Текст книги

Лебэл Дан
Класс: Сталкер

– Диспетчер, – ровный, почти без интонации, раздался голос из трубки.

– Дежурный электрослесарь участка №3 Белозерцев, – представился я.

– Олега, ты? – голос немного оживился.

– Я, Михалыч, я. Докладываю: я на семисотом. Тут «палили», ты в курсе. Вентилятор есть, натянутых рукавов нет. Людей надо. Одному тут делать нечего, – твёрдо заявил я диспетчеру.

– Только людей? Рукава есть?

– Рукава есть. Люди, когда будут? – «Если в конце смены, то это всё финиш…»

– Через час, раньше никак. И следующий раз без полулитру даже не звони,– уведомил Михалыч.

– Сочтемся. Замеры произвел, все в пределах нормы. Я сейчас кабель начну тянуть, так что если понадоблюсь, в подстанцию не звони. Через сигнализацию фонаря вызывай.

– Понял, жди, – ответил диспетчер и повесил трубку.

Это хорошо, что диспетчер сегодня Михалыч, другой бы кочевряжился и помощь получил бы я только в конце смены. Кабель, кабель…стоп, а вентилятор-то я не проверил. Вдруг где замыкает, фаза на корпус бьет. Редко, но бывает, стукнули где, или еще чего. А это отмена наряда и путь домой. От этой мысли в груди потеплело. Вприпрыжку добежал до вентилятора и начал проверять мегомметром.

Ну-у…не везет мне сегодня. Опять закурив, подошел к «отпаленному» штреку и стал смотреть на свод. М-да…заколов было очень много, кто-то устанет убирать. Докурив и затушив сигарету, щелчком пульнул ее в нуждающийся в проветривании штрек. Зачем-то проследив ее полет, увидел, что попал в поблескивающий на свету, присыпанный частичками руды какой-то предмет. И что это? По идеи не должно тут ничего быть. Если только взрывники что-нибудь не выкинули.

Посмотреть? Так это, страшновато немного, сверху свалится кусочек, маленький такой, тонны на две-три и все, приехали, конечная – морг… Человек, когда работать не хочет, отговорку себе всегда найдет: то покурить, то немного передохнуть или вообще заняться чем-нибудь другим. Все. Хочу, не могу, надо узнать, что там за штуковина? Так, вздохнули, выдохнули, пошел.

Шесть метров туда и столько же обратно, пролетели за один миг. Ну и зачем это я рисковал, что это за штука такая? В моей руке лежал цилиндр длиной сантиметров в двадцать, не широкий, на взгляд диаметров пять-шесть сантиметров. Очень легкий, как из алюминия, только это не он, цвет другой – темно-серый. И? В неведении я оставался недолго. Мою правую руку, в которой я держал цилиндр, охватила серая дымка с всполохами темно-красного цвета. «Как? Что?!» – первая мысль, посетившая мою голову, вторая… а вот второй не было, потому что пришла ПАНИКА! Рука стала выполнять дергающие движения, пытаясь стряхнуть это, ноги сами прыгали, причем иногда вразнобой. Скакал я по шахте до того момента пока не споткнулся и не растянулся на земле, предварительно ударившись о борт прохода. «Если бы не каска, голову бы точно пробил. О-о, я опять думаю!» – мысленный диалог немного успокоил. На первый взгляд с рукой было все в порядке. Полежу немного, успокоюсь, а то внутри еще потряхивает, адреналина в крови на троих хватит. Вдох-выдох, вдох-выдох. Луч фонаря на каске светил вверх, но не достигал свода. Тьма обступала со всех сторон, а я смотрел, как в потоке света кружилась пыль. Вроде отпустило, пора вставать и немного подумать, а что это было-то? Встать у меня не получилось. Резкий, резонирующий, металлический голос, раздался в моей голове:

НАЙДЕН НОСИТЕЛЬ. АНАЛИЗ… РЕЗУЛЬТАТ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ.

АКТИВИРОВАНА ПРОЦЕДУРА НАСТРОЙКИ НА ОРГАНИЗМ НОСИТЕЛЯ…

Попытался вскочить, не получилось, ноги стали ватные и не слушались. А потом стало темно, и я отключился.

Глава 2

– Эй, мужик, ты как? – сознание вернулось резко, рывком.

Я сел и осмотрелся. Двое рабочих, с соседнего участка, обступив меня, смотрели с участием. Не помню, как их зовут, так шапочно знакомы. Что случилось-то? Вентилятор, цилиндр и дымка. Надо домой. Не нравится мне, как сегодня развиваются события.

– Приступ был, да?– спросил вроде бы Серега.

– Какой приступ? – не понял я.

– Ну… это, как её? Эпилепсии, – выдал он.

– Серега, Сергей же? – дождавшись утвердительного кивка, продолжил: – С чего это ты взял, что я болен эпилепсией? Таких, вообще-то, на профессиональном осмотре сразу бракуют,– пояснил я.

– Дык, это… мы тут с Вальком, идем, значит, ага, диспетчер послал. А тут ты лежишь, ну мы это… к тебе значит, а ты – дергаешься! Я к телефону – звонить. А Валька тут, с тобой остался, – очень информативно поведали мне.

Ох тыж ё! Сейчас такая волна подымется! Эти два архаровца, позвонили диспетчеру и сейчас сюда, на всех парах рвется дежурный медик. Подъём и быстро к телефону.

– Диспетчер,– а голос то уже не ровный, ЧП, блин во вверенной территории.

– Михалыч, Белозерцев, – без энтузиазма сообщил я.

– Твою же медь, Олег, ядрена ты кочерыжка, живой? Я тут уже такую бучу поднял, эти, работнички по телефону сказать толком не могут: ну, это, вроде живой, вроде дышит, но дёргается,– передразнил он Серегу.

– Кого, поднял? – с маленькой надеждой спросил я.

– Начальник твой уже здесь, главный инженер едет, инспектора, директору пока не сообщали. И ты знаешь, что: иди на мировую, не бухти, как обычно, – предупредил диспетчер.

– Не маленький, разберусь. Давай всем отбой что ли? Я выезжаю,– попрощался я.

А на верху меня уже ждали. Медик проверил давление, посмотрел зрачки, поспрашивал и отпустил, сказав, что передаст рекомендации моему руководству. Помывшись и переодевшись, я потопал в кабинет к начальнику.

– И что это с тобой, было? – озабоченно спросил Игорь Викторович.

– Не знаю, устал, две смены подряд всё же, – усиленно разглядывая потолок, ответил я.

– Ну да, ну да, мне-то сказки не рассказывай. Вы когда подмениваетесь, по две смены работаете, а потом еще в кабаке гуляете, – сморщился начальник. – И это от усталости, тебя трясло? – продолжил он.

Сижу, молчу, вот молчу и все. Начну говорить – нарвусь. Когда надо мы молчать умеем, а сейчас печёнкой чую – надо. Поиграли в гляделки, мне надоело, отвел взгляд.

– Неделю тебе – отдыхай. В табеле проставим все как надо, не переживай. Только об этом случае не распространяйся. И в больничку сходи, проверься! – дал напутствие начальник.

– Все понял. Схожу. Проверюсь. До свидания, – спокойно ответил я, внутри же радость выплескивалась через край.

Значит, решили замять это дело. Кому нужны несчастные случаи на работе? Правильно, никому. А так и волки сыты и хрен, а не «полторашка» моих кровных инспектору! Неделя. Не отпуск конечно, но на халяву и уксус сладкий. На дворе начало апреля, снег только сошел, тепло уже. А может рвануть куда? Сегодня четверг третье число, мне на работу четырнадцатого числа, мама дорогая, одиннадцать дней, красота! На недельку в Египет? Давно хочу, еще до брака собирался, да все никак не получалось. Да и денег не было, как впрочем, и сейчас. Хоть где-то стабильность. Это я немного прибедняюсь, конечно. Деньги есть, не большие, но есть. Не одной только официальной работой на хлеб себе зарабатываю.

Яна в Египте была и теперь хочет в Испанию. Стоп, Яна, вот блин, со всей этой свистопляской забыл про неё! Где телефон? Гудки идут, трубку не берёт. Значит, едем за цветами. Не мытьем, так катаньем. Анекдот вспомнил:

Грузин едет на "Мерседесе", увидел красивую девушку и говорит ей:

– Дэвушка, пайдём в баню, купатса будим!

– Нет, не хочу!

– Ну, тагда давай на машине пакатаемся!

– Давай!

Не митьём, так катаньем – сказал довольный грузин, потирая руки.

Вот как-то так с Янкой и живем. Вышел на стоянку, завел свою семилетнюю «Калину», оставшуюся мне после развода, и пока прогревалась, решил перекурить и подумать. Все, что со мной произошло, я помнил. Сгусток, дымку со всполохами, и голос. Просто думать об этом не хотелось – страшно! Но себе я верил, а кому еще верить?! И то, что это конец истории верилось слабо. Решить что-нибудь по этому вопросу я не могу, значит, будем ждать. Ждать и посматривать, а вдруг чего лишнего расти начнет?

Ладно, погнали. Купив красные розы, целых девять штук, порулил к дому матери Яны. Припарковавшись, подошел к подъезду и стал гипнотизировать домофон. На мой взгляд, он никак не прореагировал. Звонить не стал, не наш метод. Подождав еще минут десять – зашел, уступив выходящим. Пешком на пятый этаж, фуф, надо отдышаться. Бросай курить, вставай на лыжи, да-да, вот прямо завтра и брошу. Покурю, затушу и брошу.

– Нина Васильевна, добрый вечер, а Яна у вас? – сказал я, глядя на пожилую женщину.

– Нет, Олежка, нет её. К Ленке ушла, сказала, что у неё переночует. Поругались, да? – участливо поинтересовались у меня.