Николай Александрович Метельский
Без масок

– Даже не знаю, обижаться мне на эти слова или не обижаться? – вздохнула Атарашики.

И так естественно это было сказано, что я даже в первое мгновение не понял, что услышал.

– Сложный выбор… – произнес я. – Кстати, ученичество у Цуцуи и Казуки напомнили мне об одном вопросе, который я хотел с тобой обсудить.

– Внимательно слушаю, – кивнула она.

– Как думаешь, может, нам стоит осторожно раскрыть патриаршество парня? Не когда-нибудь потом, а в ближайшее время.

– Зачем? – удивилась она. – Это же… Зачем раскрывать все карты?

– Ну… – задумался я, выстраивая в голове доводы. – В основном по трем причинам. Во-первых, с каждым годом скрывать его силы будет все неудобнее. И сложнее. Во-вторых… Понимаешь, чисто с моральной точки зрения я ничего не имею против делания детей на стороне. Особенно если это выгодно. Но вот когда дело заходит о конкретике… Как-то мне не хочется этим заниматься. То есть смотрю я на предложение, понимаю, что оно выгодное, но… Жду чего-то еще более выгодного. Как-то это… В общем, пока идут разговоры, все нормально, как только нужно принимать решение – сдаю назад.

– Это все жадность, – хмыкнула Атарашики.

– Жадность? – посмотрел я на нее. – Может, и жадность. В общем, мне нужен Казуки. Для вполне определенных вещей. Ну и, в-третьих, он может стать отличным отвлекающим маневром. Если у нас с Сакураями все получится, нужно будет что-то, что отвлечет внимание общественности. Если не раскрывать парня официально, а устроить ряд утечек, то минимум пару месяцев мы выиграем. Пусть лучше смотрят сюда, а не на Рюкю.

– Хм, – задумалась Атарашики. – Звучит логично. Я бы к этому еще что-нибудь добавила. В смысле, парочку каких-нибудь громких событий.

– Я об этом в первую очередь и подумал, – усмехнулся я, – но громкие события не так-то просто организовать, как ни странно. Если, конечно, репутацию себе не портить.

Помолчали. Я продолжал гладить кота, а старушка активно что-то обдумывала.

– С громкими событиями я могу помочь, – нарушила Атарашики тишину. – Ты прав, что-то такое, о чем будут говорить, но что не затронет нашу честь и репутацию, придумать непросто. Во всяком случае, настолько громких, чтобы абсолютно все обратили на это внимание. Но с Казуки… Просто чтобы организовать информационный шум… Для начала можно найти тебе официальную любовницу.

– Что? Хотя… продолжай. Вопросы потом.

Умеет она удивлять.

– В качестве любовницы лучше всего подойдет простолюдинка. В обычной ситуации я бы была против, но у тебя есть эта твоя Акеми. Сойдет. Да и… – поморщилась она. – Откровенно говоря, так мне будет спокойнее. Лишняя женщина, не занимающая место официальной жены, это как раз то, что нужно роду в нашей ситуации. Но это ладно, потом. Далее можно объявить об организации совместно с русскими производства МПД. Но тут тебе придется заранее поработать. (Повторюсь, удивлять Атарашики умеет). – Ну и напоследок… Можно организовать турнир.

Офигеть у нее мозги работают. Я вообще ни фига не понял.

– Какой еще турнир? – спросил я.

– Хотя нет, турнир лучше организовывать после обнародования сил Казуки, – продолжала она задумчиво.

– Атарашики. Какой на фиг турнир?

– Обычный, – глянула она на меня. – Или необычный. Начиная от классического на арене и заканчивая… Ну не знаю. На боевых катерах. Тут главное объявить о призе победителю.

А вот в это я вник с ходу.

– Ребенок от Патриарха, да? – хмыкнул я. – Но тут ты права, сначала надо раскрыть Казуки, а то некрасиво получится – надеются на меня, а ребенок от него.

– Вот и я о том, – кивнула она. – Так что надо что-то другое придумать. Победить бы кого… О! Англичане же новый флот в Малайзию привели.

Это да. Застрявшие там английские кланы вбухивают в войну кучу денег. После морского боя с японскими кланами и малайцами, когда они потеряли большинство кораблей, у них наметились некоторые проблемы, но к настоящему моменту они свой флот восстановили полностью. Даже увеличили. Явно не без помощи Георга.

– Мм… Видишь ли, – начал я, – англичане тебе не малайцы и даже не американцы. Уж с чем-чем, а с флотом у них все хорошо. Что-то захватить мы, возможно, и сумеем, а вот увести это что-то – уже нет. Да и брось, зачем нам с ними ссориться? Они в ответ могут так ударить, что мало никому не покажется. Слишком уж много у меня на Малайзию завязано, а они-то как раз там воюют.

А вот и Бранд вернулся. Судя по тому, как он облизывается, его там и покормить успели.

– Логично, – произнесла она. – Но драка – это хороший повод поговорить о ней. Может, Нагасунэхико?

– Ты там не зазвездилась? – вскинул я брови. – На хрена мне с Нагасунэхико ссориться?

– Ссориться как раз необязательно, – проговорила она задумчиво. – Хотя нет, им это будет невыгодно…

– Так, стоп, – остановил я ее. – Давай на первых двух идеях остановимся. И для начала поясни мне про любовницу.

– А что тут непонятного? – удивилась она. – Официальная любовница. Место жены не занимает, дети твои. В нашем нынешнем положении довольно хороший вариант.

– Как-то оно… – произнес я неуверенно. – Ну а мне-то это зачем?

– Не тебе, а роду, – поправила она меня. – Что-то такое и без повода можно было бы организовать, а тут сразу двух зайцев одной стрелой.

– Акеми, значит, – вздохнул я. – Не факт, что она согласится.

Хотя это уже скорее отговорки. Чует мое сердце, на все она согласится.

– В мире мало женщин, кто отказался бы от подобного, – пожала плечами Атарашики. – Если аристократок не брать. Не согласится эта твоя преступница, согласится кто-то другой. Но эту… пигалицу я хотя бы знаю. Так что лучше она, чем кто-то другой.

– А слуги рода в расчет не берутся? – спросил я.

– Если тебе нужен хороший инфоповод для отвлечения внимания, то да – не берутся, – ответила она и, немного помолчав, добавила: – К тому же, как ни крути, а гены у нее хорошие. Далеко не каждая сможет добиться того, чего добилась она.

Да уж, тут есть о чем подумать. Если уж говорить о любовнице, то и правда, лучше уж пусть будет Акеми. Но это я еще обдумаю, а то уж больно неожиданное предложение. Продолжая поглаживать кота, носком ноги почесал спину улегшегося рядом Бранда, отчего он перевернулся на бок, подставляя пузо.

– Ну а что там с МПД и русскими? – спросил я.

– Ты говорил, что Рахмановы хотели наладить с тобой отношения, – начала она. – А они, насколько я знаю, как раз МПД и занимаются, причем не очень-то и удачно. Я навела справки, техника у них качественная, но средняя по ТТХ. То есть база у них хорошая, и добиться чего-то большего им мешают конкуренты. В это же время у нас есть вся техническая документация на МПД Дориных…

– Не вся, – прервал я ее. – Всего на несколько МПД.

– Пусть так, – кивнула она. – Зато у нас помимо этого еще и несколько инженеров Дориных есть. Причем – серьезных профессионалов.

А ведь она права. Их еще Беркутов в свое время привез. Я тогда даже и не знал, куда их приткнуть.

– Мысль твою я понял, сам о чем-то таком думал, – произнес я. – Но подобные… кооперации не создаются по щелчку пальцев.

– А то я не знаю, – хмыкнула она. – Но нам и не нужен мгновенный результат. Важно донести до общественности, что мы над этим работаем. И результатам этих работ рады.

Хм, может прокатить. Да не, должно прокатить. За русскими давно закрепилась репутация если и не лидера, то очень серьезного игрока на рынке военных технологий. Новость о том, что кто-то из своих начал переговоры о создании совместного дела с таким игроком, точно всколыхнет японскую аристократию. Вряд ли надолго, но нам этого и не надо.

М-да… Как же жалко, что у Атарашики столь серьезный возраст. Не хочу терять такие мозги в голове такой трудяги. Она ведь реально всеми внутренними делами рода занимается. Больше Атарашики о ресурсах Аматэру не знает никто. Ресурсах не только финансовых, но и тех же людских. Я-то все больше глобальными вещами занят, но эти самые вещи не в последнюю очередь подготавливает мне именно она. К примеру, Эрна. Она пришла ко мне уже с готовым планом, который я просто одобрил, но изначально она подошла именно к Атарашики. При участии старухи этот самый план создавался. Да, сейчас им занимается только Эрна, но сколько еще таких дел, которые положили мне на стол и которые прошли через старческие руки нашей старейшины?

– Что ж, на том и порешим, – произнес я.

this