Семья

Как только мы зашли в комнату, стало понятно, что было незачем так красться: мужчина в полной отключке. Напротив кровати шумел телевизор, а на полу валялись обугленные окурки и пустые бутылки. Я достал плотный пакет и подошёл ближе к кровати. Джерард затянул шторы на окне, а Марк присел рядом с мужчиной и сжал его руки. В руке Эммы уже было плотное полотенце – девочка положила его на шею спящего алкоголика, а я резко натянул пакет на его голову. Он начал брыкаться, как баран, которого вот-вот пустят на фарш. Мужчина оказался достаточно сильным: братья с большим трудом сдерживали его, пока тот захлебывался в собственной слюне. Эмма заметно нервничала, но не сводила взгляда с лица жертвы. Её рука не прекращала трястись от страха. Всё продлилось около минуты – и вот, наконец, жертва перестала дышать. Хватка ослабла, и мы отпустили мёртвое тело. Я убрал пакет с лица, проверил пульс. Мужчина мёртв. Дело сделано. Теперь осталось только осторожно уйти.

Мы убрали полотенце. На шее не было ни малейшего следа. Джерард повернул тело на бок и вложил в руку сигарету. Эмма прикрыла его рот. Шторы снова раздвинуты. Эмма достала какое-то средство и протёрла пол, удаляя наши следы. Мы сняли перчатки и по одному вышли из дома. Эмма добралась до машины первой, завела её – и, как только последняя дверь закрылась, дала газу.

Мы вошли на порог дома с прекрасным, освежающим чувством свободы. Я держался за голову, находясь в шоковом состоянии. Марк налил стакан любимого виски и выпил залпом:

– О, чёрт.… Вот это адреналин!

– Да… Оно того стоило! – устроившись на диване, сказала Эмма.

– Ну, брат, начало положено. Я надеюсь, ты ни о чём не жалеешь, – Джерард лёг рядом с Эммой и положил голову на её колени. – Пока ты сидел в своём кабинете, мы всё думали: когда ты решишься? Значит, не прогадали, Рэй. Именно ты должен был начать этот путь.

Марк допивал виски и протянул по стакану каждому из нас:

– Ну что, отметим нашу первую победу! Я хочу выпить за вас, друзья мои! За наше взаимопонимание и верность друг другу. Хочу, чтобы впереди нас ожидало только светлое будущее!

Стаканы загремели, а праздник не кончался всю ночь. В ту ночь я заснул, как младенец. Меня переполняло возбуждение. Я не жалел этого человека, не жалел его друзей и знакомых. Мне стало понятно, что сегодня мы сделали мир немного лучше таким маленьким поступком.

Марк иногда приводил в дом своих многочисленных пассий, и эта ночь не была исключением. Вместе с Джерардом и Эммой они допивали остатки виски у озера, пока эти двое не удалились в дом, устроившись возле камина.

– Ну, ты как? – спросил её Джерард.

– Пока не совсем понимаю, что произошло, но мне понравилось, Джерри. Этот мужчина напомнил мне историю про доктора Эвана – Марк не даёт мне её забыть. Когда это животное посмотрело на меня, я увидела страх, такой же, какой испытывал Дени. Теперь всё встанет на свои места. Может быть, мы и нужны для того, чтобы давать людям то, что они заслуживают. Теперь ты не считаешь себя плохим человеком?

– О, ты застаёшь меня врасплох. Я был пьян! А когда я пьян, лучше побыстрее меня заткнуть.

– Ты всегда пьян, Джерри. Но я помню каждое твоё слово. Ты не ответил.

– Я останусь для тебя самым плохим человеком, раз ты меня за это любишь!

– Ну хорошо, ковбой! Надо закругляться, я уже на ногах не стою, – Эмма выпила ещё глоток, хлопнула его по плечу и встала с дивана.

– Доброй ночи, Джерри, – Эмма поднялась наверх и закрыла дверь.

– Доброй ночи, детка, – сидя на диване, произнёс Джерард.

Тогда я не понимал, что эти безобидные разговоры могут закончиться чем-то иным.

Утром моя голова раскалывалась от боли. Я знал, что мне остаётся лишь ждать, когда Дени сообщит мне о трагедии. Он не заставил себя ждать: раздался звонок, и я поспешил снять трубку. Мальчик звонил со стационарного телефона в двух милях от дома. Он произнёс лишь одно слово:

– Спасибо.

Улыбнувшись, я повесил трубку. Через две недели ко мне на приём записалась его тётя. Она поблагодарила меня, рассказала, что суд назначил её опекуном как единственного родственника. О другом женщина просто не могла мечтать. Официальной причиной смерти этого животного стала остановка сердца от передозировки алкоголем. Никто и подумать не мог, что его могли убить.

Я приехал навестить Дени через месяц после произошедшего. Ну что я могу сказать: у мальчика даже цвет лица изменился. Я впервые увидел улыбку – Дени успел немного поправиться, а главное, стал по-настоящему счастлив. Моё обещание сдержано.

Время шло, а мне всё больше хотелось продолжать. Я часто наблюдал за этими тремя. Каждое утро они выходили во двор, чтобы тренироваться. Джерард был уверен, что Эмме необходима подготовка. Марк достаточно хорошо натренировал её в плане боёв, но этого было мало. Девочка должна научиться выходить из самых сложных ситуаций.

Марк и Джерард устраивали ей различные испытания, пока не добились того, что она проходила их лучше, чем они. Джерард впервые дал Эмме пистолет. С этого и началось всё самое интересное. Девочка стреляла всегда один раз: очень долго прицеливаясь, попадая прямо в десятку. Марк подарил ей самодельный нож, который впоследствии Эмма носила с собой на протяжении всей жизни. Нож был позолочен, а на рукоятке высечен беркут, олицетворяющий свободу и независимость. Мы вместе выезжали в поля, чтобы отрабатывать точность стрельбы. Спустя три месяца усердного труда мы были полностью готовы к более сложным заданиям.

Сейчас в моих руках находится база данных самых разыскиваемых преступников – со многими из них мне приходилось иметь тесный контакт. Три раза в неделю я бываю в психиатрической больнице, и моей задачей остаётся определить, лжёт человек или нет. В большинстве случаев они, естественно, притворялись, чтобы избежать тюрьмы. Ведь содержание в лечебнице гораздо приятнее нахождения в камере. Это тяжелая работа, но она показывает мне всю суть падшего человека. Таких людей можно расстреливать пачками, но, к сожалению, закон не позволяет. Я достиг многого, пока жил один, а теперь могу пустить все свои возможности и знания в нужное дело.

Наконец, я придумал новый план, который поможет нам всем продвинуться гораздо дальше. Этот шаг довольно рискованный, но без этого не обойтись. Я долго искал людей, которые подойдут под все параметры. Мне нужны одинокие, безжалостные преступники, которые достаточно натворили, чтобы мы могли решить, достойны ли они продолжать жить. У меня есть только одно правило – никогда не трогать женщин, хотя, возможно, в будущем я нарушу его. Меня заинтересовали досье четырёх человек, разыскиваемых или уже найденных полицией, по разным причинам. Всё же одна женщина попала в этот список:

– Брайан Альберт Холл. Дата рождения: 02.09.1955 г. Место рождения: Вудберн, округ Мэрион, штат Орегон, США. Гражданство: США. Бывший офицер. Разыскивается за мошенничество в крупных размерах, а также за похищение и убийство людей. Ограбил 16 банков, в ходе преступной деятельности убил 5 человек. После поимки был помещён в тюремное заключение и освобождён под залог через четыре года (в деле имелись все признаки коррупционной составляющей). Возможное местонахождение: Канада, провинция Саскачеван.

– Стэн Абрахам Флорес. Дата рождения: 23.05.1965 г. Место рождения: Чикаго, штат Иллинойс, США. Гражданство: США. Учился в медицинской академии. Получил учёную степень. Стал детским психологом. Разыскивался за насилие, похищение и убийство подростков в возрасте от 12 до 14 лет. Был признан невменяемым и в настоящее время находится на принудительном лечении в психиатрической больнице Маклина (Бостон).

– Мариса Элизабет Рейес. Дата рождения: 07.06.1968 г. Место рождения: Риверсайд, штат Калифорния. США. Гражданство: США. Держит собственный бордель в Бостоне. Продает тяжёлые наркотики клиентам. По слухам, некоторых девушек продаёт в рабство богатым постояльцам. Снимает компрометирующий материал и шантажирует клиентов. Контролирует крупный район в Бостоне, на территории которого регулярно обнаруживают трупы.

– Сет Уильям Блэк. Дата рождения: 20.05.1971 г. Место рождения: Хуарес, штат Чиуауа, Мексика. Гражданство: Мексика, США. Эмигрировал из Мексики вместе с братом после смерти родителей. Разыскивался в Бостоне за грабежи и разбои. В перестрелке застрелил ребёнка «по неосторожности», что неоднократно оспаривалось в суде. В результате был помещён в тюрьму на 10 лет. В 1997 году освобождён из-под стражи. В настоящий момент проживает в Бостоне, работая на предприятии по химчистке одежды. Самый спорный кандидат.

Для этих людей я готовил целое испытание, но мне нужно время для полного анализа ситуации. Конечно, решать, лишать их жизни или нет, должны именно мы! Каждый из моей семьи сделает свой выбор самостоятельно, без помощи других – для этого я и готовлю «долгую аферу».

Вся семья собралась за ужином. Эмма ставила блюда перед каждым из нас. Откусив кусок индейки, Джерард начал разговор:

– Сегодня в баре я снова заметил одного парня со стволом. Он не в первый раз посещает заведение. Его зовут Том. В общем, этот Том часто рассказывает нашему бармену о своих похождениях к женщинам. Любит связывать их, насиловать, а потом отпускать. Одну девушку он всё-таки убил. Говорит: «Сучки боятся, когда я достаю пистолет». Как этот ублюдок до сих пор копам не попался, не понимаю!

– Может, он и сам коп? Не думал об этом? – ответил Марк.

– В этом грёбаном городе может быть и такое, – Джерард положил приборы на стол, вздохнул. – Завтра он должен ехать к себе на родину, в Техас, но перед этим не забудет посетить мой бар.

Я решил вмешаться:

– Хочешь проследить за ним? Думаю, он занимается этим на постоянной основе. Можем попробовать – с отцом Дени вроде вышло без последствий, – Эмма, что ты думаешь об этом?

Эмма повернулась, держа в руке стакан и тщательно протирая его полотенцем, ответила:

– Если вы уверены, что этот человек подходит, – я с вами.

Следующим вечером мы пришли в бар, чтобы немного узнать об этом Томе. Все расселись по залу, наблюдая за его действиями. Весь вечер мы были полностью сосредоточены на разговорах. Джерард сидел за барной стойкой, а возле него находилась наша следующая жертва. Том уже прилично накидался, но свои разговорчики припас напоследок. Мы не разработали никакого плана, а просто решили наблюдать. Эмма находилась за барной стойкой в этот вечер вместе с нашим барменом Стивом.

– Что ещё желаешь? – Эмма заговорила с Томом.

– Я ра-нь-ше не ви-дел тебя здесь, ты но-венькая? – Том еле выговаривал каждое слово, но смысл был понятен.

– Я помогаю иногда Стиву, когда есть свободное время, – она подвинула ещё один стакан.

– Я да-вно те-бя при-при –… ПРИ-МЕ-ТИЛ! – Том прижал рукой голову и пытался смотреть прямо на неё. – Прогуляться не хочешь? Как те-бя зовут?

– Сэмми, – нагнувшись к его уху, еле слышно произнесла Эмма, – я скоро заканчиваю работу.

Том попытался встать, но это с трудом выходило. Пока мужчина сходил в уборную, Эмма быстро оделась, кивнула Марку и уже ожидала Тома на улице. Тот вышел в холл и подошёл к Стиву.

– А где де-вушка?

– Смена закончилась, только что ушла, – Стив уже вытирал стойку и посмотрел на Джерарда. – Эй, не советую, парень, девчонка на особом счету.

Бар всегда был набит людьми. Часто случались драки и потасовки, никто и не заметил такого неприметного пьянчугу – кроме Джерарда. Машина Тома стояла на заднем дворе. Не обнаружив Эмму рядом со входом в бар, мужчина направился прямо к своей машине. Возле неё, держа в руке сигарету, Эмма и ожидала нашего гостя.

– Ну что, куда едем?

– Садись, милая, старина Том готов!

Эмма села на пассажирское сиденье и повернулась прямо к нему. Всем своим видом она показывала, что не собирается уходить из машины. Том протянул руку к своему карману, а второй сжал её за талию и придвинул к себе. Эмма приблизилась ещё ближе и потянулась к его карману за пистолетом. Она резко одёрнула руку и выхватила оружие. С заднего сиденья выскочил Марк и тонкой проволокой обхватил шею Тома. Через пять минут этот человек был уже мёртв. Марк прыгнул за руль, и они с Эммой уехали.

Ближе к утру они вернулись домой. Рассказали о том, что подожгли машину и сбросили её с моста. Тело закопали неподалёку.

Я понял, что время пришло. Они стали абсолютно безжалостны, готовы пойти на крайние меры для блага общества. Череда событий, происходящих с невероятной скоростью, подготавливала нас к уничтожению всего зла, что попадётся на нашем пути.

Глава 4. «Стокгольмский синдром»

«Перед моими глазами стоят трое любящих меня людей, терпеливо ожидавших моего скорого возвращения, а позади – человек, рискнувший жизнью просто потому, что доверился мне».

Эмма

Я знала, что Рэй подготовил для нас испытание на стойкость. Смогу ли я это сделать? Смогу ли решить судьбу незнакомого человека – разве я Бог? Пока у меня нет полной уверенности в себе, но братья считают иначе. Сколько же планов они построили. А смогу ли я их воплотить? Не знаю.… В одном я уверена наверняка: если ничего не делать, мир не изменится. Когда-нибудь любой другой маленькой девочке нанесут такую же душевную травму, что и мне, – только она не сможет отбиться, не сможет даже убежать. Это тяжело… Тяжело осознавать, в каком безжалостном мире мы живём.

Каждый день люди улыбаются друг другу, а за спиной уже замахиваются, чтобы вонзить нож. Мы живём в большом городе, и здесь я вижу непрекращающуюся жестокость, насилие... А сколько ещё таких людей, о которых мы даже не догадываемся? Может быть, на своём примере мы покажем, что жизнь можно изменить в лучшую сторону.

Марк и Джерри вытащили меня из того горящего приюта, спасли мою жалкую жизнь просто так – потому что это правильно. Рэй, мой отец, подарил мне настоящее детство, воспитывая как родную дочь. Мне повезло с ними – я завидую своей жизни. Разве такое можно представить? Наверное, немногие могут позволить себе быть рядом с по-настоящему любящими тебя людьми. Пока они рядом со мной, я всё смогу.

Все собрались в зале возле камина. Сегодня новогодняя ночь, и мы встретим её вместе. Наступает 2000 год, и он явно будет непростым. Иногда я вижу странные картинки в своей голове – похожие на то, что я видела на выпускном. Мне снятся такие же странные сны. Пока не хочу рассказывать об этом братьям: они и так часто переживают из-за меня.

Сейчас Рэй практически не появляется в своей больнице – больший упор он делает на частной практике, всё время пропадает в своём офисе. Джерри оставил преподавательскую деятельность и полностью посвятил себя бару, превратил его в элитное заведение. Марк редко выходит на ринг – два-три раза в месяц, зато картины расходятся со скоростью света. Я же работаю в издательстве, где пишу некрологи про знаменитых людей и сказки для детей, хотя сама даже не представляю себя в роли матери. Я выполняю заказы всегда вовремя, поэтому вопросов мне не задают. На все заработанные деньги мы построили туристический домик, в десяти милях от Бостона. Я думаю, мы вполне обеспечены, так что можно браться за другие дела.

Все сидели за поздним ужином и наслаждались вечером. Рэй выбрал самый подходящий момент, чтобы наконец раскрыть наши дальнейшие действия:

– Я узнал всё, что мне нужно. В этом стакане – бумажки с именами тех, за кем мы будем следить, – он поставил стакан на стол и подвинул его к Джерри.

– Решил разыграть лотерею? – Джерри возмутился.

– Именно. В этом и заключается вся суть, – ответил Рэй.

Все молча переглянусь. Джерри посмотрел на меня с опаской, вздохнул и прикрыл глаза. Он опустил руку в стакан, достал первую бумажку. На ней было имя: «Мариса Рейес». Джерри в ярости:

– Серьёзно? Мне достаётся долбаная девка?! – возмущению не было предела. Он стукнул кулаком по столу, отодвинул стул ногой, скрестив руки на груди, стал наблюдать дальше.

Следующим руку протянул Марк. На его записке оказалось имя: «Стэн Флорес».

– У меня фанат цветов.

– Ты почти угадал, Марк, – Рэй усмехнулся и потянулся за стаканом. – У меня – «Брайан Холл».

Последней была я. Мне достался человек по имени «Сет Блэк».

Через минуту Рэй достал четыре папки и раздал их каждому из нас в соответствии с именем на бумажке. Я не открывала свою, пока не дождалась реакции братьев.

– Значит, педофил?! А я уже думал, мне придётся изучать педиокактус Нолтона, – все рассмеялись, удивившись высказыванию Марка.

Марк очень начитанный человек. Мне кажется, за свою жизнь он прочёл всю нашу огромную библиотеку по три раза. Он прививал мне эти привычки с самого детства.

– Ты его сам выдумал? Умник. Ну а что же досталось твоей Принцессе?! – Джерри повернулся, с бешеным и возбуждённым видом посмотрев на меня. – Открывай, Эмма, нам всем интересно!

Я открыла папку, пробежалась глазами по досье и через минуту закрыла. Я понимала, что мне достался далеко не одинокий старик, убивавший в прошлом своих жён. Мне достался возможный психопат – по крайней мере, так показалось на первый взгляд.

– Эмма, я жду, – из-за долгой паузы голос Джерри обозлился ещё больше.

Он называл меня по имени только когда был взбешён или слишком серьёзен, – обычно для него я была просто Эм. Я подвинула папку в его сторону. Марк уже был готов к возможной реакции и присел ближе. Джерри швырнул папку на стол перед Рэем.

– Значит, ей достаётся какой-то псих, который может прибить её одним ударом…

– Ну, это вряд ли, – Марк спокойно встрял в разговор, но был не услышан. Джерри продолжал рвать и метать:

– А у меня – девка? Ты не подумал о том, что ей только восемнадцать?! Я бы на твоём месте вообще оставил её дома, пока мы будем разбираться с этим дерьмом! Да какого хрена, Рэй? – Джерри вскочил, Марк резко усадил его обратно.

Рэй абсолютно спокоен, он ждал такой реакции и готов обосновать все аргументы:

– А ты не думал, что здесь не должно быть уступок?! По-твоему, я должен выбрать троих психов и одного топителя собак? Эмма согласилась на это ещё год назад и прекрасно осознаёт, что это не игрушки. И, кстати, у неё на счету уже двое, а вот у тебя только один.

Джерри всегда был вспыльчивым, хотя Марк рассказывал, что в детстве всё было как раз наоборот. Именно Марк являлся зачинщиком всех драк, а Джерри пытался всё разрядить; а теперь, спустя годы, всё обернулось иначе. Я не могу злиться на него за все эти выходки – всё же в нём больше хорошего, чем плохого. Ну да ладно, к чёрту лирику.

Джерри не нашёл подходящих слов в ответ Рэю. Он поднялся из-за стола и вышел на улицу. Я посмотрела на Марка и Рэя и сказала, что всё улажу. Нужно поговорить с ним.

На протяжении всей жизни братья привыкли к таким выходкам: через день или два Джерри обычно успокаивался и всё забывал. Но всё же здесь совершенно другая ситуация – нам нужно поговорить. Я вышла на улицу, подошла к скамейке у озера, на которой он яростно расселся.

– Подвинь зад, Джерри. Можно присесть?

Он махнул рукой, держа сигарету, и дал понять, что не против. Долгое молчание нагнетало обстановку. Он вздохнул…

– Я боюсь за тебя, понимаешь? Ты слишком дорога мне, чтобы отдавать тебя на полгода незнакомому человеку.

– Если ты будешь так яростно оберегать меня всю жизнь, я так и останусь домашней собачкой. Помнишь, как ты разбил бутылку о голову моего одноклассника? А ведь он просто взял меня за руку. Пора выключить долбаное отцовство, мне уже не десять, Джерри.

– Это не отцовство, Эм. Совсем не отцовство, – он поднял левую руку, протирая глаза. – Ты всё поймёшь.

– Ну, если ты и вправду так дорожишь мной, то позволишь мне развиваться дальше. У меня большие возможности, как же ты этого не поймёшь?! И вообще, пора уже найти тебе жену – ты стареешь, может, тогда ты немного отвлечёшься от внимания ко мне.

Джерри усмехнулся с таким упором, что, по-видимому, даже вода в озере затряслась. Я никогда не боялась его, хотя иногда он меня пугал.

– Жена… Так глупо, Эм. Всё же ты ребёнок, а завтра ты уже готова ехать на край света, чтобы попасть в очередную жопу, – он повернулся ко мне, выбросил сигарету и дотронулся до моего лица. – Ты как-то сказала мне, что будешь любить меня, какой бы сволочью я ни был, помнишь? Так вот, и я люблю тебя, несмотря на всё, что ты делаешь, – он провёл двумя пальцами по моему лицу, поцеловал в лоб и шёпотом произнёс:

– Всегда буду тебя любить.

Джерри прижал меня к себе и пообещал, что больше не будет препятствовать. Не передать словами всё, что я почувствовала тогда, – один из лучших моментов моей жизни.

– Нужно возвращаться, Джерри. Здесь холодно. Прости меня, если что не так.

– Я приду через минуту, – он закурил ещё одну сигарету. – Доброй ночи, Эм.

– Доброй ночи, Джерри.

Утром я проснулась первой и успела приготовить всем завтрак. Джерри спустился немного позже меня в отличном настроении – всё, как я и говорила: он иногда просто выключается.

– Я уверен, что это блины.

– Ага. Приготовленные с большим количеством любви, специально для вас, сэр!

– Спасибо, Эм, – Джерри поцеловал меня и сел за стол.

На запах спустились и остальные. Все были в прекрасном настроении: видимо, вчера вечером они поговорили, и всё решилось само собой. Я решила спросить:

– Ну что, когда приступаем?

Рэй поперхнулся. Мы обсудили все детали – нужно собрать вещи для долгой поездки. Рэй подготовил оружие, одежду и всю необходимую информацию. Первые два месяца необходимо пустить на исследование жизни жертвы. Мы сделали новые номера, зарегистрированные на пациентов клиники Рэя. Они нужны для звонков два раза в месяц – по необходимости. Мы договорились не приближаться к жертвам сразу, не светиться и не геройствовать, в какую бы ситуацию ни попали. План расписан до мелочей, оставалась лишь самая малость – реализация. Мы попрощались на полгода.

Рэй отправился первым же рейсом в провинцию Саскачеван; Джерри арендовал на год малозаметную квартиру в доме для малоимущих; Марк поступил так же, сняв квартиру в доме поблизости от психиатрической больницы Маклина; а я остановилась в трейлере, расположенном в кемпинге при студенческом колледже. Здесь мне предстояло провести полгода жизни. Да, местечко не из лучших и уж точно не похоже на наш большой уютный дом.

Я очень быстро нашла своего товарища. Он невысок, где-то моего роста, тёмные растрёпанные волосы, голубые и очень грустные глаза… Да, то ещё зрелище. Парень жил в квартире, выделенной государством после отсидки в тюрьме. В десяти минутах ходьбы находилась химчистка.

Каждое утро он останавливается в кафе, чтобы съесть яичницу с беконом и гамбургер, и всегда забирает с собой стакан кофе. Ровно в 9:00 заходит в химчистку. Стаканчик выкидывает при входе. Прежде чем войти, не забывает протереть уставшие глаза. Он проходит по коридору к своему шкафчику под номером 97, снимает одежду и надевает стандартную форму. С 13:00 до 13:30 – обед. Мистер Блэк обедает в столовой, которая находится в другом здании через дорогу. До 17:00 парень находится в здании, а по истечении времени идёт прямо в бар возле своего дома. Там Сет находится до 20:00 или 21:00 – всегда по-разному. В 21:30 (самое позднее) он заходит домой. В 22:00 свет в окне гаснет.

Вот и всё. Обычный день обычного неприметного американца. Я ничего не понимала – может, Рэй так подшутил надо мной. Хотя нет, на него не похоже. Первый месяц ушёл на то, чтобы узнать всю эту абсолютно рутинную информацию. Я решила не тратить второй впустую, а сразу начать действовать.

Утром, тридцать второго дня «долгой аферы», в 8:30 я зашла в кафе и заказала тот же завтрак, что и он. На протяжении следующих десяти дней я стала приходить туда каждое утро, чтобы Сет меня заметил. Я не смотрела на него, вела себя абсолютно естественно, но мне просто необходимо его заинтересовать.

Мой метод отличался от других: если братья не светились перед жертвой, то я – наоборот – решила сделать всё, чтобы меня запомнили. Я вычёркивала каждый день на своём календаре, и на сорок третий он всё-таки меня заметил. Сет читал газету и иногда прерывался, чтобы посмотреть в мою сторону. Я не подавала вида. Чуть позже я начала ходить в бар по соседству. Сидела всегда за барной стойкой и пила виски. Сет всё чаще стал обращать на меня внимание. Однажды утром, когда он покупал кофе, на спинке стула он оставил куртку. Пока Сет сидел спиной ко мне, я вынула из кармана ключи. Через пять минут я вышла из заведения.