в поисках счастья
«На работе было все как всегда. Пыльно и скучно. Марта смотрела на подоконник, где стояли самодельные горшки с цветами – банки, обернутые цветной бархатной бумагой, принесенные кем-то из дома. На простоватых цветах толстым слоем лежала пыль. Марта см…
«На работе было все как всегда. Пыльно и скучно. Марта смотрела на подоконник, где стояли самодельные горшки с цветами – банки, обернутые цветной бархатной бумагой, принесенные кем-то из дома. На простоватых цветах толстым слоем лежала пыль. Марта см…
«Ночью Римме опять не спалось. Вставала, бродила призраком по квартире, пила валокордин. Сама виновата: зачем читать эти тупые глянцевые журналы – развлечения для юных охотниц за олигархами? И она туда же. Ясно же, каждый обращает внимание на то, что…
«Ночью Римме опять не спалось. Вставала, бродила призраком по квартире, пила валокордин. Сама виновата: зачем читать эти тупые глянцевые журналы – развлечения для юных охотниц за олигархами? И она туда же. Ясно же, каждый обращает внимание на то, что…
«Вставать с утра было всегда тяжело. Он просыпался и еще минут десять не открывал глаза, потом лежал с открытыми глазами, глядя в потолок, – недолго. Покрякивая, спускал ноги с кровати и несколько минут так сидел. Затем осторожно поднимался, надевал …
«Вставать с утра было всегда тяжело. Он просыпался и еще минут десять не открывал глаза, потом лежал с открытыми глазами, глядя в потолок, – недолго. Покрякивая, спускал ноги с кровати и несколько минут так сидел. Затем осторожно поднимался, надевал …
«Иван Коновалов считал себя человеком счастливым. Хотя, если быть честным до конца и не кривить душой… В общем, думать обо всем об этом и разбираться не очень-то и хотелось. Семья Ивана состояла из трех человек – собственно, сам Иван и две его женщин…
«Иван Коновалов считал себя человеком счастливым. Хотя, если быть честным до конца и не кривить душой… В общем, думать обо всем об этом и разбираться не очень-то и хотелось. Семья Ивана состояла из трех человек – собственно, сам Иван и две его женщин…
«В три часа ночи я встала, тихо выползла из спальни, прокралась в кухню и открыла холодильник. Задумалась – и съела кусок селедки. Вот так. Представить страшно. А сделать? Еще минут сорок мучила совесть, но потом угомонилась и она – вместе со мной. П…
«В три часа ночи я встала, тихо выползла из спальни, прокралась в кухню и открыла холодильник. Задумалась – и съела кусок селедки. Вот так. Представить страшно. А сделать? Еще минут сорок мучила совесть, но потом угомонилась и она – вместе со мной. П…
«Конечно, она пришла по рекомендации – по-другому и быть не могло. Вариант типа агентства не для меня, хотя жизнь показывает, что бывает всякое. И рекомендация эта была через десятые руки. Но так все же спокойнее. Появилась она точно в назначенное вр…
«Конечно, она пришла по рекомендации – по-другому и быть не могло. Вариант типа агентства не для меня, хотя жизнь показывает, что бывает всякое. И рекомендация эта была через десятые руки. Но так все же спокойнее. Появилась она точно в назначенное вр…
«С вечера, как всегда, была назойливая, дребезжащая тревога. Вдруг Наденька не придет? Нет, нет, она все понимала и даже не собиралась осуждать – ни на минуту, не приведи господи! Ну что ей делать у старухи? Сомнительное удовольствие обсуждать болячк…
«С вечера, как всегда, была назойливая, дребезжащая тревога. Вдруг Наденька не придет? Нет, нет, она все понимала и даже не собиралась осуждать – ни на минуту, не приведи господи! Ну что ей делать у старухи? Сомнительное удовольствие обсуждать болячк…
«Все его письма начинались именно так: «Дорогая Валерия!» Ну и далее по тексту. В основном все одно и то же. Жив, здоров, пришел из рейса. Очень интересно!
Мама называла его «эпистолярный маньяк». Очень точно. Доставая очередное послание из почтового…
«Все его письма начинались именно так: «Дорогая Валерия!» Ну и далее по тексту. В основном все одно и то же. Жив, здоров, пришел из рейса. Очень интересно!
Мама называла его «эпистолярный маньяк». Очень точно. Доставая очередное послание из почтового…
«Они были из тех дальних, незначительных и нелюбимых родственников, которых встречаешь только на юбилеях и похоронах. Вообще-то их недолюбливали. За что? Ведь с виду они были абсолютные, классические божьи одуванчики. Чистенькие, ровненькие, похожие …
«Они были из тех дальних, незначительных и нелюбимых родственников, которых встречаешь только на юбилеях и похоронах. Вообще-то их недолюбливали. За что? Ведь с виду они были абсолютные, классические божьи одуванчики. Чистенькие, ровненькие, похожие …
«Вообще-то они старались его не беспокоить – только крайний случай, самый крайний, когда без него уже точно было не обойтись. А так оберегали, жалели, понимали, какая непростая у него жизнь. Родное дитя. Дитятко, прости господи, сорока лет. Крупный, …
«Вообще-то они старались его не беспокоить – только крайний случай, самый крайний, когда без него уже точно было не обойтись. А так оберегали, жалели, понимали, какая непростая у него жизнь. Родное дитя. Дитятко, прости господи, сорока лет. Крупный, …
«Гриша называл ее «моя прелесть». Вообще, все это выглядело так: счастье пришло – и вот я наконец тебя встретил! Можно ждать всю жизнь и не дождаться, а тут, можно сказать, несказанно и неслыханно повезло. Это если про половинки двух яблок…
Хотя с те…
«Гриша называл ее «моя прелесть». Вообще, все это выглядело так: счастье пришло – и вот я наконец тебя встретил! Можно ждать всю жизнь и не дождаться, а тут, можно сказать, несказанно и неслыханно повезло. Это если про половинки двух яблок…
Хотя с те…
«Последний четверг каждого месяца – Ляля чтила это свято – она ехала на кладбище. Каждый месяц, так было заведено еще при жизни мамы (папа ушел на два года раньше). Пропуск по уважительной причине мог быть только один-единственный – высокая температу…
«Последний четверг каждого месяца – Ляля чтила это свято – она ехала на кладбище. Каждый месяц, так было заведено еще при жизни мамы (папа ушел на два года раньше). Пропуск по уважительной причине мог быть только один-единственный – высокая температу…
«Итак, было куплено пианино – громоздкое, ставшее сразу каким-то нелепым предметом в нашей и без того маленькой комнате, еще остро пахнувшее деревом и лаком. Пианино было взято в рассрочку, и мои бедные родители, видимо, предвкушали счастливые семейн…
«Итак, было куплено пианино – громоздкое, ставшее сразу каким-то нелепым предметом в нашей и без того маленькой комнате, еще остро пахнувшее деревом и лаком. Пианино было взято в рассрочку, и мои бедные родители, видимо, предвкушали счастливые семейн…
«Конечно, на эту затею совершенно не было денег. Понятно, что две стипендии, наполовину уже опустошенные, были не в счет. Но эта восхитительная, как им казалось, идея срочно требовала какого-то решения. У родителей брать не хотелось. С ними еще предс…
«Конечно, на эту затею совершенно не было денег. Понятно, что две стипендии, наполовину уже опустошенные, были не в счет. Но эта восхитительная, как им казалось, идея срочно требовала какого-то решения. У родителей брать не хотелось. С ними еще предс…
Три девочки смотрят со старой фотографии: ситцевые сарафаны, пыльные ноги в разбитых сандалиях. Они веселы и беззаботны – так, как бывает лишь в детстве, когда еще не знаешь, что ждет впереди.
Годы летят быстро – и вот уже не очень молодая женщина ра…
Три девочки смотрят со старой фотографии: ситцевые сарафаны, пыльные ноги в разбитых сандалиях. Они веселы и беззаботны – так, как бывает лишь в детстве, когда еще не знаешь, что ждет впереди.
Годы летят быстро – и вот уже не очень молодая женщина ра…
Москва – город, в котором не бывает чудес. Однако умом и трудом в нем можно кое-чего достичь. За десять лет жизни Катя Трифонова добилась больших карьерных высот и стала владелицей трехкомнатной квартиры в центре столицы. Вот только с любовью никак н…
Москва – город, в котором не бывает чудес. Однако умом и трудом в нем можно кое-чего достичь. За десять лет жизни Катя Трифонова добилась больших карьерных высот и стала владелицей трехкомнатной квартиры в центре столицы. Вот только с любовью никак н…
В новой книге петербургского писателя нашли свое отражение вечные темы – любовь и война. Главный герой романа Роберт Стрельцов наш современник. На его долю выпали суровые испытания чеченской кампании.
Он с честью исполнил свой долг и вернулся. Но ока…
В новой книге петербургского писателя нашли свое отражение вечные темы – любовь и война. Главный герой романа Роберт Стрельцов наш современник. На его долю выпали суровые испытания чеченской кампании.
Он с честью исполнил свой долг и вернулся. Но ока…
Зачем дочери одного из самых богатых людей в Австралии отправляться в глушь подальше от светского общества, нарядов, балов, чтобы погрузиться в самую грязную и тяжелую работу? Какие демоны гнали девушку? Казалось бы, у нее есть все, чтобы радоваться …
Зачем дочери одного из самых богатых людей в Австралии отправляться в глушь подальше от светского общества, нарядов, балов, чтобы погрузиться в самую грязную и тяжелую работу? Какие демоны гнали девушку? Казалось бы, у нее есть все, чтобы радоваться …
Одна-единственная ошибка в клинике репродуктивной медицины – и Лука Моретти стал отцом! Причем дочь ему родила Клэр Дуглас, женщина, которую он даже не видел. Клэр все еще не оправилась от потери мужа, когда обнаружила, что какой-то незнакомец стал о…
Одна-единственная ошибка в клинике репродуктивной медицины – и Лука Моретти стал отцом! Причем дочь ему родила Клэр Дуглас, женщина, которую он даже не видел. Клэр все еще не оправилась от потери мужа, когда обнаружила, что какой-то незнакомец стал о…
Лишь спустя год после авиакатастрофы миллиардер Антонио Каваллари смог вернуться домой. Он не помнит Кейтлин, женщину, которая открыла ему дверь и заявила, что она сестра его погибшей жены, кроме того, суррогатная мать троих его детей. Антонио поняти…
Лишь спустя год после авиакатастрофы миллиардер Антонио Каваллари смог вернуться домой. Он не помнит Кейтлин, женщину, которая открыла ему дверь и заявила, что она сестра его погибшей жены, кроме того, суррогатная мать троих его детей. Антонио поняти…





















