Нормандия 1944. Битва за плацдармы

Командир 6-й британской воздушно-десантной дивизии генерал-майор Ричард Гэйл.

Высадившись в ночь перед днем «Д», 6-я вдд должна была захватить ряд важных пунктов на фланге берегового плацдарма. В первую очередь, это были ключевые мосты через реку Орн и Канский канал в Бенувиле, которые связывали намеченный район высадки дивизии с пляжами морского десанта. Мосты эти следовало захватить неповрежденными и защищать любой ценой. Во-вторых, десантникам генерала Гэйла необходимо было уничтожить ряд мостов через реку Див, чтобы воспрепятствовать немецким контратакам с востока. В-третьих, дивизии предстояло захватить и удерживать территорию между реками Орн и Див, обезопасив этим левый фланг плацдарма союзников. Последней целью дивизии была артиллерийская батарея в Мервиле, которая по оценкам разведки способна была своим огнем нанести серьезный урон морскому десанту.

В Нормандию подразделения дивизии будут доставлены по частям, в составе нескольких десантных волн. В первую волну на вражеской территории высадятся подразделения «следопытов» – разведчиков зон высадки, передовые отряды каждой из парашютных бригад, а также штурмовой отряд майора Джона Говарда, нацеленный на захват мостов в Бенувиле. Во вторую волну в Нормандию последовательно прибудут две парашютные бригады и часть подразделений поддержки, а также передовые отряды 6-й планерной бригады. Третья волна доставит штаб и артиллерию дивизии, в то время как с четвертой (намеченной на вечер дня «Д») на уже захваченный плацдарм высадятся основные силы 6-й планерной бригады и основная масса подразделений поддержки. Зоны высадки и посадки распределили следующим образом: 5-я парашютная бригада приземлится в зоне DZ «N» севернее Ранвиля, два батальона 3-й парашютной бригады – в DZ «V» северо-восточнее Варавиля, а ее 8-й парашютный батальон – в зоне DZ «K» юго-восточнее Туфревиля. Для штурмовых отрядов майора Говарда были выбраны две зоны посадки (LZ «X» и LZ «Y») в непосредственной близости от целевых мостов, а планеры четвертой волны с пехотой 6-й планерной бригады прибудут в зону LZ «W» на западном берегу Канского канала неподалеку от Сент-Обен.

Британская 3-я пехотная дивизия (участок «Сворд»)

Британская 3-я пехотная дивизия, которой предстояло высадиться на участке «Сворд», была подразделением регулярной армии с богатой событиями историей. Сформированная еще в начале 19 века, она участвовала во всех крупных военных конфликтах Великобритании. В Первую мировую войну дивизия заработала собственное имя «Железная». В 1940 году под командованием генерал-майора Бернарда Монтгомери, который разработал для дивизии новую эмблему в виде двух вписанных один в другой треугольников, «Железная» прибыла на континент как часть британского экспедиционного корпуса. После серии арьергардных боев с наступающими немецкими войсками, она была эвакуирована в Англию, бросив в Дюнкерке весь транспорт и тяжелое вооружение. Следующие четыре года 3-я пд оставалась в Метрополии и посвятила себя подготовке к предстоящему вторжению. Летом 1943 года «Железную» собирались привлечь к участию в операции «Хаски», но в последний момент заменили канадской 1-й пд. В качестве компенсации тогдашнему командиру дивизии генерал-майору Уильяму Рамсдену пообещали, что 3-я дивизия будет в числе первых подразделений британской армии, которые вернутся во Францию в рамках большого вторжения. 3-я пд приступила к обширной программе тренировок по отработке методов и техник штурма береговых укреплений противника и наладила теплые дружеские отношения с экипажами кораблей Королевского ВМФ, которые в скором времени вошли оперативную флотскую группу «S» контр-адмирала Артура Джорджа Тальбота. Приняв 21-ю группу армий, Монтгомери посчитал, что Рамсден не годится на должность командира штурмовой дивизии и заменил его ветераном 8-й армии генерал-майором Томасом Ренни.

3-я пд состояла из трех пехотных бригад – 8-й, 9-й и 185-й. Первые две в 1940 году сражались во Франции под командованием Монтгомери, тогда генерал-майора, 185-я была включена в состав дивизии в 1942 году. Стандартная пехотная бригада британской армии состояла из трех батальонов по четыре стрелковых роты и роты поддержки в каждом. В стрелковой роте было три взвода по три отделения из 10 человек, включая одного солдата с ручным пулеметом «Брэн». Кроме того, каждая стрелковая рота располагала тремя ручными гранатометами PIAT. В роте поддержки было четыре взвода: минометный (шесть 3-дюймовых минометов), транспортный (13 транспортеров «Универсал»), противотанковый (шесть 6-фунтовых орудий) и саперный. Численность батальона составляла 821 человек разных званий. Приданный 3-й пехотной дивизии 2-й пулеметный батальон мидлсекского полка обеспечивал каждую из трех бригад дивизии подразделением огневой поддержки, состоящим из 12 станковых пулеметов «Виккерс» и четырех 4,2-дюймовых минометов. Дивизия располагала бронетанковым разведывательным батальоном из состава Королевского бронетанкового корпуса, который был сформирован из 8-го батальона Королевского полка нортумберлендских фузилеров. Он включал в себя штабной эскадрон и три разведывательных эскадрона. Штабной эскадрон имел противотанковую батарею с восемью 6-фунтовыми орудиями, минометный взвод с шестью 3-дюймовыми минометами, а также взвод связи и административный взвод. Каждый и эскадронов состоял из одного штабного и трех линейных взводов, оснащенных бронеавтомобилями «Хамбер», транспортерами «Универсал» и штурмовым взводом пехоты на полугусеничных бронетранспортерах. В целом батальон располагал 28 полугусеничными бронетранспортерами, 24 «Хамберами» и 63 транспортерами, а списочный состав насчитывал 41 офицера и 755 солдат и сержантов.

Дивизионная артиллерия была разделена на части и придана каждой из пехотных бригад. 76-й полевой артполк поддерживал 8-ю бригаду, 33-й полевой артполк 9-ю бригаду, а 7-й полевой артполк – 185-ю бригаду. Полевые полки имели на вооружении 24 орудия и возимый запас из 144 фугасных снаряда, 16 дымовых снарядов и 12 бронебойных снарядов на каждый ствол. Батарея каждого из полевых артполков поддерживала конкретный пехотный батальон и была вооружена восемью САУ M7 «Прист» американского производства с 105-мм гаубицей, установленной на шасси танка «Шерман». САУ способны были обеспечивать огневую поддержку штурмовым силам во время приближения к берегу, стреляя с палубы своих десантных судов. Ко дню «Д» такая стрельба была хорошо отработана расчетами во время учебных стрельб на учебном полигоне дивизии в Шотландии. Между бригадами были разделены и четыре батареи 20-го противотанкового артполка. В каждой из батарей одним взвод был оснащен американскими САУ М10, а два других – буксируемыми 17-фунтовыми орудиями. 92-й легкий зенитный полк дивизии был сформирован из 7-го батальона лоялистского полка и располагал тремя батареями по три взвода в каждой, вооруженных шестью 40-мм орудиями, что в общей сложности давало 54 орудия в полку. Инженерные подразделения дивизии состояли из трех полевых саперных рот и полевой парковой роты. Полевая парковая рота включала полевую мастерскую и складской взвод и выполняла роль передовой базы для саперных рот, задача которых на первом этапе высадки в Нормандии состояла в расчистке минных полей, уничтожении разного рода препятствий и преград, создании проходов для колесного и гусеничного транспорта. Дополнительно саперам предстояло построить и запустить в эксплуатацию паромную переправу класса 5 и мост Бейли класса 40 через Канский канал и реку Орн в Бенувиле и Ранвиле. Численность полевой саперной роты составляла 257 человек разных званий. Для штурмовых задач дивизия получила под командование 27-ю бронетанковую бригаду бригадира Джорджа Прайор-Палмера с 190 «Шерманами» и 33 «Стюартами». Одно из подразделений бригады – 13/18-й батальон гусарского полка – переоснастили амфибийными танками «Шерман» DD, способными добраться до берега вплавь. Линейные «Шерманы» и «Стюарты» двух других батальонов – стаффордширских йоменов и восточно-риддингских йоменов планировалось доставить на пляжи Нормандии танко-десантными судами. В общей сложности в бригаде было 1200 различных транспортных средств и 3400 человек. Непосредственно на время высадки 3-й пд были подчинены также 1-я бригада специального назначения полковника Саймона Фрейзера лорда Ловата и часть 4-й бригады специального назначения бригадира Бернарда Лестера, которым предстояло выполнить ряд специфических задач, в том числе стремительный марш на соединение с десантными силами 6-й вдд в Бенувиле.

Учитывая масштаб задач дивизии в день «Д», она была дополнена целым рядом специальных подразделений, таких как 5-я отдельная (морской пехоты) батарея бронетанковой поддержки, два отряда боевых пловцов, дополнительные саперные группы для расчистки проходов в препятствиях и, разумеется, инженерно-саперные части 79-й бронетанковой дивизии, снаряженные танками-тральщиками и пестрой смесью «Игрушек Хоббарта». Основная масса приданных подразделений предназначалась для поддержки штурмовых частей, исключение составляла 101-я отдельная группа комендантов пляжей высадки, на которую была возложена задача обеспечивать организованное прибытие личного состава, техники и грузов различных подразделений 1-го корпуса вплоть до дня Д+55.

Участок «Сворд», где предстояло высаживаться подразделениям 3-й пд, простирался от устья реки Орн на востоке до Сент-Обен-сюр-Мер на западе. Планировщики разделили его на четыре сектора, получившие кодовые имена «Обой» (Oboe), «Питер» (Peter), «Квин» (Queen) и «Роджер» (Roger). Каждый из секторов, в свою очередь, дробился на три участка: правый «Грин» (Green), центральный «Уайт» (White) и левый «Ред» (Red). Участок «Сворд» имел специфическую особенность – на небольшом расстоянии от побережья, особенно напротив Лион-сюр-Мер, располагались большие отмели, которые сильно затрудняли приближение к береговой линии. Поэтому первый эшелон войск решили высаживать на отрезке береговой линии между отмелями, по обе стороны от хутора Ла Брешь, то есть в секторах «Квин Ред» и «Квин Уайт». Берег здесь был хорошо доступен с моря и одновременно обеспечивал сравнительно легкий проход в глубину материка, однако ширина пляжей позволяла высадить не более одной бригады одновременно. В качестве такого штурмового подразделения первой волны была избрана 8-я пехотная бригада бригадира Касса, состоящая из 1-го батальона саффолкского полка, 2-го батальона восточно-йоркширского полка и 1-го батальона южно-ланкаширского полка.

Финальный оперативный план 3-й пд, отменявший все прежние инструкции и приказы относительно высадки, был выпущен 14 мая 1944 года. Он определял цели отдельных подразделений дивизии и приданных частей исходя из главной задачи – захвата Кана и переправ через реку Орн. Достигнуть поставленной задачи генерал-майор Ренни намеревался штурмовыми силами (8-я пехотная бригада, 4-й и 41-й батальоны коммандос), силами второго эшелона (185-я пехотная бригада) и резервом (9-я пехотная бригада).

Первыми, в час Ч-5 минут, на берег должны прибыть танки-амфибии 13/18-го батальона гусарского полка. Танко-десантные баржи спустят их на воду примерно в 4,5 км от береговой линии и оставшийся путь до побережья танки проделают своим ходом. Сразу же за танками DD будет доставлена спецтехника 79-й бронетанковой дивизии – танки и инженерные машины 22-го батальона драгунского полка, 2-го батальона полка лондонских йоменов (вестминстерских драгун) и 5-го штурмового батальона полка Королевских инженеров. Бронетехника немедленно приступит к подавлению береговых укреплений, а саперы займутся расчисткой береговых препятствий, чтобы обеспечить быстрый прием последующих элементов дивизии. На это у них будет всего полчаса – затем быстро растущий прилив закроет большинство препятствий. В час Ч+7 минут восемь десантных барж доставят на берег первую волну пехоты: 1-й южно-ланкаширский батальон силами двух рот будет высаживаться в секторе «Квин Уайт», а 2-й Восточно-Йоркширский батальон – в секторе «Квин Ред». В час Ч+20 на берег прибудет еще по две роты каждого батальона. Штурмовым ротам при поддержке танков предстоит подавить сопротивление противника на берегу, в первую очередь, нейтрализовать опорный пункт WN20, получивший в британских документах наименование «Код» (Cod). Как только береговая линия будет зачищена, штурмовые батальоны 8-й бригады пойдут на прорыв к прибрежной дороге, ведущей из Рива Белла в Ба-Лион. Отсюда они выступят к своим целевым объектам в глубине берега: деревням Эрманвиль и Кольвиль, а также опорным пунктам WN14 (британское наименование «Соул» (Sole)) и WN12 («Даймлер» (Daimler)) западнее Уистреама и WN16 («Морис» (Morris)) и WN17 («Хиллман» (Hillman)) – западнее и южнее Кольвиль. В час Ч+25 минут две десантные баржи высадят отряды комендантов пляжей, которым предстоит как можно скорее разобраться с неминуемыми пробками на столь узком участке берега. Подразделения коммандос прибудут сразу за штурмовой волной 8-й бригады. 4-й батальон 1-й бригады специального назначения выдвинется к Уистреаму, чтобы убедиться, что расположенная в городе береговая батарея нейтрализована, а также захватит опорный пункт «Казино Рива Белла». Опорный пункт WN21 (в британских документах «Траут» (Trout)) в Лион-сюр-Мер являлся целью 41-го Королевского батальона военно-морских коммандос из 4-й бригады специального назначения. В час Ч+60 минут прибудут три полка самоходных орудий 3-й пд, а спустя 30 минут – танки двух оставшихся батальонов 27-й бронетанковой бригады. Эти силы придадут дополнительный импульс для продвижения 8-й бригады вглубь материка. Сразу за резервным батальоном 8-й бригады (1-м батальоном саффолкского полка) десантные суда высадят оставшиеся подразделения 1-й бригады специального назначения (3-й и 6-й батальоны коммандос и 45-й Королевский батальон военно-морских коммандос). Им предписывалось немедленно выдвинуться с пляжей к восточному берегу реки Орн и установить контакт с десантниками 6-й вдд.

Как только коменданты наведут порядок на пляжах, примерно в час Ч+120 минут, начнется высадка следующей бригады – 185-й пд бригадира Смита. Трем ее батальонам (2-му уорвикширскому, 1-му Королевскому норфолкскому и 2-му шропширскому) при поддержке танков 27-й бронетанковой бригады предстоит как можно скорее атаковать главную цель дивизии – город Кан, с задачей не только овладеть городом, но и закрепиться на реке Орн южнее. Разработанный командиром бригады оперативный план предусматривал захват Кана в четыре этапа. Сначала мобильная колонна 2-го батальона легкой пехоты шропширского полка при поддержке САУ 41-й противотанковой батареи, танков стаффордширских йоменов и двух взводов танков-тральщиков батальона вестминстерских драгун ворвется в Кан. Главные силы войдут в город на флангах – справа 2-й уорвикширский батальон, слева – 1-й норфолкский. К Ч+4 часа Кан должен быть зачищен от противника, а спустя час к основным силам присоединятся приданные бригаде подразделения буксируемой артиллерии. Резервная бригада 3-й пд – 9-я пехотная бригадира Каннингема – начнет высадку в час Ч+270 минут. Ее три батальона (2-й линкольнширский, 1-й Его Величества батальон шотландских пограничников и 2-й Королевский батальон ольстерских стрелков) при поддержке танков батальона восточно-ридингских йоменов выступят к Кану вдоль правого фланга берегового плацдарма. Если 185-я бригада к этому времени еще не сумеет захватить Кан, 9-я бригада атакует город с запада.

Планирование было тщательным и весьма подробным. Теперь дивизии предстояло воплотить эти планы в жизнь. Для подразделения, которое шло в настоящий бой впервые со времен эвакуации из Дюнкерка в 1940 году, это было непростой задачей.

Немецкие войска в секторе высадки британской 3-й пехотной дивизии

Отчет разведки 3-й британской пехотной дивизии так характеризовал оборонительные усилия противника на участке «Сворд»: «С февраля на побережье отмечено усиление активности, интенсивно возводятся новые препятствия и оборонительные сооружения. Это является следствием январского инспекционного тура Роммеля, который назначен командующим сил противодействия высадке. Основные новые сооружения – подводные препятствия, бетонные укрытия для полевой и средней артиллерии, мощные минные поля. Также наметилась тенденция разворачивать полевые позиции на господствующих высотах в 2–4 км от береговой линии».

Покрываемые приливом препятствия по всему побережью Нормандии имели одинаковую структуру. Внешнюю полосу формировали стальные конструкции, известные как «Элемент С» или «Бельгийские ворота». По большей части это действительно были ворота, демонтированные с бельгийских фортов. Они имели высоту 3–4 метра, а на вертикальных поверхностях конструкций закреплялись противотанковые мины. Ряд «элементов С» располагался примерно в 250 метрах ниже верхней точки прилива. Вторая полоса, состоящая из бетонных, стальных и деревянных надолб, установленных в несколько рядов и снабженных минами, проходила в 25 метрах ближе к берегу. Третий пояс препятствий находился в 120 метрах ниже верхней точки прилива и представлял собой несколько перекрывающих друг друга рядов металлических противотанковых ежей. Все три полосы представляли собой серьезную проблему для штурмовых сил, и включение в первую волну десанта боевых саперных команд было ответом союзников на этот вызов.

По плану Роммеля оборонительная линия в Нормандии должна была состоять из трех зон. Первая объединяла в себя прибрежные препятствия и полосу фортификационных и полевых укреплений сразу за пляжами, окруженную минными полями и проволочными заграждениями. Вторая зона предполагалась как вторая линия фортификационных сооружений, возведенная примерно в 5–7 километрах в глубине побережья. Под третьей зоной обороны Роммель подразумевал мобильные оперативные резервы, способные проводить эффективные контратаки и нейтрализовать возможные прорывы войск противника. Титаническими усилиями немцам удалось практически закончить первую оборонительную зону, хотя Роммель считал, что минных полей и препятствий должно быть больше, а долговременные укрепления необходимо усилить. На участке «Сворд» немцы не стали минировать полосу прилива, а разместили мины выше береговой линии и позади пляжей, а также вокруг прибрежных вилл. В ход шли даже трофейные французские, бельгийские и английские мины, захваченные в 1940 году. Было построено множество фиктивных минных полей, на которых вместо мин в землю закапывались полосы металла, вызывавшие срабатывание штатных войсковых миноискателей. «Заминированные» таким образом поля помечали табличками «Внимание, мины», и саперам союзников понадобилось некоторое время, чтобы по характеру исполнения этих табличек научиться определять, имеют они дело с настоящими минами или их имитацией. Помимо минных полей дюны были практически повсеместно покрыты тройной полосой проволочных заграждений, местами дополненных минами-ловушками и прыгающими минами. Эти достаточно простые, но весьма эффективные препятствия были прикрыты огнем из дотов и полевых позиций выше волнолома, объединенных в опорные пункты. Опорные пункты должны были стать теми экранами, о которые разобьется вторжение союзников.

Повседневную жизнь солдата стационарной береговой дивизии коротко и емко описал в своих воспоминаниях ефрейтор 716-й пд Вернер Байбст: «Одна из наших главных обязанностей состояла в том, чтобы сменами по 2,5 часа дежурить день и ночь, осматривая море. Иногда были воздушные налеты. Потом Роммель подал идею – я слышал, исходила она лично от него – спилить многие из деревьев, которые росли в прибрежных садах. Они должны были стать материалом для «спаржи Роммеля». Это была наша работа – пилить деревья, а затем с помощью лошадей перемещать их ближе к берегу. Потом мы дожидались отлива, чтобы вколотить столбы глубоко в песок. Все делалось без каких-либо механических приспособлений. Это была ужасно трудная работа и требовала большого числа людей. Когда столбы были установлены, на них помещали мины, взрывателем в сторону моря. Все это предназначалось для того, чтобы вывести из строя десантные суда, если те попытаются высадить десант в этом районе. Мы посвятили этим работам весь апрель… В течение дня мы работали на лесоповале, возили бревна к берегу, затем ночью несли вахту на постах, так что у нас почти не оставалось времени на сон. Мы были довольно молоды в то время, 17 или 18 лет, и нам остро необходимы были сон и нормальное питание, но мы не получали ни того, ни другого… Бункеры были примитивны по конструкции, иногда их заменяли обычные землянки, но нам приходилось в них жить. Бомбардировочные рейды сделали невозможным проживать где-то в более комфортабельном месте. Наш бункер был рассчитан на восемь человек, но иногда в него набивалось и двенадцать, что было не слишком-то приятно. Ходить становилось невозможно, а спальные места мало чем отличались от тех, что устроены на подлодках. Санузлы были крайне примитивными, мы редко снимали одежду и сапоги и почти всегда спали одетыми… Меня больше всего пугали налеты авиации. Порой они происходили посреди дня, когда мы работали на берегу, вбивая «спаржу Роммеля», без какого-либо укрытия. Когда прилетали самолеты, нам оставалось только падать лицом вниз и зарываться в песок. Многие из бойцов моего отряда погибли во время таких атак».

Работы над вторым оборонительным поясом находились в зачаточном состоянии. На большинстве участков высадки строительство дотов в глубине побережья еще даже не началось. Однако в секторе британской 3-й пд успели возвести два опорных пункта, которые с некоторой натяжкой можно причислить ко второму оборонительному поясу. Это были два довольно мощных фортификационных комплекса WN16 и WN17 (в классификации союзников «Морис» и «Хиллман»). Первый располагался на юго-восточной окраине Кольвиля и представлял собой позицию четырех казематированных 100-мм орудий. Второй находился южнее, между Кольвилем и высотой 61, и являлся подземным командным пунктом 736-го пехотного полка. Вдоль берега и в глубине побережья во множестве были размещены укрепленные позиции 50-мм и 75-мм орудий. В отдельных местах на бетонные казематы были установлены башни, снятые с устаревших или трофейных танков, а также несколько бронированных колпаков, демонтированных с Линии Мажино (один такой был установлен в Уистреаме). В промежутках между опорными пунктами оборудовали систему траншей, минометных позиций и пулеметных гнезд.

Оборона позиций и защита берега в секторе высадки британской 3-й пд была возложена на 736-й пехотный полк полковника Круга, в состав которого входил 642-й восточный батальон. Полк имел достаточно мощную артиллерийскую поддержку со стороны 1716-го артполка подполковника Кнупе, батареи которого были развернуты в устье реки Орн и в окрестностях Уистреама. Кроме того, полк мог рассчитывать на помощь артиллерии 21-й тд и орудий 305-го зенитного дивизиона, размещенного вдоль гряды Перье. Разведка британской 3-й пд оценила 716-ю пд, частью которой являлся 736-й пехотный полк, как второсортную и обладающую низким боевым духом. В отношении нее была пущена в оборот такая характеристика: «Слишком много бетона и слишком мало желания сражаться». Гораздо больше командование союзников беспокоили танковые резервы немцев. Основной угрозой силам вторжения на участке «Сворд» считалась 21-я тд, которая, по данным разведки союзников, была переброшена в район южнее Кана и могла вступить в бой уже во второй половине дня «Д».

Канадская 3-я пехотная дивизия (Участок «Джуно»)

Второй штурмовой дивизией 1-го британского корпуса была канадская 3-я пд генерал-майора Рода Келлера. Выбор канадской дивизии в качестве подразделения первой волны десанта был абсолютно предсказуем. Канадские войска к этому времени составляли значительную часть армий союзников, размещенных в Великобритании. Кроме того, им уже довелось однажды штурмовать Атлантический вал и ожидалось, что, памятуя о понесенных на галечных пляжах Дьеппа потерях, командиры канадских частей отнесутся к планированию со всей возможной серьезностью.

За десять межвоенных лет канадская армия, заслужившая высокую оценку в ходе Великой войны и со стороны союзников, и со стороны противника, серьезно истощилась и насчитывала к 1939 году только 5000 солдат и офицеров. В условиях полного отсутствия внешней грозы, армия неизбежно превратилась в инструмент решения внутренних проблем и выполняла, главным образом, полицейские функции. Военной подготовке уделялось катастрофически мало времени, а престиж военных упал почти до нуля. Даже признанный самым талантливым канадским офицером генерал-лейтенант Гай Симондс, которому в конечном счете выпало командовать 2-м канадским корпусом, в период между мировыми войнами занимался не столько маневрами и штабными играми, сколько разгоном демонстраций и блокированием забастовок. Не удивительно, что, когда разразилась Вторая мировая, в качестве основы для расширения армии до стандартов военного времени избрали не безликие кадровые батальоны, а хорошо организованные и достаточно мотивированные местные отряды милиции, набиравшиеся из добровольцев. Для подъема боевого духа им были возвращены оригинальные названия полков, овеявших себя славой на полях сражений Великой войны. В состав канадской 3-й пд входили батальоны, набранные из жителей различных областей страны. Королевские виннипегские стрелки, именовавшие себя «Маленькими черными дьяволами», Личные королевские канадские стрелки из Нью-Брунсвика, батальон шодерского полка – один из 15 франкоговорящих канадских батальонов, батальон полка северного побережья, основу которого составляли подразделения милиции, с викторианских времен набиравшиеся из канадцев французского и шотландского происхождения. А в названиях таких подразделений, как полк камерунских горцев Оттавы и Канадский шотландский полк, явно читалась связь с Метрополией. Канадская 3-я пехотная дивизия была создана во Франции в декабре 1915 года. Подразделение участвовало в ряде значительных сражений, в том числе в битве за Амьен, но вскоре после перемирия было расформировано, чтобы вновь обрести плоть и кровь в мае 1940 года.