Мишель Дэмаркэ
Тиауба: Золотая Планета


На панели мы теперь могли видеть людей, несущих одну из пластин в волны. Она плавала, как будто была сделана из пробки. Люди поднялись на неё, схватили большие вёсла, с которыми они искусно управлялись, и лодка пустилась в открытое море. Когда они были на приличном расстоянии от берега, они забросили рыболовные лески и, к моему удивлению, почти тут же вытащили рыбу приличных размеров.

Было довольно пленительно видеть, как эти люди выживали, и иметь возможность помогать им, как будто мы были богами.

Я освободил себя от силового поля, имея желание пойти и изучить другие экраны, которые получали иные изображения. В момент, когда я собирался слезть со своего места, я получил приказ, не слыша ни звука: – Оставайся там, где ты есть, Мишель. – Я был поражён. Голос словно был внутри моей головы. Я повернул голову по направлению к Тао, которая улыбалась мне. Я решил попробовать кое-что и подумал так сильно, как только мог, – Телепатия прекрасна, не так ли, Тао?

– Конечно – Она ответила таким же образом.

– Это великолепно! Можешь ли ты сказать мне какова сейчас температура там внизу?

Она проверила данные на своём пульте управления. – Двадцать восемь ваших градусов Цельсия. Днём средняя температура составляет тридцать восемь градусов.

Я сказал себе, что если бы я был глухим и немым, то смог бы общаться с Тао так же легко, как я могу с произносимыми словами.

– Именно, мой дорогой.

Я посмотрел на Тао с некоторым удивлением. Я рассуждал про себя, но она тем не менее перехватила мои мысли. Я был слегка смущён этим.

Она широко улыбнулась мне. – Не волнуйся, Мишель. Я просто была игривой, и я прошу твоего прощения. Обычно я только читаю твои мысли, когда ты спрашиваешь у меня вопрос. Я просто хотела продемонстрировать, что возможно в этой области. Я больше не буду этого делать.

Я улыбнулся ей в ответ и переключил своё внимание на приборную панель. На ней я видел сферу на пляже, которая была очень близко к группе людей, которые, казалось, не замечали её. Эта сфера брала пробы песка из места, находящегося примерно в десяти метрах от группы. Телепатически я спросил Тао почему эти люди не могли видеть аппарат.

– Сейчас ночь, – она ответила.

– Ночь? Но почему мы можем так ясно всё видеть?

– Специальные камеры, Мишель – нечто на подобии ваших инфракрасных.

Теперь я лучше понял, почему получаемые изображения были менее "освещёнными", чем на наших предыдущих остановках. Тем не менее крупные планы были превосходны. В тот момент, на панели, мы получили кадр лица, похожего на женское. Оно было крайне жутким. Бедное существо имело огромную рану там, где должен был быть её левый глаз. Её рот располагался справа от её лица и имел вид крошечного маленького отверстия посередине её челюсти, вокруг которого были слипшиеся вместе губы. На макушке её головы печально свисал единственный пучок волос.

Теперь мы могли видеть её груди, которые были бы очень красивыми, если бы одна из них не имела гнойную рану на боку.

– С такими грудями она должна быть молодой? – Спросил я.

– Компьютер определяет возраст в 19 лет.

– Радиация?

– Конечно.

Появились другие люди, некоторые из которых выглядели совершенно нормальными. Среди них были мужчины с атлетическим телосложением, которые выглядели на двадцать лет.

– Сколько лет самому старшему? Ты знаешь?

– В настоящее время мы не имеем данных о ком-либо старше 38 лет, и год на этой планете составляет 295 дней, в дне 27 часов. Теперь, если ты посмотришь на экран, ты сможешь увидеть крупный план области гениталий того красивого и атлетического молодого человека. Как ты заметишь, гениталии полностью атрофированы. Мы уже вычислили из предыдущих экспедиций, что тут есть очень немного мужчин, которые фактически способны произвести потомство – и в то же время, среди этих людей есть огромное количество детей. Это инстинкт выживания всех рас – размножаться как можно скорее. Таким образом, очевидным решением было бы, что мужчины способные к размножению являются "жеребцами-производителями". Я думаю, этот мужчина должен быть одним из них.

В самом деле, камера показывала мужчину примерно 30 лет, обладающего физическими атрибутами, несомненно, способными произвести потомство.

Ещё мы могли видеть много детей, ходящих возле маленьких костров, на которых готовилась еда.

Мужчины и женщины, сидящие возле костров, брали приготовленные куски и делились ими с детьми. Пламя было похоже на пламя от дерева, но я не был уверен. Они топились чем-то по форме похожим на камни.

Позади костров, пластины, похожие на ранее виденные лодки, были сложены и собраны так, чтобы образовать убежища, которые выглядели довольно комфортно.

В поле видения камеры не было видно деревьев – возможно они существовали, потому что ранее я замечал зелёные участки, когда мы летели над континентом.

Среди двух хижин появилось несколько маленьких чёрных свиней, за которыми гнались три неистовые жёлтые собаки, только чтобы исчезнуть позади другой лачуги. Я был ошарашен и не мог не размышлять, если я действительно смотрел на другую планету. Эти люди выглядели так же, как и я – или, скорее, как полинезийцы – и тут были собаки и свиньи. Это всё было ещё более и более удивительным…

Сфера начала возвращаться, так же как это несомненно делали другие сферы, которые мониторились на экранах, которые мне было трудно видеть с моего места. Операция "возвращение на корабль" была начата, и все сферы "были поглощены" без происшествий, как и раньше.

Я предположил, что мы вновь собирались улетать, и поэтому я удобно расположился на своём месте и позволил силовому полю зафиксировать меня.

Через несколько мгновений появились солнца планеты, в количестве двух, потом всё быстро убыло, точно так же как когда мы покинули Землю. После короткого промежутка времени силовое поле было нейтрализовано, и я понял, что свободен покинуть своё место. Это было хорошее чувство. Я заметил, как Тао шла ко мне в сопровождении двух "самых старших", если я могу так выразиться, её товарищей. Я остался стоять у своего кресла перед тремя астронавтками.

Для того чтобы смотреть на Тао, я уже был вынужден поднимать свою голову, но когда она представила меня, по-французски, "самой старшей" из них, я почувствовал себя ещё более маленьким. Последняя была точно на голову выше, чем Тао.

Я был совершенно поражён, когда она, Биастра, заговорила со мной на правильном, хотя и медленном, французском. Она положила свою правую руку на моё плечо и сказала,

– Я очень рада иметь тебя на борту, Мишель. Я надеюсь, что с тобой всё в порядке и что так будет и дальше. Позволь мне представить тебе Латоли, заместителя командира нашего корабля, сама же я являюсь тем, кого вы бы назвали "Главнокомандующим Алаторы".

Повернувшись к Латоли, она сказала несколько слов на своём языке, и Латоли тоже положила свою руку мне на плечо. С тёплой улыбкой, она медленно повторила моё имя несколько раз, как сделал бы кто-то, имеющий трудности в произношении на новом языке.

Её рука оставалась на моём плече, и чувство благосостояния, отчётливое жидкостное ощущение, прошло через моё тело.

Я был так явно переполнен этим ощущением, что все трое начали смеяться. Читая мои мысли, Тао успокоила меня.

– Мишель, Латоли обладает особым даром, хотя и не редким среди нашего народа. То, что ты ощущал является магнитной жидкостью, которая благотворна, и которая истекала от Латоли.

– Это замечательно! – Воскликнул я. – Пожалуйста, поблагодари её за меня. – Затем я обратился к двум астронавткам. – Благодарю Вас за ваше гостеприимство, но я должен признаться, что я совершенно изумлён тем, что происходит со мной. Это поистине самое невероятное приключение для Землянина вроде меня. И хотя я всегда верил в возможность, что другие планеты могут быть заселены человекоподобными существами, мне всё ещё тяжело убедить себя, что это не фантастический сон. Я всегда обсуждал такие вещи как телепатия, инопланетяне и то, что мы называем "летающими тарелками", с друзьями на Земле, но то были просто слова и громкие фразы, произнесённые в неведении. Теперь у меня есть доказательство того, что я так долго предполагал относительно существования параллельных Вселенных, дуальности нашей сущности, и других необъяснимых явлений. Испытать всё то, что я пережил за эти последние несколько часов, настолько захватывающе, что у меня просто захватывает дух.

Латоли, восхищаясь моим монологом, воскликнула что-то словами, которые я не понимал, но которые Тао незамедлительно перевела для меня.

– Латоли очень хорошо понимает твоё состояние души, Мишель.

– Как и я, – добавила Биастра.

– Как она смогла понять, что я сказал?

– Она телепатически "окунулась" в твой разум пока ты говорил. Как ты должен понять, телепатии не мешают языковые барьеры.

Моё удивление позабавило их, и нескончаемые улыбки заиграли на их губах. Биастра обратилась ко мне.

– Мишель, я собираюсь представить тебя остальному экипажу, если ты любезно проследуешь за мной. – Она вела меня за плечо к самому дальнему пульту управления, где три астронавтки следили за приборами. Я никогда ещё не подходил к этим пультам управления и, даже в Астральном теле, я не уделял никакого внимания на показания этих компьютеров. Взглянув на них теперь, я совершенно остолбенел. Цифры перед моими глазами были Арабскими! Я знаю, что читатель будет так же удивлён, как был и я, но это был факт. 1, 2, 3, 4 и так далее, появляющиеся на мониторах, были теми же самыми цифрами, что существуют на Земле.

Биастра заметила моё удивление. – Это правда, не так ли, Мишель, что для тебя тут имеется один сюрприз за другим. Не думай, что мы веселимся за твой счёт, так как мы полностью понимаем твоё удивление. Всё встанет на свои места в своё время. А сейчас, пожалуйста, позволь мне представить тебе Наолу.

Первая из астронавток встала и повернулась ко мне. Она положила свою руку мне на плечо, так же как это делали Биастра и Латоли. Мне пришло на ум, что этот жест должен соответствовать нашему рукопожатию. Наола обратилась ко мне на своём языке, и потом она также повторила моё имя три раза, как будто она хотела навсегда зафиксировать его в памяти. Она была примерно такого же роста, как и Тао.

Та же самая церемония повторялась при каждом новом знакомстве, и, таким образом, я официально познакомился со всеми членами экипажа. Между ними было поразительное сходство. Их волосы, например, различались только длиной и оттенком, который варьировался от тёмно-медного до светло-золотого цвета. Некоторые имели более длинные или более широкие носы, чем другие, но все имели глаза, цвет которых больше склонялся к светлому, чем к тёмному, и у всех были очень опрятные, хорошо сформированные уши.
this