bannerbanner
Дети Золотого города
Дети Золотого городаполная версия

Полная версия

Дети Золотого города

Язык: Русский
Год издания: 2015
Добавлена:
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
3 из 14

нескончаемо, и казалось, что сейчас рядом с ним было единственное место, где беспощадное солнце

ещё не смогло уничтожить последние признаки жизни: чайки носились над водой, в мокром песке

возились загорелые ребятишки, кое-где в тени одиноких деревьев дремали рыбаки, расслабленно

развалившись после тяжёлой ночной работы.

Айви долго шагала, шлёпая по воде босыми ногами и вглядываясь в горную гряду, тянущуюся

далеко за Песчаным Городом. Там, на его южной окраине виднелись большие зелёные пятна полей и

пастбищ, простирающиеся до самых гор, а местами даже забирающиеся на их склоны. Она никогда

не была здесь и теперь, приближаясь, с интересом разглядывала дома, окружённые большими

загонами, тюки стриженой шерсти во дворах и заборы, увешанные овечьими шкурами.

С немалым сожалением выйдя из воды и снова надев туфли, она пересекла прибрежную полосу

песка и ступила на узкую дорожку, петляющую среди маленьких белых домиков. Здесь

господствовали совсем другие звуки и запахи: не те, к которым Айви привыкла. Она медленно

углублялась в лабиринт пересекающихся улочек, чувствуя, что заблудиться здесь – пара пустяков. Но

отступать на этот раз она не собиралась.

«Нужно только спросить кого-нибудь…» – она озиралась по сторонам, тщетно пытаясь увидеть

хоть одну живую душу, не спрятавшуюся от обезумевшего солнца.

Вдруг, немного в стороне послышалось быстрое шлёпанье ног, потом энергичное сопение, – и

лохматый босой мальчишка выскочил из боковой улочки и, чуть не сбив Айви с ног, опрометью

кинулся к ближайшей калитке. С невероятно громким воплем «тётушка Эмерита!» он влетел внутрь

и скрылся в доме.

«Вот это удача!» – Айви толкнула калитку и шагнула за ним следом.

Из дома послышались голоса, а через несколько мгновений мальчишка появился снова и ринулся

куда-то в сторону, как оказалось, к колодцу. За ним, охая и причитая, выбежала маленькая

сгорбленная старушка. Она была такая низенькая, а двигалась так шустро, что напоминала

подвижную мышку, и даже одета была во что-то серое. Мальчишка ловко вытащил ведро воды, а

старушка, не заметив Айви, стянула с него рубаху, и намочив полотенце, приложила к раздувшейся и

покрасневшей щеке.

Айви тихонько стояла у калитки и с интересом наблюдала за ними. Мальчишка, а скорее даже,

паренёк, оказался крепким и жилистым, и его запросто можно было бы принять за коренастого

мужичка, если бы не лицо – совсем юное, но имеющее какое-то странное выражение.

«Парень, похоже, больной…» – подумала Айви.

Старушка, тем временем, снова и снова обмакивая полотенце в холодную колодезную воду и

прикладывая его к опухшей физиономии паренька, мягким, немного журчащим голосом

наставительно выговаривала:

–Ах, Кру, где ты их нашёл?

– На дереве… Я хотел посмотреть, куда они там залетают… – речь у парня тоже была какая-то

неправильная, не совсем чёткая, а голос громкий и немного гортанный.

– А зачем же ты полез в дупло?

– Знаешь, как оттуда пахло? М-м-м… – парнишка прикрыл глаза и блаженно улыбнулся. – … Я

только хотел чуть-чуть попробовать, а они как на меня налипли! Не хотели делиться! Но я, всё равно,

немного достал! – он с довольным видом поднял руку и начал слизывать с неё остатки мёда.

– Кру, это – дикие пчёлы, они не станут с тобой делиться! И они очень опасны! Ну-ка, покажи

руку! Батюшки! Суй в ведро!

Парень ещё раз торопливо облизал пальцы и послушно сунул руку в воду. Старушка шагнула в

сторону дома.

– Сейчас принесу мазь, намажу тебя. Станет легче.

Она быстро скрылась за дверью, а паренёк тут же вытащил руку из ведра и внимательно

осмотрел, надеясь, что на ней осталась хоть капля. Лизнув палец, он разочарованно вздохнул и сунул

руку обратно.

Айви вдруг поймала себя на мысли, что разглядывает этого странного и, видимо, глуповатого

парня, одновременно силясь что-то понять: то ли что-то про мёд, то ли про пчёл… Или про

прохладную воду и колодец?.. Пить, конечно, хотелось. Но нужная мысль постоянно куда-то

ускользала. Парень снова окунул полотенце в ведро и, слегка сморщившись, приложил к шее. И тут

до Айви, наконец, дошло: на его шее не было чёрной цепи! Она замерла и, вытаращив

глаза, медленно шагнула вперёд, будучи почти уверена, что ей померещилось.

В этот момент старушка вышла из дома и заметила нежданную гостью. Поймав изумлённый

взгляд девушки, она быстро подошла к пареньку и сунула ему в руки рубаху.

– Одевайся, голубчик, к нам пришли!

Тот взглянул на Айви и широко улыбнулся. Его улыбка была такой счастливой и добродушной,

что Айви неожиданно для самой себя улыбнулась в ответ.

– Здравствуйте, вы – Эмерита? Мне про вас сказал господин Грэйккон… – начала она.

Старушка всплеснула руками и радостно воскликнула:

– Отец Грэйккон! Да что же ты стоишь, дочка, проходи скорее в дом!

Она подтолкнула Айви к дверям, а сама, юркнув следом, сразу исчезла за цветастой тканевой

перегородкой, отделявшей кухню.

– Садись, дочка! Кру, накрывай на стол! – командовала она, гремя посудой и дверцами

многочисленных шкафчиков.

Кру сразу же начал носиться с тарелками, тарелочками, мисками и чашками. Ставя на стол

очередное лакомство, он всякий раз поглядывал на Айви с почти благоговейным восторгом, словно

на великую волшебницу, по воле которой, были открыты вожделенные хранилища.

Когда всё было готово, Эмерита присела к столу, но тут же вскочила и снова запричитала:

– Ах, Кру, а намазать-то тебя мы забыли! Давай-ка сам!

– Не-е-е… – потянул тот, не в силах оторвать счастливого взгляда от накрытого стола, – Уже не

болит!

Эмерита тихо засмеялась и покачала головой.

– Мальчишка – есть мальчишка: хороший аппетит и никакого дела до опухшего глаза! – она

ласково потрепала Кру по голове и стала разливать чай. Взгляд Айви упал на её руки: на них

виднелось несколько багровых рубцов, только недавно затянувшихся.

– Не стесняйся, дочка, кушай! Как тебя зовут?

– Айви.

– А я – Эмерита, а это – Кру. Как там отец Грэйккон? Он не заходил к нам несколько дней. Я

слышала, он собирался в Столицу?

– Да, он уехал вчера. А почему вы называете его отцом? – полюбопытствовала Айви, жуя какие-то

диковинные сладости из муки, мёда и высушенных фруктов, невероятно нежные и вкусные, – Ведь

вы… то есть он…

– …годится мне, скорее, в сыновья? – улыбнулась Эмерита. – Да, это так! Но он нам с Кру и

впрямь, как отец. Без его заботы мы бы никогда не узнали про Великого Царя! – она внимательно

посмотрела на Айви, как бы решая, можно ли говорить с ней откровенно.

Айви снова почувствовала, как при упоминании о Великом Царе что-то шевельнулось в сердце, а

цепь на шее потяжелела и стеснила дыхание. Она поморщилась и поправила её рукой.

– Она мучает тебя? – неожиданно спросила Эмерита, поймав взглядом её движение.

– Да нет… Иногда только.

Старушка на мгновение задумалась, а потом пристально посмотрела на Айви живыми,

внимательными глазами.

– Но ты была создана не для того, чтобы быть рабой.

– А для чего? – спросила Айви, больше из вежливости, чем из желания получить ответ.

– Чтобы жить в Золотом Городе! – несмотря на набитый рот, Кру выпалил это так громко, что

Айви вздрогнула.

– Где?!

– В Золотом Городе, там, где живёт Великий Царь! – охотно пояснил Кру.

Айви опасливо покосилась на него: «Правда, больной… Такие ещё и не то болтают! Что тут

поделаешь!»

– Человек был создан, чтобы быть свободным чадом Великого Царя и делать добро, – продолжила

Эмерита.

«И бабуля туда же!.. Ну и семейка!» – Айви перевела взгляд на Эмериту и с лёгкой усмешкой

заметила:

– А моя тётка говорит, что никто не знает на самом деле, что такое добро, поэтому можно жить,

как хочешь.

– А когда твою тётку обманывают или обкрадывают, она считает это несправедливым? – лукаво

прищурившись, спросила Эмерита.

– Конечно! Ругается, на чём свет стоит!

– А откуда она знает, что обманывать и воровать плохо?

– Ну, это все знают.

– Значит, все всё-таки знают, что такое добро, а что – зло?

Айви не нашлась, что сказать и промолчала.

– Все знают это, дочка, – продолжала Эмерита, – Но не многие всерьёз задумываются о том, откуда

они это знают. Тот, кто создал человека, вложил это знание в каждое сердце, но люди не хотят

прислушаться к Его голосу. Тёмный Властелин обманул их.

– Тёмный Властелин? Кто это?

– Хозяин чёрной цепи. Он ненавидит людей. Они все – его рабы.

– И… Кру? – осторожно спросила Айви.

– Нет, Кру выкупил и освободил Великий Царь.

– Выкупил и освободил?! – не поверила Айви.

– Да, и Он возьмёт меня в Золотой Город! – снова, не выдержав, вставил Кру.

– Непременно, малыш! А теперь принеси воды, будем мыть посуду.

Он тут же вскочил и, схватив на ходу ещё что-то вкусное со стола, унёсся во двор.

– Кру мало что понимает, – тихо сказала Эмерита, кивнув ему вслед, – Он родился больным, и его

голова совсем никуда не годится. Но он открыл своё сердце Великому Царю…

«Вот оно что! Все эти разговоры про Царя и Золотой Город – просто добрые сказки для больного

ребёнка и ничего не стоят! – догадалась Айви, почему-то, вдруг, огорчившись. – Но у него

действительно нет цепи! Это совершенно немыслимо! В любом случае, мне нельзя верить всему, что

я слышу».

– Кто же он, этот ваш… Великий Царь? – слегка насмешливо спросила она, тут же почувствовав,

что выбрала неправильный тон для такого вопроса.

Эмерита посмотрела на неё внимательно и как-то грустно, будто жалея, – и промолчала. Но потом,

вздохнув и слегка улыбнувшись, сказала:

– Я не умею хорошо рассказывать, дочка. Вот если бы отец Грэйккон…

В этот момент в комнату влетел Кру, сияя и расплёскивая вокруг себя воду. Похоже, он вообще не

умел передвигаться медленно.

– Я буду мыть посуду! Ну, пожалуйста! – он умоляюще сложил руки.

Айви кинула на него удивлённый взгляд, но ничего не сказала. Она чувствовала, что разговор как-

то разладился после её последнего вопроса. На сердце стало тошно, и она начинала сердиться на

себя за то, что вообще пришла сюда.

– Я пойду… Спасибо вам, – вяло сказала она, поднимаясь с места.

Эмерита встрепенулась и, снова мягко улыбнувшись, торопливо произнесла:

– Прости, дочка, похоже, я расстроила тебя… Но мы с Кру будем рады, если ты ещё придёшь.

Приходи, когда захочешь!

– Спасибо…

Айви вышла со двора и медленно двинулась в сторону моря. Цепь, налитая непомерной

тяжестью, сдавливала горло, как никогда раньше.

***

Она по-мальчишески звонко свистнула возле знакомого забора, и через минуту Зюси уже шагала

рядом, перекинув через плечо полотенце, и, как всегда, о чём-то оживлённо болтая. Айви почти не

слушала её. Прошло уже несколько дней после встречи с Эмеритой, но смутное беспокойство не

покидало Айви ни на минуту. Невидимый «птенец» в сердце шевелился и ёрзал, словно ему чего-то

не хватало.

«Если можно было бы с кем-то просто поговорить…» – думала она. Но уж слишком странным

казалось всё произошедшее в последние дни, а Айви совсем не хотела, чтобы над ней посмеялись,

как над забавной дурочкой с богатой фантазией.

– …В пятницу мы собираемся на побережье, на нашем месте. Ты придёшь? – Зюси вопросительно

посмотрела на неё.

– Что? – рассеянно переспросила Айви.

– Да проснись ты! Ты придёшь?

– Куда?.. Ах, да, конечно!

Зюси закатила глаза и, недовольно скривив губы, пробормотала:

– Последние дни ты выглядишь так, словно похоронила любимую тётушку.

Айви не обратила внимания на шутку, а опять погрузилась в свои мысли.

«Может, рассказать ей? Мы, всё-таки, подруги – и всегда хорошо понимали друг друга…»

Она взглянула в беззаботное и румяное от жары лицо Зюси и осторожно спросила:

– Скажи, ты слышала когда-нибудь, чтобы человека кто-то выкупил из рабства, а потом отпустил

на свободу?

– Не знаю… – Зюси неуверенно повела плечами и задумчиво уставилась в сторону. – Я вообще не

знаю такого, чтобы здесь, у нас кто-то кого-то покупал… Может, в Столице… У короля ведь есть

рабы. А вообще-то… – она вдруг встрепенулась и оживлённо затараторила: – Помнишь тех бродячих

артистов, что были недавно в городе?

– Ну, да…

– А помнишь того мальчишку, такого странноватого, который лазил на стену ратуши? Я думала, он

обязательно сорвётся, даже смотреть не могла…

Айви хорошо помнила то представление на рыночной площади. Большая толпа окружала

крупного усатого мужчину, который прохаживался вдоль клеток с дрессированными собачками и

обезьянками. Он держал на длинной цепочке полуголого мальчишку и хорошо поставленным

голосом громко вещал:

«Кто готов увидеть небывалое зрелище? Чудеса ловкости и сноровки! Сейчас этот парень

заберётся на стену ратуши и воткнёт вот этот цветок во-о-он в то окно!»

Люди зашумели. Мальчик злобно оскалил зубы и, туго натянув цепочку, начал затравленно

озираться. «Усатый» резко одёрнул его и коротко прикрикнул. Тот посмотрел на хозяина жутким,

безумным взглядом и снова оскалился. Кто-то в толпе испуганно заохал, но многие, всё же, бросили

монеты. И мальчик полез. Он двигался удивительно быстро и ловко, плотно прижимаясь телом к

стене, подобно большой мускулистой ящерице, цепляясь за крошечные выступы и оконные

карнизы. В зубах он держал яркий бумажный цветок. Зрители взирали, раскрыв рты и затаив

дыхание. Когда он добрался до окна, публика зашумела и зааплодировала. «Усатый» сгрёб деньги в

карман и снова дёрнул за цепочку. Мальчик полез вниз. Как только его ноги коснулись земли, хозяин

схватил его за цепь, висящую на шее, и, быстро запихав в одну из клеток, опасливо отдёрнул руку, – и

вовремя: Айви отчётливо видела, как паренёк ловко извернулся, и его белые зубы клацнули совсем

рядом с пальцами «усатого».

Айви вспомнила вспотевшее лицо и звериный оскал юного артиста, и, как тот, забившись в угол

клетки, зыркал на хохочущих мальчишек, тыкающих в него длинными прутиками… – и вдруг,

внезапная догадка молнией пронзила её: «Кру! Это же был он!» Она тихо ахнула и ошеломлённо

застыла на месте.

– Ты чего? – Зюси испуганно посмотрела на неё.

– Да так, ничего… – Айви снова двинулась вперёд.

– Так вот… – продолжала Зюси, – Я слышала, что какая-то полоумная старуха из Южного

Квартала захотела его купить. А хозяин такую цену заломил, что ей пришлось продать поле. С тех

пор этот парень у неё живёт. Уж не знаю, зачем ей этот зверёныш понадобился. Говорят, что когда

она пришла его из клетки забирать, он на неё накинулся и здорово покусал!

Тут Айви вспомнила шрамы на руках Эмериты и снова резко остановилась прямо посреди улицы

с широко открытыми глазами.

– Да что с тобой сегодня? – Зюси сердилась уже не на шутку.

Айви почувствовала, что совсем не хочет больше идти к морю.

– Ничего… Мне нужно уйти сейчас… Увидимся позже, – пробормотала она и торопливо пошла

прочь.

– Ненормальная! – обиженно бросила ей вслед Зюси и, вздёрнув носик, зашагала дальше.

Вернувшись домой, Айви затворила калитку и, опустившись прямо на траву, обхватила голову

руками. Перед её глазами стояла добродушная улыбка Кру, а разум неотступно сверлила

единственная мысль: «Это невозможно! Невозможно! Невозможно! Я же видела его в клетке! И цепь

на его шее я видела! Это точно – он, в этом нет никакого сомнения! Но разве такое бывает? Зачем она

взяла его? Неужели пожалела?.. Но продать ради него поле! «Люди созданы, чтобы быть детьми

Великого Царя и творить добро» – бред, конечно! А вдруг – не бред? И цепь… Куда она делась?

Никто не может снять цепь! Никто! Это невозможно! Невозможно!..»

Айви почувствовала, что может просто сойти с ума от этих мыслей. Подняв руку, она ощупала

цепь на своей шее. Она была такая же, как всегда, только страшно тяжёлая.

«Грэйккон… Прошло уже пять дней… Целых пять дней!» – ей вдруг так захотелось увидеть его,

что она тут же вскочила и почти бегом двинулась к лесу.

«Может быть, он уже вернулся… Хоть бы он уже вернулся!»


***

– Я так рад видеть тебя, Айви! – Грэйккон, улыбаясь, взял в руки чайник и вопросительно

подмигнул ей: – Чай?

Она кивнула.

– Я уже и не думал, что мы увидимся. Это удивительно, что ты ещё застала меня здесь! Сегодня

ночью я отправляюсь в Порт. Через два дня отплывает последний корабль на восток. Я должен

попасть на него.

– Вы больше не вернётесь? – Айви замерла в ожидании ответа.

– Возможно, вернусь, только не раньше весны, когда ветер снова переменится.

Грэйккон разлил чай – и по комнате разнёсся знакомый запах трав.

– Господин, расскажите мне про Великого Царя, – осмелилась попросить Айви.

Грэйккон внимательно посмотрел на неё. Его взгляд больше не казался строгим, а, скорее,

твёрдым, но немного печальным.

– Почему ты спрашиваешь?

– Не знаю… Эмерита говорила, что вы можете рассказать мне… Кто Он, и где Его Царство?

– Он – Всемогущий Правитель Золотого Города, и Его Царство не в этом мире… – медленно начал

Грэйккон со странным светом в глазах.

Айви удивлённо вскинула брови, но тот невозмутимо продолжал:

– Тебе трудно в это поверить, я понимаю. Но существование другого мира не зависит от того,

веришь ты в него или нет. Он просто существует! И Золотой Город тоже. Но попасть туда

невозможно ни по одной известной тебе дороге.

– А как?

– Туда попадают те, кто освободился от чёрной цепи.

– Но никто не может снять цепь! Никто! – упрямо заявила Айви.

– Да, ты права… Если только кто-то другой не захочет надеть твою цепь на себя.

– Что-о-о?!

– Пошли, я покажу тебе кое-что, – Грэйккон порывисто встал и двинулся наружу.

Айви оставила на столе чашку чая, к которой так и не успела притронуться, и поспешила за ним.

Они пересекли поляну, поднялись по ветхой лестнице и ступили в большой, уже знакомый Айви, зал.

– Великий Царь создал людей и всё Поднебесье, – рассказывал Грэйккон, – Он был им Отцом,

пока Тёмный Властелин не обманул человека, и люди не взбунтовались против своего Отца. Они

захотели сами быть царями, но стали рабами. На каждого была надета чёрная цепь, и их уводили в

бездну, одного за другим. Тёмный Властелин никогда не выпускал своей добычи.

Грэйккон снова пристально посмотрел на Айви.

– Помнишь тех пленников на дороге? Стать рабом легко. Но как рабу стать свободным? Когда раб

поймёт, что скован, он уже ничего не сможет сделать. Но Великий Царь был готов платить любую

цену, чтобы выкупить людей из рабства.

– Даже тех, кто бунтовал против Него? – удивилась Айви.

Грэйккон немного помолчал, а потом спросил:

– Ты помнишь своего отца, Айви? Ты знаешь, как любит отец?

Айви грустно вздохнула и отрицательно мотнула головой.

– Если бы я только мог объяснить тебе! У меня есть дочь, чуть старше тебя… Не знаю, что бы я

ни отдал ради неё!

На лицо Грэйккона легла тень печали. Айви вопросительно посмотрела на него, но он, видимо,

не желая отступать от темы, встряхнулся и снова, словно засветившись изнутри, продолжил:

– Поэтому Великий Царь оставил Золотой Город и пришёл в наш мир, чтобы вместо людей отдать

Себя во власть Тёмного Властелина и отпустить измученных на свободу. Ты спрашивала меня: что за

люди нарисованы здесь на стенах? На востоке, за Морем живёт народ, который не носит чёрную

цепь, мой народ – свободные граждане страны Элефтерры. Они – те люди, которые отдали свою цепь

Великому Царю!

Айви вгляделась в тусклые изображения: действительно, на этих людях цепей не было.

– Целый народ? Великий Царь согласился надеть на себя цепи целого народа?! – Айви в

изумлении посмотрела на Грэйккона. – Но как Он выдержал?

– Он выдержал, потому что любил их. Он отдал за них свою жизнь – и цена была уплачена.

– Он… умер?!

– Да, Он умер.

Айви почувствовала, как что-то на мгновение полыхнуло у неё внутри от этих слов, а сердце

забилось сильнее. Грэйккон остановился у дальней стены: человек с огромной цепью на шее, жалкий

и одинокий, шёл куда-то вдаль, к только Ему видимой цели. Глаза Грэйккона увлажнились, но он всё

смотрел и смотрел.

– Это Он? – тихо спросила Айви, остановившись рядом.

Грэйккон кивнул.

– Много лет назад Он освободил меня, несчастного раба. И даже всей моей жизни не хватит,

чтобы отблагодарить Его! – он глубоко вздохнул и добавил: – Ты можешь ещё побыть здесь, если

хочешь, а я пойду, соберу кое-что на дорогу.


Глава 4

Перевал


– Ну вот, Айви… – Грэйккон остановился у ворот постоялого двора и поправил мешок, висящий

на плече. – Я зайду, возьму своего осла. Через Перевал ночью на лошади не проедешь, да и пешком в

горах идти опасно. Прощай! Думаю, мы ещё увидимся!

Он тепло улыбнулся и скрылся за воротами. Айви посмотрела ему вслед, и, вздохнув, медленно

поплелась в сторону города, иногда оглядываясь в надежде ещё раз увидеть знакомую фигуру в

сером плаще.

Домой идти не хотелось. Она шла всё медленнее и вскоре совсем остановилась: новая, весьма

интересная мысль осторожно прокралась в голову и, выпрямившись во весь рост, заявила о себе, -

громко и властно. Айви ещё постояла с минуту, размышляя и взвешивая, а потом тихо пробормотала:

– Ну, отправит он меня обратно, значит, поеду обратно, не беда! А может быть, и не отправит…

Она повернулась и побежала назад. Ворота ещё не закрыли на ночь, но вокруг уже не было ни

души. Айви подошла к дому и постучала.

– Я хочу взять осла… на пару дней. Вы знаете мою тётю? Она продаёт вам рыбу. Вот деньги, –

торопливо проговорила она, как только голова хозяйки высунулась из дверей.

Женщина вгляделась в неё, недоверчиво прищурив глаз, и, видимо, узнала. Молча взяв монеты и

кивнув куда-то в сторону, она ещё раз окинула ночную посетительницу подозрительным взглядом с

ног до головы и исчезла за дверью.

Айви обернулась и увидела привязанного к дереву ослика. Он тихо дремал, повесив уши и закрыв

глаза, и не очень обрадовался, когда она накинула на него уздечку и потянула к воротам.

– Ну, ну, хороший мальчик! Всего-то четыре часа пути, а я лёгкая, тебе повезло…

Уговоры подействовали: «хороший мальчик» вытянул шею и, нехотя переставляя ноги, потопал за

Айви. Седло?.. Можно и без него. Вытянув ослика за ворота, она быстро влезла прямо на мохнатую

спину и ударила пятками по бокам.

Айви хорошо знала дорогу через Перевал. Тётка часто ездила в Порт по делам и иногда брала

племянницу с собой, но в этот раз уехала одна, оставив на Айви дом, лавку и бремя общения с

рыбаками, вечно недовольными низкими ценами. Айви рассчитывала завтра найти тётку в Порте.

Она уже придумала «сладкую историю», которую собиралась рассказать: о том, как кто-то сообщил

ей, что тёте срочно нужна помощь, и она, Айви, конечно, тут же всё бросила, взяла осла и поехала к

ней. Это было не очень правдоподобно и, к тому же, обратный путь ей, скорее всего, придётся

проделать в тёткином обществе, которое она не очень любила. Но зато она могла ещё несколько

часов побыть с Грэйкконом, и при этом ей не надо было отчитываться за деньги, потраченные на

осла. Айви даже повеселела от того, что всё так хорошо складывается, и ещё усерднее погнала

ослика вперёд.

До Перевала было недалеко. Горная гряда, тянущаяся с юго-запада и резко обрывающаяся в море,

преграждала путь в Порт по побережью, поэтому из Песчаного Города туда можно было попасть

только морем или по горной тропе, проложенной через Перевал. Айви была уже почти у подножья

горы, когда впереди, в свете луны перед ней, наконец, замаячило серебристо-серое пятнышко.

– Господин! Подождите! – крикнула она, вновь подгоняя ослика.

– Айви! Не может быть! – Грэйккон весело рассмеялся. – Мы увиделись с тобой гораздо раньше,

чем я ожидал!

– Господин, можно я поеду с вами? Моя тётка сейчас там, в Порте, и вернуться я смогу вместе с

ней… – Айви почувствовала себя маленькой девочкой, выпрашивающей сладости и неумело

придумывающей для этого очередную небылицу. Ей стало неловко.

– Ну и ну! – Грэйккон, похоже, не заметил её смущения, или только сделал вид. Он удивлённо

На страницу:
3 из 14