второсортной гостиницы, трудно было назвать. Но Сергей ни на что не сетовал, приходилось работать в гораздо худших условиях. Более того, был доволен – отсюда открывался прекрасный вид почти на всё здание госпиталя и на часть внутреннего дворика.
Поначалу он обследовал все окна, выходящие на эту сторону. Но пока ничего заслуживающего внимания не обнаружил. В палатах поддерживался идеальный порядок. Некоторые больные лежали на кроватях, другие сидели и разговаривали между собой. Правда, несколько окон оказались плотно закрыты металлическими жалюзи.
Потом Сергей перенёс внимание во дворик. Однако и там не происходило ничего интересного. Выздоравливающие чинно прогуливались по тенистым аллеям, или отдыхали на удобных деревянных скамейках. Его внимание привлекло какое-то движение. Не сразу разобрался, что там такое. Во дворе кричали, даже сюда доносился гам. Поведя «подзорной трубой», заметил двух санитаров, они за кем—то гнались. Но за кем? Сергей этого пока не видел, крыша соседнего здания и раскидистые деревья ограничивали обзор двора. Он на секунду оторвался от трубки, протёр глаза, а когда вновь прильнул к окуляру, увидел, кого ловили санитары. Это был карлик, во всяком случае, так показалось поначалу. Но возможно он и ошибался. Во всяком случае, беглец выглядел как мальчишка лет семи – восьми.
«Гм, ребёнок во взрослом госпитале… Что он здесь делает? Это уже интересно!» – Сергей продолжал наблюдать.
Если бы дорожка была прямая, двое мужчин, без сомнения, имели бы преимущество… Неизвестно почему, но Сергею очень хотелось, чтобы маленький беглец убежал от погони. Его так и подмывало броситься на помощь.
Но чуда не произошло. С помощью других пациентов и ещё двоих сотрудников госпиталя, мальчика схватили, и потащили к входу в здание. Юный беглец так отчаянно упирался и отбивался, что четверо мужчин едва справлялись. И опять, не подоспей помощь выздоравливающих пациентов, кто знает, не обрёл бы мальчуган вновь свободу? По собственному опыту Сергей знал, как порой нелегко справиться с раскапризничавшимся ребёнком, но четверо здоровых мужиков… Это уже перебор! Наконец санитарам удалось затащить мальчика в здание. Ещё какое—то время Московских смотрел в трубку, потом спрятал её в карман и задумался.
Припомнилось упоминание Сэма об уродце, виденным им на буровой. Явно эпизод этот вспомнился не случайно и как-то связан с тем, что он видел только что? Стоп! А почему сначала подумал, что видит карлика? В этом что-то было…
Его размышления прервал стук в дверь. Московских насторожился. Но тут же успокоился. Стучали условным шрифтом – три коротких и один длинный, а значит это кто—то свой, а вернее тот, кого ждал. Он открыл дверь. На пороге стоял улыбающийся Сэм:
– Хелло! Высоко забрался!
– Проходи, – прежде, чем закрыть дверь, Сергей выглянул на лестницу.
– О, не беспокойся, «хвоста» нет. В каких условиях нам приходиться работать! – осматриваясь, произнёс Сэм. Затем повернувшись к Московских, добавил: – Вот уж не думал, что придется работать с агентом КГБ.
– Взаимно. Новости есть?
– О, да, целый ворох, – Холтон вынул из кармана и передал Сергею небольшой листок бумаги. – В дополнение хочу сказать, ещё один, как это?… Приказал долго жить.
– Этого следовало ожидать, – рассеянно ответил Московских, всматриваясь в сложную химическую формулу. – Когда вы только успели?.. – он переписал формулу в записную книжку.
– Фирма веников не вяжет, – обнажая в широкой улыбке ряд белоснежных зубов, блеснул Сэм знанием русского языка. Затем, садясь на единственный стул, возле обшарпанного круглого столика, уже по—английски продолжал: – Да, но другой, как это ни странно, чувствует себя вполне сносно, даже, на мой взгляд, пошёл на поправку. Именно у него мы и взяли кровь, и сделать это, надо сказать, оказалось не просто.
– Кажется, ты был прав, – всё ещё изучая формулу, сказал Сергей, – без наркотиков здесь не обошлось.
– Да, мне кое-что объяснили.
– Но это необычные наркотики, думаю, препарат ещё неизвестен науке. – Московских вновь взглянул на формулу. – Но сделан явно на основе известного вещества…
– ЛСД? Думаешь, им дают психотропные средства?
– Вроде того.
– Серж, – задумчиво произнёс Сэм.– Не знаю, пригодится ли нам… Помнишь, я говорил о чём—то необычном, виденном мной на второй вышке? Так вот, я снова его видел!
– Интересно. Рассказывай.
– Не знаю, можно ли его назвать человеком, скорее пародия на человека. Лицо его – это маска сатира. Но одно дело видеть их на сцене, совсем другое в жизни.
Московских слушал не перебивая.
– Интересно, – повторил он, после окончания рассказа. – Нечто подобное мне встречалось на Японских островах. Там ещё во время войны велись эксперименты. Это заболевание костей, как правило, приобретённое. Такие люди выносливы и очень сильны, чудовищно сильны и… – он вдруг оборвал себя на полуслове. – А знаешь, твой рассказ удивительным образом перекликается с тем, что я видел минуту назад.
Он вкратце пересказал эпизод с мальчиком – карликом.
– Думаю, теперь мы знаем, как выглядят подопытные и, сдаётся мне, что таких людей ни один десяток в стране.
– Бог мой! – воскликнул Холтон. – Да эти люди безумцы! Здесь совершается величайшее преступление. Необходимо как можно быстрее остановить их.
– Гм, мы для этого здесь и находимся, – заметил Сергей.
– Но, Серж, у нас уже есть доказательства.
– Нет, их недостаточно. Необходимо проникнуть на этот злополучный объект.
– Ничего не могу сказать о тебе, Серж, но у меня, кажется, появилась такая возможность.
Московских удивлённо—вопросительно взглянул на своего американского коллегу.
– Наверное, надо было начать с этого, – продолжал тот. – В общем, они согласились допустить на объект инспекторов ООН, и я вхожу в эту группу.
– Как тебе это удалось?!
Сэм пожал плечами.
– Аккредитация «Вашингтон Пост» что—нибудь да стоит.
Сергей с сомнением покачал головой:
– Хорошо. Когда назначена экскурсия?
– На послезавтра, на десять часов.
Московских что-то прикинул в уме.
– Очень хорошо, времени для подготовки достаточно. Так, кто входит в группу?
Сэм вновь широко улыбнулся:
– Кроме меня, который должен поведать миру, что ничего, кроме безобидных лекарств, на их заводах не производят, ещё трое экспертов. Насколько мне известно, крупные шишки из Пентагона.
Сергей достал из внутреннего кармана небольшой пакет, который, после того как его развернул, оказался картой.
– Ты должен взглянуть на это, – сказал он.
– Что это?
– План объекта. Чертёж старый, но, думаю, капитальных перестроек не было.
Пока Сэм изучал план, Сергей отошёл к окну и, осторожно раздвинув шторы, выглянул на улицу, но ничего подозрительного не заметил.
Через минуту Сэм возвратил карту:
– O кей, Серж, думаю, теперь этот план останется у меня надолго в памяти.
– Надеюсь, инструктировать тебя не нужно, – пряча карту, сказал Московских. – Где ты оставил машину?
– На соседней улице.
– Так, хорошо. До вашей экскурсии нам видеться не стоит. Теперь за тобой наверняка установят наблюдение, если уже не установили.
– О, на этот счёт можешь не беспокоиться.
– Всё же не будем рисковать. Встретимся послезавтра в пятнадцать часов возле Голубой мечети. Надеюсь, ты знаешь, где это?
– O кей, не беспокойся, Серж, иногда мне кажется, ты держишь меня за мальчишку! – нарочито обидчиво, но с улыбкой, произнёс Сэм.
– Ну, извини.
Когда за Сэмом закрылась дверь, Московских вновь подошёл к окну и осторожно выглянул наружу. Сергей видел, как тот вышел из подъезда и безмятежной походкой ничем не обременённого человека, зашагал по тротуару. Убедившись, что за его американским коллегой нет «хвоста», он тоже покинул свой наблюдательный пост.
* * *
Московских сидел в машине неподалёку от входа в «Голубую мечеть» и нервно барабанил пальцами по рулю. Мимо проходил разнообразный люд. Военные в форме, и люди в цивильной одежде. Кто они? Неужели туристы?! Во всяком случае, вели они себя именно так. Много сновало местных, в национальных одеждах. Но того кого он ждал всё ещё не было, хотя стрелка часов неуклонно приближалась к трём.
Он снова взглянул на величественное строение и, в который раз, поразился его красоте. Особенно двумя белоснежными минаретами, стрелами взлетающими в небо. Мечеть имела небесно—голубой купол, смотреть на который в солнечную погоду – а таковая здесь круглый год – почти невозможно. Судя по надписи над входом, построена она ещё в пятнадцатом веке.
Маленькая стрелка на часах, встроенных в приборную панель, замерла ровно на трёх. «Пора бы ему появиться!» – подумал Сергей. В это время кто—то стукнул в боковое стекло.
– Хелло! – на лице Сэма как всегда сияла улыбка.
Сергей открыл дверцу:
– Послушай, Сэм, у тебя бывает когда—нибудь дурное настроение?
– К чему? Чудесная погода и жизнь прекрасна! – сказал он, садясь рядом.
Сергей не во всём был с ним согласен, но перечить не стал. Вместо этого запустил мотор.
– Отъедем отсюда, думаю, тебе есть, что рассказать.
– Зачем, чудесный вид, – Сэм указал на мечеть.
– Я слишком долго здесь торчу,– сказал Московских, хотя не прошло и пяти минут, как подъехал. – Не стоит привлекать внимание.
– O кей, – засмеялся Сэм. – Мне, кажется, ты думаешь, не привёл ли этот молокосос за собой «хвост». Верно?
– Примерно.
– О, об этом можешь не беспокоиться. Вчера за мной действительно следили, и надо сказать, делали это весьма бесцеремонно – буквально наступали на пятки. Но сегодня, как это ни странно, горизонт чист.
– И всё же не стоит недооценивать противника, – сказал Московских, останавливаясь в конце тихой улочки, где окна домов выходили на другую сторону. – Ну, теперь поговорим, – повернулся к Холтону. – Ты там был?
Сэм кивнул:
– И провёл утро скучнейшем образом. Все эти лаборатории, склады, бесконечные коридоры…
– Так—таки ничего интересного?
– Как же, кое-что…
– И? Не тяни.
– Дверь, или, вернее, люк. Кстати, мои высокопоставленные спутники, её так и не заметили. Неподалёку околачивался охранник, хотя, в других местах их не было. Разумеется, эту дверь для нас не открыли.
– Постой, постой, – перебил Московских. – Давай всё по порядку, – он вынул из бардачка и развернул план объекта. – В первую очередь меня интересует охрана.
– О, охраны как раз и не было, если не считать «манекена» у ворот с кобурой на животе и того, в коридоре. Но там есть кое-что другое.
– Что же?
– На каждом углу торчат кронштейны, на которые что-то собираются крепить, уверен, что видеокамеры.
– Так, этого стоило ожидать.
– Правда, ни одной камеры я не видел, – продолжал Сэм. – Но думаю, сегодня—завтра они будут на месте.
– Если есть видеокамеры, то где-то должна быть мониторная? – спросил Сергей.
– Как же, как же, вот здесь, – Холтон поставил крестик на карте. – Правда и тут нас пытались провести мимо, но ты же знаешь – журналисты народ дотошный.
– Хорошо, думаю, они не успеют смонтировать видеокамеры, во всяком случае, не все. Так, теперь меня интересует сигнализация?
– Во дворе я видел несколько датчиков, но внутри её, по-моему, нет. И всё же надо готовиться к худшему.
– Д-а-а, – задумчиво протянул Сергей, изучая план с пометками Сэма. – С живой охраной мороки было бы меньше.
– Серж, мне кажется, придётся иметь дело и с живой охраной. Наверняка после нашего ухода её усилили.
– Посмотрим, посмотрим. Меня больше занимает сигнализация. Как правило, на таких объектах она довольно хитрая.
– O кей, сигнализацию я беру на себя. Мне кажется, я смогу её, как это?.. Вырубить.
– Каким образом?
– В моей машине установлено специальное оборудование. Это своеобразная передвижная станция. Она создаёт помехи.
– Да, я слышал об этой системе. Что ж, очень хорошо. Тогда придётся немного откорректировать наш план. Где твоя машина?
– На стоянке. В двух кварталах отсюда.
– Хорошо. Я буду ждать здесь. Проедешь, не останавливаясь, а на соседней улице я к тебе подсяду.
– Да, – кивнул Сэм и вылез из машины.
Сергей отогнал автомобиль в подземный гараж, который находился рядом с мечетью, взял с заднего сиденья большую спортивную сумку и, проверив запоры, вновь вернулся на ту улочку.
Вскоре появился Сэм. Как и договаривались, медленно проехал мимо и свернул за угол. Выждав некоторое время, Московских присоединился к своему американскому коллеге.
Покружив по городу ещё немного, перепроверяя, нет ли слежки, они выехали за его пределы.
– Кстати, – сказал Сергей, когда машина неслась по загородному шоссе. – Вчера вечером из госпиталя вывезли партию людей. Думаю, их отправили на нашу фармацевтическую фабрику.
На это Сэм ничего не ответил, лишь сильнее сжав руль.
Глава 8
ТРЕВОГА НА «ФАБРИКЕ»
Машина остановилась посреди степи. До самого горизонта тянулась однообразный пейзаж; кое-где торчали кустики низкого колючего кустарника, да ещё редкие уродливые деревца. Последние лучи закатного солнца освещали землю.
Сергей и Сэм вышли из машины и взобрались на ближайший холм Вдали, виднелись какие-то постройки, но что это, невозможно было понять. Московских вынул «подзорную трубу» и долго изучал непонятное сооружение.
Солнце скрылось окончательно. Постепенно пустыня из алой превратилась в темно-багровую, а потом в бурую. У подножия барханов тень сгустилась до полной непроницаемости. Вдали вспыхнул искусственный свет.
Наконец, Московских оторвался от трубки:
– По-моему, можно подъехать ближе.
–Хорошо.
Они спустились с бархана и вновь сели в машину.
– Фары зажигать не стоит, – предупредил Сергей.
Холтон кивнул и повернул ключ зажигания.
Вторично остановились они примерно в полумили от строения, в тени небольшого холма.
– Надеюсь, нас не заметили, – произнёс Сергей, осматриваясь по сторонам.
Сэм на это ничего не сказал, открыв какую-то крышечку на панели приборов и сосредоточенно копаясь в углублении.
С минуту Сергей наблюдал за его действиями, потом озабоченно сказал:
– Надеюсь, твоя система сработает.
– Не беспокойся, Серж, держу пари…
Московских пожал плечами и достал с заднего сиденья сумку.
Когда Сэм со словами «у меня всё готово» повернулся к напарнику, то так и остался с полуоткрытым ртом. Рядом с ним сидел не человек, но тень от него, едва различимая на фоне чёрно—синего неба. Сергей стянул с головы маску, и Холтон облегчённо вздохнул:
– Серж, иногда ты меня просто шокируешь.
– Да, эта ткань не отражает света. В темноте и даже в сумерках костюм очень эффективен, – Московских посерьёзнел. – Но боюсь, здесь он мало поможет. Там, он кивнул в сторону базы, – светло, как днём.
– Да-а, – протянул Сэм. – Неплохо, если бы он был ещё пуленепробиваем.
На что Московских ответил:
– Не всё коту масленица. Ну ладно, назвался груздем – полезай в кузов, – затем вновь перешёл на английский. – Если у тебя всё готово… Сверим часы, – он поднёс руку к глазам. – Сейчас двадцать три пятьдесят. Ровно в полночь включай свою систему. Я надеюсь… Ну ладно, пошёл.
– O кей, не беспокойся, счастливо!
Сергей отворил дверцу и сразу растворился в темноте.
Умело маскируясь, он вскоре достиг каменной стены, огораживающей так называемый фармацевтический завод, и залег в нескольких метрах от неё. По её верху, по всей видимости, была натянута колючая проволока, но ради комиссии ООН, снята и ещё не установлена обратно. Сергей взглядом измерил высоту стены. Ну что ж, приходилось преодолевать и более труднодоступные препятствия, физическую форму он ещё не растерял, во всяком случае, надеялся на это.
Но оставалось другое препятствие. Ещё когда он наблюдал за объектом в «подзорную трубу», заметил две пары охранников, постоянно ходивших вокруг базы. Когда одна пара скрывалась за углом, ровно через минуту, появлялась другая. (Сэм оказался прав; в вечернее время охрану усилили.) И в эту минутку, или, в так называемую «мёртвую зону», он и должен взобраться на забор.
Сергей взглянул на часы, до полуночи оставалась минута. Услышал голоса, разговаривали двое на местном наречии. Осторожно выглянул из укрытия; мимо проходили два охранника. Да, он всё верно рассчитал, скоро охранники должны скрыться за углом, и… Взглянул на часы. Пора! Сергей рванулся вперёд и в мгновение ока вскарабкался на стену. Сделать это оказалось не так уж и сложно; кладка оказалась старая, с многочисленными трещинами и выбоинами. Он распластался на верху, благо ширина забора позволяла, и взглянул во двор. Как ни странно, похоже, на вышке никого не было; луч прожектора замер на одном месте. Метрах в десяти от забора стояло неприметное одноэтажное здание. От обыкновенного барака его отличали разве что размеры и странное сооружение на крыше, представляющее собой отливающий металлическим блеском куб. Похоже замаскированный радар или спутниковая антенна.
Ужом он соскользнул со стены и быстро пересёк двор, остановившись в нише, которую заприметил ранее. Переведя дух, оглянулся назад. Без сомнения только что преодолел сложную систему сигнализации. Он заметил несколько датчиков, расположенных в шахматном порядке. Но, тем не менее, ничего не произошло. Это означало одно из двух; или сигнализация ещё не подключена, или, аппаратура Сэма действует безукоризненно. Сергей вновь повернулся к двери, которая находилась в нише, и занялся замком.
Это был обыкновенный амбарный замок, который явно давно не открывали, в нескольких местах основательно проржавевший.
Через минуту замок поддался. Сергей осторожно потянул за скобу, дверь предательски заскрипела. Когда образовалась достаточная щель, он протиснулся внутрь и оказался в начале, или, вернее, в конце слабо освещённого коридора. Попытался сориентироваться, похоже, это крыло, отведёно под склады. Перед глазами стоял внутренний план с подробными пометками Сэма. По бокам коридора, через одинаковое расстояния, находились двери.
«Так, отлично, кажется, не ошибся. Теперь направо». – Здесь освещение было более ярким, но и более контрастным. Через каждые пять метров Сергей попадал в полосу яркого света, потом почти сплошного мрака, во всяком случае, так казалось, и никак не мог решить кому выгодней такое освещение: ему или охранникам. Постоянно слышал тяжёлую поступь. Шум шагов то отдалялся, то приближался, но того, кто создавал его, пока не видел.
Через несколько шагов Сергей заметил первую видеокамеру, нацеленную серым выпуклым глазом прямо на него. Благо находился он в тёмной части коридора и вряд ли его заметили. Но рисковать всё же не стоило; надо отыскать мониторную. Она должна находиться где-то здесь. Не успел так подумать, как в нескольких метрах от него открылась дверь, и человек в сером халате быстрым шагом направился в противоположную сторону. Реакция разведчика была мгновенной. Выхватил авторучку и направил её в сторону уходившего. Нельзя позволить этому человеку уйти. Так как Сергей впервые пользовался подобным оружием, результат оказался несколько неожиданным для него. Человек на мгновение замер, как будто наткнулся на невидимую преграду, затем, не издав ни звука, не подгибая даже колен, рухнул на пол. Единственным недостатком в этой «экзекуции» было то, что при падении «жертва» произвела слишком много шума, который мог быть услышан коллегами. Поэтому, Сергей подкрался к двери и осторожно заглянул в комнату.
Да, он не ошибся – это была мониторная. У двух десятков дисплеев, расположенных вдоль противоположной стены, суетились два человека. Шума от падения коллеги они не слышали, или же не обратили на него внимания. Сергей правильно сделал, что не позволил уйти первому, так как тот явно спешил за помощью. Экраны одних мониторов совсем ничего не показывали, возможно, были отключены, по другим бегали косые чёрные полосы.
В следующую секунду и этих двоих постигла участь их товарища. Сергей втащил в комнату первую «жертву» и, на всякий случай, связал всех обрывками телевизионного кабеля. Предварительно убедившись, что в коридоре никого нет, выскользнул из мониторной. Теперь предстояло самое трудное отыскать люк, о котором говорил Сэм.
Звук шагов приближался. Они явно принадлежали военному; только армейские ботинки способны производить столько шума. Но пока Сергей никого не видел, и это сильно беспокоило. Топот уже совсем рядом; не хватало ещё столкнуться с охранником нос к носу! Может быть, во всём виновато неровное освещение? Сергей прижался к стене, желая слиться с ней воедино, и в это время, буквально в трёх шагах от него, возник охранник, как будто вышел из стены. В следующую секунду Московских понял, что тот появился из-за поворота коридора, или, вернее, ответвления, которое он не заметил. Реакция разведчика была мгновенной – невидимый луч поразил стража. Сергей бросился вперёд, чтобы подхватить охранника.
Уложив бесчувственное тело вдоль стены, он стал внимательно, сантиметр за сантиметром, обследовать пол и стены, ища потайную дверь. Появление охранника только подтвердило, что та должна находиться где-то здесь. Долго Сергей ничего не обнаруживал, пришлось прибегнуть даже к помощи фонаря. Наконец, у основания стены заметил тонкую, не толще нити, щель, которая тянулась дальше по полу и частично по стене. При ближайшем рассмотрении это оказалась замаскированная дверь или люк, который имел чуть продолговатую, почти круглую конфигурацию. Он удивился: как это Сэм заметил её?! Может быть, днём здесь светлее? Нет, вряд ли. Поверхность двери была совершенно гладкой, ни малейшего намёка на выступ или углубление, за которое можно уцепится. Тщательно обследовал стену справа от двери—люка, и вскоре нашёл то, что искал – раздвижную панель, за которой размещался цифровой пульт. Сергей удовлетворённо улыбнулся: «Не оригинально, господа!» Чтобы открыть люк, необходимо набрать код. В его снаряжении было приспособление, представляющее собой тонкую пластинку, со сложным выступающим орнаментом, внешне напоминающую микросхему. Абрамцев, передавший её вчера Сергею называл это электронной отмычкой.