Незаменимый человек. По следам пропавшего директора

– В лечении Ольги наметился прогресс, сейчас она уже способна слышать окружающих людей, а также воспроизводить на бумаге всё то, что скрывает её подсознание. Несколько лет назад, после автоаварии у девушки открылся портал в иной мир, позволяющий общаться с призраками умерших. Об этом я уже Вам рассказывал.

– Припоминаю.

– Я был у Ольги, поделился с ней обстоятельствами убийства женщины на Ангарской. Если честно, сделал это неосознанно, больше для поддержания беседы, но неожиданно получил результат. Полагаю, что после нашего разговора Ольга смогла пообщаться с призраком убитой и выяснить необходимую для расследования информацию. Кстати процесс создания этих рисунков и записей происходил в присутствии её лечащего врача.

– Никитин, мы с Вами вроде нормальные люди, а занимаемся разного рода мистификациями.

– Наталья Игоревна, скажите, Вы видели фотографию Коневой?

– Конечно.

– Вот, посмотрите. На рисунке это она?

– Сложно сказать, слишком специфичное изображение, но что-то общее есть.

– Ольга подписала: «НИНА МИНИНА». Видите?

– Вижу.

– Второй рисунок. На нём изображён Григорий Стехин и, вероятно, он является убийцей. Вот фоторобот, который Вы мне подарили, сравните.

– Да, похож. И что?

– Как это что? Дело-то раскрыто!

– Никитин, Вы издеваетесь?! Можно ли предъявить это суду?

– Ну…

– Что ну?! Я Вам уже в сотый раз повторяю, суд принимает к рассмотрению только чёткие доказательства и улики. Художественные послания «с того света» таковыми не являются. В нашем деле основным доказательством считается признание Мельниченко, а несовпадение отпечатков пальцев убитой будет списано на ошибки в дактилоскопии. И всё!

– А как же Усов?

– Что Усов?

– По заданию Стехина, он пытался путём угроз повлиять на результат этого дела. Есть протоколы его допросов. А сам Стехин объявлен в розыск!..

– Может завтра Усов заявит о том, что оговорил Григория Стехина, поскольку испугался угроз со стороны оперативников. Учитывая состояние его матери, получит два года условно за хулиганство, и смысла в поиске Стехина не будет.

– Мне кажется, его и так никто искать не собирается.

– Возможно.

– Тогда зачем всё это, Наталья Игоревна?

– Что Вы имеете в виду?

– Зачем мы встречаемся, обсуждаем?..

– Инициатива ведь исходит от Вас. Встречаясь с Вами, я иду у Вас на поводу́. Признаюсь, мне интересно, иногда Вы подкидываете нестандартные идеи.

– Хм.

– Марк Сергеевич, простите меня, – улыбнулась Грачёва. – Вы такой смелый, сильный и благородный. Я признательна, что Вы защитили меня, и полагаю, собираетесь делать это в дальнейшем. Какова Ваша мотивация я не знаю, могу только предположить, что у Вас много свободного времени.

Не знал, что ответить на её откровенность. В одном Грачёва была права, свободного времени у меня слишком много…

После ужина ещё немного мы погуляли в центре. Общались на посторонние темы. Грачёва вспоминала своё счастливое детство, родителей. Я делал вид, что мне интересно, давая волю её словоохотливости. На улице было морозно. Наталья Игоревна, держа меня под руку, очевидно от холода, прижималась ко мне ближе. Было немного неловко, ведь всё время я ощущал мягкость её груди.

– Марк Сергеевич, почему Вы молчите?

– Чего говорить, ведь Вы не верите мне.

– Ой, да перестаньте! Не обижайтесь!

– Я не обижаюсь.

– Знаете, на Вашем лице отпечаталась тоска и печаль, в глазах нет блеска, в действиях нет целеустремлённости, то есть отсутствуют те качества, которые я наблюдала у Вас два года назад, когда мы впервые познакомились. В последнее время мы много общаемся, и мне стала очевидна причина.

– Не понимаю, о чём Вы?

– Марк Сергеевич, Вам нужна женщина.

– Ну…

– Кому, как не мне знать, что такое одиночество, в этом плане стаж у меня довольно-таки большой. Почему бы нам не объединиться и не помочь друг другу.

– Что Вы предлагаете?

– Марк Сергеевич, поймите меня правильно. Я вовсе не собираюсь «прыгать к Вам в койку». Нет, упаси Бог! Речь идёт о человеческих взаимоотношениях. Мы можем быть полезными друг другу, например, иногда по вечерам ходить в театр или кино.

– А ничего, что я люблю Ольгу и всё время думаю о ней.

– Любите на здоровье, кто Вам запрещает. Я вот в свою работу влюблена. Но иногда-то развеяться стоит, а то психика может не выдержать. А после этого кому мы будем нужны? Разве Вы не согласны?

– Не знаю.

– Никитин, по-моему, ещё совсем недавно кто-то просился ко мне в напарники. Или я ошибаюсь?

– Было дело. Но у напарников отношения деловые. Мой интерес состоит в том, чтобы помогать Вам в поиске преступников, обсуждать сложные комбинации и алгоритмы.

– Эх, Марк Сергеевич, всё, конечно, хорошо, но лично мне требуется отвлечение от этих дел. Мне нужен друг, который за меня и в огонь, и в воду. Понимаете?

Я промолчал.

– Ладно, везите меня домой, а то я с Вами тут совсем «околею».

Сели в машину, я завёл двигатель. Пока машина прогревалась, мы молчали. Потом Грачёва позвонила в ответ на пропущенный вызов, и всё время пока ехали, разговаривала по телефону. Остановился у её дома и ещё какое-то время ждал, когда она закончит разговор.

Мы вышли из машины. Грачёва закурила.

– Морозно сегодня, – сказала она, выпуская дым.

– Наталья Игоревна, я готов стать Вашим другом, но только некоторые расследования обсуждать всё равно будем, хотя бы те, по которым я прохожу в качестве свидетеля.

– Само собой, куда ж без этого.

– Есть ещё одно условие.

– Какое?

– Я хочу, чтобы Вы бросили курить.

– Тяжёлый случай, – усмехнулась Грачёва. – А если не брошу, не будете со мной иметь дело?

Я пожал плечами.

– Ладно, Марк Сергеевич, постараюсь бросить, обещаю.

24

В этот воскресный день, не смотря на накопившуюся усталость, проснулся в семь утра без всякого будильника и дольше «разлёживаться» не стал. Принял холодный душ, взбодрился. Сэм занял позицию на кухне, ожидая свой завтрак. Я погладил его, отчего кот громко заурчал. Откупорил очередную банку кошачьих консервов и положил несколько ложек в его миску. Заглянул в холодильник, там было почти пусто, как говорится – «мышь повесилась». Обычно, то немногое, что покупаю в магазине, я съедаю сразу. Впрочем, к своей радости, в нижнем отделении обнаружил пол упаковки куриных яиц, а сверху – четвертинку французского батона. Собственно, чем не завтрак? Хотя, конечно, к этому набору не хватает бекона или колбаски…

Позавтракав яичницей, я стал планировать свой единственный выходной. Но тут раздался звонок телефона.

– Марк Сергеевич, это Темников, – раздалось в трубке. – Не спите уже?

– Нет, – ответил я. – Слушаю Вас.

– Обещал Вам отзвониться. Вчера был потрясающий день с точки зрения изменений, которые произошли с Ольгой. Помните, когда Вы с ней разговаривали и затронули волнующую её тему, девушка заплакала.

– Ольга всегда болезненно реагировала на мои командировки, поскольку из-за этого она была вынуждена оставаться одна.

– Я сейчас говорю о само́м факте проявления подобных эмоций. Кроме того, при вечернем осмотре, я обнаружил, что зрачки стали реагировать на различные раздражители. Также появилось движение глаз, то есть способность отслеживать перемещение предмета в разные стороны. Пусть пока не так явно, но, тем не менее, изменения есть. Понимаете?

– Понимаю.

– Теперь по новым записям, которые Ольга сделала после Вашего ухода.

– Кстати, да. Что там?

– Три листа получилось. Вам обязательно надо на них взглянуть.

– Когда я смогу к Вам приехать?

– Так хоть прямо сейчас. Я уже на рабочем месте.

– Всё, ждите, скоро приеду.

Быстро собрался и выехал в клинику. По приезду застал Виктора Алексеевича в его кабинете.

– Проходите, Марк Сергеевич, – как всегда радушно, встречал он. – Может быть, свежий чай заварить?

– Спасибо, не откажусь.

– Нам надо разобраться в новых рисунках, что наша художница в этот раз «наваяла», – говорил врач, наливая воду в чайник. – Вон глядите у меня на столе. Не стесняйтесь, берите эти листы.

Взял первый рисунок и начал его внимательно изучать. На нём была изображена рука с колющим предметом, напоминавший нож, а рядом надпись: «МАК НЕТ», с явно пропущенной буквой «Р» в первом слове.

– Марк, нет, – проговорил я. – Больше похоже на предостережение.

– Вот и у меня сразу такая же мысль появилась. Ольга считает, что Вам грозит опасность. Это же очевидно.

– Мы с ней обсуждали убийство женщины, а убита она была ножом. По версии Ольги, преступника зовут Гриша, наверно он неплохо владеет холодным оружием, вероятно, его-то мне и стоит опасаться.

– Марк Сергеевич, если Вы чувствуете, что есть опасность для жизни, почему бы Вам не заявить об этом человеке в полицию?

– Что толку? Сведения, исходящие от недееспособных граждан, в данном случае от Ольги, следствием во внимание не принимаются.

– Да, знаю, есть такое дело, – вздохнул доктор.

Стал рассматривать второй лист, где Ольга изобразила человека с окладистой бородой, в больших тёмных очках, закрывающих пол лица. Дальше – надпись: «СИНИЦ ШАТУА».

– Неужели Ольга считает, что Синицын жив?

– Марк Сергеевич, к сожалению, я не знаю историю об этом человеке, а из рисунка сложно сделать какой-либо вывод.

– Виктор Алексеевич, не обращайте внимания, это просто мысли вслух.

– Понятно.

– Нарисованный бородач на Синицына нисколько не похож. Всё это для меня очень странно.

– Почему?

– Видите ли, есть показания участника событий двухлетней давности, который утверждал, что Денис Валерьевич Синицын убит. Правда, тело до сих пор так и не найдено.

– Заметьте, Ольга вновь повторяет слово: «ШАТУА». Может разгадка в нём?

– Как бы узнать, что это за слово. Но ничего, я верю, разгадка найдётся сама по себе.

– Марк Сергеевич, Вы доверяете записям и рисункам Ольги?

– По-моему, Виктор Алексеевич, мы уже говорили на эту тему. Конечно, доверяю.

– А если через некоторое время выяснится, что вся эта живопись – лишь галлюцинация душевнобольного человека, это Вас сильно разочарует?

– Когда выяснится, тогда и поговорим об этом.

– Только не обижайтесь на мои слова ради Бога.

Я взял последний лист.

– Данное послание Ольга посвятила Алсу, – прокомментировал доктор. – Она изобразила её лицо.

– Судя по всему, подруга Евгения Ткачука – женщина симпатичная, – задумчиво произнёс я. – Неудивительно, что он «запал» на неё.

– Алсу – подруга отца Ольги? – уточнил доктор. – Надеюсь, она жива?

– Жива, и я её пытаюсь разыскать.

– Понятно.

Рисунок был подписан «АЛСУ УА». В последнем слове между чётко различимых «У» и «А» Ольга явно пыталась добавить ещё одну букву.

– Здесь надо угадать коротенькое слово, – заметил доктор.

– Уха, уса, ура, уза,… – перебирал я нелепые варианты. – Может быть Уфа?

– Почему бы и нет? Это больше походит на правду. Что, если Ольга информирует нас о её местонахождении?

– То есть мы пытаемся найти Алсу в Екатеринбурге, а здесь намёк на то, что искать следует в Уфе.

– Вполне логично, Марк Сергеевич.

– Да, версия с Уфой мне нравится.

– Ладно, возьмите её работы с собой и разбирайтесь, потом расска́жите. А сейчас предлагаю пройти к нашей художнице в палату.

– Да, непременно.

И мы перешли в палату. Девушка сидела в кресле лицом к окну, на этот раз санитарки не было.

– Ну что, дорогая моя, давай покажем Марку Сергеевичу наши новые навыки, – обратившись к Ольге, сказал доктор.

Он жестом пригласил меня подойти. Достав из кармана инструмент, похожий на стоматологическое зеркало, Темников стал медленно водить им вправо и влево перед лицом девушки. И действительно, я заметил движение глаз в сторону перемещения блестящего предмета.

– Видите, Марк Сергеевич?

– Да.

– Теперь попробуем вверх и вниз. Вот так…. Есть реакция! А это говорит о том, что Ольга нас с Вами не только слышит, но и видит.

– Здо́рово!

– Постепенно, мы будем наращивать интеллектуальную нагрузку, а также различные физические упражнения, при этом снижая дозу психотропных веществ. Главное делать всё очень осторожно. Я надеюсь, что ближе к лету Ольга начнёт выходить из этого состояния. Вопрос только в том, сможет ли она в дальнейшем сама себя обслуживать?

– Как бы там не было, доктор, постарайтесь довести свою работу до конца. Все остальные проблемы мы решим.

– Конечно, Марк Сергеевич, я обещаю.

Часть 2

1

Подготовка к моей командировке прошла без особой суеты. Екатерина собрала все необходимые рабочие материалы и документацию. Я вручил ей дубликаты ключей от своей квартиры, чтобы можно было навещать Сэма. В среду утром вызвал такси и непосредственно перед регистрацией рейса прибыл в аэропорт.

Борт подали без задержек. В салоне ни одного свободного места. Вот самолёт выруливает на взлётную полосу, разбег, отрыв…. И мы уже летим, рассекая кучевые облака, всё больше набирая высоту.

Сидя в удобном кресле, листал свои документы, потом немного вздремнул. Через два с половиной часа объявили о посадке. В московском аэропорту меня встречал менеджер партнёрской компании Иван Ельников.

– Марк Сергеевич, с нашим немцем сегодня пересечься не получится, слишком насыщенная у него программа, – предупредил Иван, когда мы сели в его машину.

– Понимаю.

– Предварительно готовьтесь на завтра, время сообщу ближе к вечеру.

– Что-нибудь известно о его планах?

– Рихарда Шальке сегодня ещё никто не видел. Прилетел он ночью и до сих пор отсыпается. Переговоры с руководством ожидаются после обеда, остальное надо будет уточнять.

– Ладно. Тогда поехали в гостиницу.

Гостиница «Гравор» встречала нас обновлённым интерьером. Обменявшись документами, мы с Иваном расстались. Договорились держать друг друга в курсе по телефону.

Поселился в одноместном номере с видом на тихую улочку. Немного отдохнув с дороги, отобедал в здешнем кафе. Ельников позвонил уже через два часа, сообщил, что в виду важности приехавшего гостя, руководство сегодня не нашло времени для встречи со мной. Однако на завтра запланировано сразу несколько мероприятий, в том числе совещание с участием господина Шальке, где я и буду представлен немецкому гостю.

Чтобы не скучать в четырёх стенах, решил совершить прогулку по Москве. На автобусе проехал несколько остановок, затем на метро добрался до центра. Прошёл мимо стен Кремля, потом «встал» на привычный пеший маршрут в сторону Арбата. Ходил и удивлялся, как за эти два года изменилась столица. Больше стало пешеходных зон, меньше невзрачных ларьков и сомнительных лавочек. На Арбате приобрёл несколько сувениров и оттуда, опять на метро, с пересадкой на автобус, вернулся в свою гостиницу. Позвонил Екатерине, сообщил, что встреча с Шальке состоится завтра. В половине восьмого поужинал в кафе. Закончил этот вечер просмотром новостей.

2

Утром созвонился с Иваном, и он заехал за мной без четверти десять. В офисе нас встречал директор компании, а затем мы расположились в его кабинете и за чашкой чая обсуждали наши дела. Примерно через час прибыл господин Шальке. Нам предложили передислоцироваться в соседнюю более просторную аудиторию, где и было запланировано совещание.

Рихард Шальке – импозантный мужчина лет пятидесяти, с правильными чертами лица, зачёсанными назад светлыми волосами. В стиле его одежды чувствовались элегантность и безупречные аристократические манеры. Вошёл он со своим помощником, вокруг них суетился переводчик. Гость приветствовал всех присутствующих, но не по-немецки, как ожидалось, а по-английски.

Когда все расселись по своим местам, слово взял директор, доложив повестку совещания и по очереди представив собравшихся. Затем он подробно рассказал об истории сотрудничества своего предприятия с европейскими компаниями. Говорить ему приходилось с большими паузами, чтобы подстроиться под переводчика. Немец кивал головой после каждой переведённой фразы.

Закончив с докладом, директор обратился к «большому» гостю:

– Как я уже говорил, господин Шальке, для встречи с Вами из Екатеринбурга к нам прилетел Марк Никитин – руководитель консалтинговой компании «Современные Формы и Решения». Уже два года с этой организацией мы являемся партнёрами. Как Вы знаете, производство на Урале будет запущено в нынешнем году, а через год планируем его выход на полную мощность.

– Что ж, прекрасно, – отвечал немец через переводчика. – Я наслышан о Вашем Екатеринбургском партнёре. Сам лично дал добро на их вариант разработки бизнес-проекта и последующих мероприятий. Я обязательно найду время, и мы побеседуем. А сейчас, господин Никитин, расскажите о своём предприятии. Что собой представляет его структура? Мне интересны основные направления деятельности.

Не стал себя долго упрашивать и «вывалил на головы» присутствующих заранее подготовленную презентацию, особо подчеркнув, что ресурс деятельности нашей компании не ограничивается городом Екатеринбургом и Свердловской областью.

Рихард Шальке по достоинству оценил чёткость и слаженность моего рассказа и что-то пометил в своём блокноте. Потом сам взял слово. Его речь носила несколько высокопарный характер, посвящена была экологическим проблемам, с которыми столкнулись страны Европы. В этом контексте плавно перешёл к своим личным достижениям в плане охраны окружающей среды. Именно он – Шальке – несколько лет назад организовал предприятие, работающее на основе экологически чистых «зелёных» технологиях, производящее такую нужную во всех смыслах продукцию. За всё время работы к сотрудничеству было привлечено более двух десятков предприятий, в том числе из стран Прибалтики, Польши, Белоруссии и, конечно, России. В конце выступления сказал, что не собирается останавливаться на достигнутом. Есть идея запуска производств контейнеров и пластиковой тары ещё в нескольких российских городах.

Дальше по плану докладывал заместитель директора по экономике и финансам. Он детально рассказал об успешных монетарных операциях, которые проводились предприятием за годы сотрудничества с немецкими партнёрами, сделав акцент на том, какие преимущества от совместного ведения бизнеса имеет каждая из сторон.

На этом совещание в расширенном составе было завершено. Для беседы с Шальке директор попросил остаться нескольких человек. Мне дали понять, что немецкий гость встретится со мной примерно через час, а пока я могу пообщаться с Иваном Ельниковым.

– Ну, и как Вам Рихард Шальке? – спросил Иван, когда мы покинули кабинет.

– Нормально, – ответил я дежурной фразой.

– Марк, предлагаю сходить в наш буфет, «побаловаться» чайком с плюшками.

– Не против, только, если прямо сейчас.

Спустились в буфет, подкрепились ароматными булочками, которые выпекал местный кондитер. Возвратившись, разбирали первичную документацию, привезённую мной из Екатеринбурга. Чуть позже к нам присоединилась бухгалтер. В момент обсуждения у Ивана зазвонил телефон. Переговорив не более полминуты, он сказал мне:

– Марк Сергеевич, звонил директор. Шальке ждёт Вас.

Действительно, Шальке ожидал меня в той же аудитории, где проходило утреннее совещание. Помощника с ним не было, только переводчик.

– Присаживайтесь, господин Никитин, – сказал он и указал на кресло напротив.

Потом, посмотрев на часы, спросил:

– Вы, кажется, хотели побеседовать со мной?

– Да, господин Шальке, у меня есть к Вам разговор, который связан с деятельностью нашей компании.

– Слушаю Вас внимательно.

– Сегодня Вы упомянули о планах открытия производственных площадок в России. В связи с этим я хотел предложить Вам сотрудничество в этом вопросе. Имея опыт исследования рынка, расчётов и подготовки бизнес-проектов, пусковых регламентов для производства, подбора и обучения персонала, мы будем полезны Вам. Как Вы знаете, фирма «Современные Формы и Решения» зарекомендовала себя не только в Екатеринбурге, но, если помните, мы приняли участие в запуске Вашего предприятия в Татарстане.

– Да, конечно, я помню.

– С уверенностью могу заявить: ресурсов у нас хватит, чтобы открыть филиал в любом городе нашей страны.

– Это важный момент.

– Господин Шальке, задам Вам смелый вопрос: можем ли мы рассчитывать на то, что наша фирма станет основным партнёром в решении задач консалтинга и проектирования новых производств, которые Вы планируете открыть на территории России?

Когда мои слова были переведены, Шальке немного задумался, потом сказал:

– Вопрос мне понятен, но здесь надо ещё подумать. У Вас в России есть поговорка: «Старый друг лучше новых двух». Не так ли?

– Есть такое.

– Сомнения у меня лишь в одном. Сможете ли Вы быть конкурентоспособны в другом городе?

– Почему нет?

– Опыт открытия производства в Татарстане показывает, что цена услуг Вашей фирмы была намного выше местных компаний, хотя качеством работ я остался доволен.

– Отвечу Вам откровенно: при прежнем руководстве это была ошибочная политика. В нынешней ситуации, мы изменили подход. Могу Вас заверить, если нам удастся договориться, то филиалы будут работать на тех же условиях, что и в Екатеринбурге. Единственно, что при калькуляции заработных плат привлечённых специалистов, будет введён поправочный коэффициент, зависящий от прожиточного минимума отдельно взятого региона России.

– Ну, хорошо. Наш разговор не останется забытым. Когда мы будем искать партнёров, я обязательно дам Вам знать. Если цена устроит, то милости просим.

– Пожалуй, заключительный вопрос, если позволите…

– Ну, конечно, задавайте.

– Скажите, какой город Вы рассматриваете для открытия нового производства в ближайшее время?

– Завтра я должен быть в Смоленске. Там на базе одного из предприятий планируется запустить совместный с поляками проект.

– В Смоленске?

– Да. Вас это удивляет, господин Никитин?

– Нет, просто…

Я немного запнулся, не зная, как аргументировать свою реакцию. Ведь, когда прозвучало слово «Смоленск», ассоциативно в голове всплыла мысль о Григории Стехине. Тем не менее, я собрался с мыслями и ответил:

– Просто у меня также намечаются личные дела в Смоленской области.

– Вот как? – удивился Шальке. – В таком случае, господин Никитин, может, составите мне компанию в этой поездке? Мы с Вами могли бы больше времени уделить нашему общению.

– Предложение весьма заманчиво, но, чтобы дать Вам чёткий ответ, мне необходимо сделать пару звонков, чтобы согласовать поездку с коллегами.

– О, понимаю! Моё приглашение для Вас неожиданно.

– Признаюсь, да.

– Конечно, конечно, звоните. Время ещё есть…

Покинул кабинет, пообещав Шальке принять решение в течение часа.

3

– Катя, привет, – говорил я, позвонив Екатерине Артюх.

– Привет, Марк! Жду с нетерпением от тебя новостей. Уже общался с Шальке?

– Да, общался. Рассказывать долго, много нюансов. Но сейчас я звоню по другому поводу. Представляешь, он пригласил меня съездить с ним в Смоленск.

– В Смоленск? Зачем?

– В ближайшее время немцы планируют открыть там новый завод. Звоню, чтобы посоветоваться с тобой. Как думаешь, стоит ехать?

– А Шальке чего от тебя хочет? Перспективы хоть какие-то наклёвываются?

– Сложно сказать. Берёт меня в свою компанию пока в качестве собеседника.

– Марк, мне кажется, стоит съездить. Постараюсь оперативно навести справки о конкурентах на этой территории, оценю наши шансы. Отправлю для тебя информацию по электронной почте на адрес Ивана Ельникова.