bannerbanner
Царство теней
Царство теней

Полная версия

Царство теней

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
3 из 4

После всех этих столетий теперь, наконец, его народ получил то, что ему причитается. Они больше не будут отосланы в Марду, в северные части империи, в бесплодную землю. Теперь они отомстят за то, что были подвержены изоляции за стеной пламени, они заполнят Эскалон и разорвут его в клочья.

Сердце Везувиуса екнуло, он почувствовал головокружение при мысли об этом. Он не мог дождаться минуты, чтобы развернуться, пересечь Палец Дьявола, вернуться на материк и встретиться со своим народом посреди Эскалона. Весь народ троллей сойдется в Андросе и вместе они уничтожат Эскалон навсегда. Он станет новой родиной троллей.

Но, пока Везувиус стоял здесь, сверху глядя на волны, на то место, куда погрузился меч, что-то не давало ему покоя. Он взглянул на горизонт, рассматривая черные воды Залива Смерти, и что-то беспокоило его, делало его удовлетворение неполным. Пока Везувиус рассматривал горизонт, вдали он заметил небольшой одинокий корабль с белыми парусами, который плыл вдоль Залива Смерти. Он плыл на запад, прочь от Пальца Дьявола. Наблюдая за тем, как он уплывает, Везувиус понимал, что что-то не так.

Везувиус обернулся и взглянул на Башню позади себя. Она была пуста, ее двери остались открытыми. Меч ждал его. Та стража бросила его. Это было слишком просто.

Почему?

Везувиус знал, что убийца Мерк преследовал Меч, он следовал за ним весь путь до Пальца Дьявола. Тогда почему он бросил его? Почему он уплывал отсюда через Залив Смерти? Кто эта женщина, что плыла вместе с ним? Неужели она охраняла эту башню? Какие секреты она скрывает?

И куда они направляются?

Везувиус бросил взгляд вниз на пар, поднимающийся из моря, после чего снова посмотрел на горизонт, и его вены начали гореть. Он не мог избавиться от ощущения, что каким-то образом его обманули, что у него выхватили полную победу.

Чем больше Везувиус думал об этом, тем больше осознавал, что что-то не в порядке. Все было слишком удобно. Он рассматривал бурное море внизу, волны, врезающиеся в скалы, поднимающийся пар, и осознал, что он никогда не узнает правду. Он никогда не узнает, действительно ли Меч Пламени затонул на дно, упустил ли он что-то, был ли это тот самый меч, потухнет ли Пламя.

Сгорая от негодования, Везувиус принял решение: он станет преследовать их. Он никогда не узнает правду, если не сделает этого. Была ли где-то другая тайная башня, другой меч?

Даже если никакой башни и меча нет, даже если он сделал все необходимое, Везувиус славился тем, что не оставлял в живых свои жертвы. Никогда. Он всегда преследовал каждого человека до его смерти, и стоять здесь, наблюдая за тем, как эти двое уплывают от него, казалось ему неправильным. Он знал, что не может просто позволить им уплыть.

Везувиус посмотрел вниз на десятки кораблей, которые все еще были привязаны у берега, брошенные, дико раскачивающиеся на волнах, словно ждали его. И он принял мгновенное решение.

«На корабли!» – приказал он своей армии троллей.

Все тролли, как один, бросились выполнять его приказ, побежали на каменистый берег и поднялись на корабли. Везувиус последовал за ними, поднявшись на последний корабль.

Он повернулся, высоко поднял свою алебарду и разрубил веревку.

Мгновение спустя корабль отчалил от берега, все тролли плыли вместе с ним, заполнив корабли, по легендарному Заливу Смерти. Где-то на горизонте плыли Мерк и та девчонка. И Везувиус не остановится, куда бы ему ни пришлось плыть, пока оба они не будут мертвы.

Глава восьмая

Мерк схватился за поручень, пока стоял на носу небольшого корабля вместе с дочерью бывшего Короля Тарниса, каждый из них углубился в свой собственный мир, в то время как резкие воды Залива Смерти подбрасывали их. Мерк смотрел на черные воды, открытые всем ветрам, отмеченные пеной, и не мог не задаваться вопросами о женщине, которая находилась рядом с ним. Тайна, окружающая ее, только усугубилась с тех пор, как они покинули Башню Кос, поднялись на борт этого корабля и отправились в какое-то загадочное место. В его голове роился ряд вопросов о ней.

Дочь Тарниса. Мерку было сложно в это поверить. Что она делала там, на краю Пальца Дьявола, скрываясь в Башне Кос? Пряталась ли она? Находилась в изгнании? Ее защищали? От кого?

Мерк чувствовал, что она – с ее полупрозрачными глазами, слишком бледной кожей лица и невозмутимым самообладанием – принадлежала другой расе. Но даже если так, то кто ее мать? Почему ее оставили в одиночестве охранять Меч Пламени в Башне Кос? Куда ушли все ее люди?

Но больше всего его мучил вопрос о том, куда теперь она их ведет?

Положив одну руку на штурвал, она направляла корабль вглубь залива, куда-то на горизонт, чему Мерк мог только удивляться.

«Ты все еще не сказала мне, куда мы плывем», – сказал он, повышая голос, чтобы перекричать ветер.

Последовала продолжительная тишина, такая долгая, что Мерк не был уверен в том, что она вообще когда-нибудь ответит.

«По крайней мере, скажи мне свое имя», – добавил он, осознав, что она никогда не называла его.

«Лорна», – ответила девушка.

Лорна. Мерку понравилось, как оно звучит.

«Три Кинжала», – добавила она, повернувшись к нему. – «Именно туда мы и направляемся».

Мерк нахмурился.

«Три Кинжала?» – удивленно переспросил он.

Лорна только посмотрела прямо перед собой.

Эта новость потрясла Мерка. Самые отдаленные острова во всем Эскалоне, Три Кинжала находились так глубоко в Заливе Смерти, что он не знал никого, кто действительно бы туда отправлялся. Разумеется, Кноссос, легендарный остров и крепость, находился на последнем из островов, и, согласно легенде, там жили самые свирепые воины Эскалона. Это были люди, которые жили на пустынном острове в отдалении от пустынного полуострова, в самой опасной части воды. По слухам, эти люди были такими же резкими, как и окружающие их воды. Мерк никогда не встречал ни одного из них лично. Они были скорее легендой, чем действительностью.

«Туда отступили Смотрители?» – спросил Мерк.

Лорна кивнула.

«Они ждут нас сейчас», – сказала она.

Мерк обернулся через плечо, желая последний раз взглянуть на Башню Кос, и его сердце вдруг замерло, когда он увидел на горизонте десятки кораблей при полных парусах, которые преследовали их.

«У нас компания», – сообщил он.

К его удивлению, Лорна даже не обернулась, а просто кивнула.

«Они будут преследовать нас на край земли», – спокойно ответила она.

Мерк был сбит с толку.

«Даже получив Меч Пламени?»

«Они гнались не за Мечом», – поправила девушка. – «Они стремились к уничтожению – к уничтожению нас всех».

«А когда они нас поймают?» – спросил Мерк. – «Мы не можем в одиночку отбиться от армии троллей. Так же как и маленький остров воинов, какими бы сильными они ни были».

Лорна по-прежнему невозмутимо кивнула.

«Мы и правда можем умереть», – ответила она. – «Но мы умрем в компании наших товарищей Смотрителей, сражаясь за то, что является для нас истиной. Есть еще много секретов, которые мы должны охранять».

«Секретов?» – переспросил Мерк.

Но Лорна замолчала, глядя на воду.

Мерк собирался задать ей больше вопросов, когда внезапный порыв ветра чуть не перевернул лодку. Мерк упал на живот, ударившись о корпус и проскользнув к краю.

Болтаясь, он изо всех сил схватился за перила, пока его ноги погружались в воду. Вода была настолько ледяной, что ему казалось – он замерзнет насмерть. Мерк держался одной рукой, погруженный в воду, и, когда он оглянулся назад через плечо, его сердце подпрыгнуло, стоило ему увидеть стаю красных акул, приближающихся к нему. Мерк почувствовал ужасную боль, когда их зубы вонзились в его голень, и, увидев кровь в воде, он понял, что она принадлежит ему.

Мгновение спустя Лорна сделала шаг вперед и ударила по воде своим жезлом. В эту минуту блестящий белый свет распространился по поверхности и акулы исчезли. Тем же движением она схватила его за руку и вытащила на корабль.

Корабль выпрямился, когда ветер утих, и Мерк сидел на палубе, мокрый, замерзший, тяжело дыша, ощущая ужасную боль в голени.

Лорна осмотрела его рану, оторвала кусок ткани от своей рубашки и перевязала его ногу, останавливая кровь.

«Ты спасла мне жизнь», – сказал Мерк с благодарностью. – «Там были десятки этих созданий. Они убили бы меня».

Лорна посмотрела на него, ее большие светло-голубые глаза гипнотизировали его.

«Те создания – наименьшее из твоих тревог здесь», – сказала она.

Они плыли в тишине. Мерк медленно поднялся на ноги и наблюдал за горизонтом, в этот раз крепко держать за перила. Он рассматривал горизонт, но не видел никаких признаков Трех Кинжалов. Мерк бросил взгляд вниз и посмотрел на воды Залива Смерти с новым уважением и страхом. Он посмотрел пристально и увидел стаю небольших красных акул под поверхностью, едва заметных, скрытых волнами. Теперь он знал, что оказаться в этих водах означает смерть, и он не мог не задаваться вопросом о том, какие еще создания обитают в этом месте.

Тишина усиливалась, нарушаемая только завыванием ветра, и с каждым пройденным часом Мерк, чувствуя себя здесь одиноко, хотел поговорить.

«Что ты сделала тем жезлом?» – спросил Мерк, повернувшись к Лорне. – «Я никогда не видел ничего подобного».

Лицо Лорны по-прежнему ничего не выражало, пока она смотрела на горизонт.

«Расскажи мне о себе», – настаивал Мерк.

Она бросила на него взгляд, после чего снова повернулась к горизонту.

«Что ты хочешь знать?» – спросила она.

«Что угодно», – ответил он. – «Все».

Лорна долго молчала, а потом, в конце концов, сказала:

«Начни с себя».

Мерк удивленно посмотрел на нее.

«С меня?» – спросил он. – «Что ты хочешь знать?»

«Расскажи мне о своей жизни», – попросила Лорна. – «Все, что ты хочешь мне рассказать».

Мерк сделал глубокий вдох, повернувшись и посмотрев на горизонт. Единственным, о чем ему не хотелось говорить, была его жизнь.

В конце концов, осознавая, что впереди их ждет долгое путешествие, Мерк вздохнул. Он знал, что должен встретиться с самим собой рано или поздно, даже если ему нечем гордиться.

«Большую часть своей жизни я был убийцей», – медленно произнес он с сожалением, глядя на горизонт. Его голос был тяжелым и наполненным ненавистью к самому себе. – «Я не горжусь этим. Но я был лучшим в том, что делал. Я был востребован королями и королевами. Никто не мог со мной сравниться».

Мерк замолчал, углубившись в воспоминания о жизни, о которой он сожалел, о которых он предпочел бы забыть.

«А теперь?» – тихо спросила Лорна.

Мерк был благодарен, не услышав осуждения в его голосе, как у других. Он вздохнул.

«Теперь», – ответил он. – «Я больше этого не делаю. Теперь я другой. Я поклялся отказаться от насилия, служить делу. Да, как бы я ни старался, кажется, я не отдалился от него. Кажется, жестокость находит меня. У меня такое ощущение, что всегда возникает какое-то дело».

«И каково твое дело?» – спросила Лорна.

Мерк задумался об этом.

«Изначально я хотел стать Смотрителем», – ответил он. – «Посвятить себя службе, охранять Башню Ур, защищать Меч Пламени. Затем я почувствовал, что моя задача – добраться до Башни Кос и спасти меч».

Он вздохнул.

«Но теперь мы здесь, плывем через Залив Смерти, Меча нет, за нами следуют тролли, и мы направляемся на ряд пустынных островов», – ответила Лорна с улыбкой.

Недовольный Мерк нахмурился.

«Я потерял свое дело», – сказал он. – «Я потерял жизненную цель. Я больше не знаю, кто я. Я не знаю свое направление».

Лорна кивнула.

«Это хорошее место», – сказала она. – «Место неопределенности – это также место возможности».

Мерк удивленно смотрел на девушку. Он был тронут тем, что она не судила его. Все, кто услышал бы его историю, осудил бы его.

«Ты не осуждаешь меня», – заметил потрясенный Мерк. – «За то, кто я».

Лорна посмотрела на него, ее глаза были такими напряженными, что казалось, будто он смотрел на луну.

«Это то, кем ты был», – поправила девушка. – «А не то, кем ты являешься сейчас. Как я могу осуждать тебя за то, кем ты был когда-то? Я могу только судить человека, который стоит передо мной».

Мерка утешил ее ответ.

«И кто я сейчас?» – спросил он, желая узнать ответ, не будучи уверенным в нем сам.

Лорна посмотрела на него.

«Я вижу прекрасного воина», – ответила она. – «Бескорыстного человека. Человека, который хочет помочь другим. И человека, которого переполняет тоска. Человека, который никогда не знал самого себя».

Мерк задумался над ее словами, и они нашли отклик в его душе. Они показались ему правдивыми. Слишком правдивыми.

Между ними повисло продолжительное молчание, в то время как их небольшой корабль поднимался и опускался на воде, медленно направляясь на запад. Мерк обернулся и увидел, что флот троллей все еще находится на горизонте, а они все еще далеко.

«А ты?» – наконец, спросил он. – «Ты – дочь Тарниса, не так ли?»

Лорна посмотрела на горизонт, ее глаза сияли, и, наконец, кивнула.

«Да», – ответила она.

Мерк был потрясен, услышав ответ.

«Тогда почему ты здесь?» – спросил он.

Лорна вздохнула.

«Меня скрывали здесь с самого детства».

«Но почему?» – спросил он.

Лорна пожала плечами.

«Предполагаю, мне было слишком опасно находиться в столице. Люди не могли знать, что я – незаконнорожденная дочь Короля. Здесь было безопаснее».

«Безопаснее здесь?» – переспросил Мерк. – «На краю земли?»

«Меня оставили охранять секрет», – объяснила девушка. – «Даже важнее, чем королевство Эскалон».

Сердце Мерка бешено забилось, когда он задумался над тем, что же это может быть.

«Ты расскажешь мне?» – спросил он.

Но Лорна медленно повернулась и указала вперед. Мерк проследил за ее взглядом и на горизонте увидел, как солнце осветило три пустынных острова, поднимающихся из океана, – последняя крепость из прочного камня. Это было самое пустынное, но вместе с тем самое прекрасное место, которое Мерк когда-либо видел. Место, достаточно отдаленное, чтобы хранить все секреты магии и силы.

«Добро пожаловать на Кноссос», – сказала Лорна.

Глава девятая

Дункан в одиночестве бежал по улицам Андроса, хромая из-за боли в лодыжках и запястьях, но игнорируя ее, ведомый адреналином, думая только об одном – о том, чтобы спасти Киру. Ее крик о помощи эхом раздавался в его голове и в душе, заставил его забыть о своих ранах, пока он бежал по улицам, потея, на звук ее голоса.

Дункан сворачивал в узкие переулки Андроса, зная, что Кира находится за этими толстыми каменными стенами. Вокруг него ныряли драконы, поджигая улицу за улицей, от стен исходил большой жар, настолько сильный, что Дункан мог ощущать его даже на дальней стороне. Он надеялся и молился о том, чтобы они не опустились на его переулок, иначе с ним будет покончено.

Несмотря на боль, Дункан не останавливался и не поворачивал назад. Он не мог. Ведомый отцовским инстинктом, он физически не мог отправиться в другое место, кроме как на крик своей дочери. Ему пришло в голову, что он бежит навстречу смерти, теряет последний шанс на побег, но это не останавливало его. Его дочь в ловушке, и это – единственное, что сейчас имело для него значение.

«НЕТ!» – послышался крик.

У Дункана волосы встали дыбом. Снова раздался ее крик, и его сердце замерло от этого звука. Он побежал быстрее изо всех сил, сворачивая в очередной переулок.

Наконец, когда он повернул снова, то пробежал через низкую каменную арку, где перед ним открылось небо.

Дункан оказался в открытом дворе и, стоя на краю, он был потрясен открывшимся перед ним видом. Пламя заполнило противоположную часть двора, в то время как драконы пересекали воздух, выпуская вниз огонь, и под каменным выступом, едва укрытая от огня, сидела его дочь.

Кира.

Она здесь – во плоти и крови.

Более шокирующим, чем присутствие живой дочери здесь, было присутствие детеныша дракона, который лежал рядом с ней. Дункан смотрели на них, сбитый с толку увиденным. Сначала он подумал, что Кира старалась убить дракона, который упал с неба. Но затем он увидел, что дракон придавлен валуном. Дункан был озадачен, увидев, что Кира толкает валун. Он не понимал, что она пытается сделать. Освободить дракона? Зачем?

«Кира!» – крикнул Дункан.

Дункан побежал через открытый двор, избегая столбов пламени и ударов когтей драконов, пока, наконец, не добрался до стороны дочери.

В эту минуту Кира подняла голову вверх и на ее лице проступило потрясение. А затем – радость.

«Отец!» – крикнула она.

Кира побежала в его объятия и Дункан обнял ее. Держа свою дочь в руках, он снова почувствовал себя живым, словно ожила часть его.

По его щекам побежали слезы счастья. Он с трудом верил в том, что Кира на самом деле здесь, что она жива.

Кира и Дункан обнимались, и он испытал облегчение, чувствуя, что, хоть дочь и трясется в его руках, она не ранена.

Вспомнив, Дункан оттолкнул дочь, повернулся к дракону, вынул меч и поднял его, собираясь отрубить дракону голову, чтобы защитить Киру.

«Нет!» – крикнула девушка.

Она удивила Дункана, бросившись вперед и схватив его за запястье. Ее хватка была на удивление сильной и удерживала его от удара. Это не была та кроткая дочь, которую он оставил в Волисе. Очевидно, теперь она была воином.

Дункан растерянно посмотрел на дочь.

«Не причиняй ему вред», – приказал Кира уверенным голосом воина. – «Теон – мой друг».

Дункан был потрясен.

«Твой друг?» – переспросил он. – «Дракон?»

«Пожалуйста, Отец», – попросила девушка. – «Времени на объяснения нет. Помоги нам. Его придавило. Я не могу одна отодвинуть этот камень».

Как бы Дункан ни был потрясен, он доверял ей. Он вложил меч в ножны, подошел к дочери и начал изо всех сил толкать валун. Но, как бы он ни старался, камень едва сдвинулся.

«Он слишком тяжелый», – сказал Дункан. – «Я не могу. Прости».

Вдруг позади него послышался звон брони и, обернувшись, Дункан обрадовался, увидев Эйдана, Энвина, Кассандру и Снежка, которые бросились вперед. Они вернулись за ним, снова рискнули своими жизнями.

Не колеблясь, они все подбежали прямо к валуну и начали толкать.

Камень немного откатился, но им все еще не удавалось освободить дракона.

Услышав затрудненное дыхание, Дункан обернулся и увидел Мотли, торопящегося догнать остальных, запыхавшегося. Он присоединился к ним, бросив свой вес на валун, и в этот раз тот на самом деле начал откатываться. Мотли – актер, шут, страдающий избыточным весом, последний, от кого они этого ожидали – внес весомый вклад, чтобы откатить камень с дракона.

С одним последним толчком камень приземлился со стуком в облаке пыли, и дракон был свободен.

Теон вскочил на ноги и закричал, выгнув спину и вытянув свои когти. Разъяренный, он посмотрел на небо. Большой фиолетовый дракон заметил их, нырнул прямо на них и Теон, не медля, подпрыгнул в воздух, открыл свою пасть и полетел прямо вверх, схватив за мягкую яремную вену ничего не подозревающего дракона.

Теон держал его изо всех сил. Огромный дракон яростно закричал, застигнутый врасплох, очевидно, не ожидая такого от детеныша дракона, и они оба врезались в каменную стену в дальней части двора.

Дункан и остальные обменялись потрясенными взглядами, пока Теон сражался с драконом, отказываясь отпускать извивающегося большого соперника, прижимая его к дальней стороне двора. Свирепый, извивающийся, рычащий Теон не отпускал его до тех пор, пока соперник, намного больше него, в конце концов, не упал вялый.

Они получили временную передышку.

«Кира!» – крикнул Эйдан.

Кира посмотрела вниз и заметила своего маленького брата. Дункан с радостью наблюдал за тем, как Эйдан побежал в объятия сестры. Кира обняла его, в то время как Снежок подпрыгивал и облизывал ладони девушки, очевидно, обрадовавшись.

«Брат мой», – ахнула Кира, ее глаза наполнились слезами. – «Ты жив».

Дункан услышал облегчение в ее голосе.

В глазах Эйдана вдруг появилась грусть.

«Брэндон и Брэкстон мертвы», – сообщил о сестре.

Кира побледнела. Она повернулась и посмотрела на отца, и, помрачнев, Дункан кивнул в знак подтверждения.

Внезапно Теон взлетел вверх и приземлился перед ним, размахивая крыльями и жестом приглашая Киру взобраться ему на спину. Дункан услышал рев высоко над ними и, подняв голову вверх, он увидел всех драконов, которые кружили, собираясь нырнуть.

К благоговению Дункана, Кира оседлала Теона. Она сидела на спине дракона – сильная, свирепая, в позе великого воина. Маленькой девочки, которую он когда-то знал, больше нет. Вместо нее появился гордый воин, женщина, которая может управлять легионами. Он никогда еще не испытывал такую гордость, как в этот день.

«У нас нет времени. Пойдемте со мной», – сказала им Кира. – Вы все. Присоединяйтесь ко мне».

Они все удивленно посмотрели друг на друга, и у Дункана засосало под ложечкой при мысли о полете на драконе, особенно пока он рычал на них.

«Быстрее!» – сказала Кира.

Видя стаю опускающихся драконов и зная, что шансы у них не велики, Дункан приступил к действию. Он поторопил Эйдана, Энвина, Мотли, Кассандру, Септина и Снежка, и они все взобрались на спину дракона.

Дункан держался за тяжелую, древнюю чешую, поражаясь тому, что он на самом деле сидит на спине дракона. Это казалось сном.

Дункан держался изо всех сил, пока дракон поднимался в воздух. У него скрутило желудок, он с трудом верил тому, что происходит. Впервые в жизни он летел в воздухе, над улицами, быстрее, чем когда-либо.

Теон, будучи быстрее всех драконов, летел над улицами, петляя и поворачивая. Он был таким быстрым, что другие драконы не могли добраться до него посреди всего беспорядка и пыли столицы. Дункан посмотрел вниз и был потрясен, увидев город сверху, увидев вершины сооружений, извилистые улочки, раскинутые внизу.

Кира блестяще направляла Теона, и Дункан очень гордился своей дочерью, очень удивлялся тому, что она может так ловко управлять зверем. Через несколько минут они были свободны, в открытом небе, за стенами столицы, и парили над местностью.

«Мы должны лететь на юг!» – крикнул Энвин. – «Там, за периметром столицы, есть каменные строения. Все наши люди ждут нас! Они отступили туда».

Кира направила Теона и вскоре они все летели на юг, в сторону огромных скал на горизонте. Дункан увидел впереди на горизонте сотни огромных валунов, отмеченных небольшими пещерами внутри.

Когда они приблизились, Дункан увидел броню и оружие в пещерах, которые сверкали в пустынном свете, и его сердце воспарило, когда он увидел внутри сотни своих людей, ожидающих его в этом месте сплочения.

Когда Кира направила Теона вниз, они приземлились у входа в большую пещеру. Дункан читал страх на лицах мужчин внизу, когда приблизился дракон. Они приготовились к атаке. Но, когда они заметили Киру и остальных на его спине, выражение страха сменилось потрясением. Они ослабили бдительность.

Дункан, Кира и остальные спешились, и он побежал в объятия своих людей, радуясь тому, что снова видит их в живых. Здесь были Кавос, Брамтос, Сивиг и Артфаэль – люди, которые рискнули своими жизнями ради него, которых он уже не надеялся когда-нибудь увидеть.

Дункан повернулся и, увидев Киру, удивился, потому что она не спешилась вместе с остальными.

«Почему ты все еще сидишь на нем?» – спросил он. – «Ты не присоединишься к нам?»

Но Кира сидела на драконе, ее спина была прямой и гордой. Она покачала головой.

«Я не должна, Отец. У меня есть важное дело в другом месте. От имени Эскалона».

Дункан растерянно смотрел на нее, удивляясь тому, каким сильным воином стала его дочь.

«Но где?» – спросил он. – «Где дело важнее нашего?»

Кира колебалась.

«В Марде», – ответила она.

Дункан ощутил дрожь от этих слов.

«В Марде?» – переспросил он. – «Ты? Одна? Ты никогда не вернешься!»

Кира кивнула, и по ее глазам он понял, что она уже знает.

«Я поклялась отправиться туда», – ответила она. – «И я не могу оставить свое дело. Теперь, когда ты в безопасности, мой долг зовет меня. Разве не ты всегда учил меня тому, что долг превыше всего, Отец?»

Дункан почувствовал, как его сердце наполнилось гордостью от ее слов. Он сделал шаг вперед, поднял руку и обнял дочь, прижимая ее к себе, в то время как его люди собирались вокруг.

«Кира, дочь моя. Ты – лучшая часть моей души».

Дункан увидел, что глаза Киры наполнились слезами, и она кивнула в ответ – сильнее, могущественнее, без прежних сантиментов. Она слегка пнула Теона, и дракон быстро поднялся в воздух. Кира гордо летела на его спине, все выше и выше в небо.

Сердце Дункана разбилось, пока он смотрел, как она улетает на север. Он спрашивал себя, увидит ли он ее когда-нибудь снова, пока она улетала куда-то навстречу мраку Марды.

На страницу:
3 из 4