страсть
Охотница за женихами или невинная жертва обстоятельств? Мне к лицу любая роль! Жизнь изменилась, когда мама решила подобрать для меня идеального мужа. Главные критерии – именитая семья, богатство, высшее образование. А чувства? Какая глупость! Однако…
Охотница за женихами или невинная жертва обстоятельств? Мне к лицу любая роль! Жизнь изменилась, когда мама решила подобрать для меня идеального мужа. Главные критерии – именитая семья, богатство, высшее образование. А чувства? Какая глупость! Однако…
Татка едет за моей спиной, прижимается ко мне тонким телом, обхватывает ногами. А я завожусь. Дико. Непотребно. До красных пятен перед глазами.
И не помогают мантры, которые раньше спасали.
Уже не спасают.
Уже год не спасают.
С того прошлого проклято…
Татка едет за моей спиной, прижимается ко мне тонким телом, обхватывает ногами. А я завожусь. Дико. Непотребно. До красных пятен перед глазами.
И не помогают мантры, которые раньше спасали.
Уже не спасают.
Уже год не спасают.
С того прошлого проклято…
Незнакомец, на которого так удачно упала Марина, кажется, совсем не намерен ее отпускать. Просто так, по крайней мере.
Бывший муж неожиданно вспоминает о прошлых счастливых деньках.
Друзья мужа, активизировавшиеся после развода, клиенты на новой рабо…
Незнакомец, на которого так удачно упала Марина, кажется, совсем не намерен ее отпускать. Просто так, по крайней мере.
Бывший муж неожиданно вспоминает о прошлых счастливых деньках.
Друзья мужа, активизировавшиеся после развода, клиенты на новой рабо…
Он смотрел на меня. Молча. В упор.
Взгляд его жестких, черных глаз был очень… Настойчивым.
Лифт шел вниз, медленно, я жалась в угол, не смея отвести глаз от его жесткого непроницаемого лица.
Паша Носорог задумчиво оглаживал мою замершую в испуге фигу…
Он смотрел на меня. Молча. В упор.
Взгляд его жестких, черных глаз был очень… Настойчивым.
Лифт шел вниз, медленно, я жалась в угол, не смея отвести глаз от его жесткого непроницаемого лица.
Паша Носорог задумчиво оглаживал мою замершую в испуге фигу…
– Данил… Вы что-то хотите мне еще сказать? – начала она, строго нахмурив брови, призвав на помощь весь свой преподавательский опыт.
Он – парень, обычный парень, избалованный, привыкший получать все, чего ему захочется. Любой каприз.
Сегодня его капри…
– Данил… Вы что-то хотите мне еще сказать? – начала она, строго нахмурив брови, призвав на помощь весь свой преподавательский опыт.
Он – парень, обычный парень, избалованный, привыкший получать все, чего ему захочется. Любой каприз.
Сегодня его капри…
– Не торопись, малышка.
Высокий черноволосый мужчина с хищным изгибом сексуальных губ придержал за руку испуганную девушку, рывком развернул к себе и впечатал ее в свою широкую мощную грудь.
– Что вам надо? – с отчаянием спросила она, пытаясь вырвать…
– Не торопись, малышка.
Высокий черноволосый мужчина с хищным изгибом сексуальных губ придержал за руку испуганную девушку, рывком развернул к себе и впечатал ее в свою широкую мощную грудь.
– Что вам надо? – с отчаянием спросила она, пытаясь вырвать…
Митяй вывалился в коридор, зло огляделся и нашел жертву.
Серая мышь, жалась к стене, думала убежать.
А вот хрен тебе!
От Митяя не сбежишь.
Мышь застыла в ужасе, услышав грубый оклик, пацаны двинулись следом, предвкушая развлекуху.
Митяй, на самом дел…
Митяй вывалился в коридор, зло огляделся и нашел жертву.
Серая мышь, жалась к стене, думала убежать.
А вот хрен тебе!
От Митяя не сбежишь.
Мышь застыла в ужасе, услышав грубый оклик, пацаны двинулись следом, предвкушая развлекуху.
Митяй, на самом дел…
Что может готовить ночь Хеллоуина девушке, одетой в костюм ведьмочки? Только встречу с двумя инкубами! А что будет делать ведьмочка с двумя инкубами? Ну… Вариантов много…
Что может готовить ночь Хеллоуина девушке, одетой в костюм ведьмочки? Только встречу с двумя инкубами! А что будет делать ведьмочка с двумя инкубами? Ну… Вариантов много…
Чем может обернуться добрый поступок? Лида, случайно спасшая очень опасного человека, это скоро узнает. И пожалеет. И поймёт, что доброта в наше время наказуема.
Чем может обернуться добрый поступок? Лида, случайно спасшая очень опасного человека, это скоро узнает. И пожалеет. И поймёт, что доброта в наше время наказуема.
Ты можешь думать, крошка,
О том, что я – отброс,
О том, что я – ничто,
Но мы с тобою знаем,
Что никогда никто
Не будет тебя любить,
Не будет тебя любить.
Больше, чем я.
Ты можешь думать, крошка,
О том, что я – отброс,
О том, что я – ничто,
Но мы с тобою знаем,
Что никогда никто
Не будет тебя любить,
Не будет тебя любить.
Больше, чем я.
– Ты думаешь, я не знаю, что эти козы решили тебе мужика подогнать? И ты это знала. И все же приперлась сюда. Вопрос: зачем? Ответ: за мужиком. Да?
Она отрицательно машет головой, волосы разлетаются, прядка застревает в уголке губ. Я смотрю и глаз от…
– Ты думаешь, я не знаю, что эти козы решили тебе мужика подогнать? И ты это знала. И все же приперлась сюда. Вопрос: зачем? Ответ: за мужиком. Да?
Она отрицательно машет головой, волосы разлетаются, прядка застревает в уголке губ. Я смотрю и глаз от…
Зря ты приехала, Веснушка. Сидела бы в своей Германии. Тебе спокойней. Да и мне тоже.
Осталась бы в моей памяти веселой веснушчатой девчонкой, за которой я портфель таскал…
Теперь ты другая. Красотка. Соблазн ходячий.
И я другой. И Черным меня уже да…
Зря ты приехала, Веснушка. Сидела бы в своей Германии. Тебе спокойней. Да и мне тоже.
Осталась бы в моей памяти веселой веснушчатой девчонкой, за которой я портфель таскал…
Теперь ты другая. Красотка. Соблазн ходячий.
И я другой. И Черным меня уже да…
– Смотри, он покраснел! Ага, рожа красная!
Кто-то из шутников оказывается рядом, подхватывает меня за подбородок, поднимает вверх, чтоб все смогли полюбоваться красными щеками.
– Смазливый, словно баба!
– Ага, он щас заплачет!
– Какого фига здесь заб…
– Смотри, он покраснел! Ага, рожа красная!
Кто-то из шутников оказывается рядом, подхватывает меня за подбородок, поднимает вверх, чтоб все смогли полюбоваться красными щеками.
– Смазливый, словно баба!
– Ага, он щас заплачет!
– Какого фига здесь заб…
У капитана Зубова есть задание. Серьезное и нервное.
Ему нельзя отвлекаться. Даже на девушек, сладких, как клубника. Пахнущих, как клубника.
Отвлекаться нельзя. А попробовать хочется.
Но у него задание. Как быть?
Беда. Большая беда.
У капитана Зубова есть задание. Серьезное и нервное.
Ему нельзя отвлекаться. Даже на девушек, сладких, как клубника. Пахнущих, как клубника.
Отвлекаться нельзя. А попробовать хочется.
Но у него задание. Как быть?
Беда. Большая беда.
– Я не принимаю ваши извинения, – сказала я ровно и четко, чтоб сразу донести до него мысль о провале любых попыток в будущем… Любых.
Гоблин ощутимо изменился в лице, побагровел, положил тяжелые ладони на столешницу, нависая надо мной. Опять неосозна…
– Я не принимаю ваши извинения, – сказала я ровно и четко, чтоб сразу донести до него мысль о провале любых попыток в будущем… Любых.
Гоблин ощутимо изменился в лице, побагровел, положил тяжелые ладони на столешницу, нависая надо мной. Опять неосозна…
«Моя (не)зависимость» – роман Натализы Кофф, вторая книга цикла «Семья Завериных», жанр современный любовный роман, романтическая эротика.
Соседский мальчишка! Друг младшего брата, когда ты успел стать таким дерзким, взрослым, мужественным и… красивы…
«Моя (не)зависимость» – роман Натализы Кофф, вторая книга цикла «Семья Завериных», жанр современный любовный роман, романтическая эротика.
Соседский мальчишка! Друг младшего брата, когда ты успел стать таким дерзким, взрослым, мужественным и… красивы…
Она – не для меня. Слишком молодая, слишком безбашенная, слишком дикая. Никогда не любил таких. Но не важно, чего я не любил раньше. Важно, что она на этот счет думает.
Она – не для меня. Слишком молодая, слишком безбашенная, слишком дикая. Никогда не любил таких. Но не важно, чего я не любил раньше. Важно, что она на этот счет думает.
– Как ты здесь… – невольно отступаю на шаг, краснея под его жадным взглядом.
– Работаю, – голос у него все такой же. Заводящий до дрожи в ногах.
– Но ты же…
– Мы никому не скажем, да, Клубничка?.. – он шагает ко мне и резко прижимает к стене…
Моя пр…
– Как ты здесь… – невольно отступаю на шаг, краснея под его жадным взглядом.
– Работаю, – голос у него все такой же. Заводящий до дрожи в ногах.
– Но ты же…
– Мы никому не скажем, да, Клубничка?.. – он шагает ко мне и резко прижимает к стене…
Моя пр…
Света, Маша, Милана, Снежана – каких только имен нет в списке моих любовниц. Но, как ни крути, все они очень далеки от моей жены Веры. Верочка у меня домашняя, прилежная, скромная. Такую жену попробуй найди! Конечно же, она не знает о моей маленькой …
Света, Маша, Милана, Снежана – каких только имен нет в списке моих любовниц. Но, как ни крути, все они очень далеки от моей жены Веры. Верочка у меня домашняя, прилежная, скромная. Такую жену попробуй найди! Конечно же, она не знает о моей маленькой …
Она – моя проблема и мой заказ.
Я должен доставить ее до места и сдать с рук на руки папочке. Вот только как это сделать, если с каждым днем все меньше хочется отпускать ее из своих рук?
Она – моя проблема и мой заказ.
Я должен доставить ее до места и сдать с рук на руки папочке. Вот только как это сделать, если с каждым днем все меньше хочется отпускать ее из своих рук?