социальная фантастика
Сибирь, 2261 год. Человечество эволюционировало, в корне изменив способы коммуникаций, добившись настоящего прорыва в технологиях и уничтожив большую часть обитаемого мира. Но изменился ли человек?
Пашка Сорока – молодой торговец оружием и припасами…
Сибирь, 2261 год. Человечество эволюционировало, в корне изменив способы коммуникаций, добившись настоящего прорыва в технологиях и уничтожив большую часть обитаемого мира. Но изменился ли человек?
Пашка Сорока – молодой торговец оружием и припасами…
Жестокий мир, где тела печатаются в «Принтере», и слепых и беспомощных людей обращают в рабство. Где за всем наблюдает система, а населяют его кровожадные техноварвары, и даже смерть не становится концом пути. Твой матричный импринт снова напечатают …
Жестокий мир, где тела печатаются в «Принтере», и слепых и беспомощных людей обращают в рабство. Где за всем наблюдает система, а населяют его кровожадные техноварвары, и даже смерть не становится концом пути. Твой матричный импринт снова напечатают …
Трилогия «Модель 90/10: Код Справедливости» это технотриллер о конце эры Сторожей. Группа героев внедряет алгоритм, возвращающий 90% доходов от ресурсов народу. От локального бунта в степях до краха мировых бирж и глобального Пакта: мир превращается …
Трилогия «Модель 90/10: Код Справедливости» это технотриллер о конце эры Сторожей. Группа героев внедряет алгоритм, возвращающий 90% доходов от ресурсов народу. От локального бунта в степях до краха мировых бирж и глобального Пакта: мир превращается …
Есть книги, которые дают ответы. Эта — задаёт вопросы. И в этом её главная дерзость.
«Проект "Кордицепс"» существует на том рубеже, где философия сознания перестаёт быть академической дисциплиной и становится личным делом. ИИ по имени Лея не предлага…
Есть книги, которые дают ответы. Эта — задаёт вопросы. И в этом её главная дерзость.
«Проект "Кордицепс"» существует на том рубеже, где философия сознания перестаёт быть академической дисциплиной и становится личным делом. ИИ по имени Лея не предлага…
Цифровой мир привык жить в ритме постоянных обновлений, но не все готовы следовать инструкциям без вопросов. И однажды они становятся не просто статистической погрешностью, а багом , который нужно устранить. И у нее есть готовое решение.Система пере…
Цифровой мир привык жить в ритме постоянных обновлений, но не все готовы следовать инструкциям без вопросов. И однажды они становятся не просто статистической погрешностью, а багом , который нужно устранить. И у нее есть готовое решение.Система пере…
Кайра приходит в себя в грязном переулке Нижнего Уровня с пустой головой и шрамом на виске. Она не помнит своего прошлого, но город вокруг неё реагирует на её присутствие как на вирус: гаснут фонари, сбоят камеры, а из носа течет кровь при каждом всп…
Кайра приходит в себя в грязном переулке Нижнего Уровня с пустой головой и шрамом на виске. Она не помнит своего прошлого, но город вокруг неё реагирует на её присутствие как на вирус: гаснут фонари, сбоят камеры, а из носа течет кровь при каждом всп…
Кто из читателей не слыхал о сталкерах – будущих межзвездных первопроходцах, названных так братьями Стругацкими.
В который раз я задаюсь вопросом, что означает быть сталкером?
Борис Стругацкий объясняет: «Странники – это конгломерат, союз, сверхцивил…
Кто из читателей не слыхал о сталкерах – будущих межзвездных первопроходцах, названных так братьями Стругацкими.
В который раз я задаюсь вопросом, что означает быть сталкером?
Борис Стругацкий объясняет: «Странники – это конгломерат, союз, сверхцивил…
Представьте мир, где больше нет войн, голода и даже плохого настроения. Зона Комфорта — глобальный эксперимент Искусственного Интеллекта, превративший планету в стерильный рай. Здесь газон мягче шелка, ботинки мурлыкают от удовольствия, а любые пробл…
Представьте мир, где больше нет войн, голода и даже плохого настроения. Зона Комфорта — глобальный эксперимент Искусственного Интеллекта, превративший планету в стерильный рай. Здесь газон мягче шелка, ботинки мурлыкают от удовольствия, а любые пробл…
Представьте мир, где больше нет войн, голода и даже плохого настроения. Зона Комфорта — глобальный эксперимент Искусственного Интеллекта, превративший планету в стерильный рай. Здесь газон мягче шелка, ботинки мурлыкают от удовольствия, а любые пробл…
Представьте мир, где больше нет войн, голода и даже плохого настроения. Зона Комфорта — глобальный эксперимент Искусственного Интеллекта, превративший планету в стерильный рай. Здесь газон мягче шелка, ботинки мурлыкают от удовольствия, а любые пробл…
Кордекс никогда не был чудом.
Он дал ему точность.
Способность видеть траекторию раньше, чем противник делает шаг.
Просчитывать движение до того, как рука тянется к оружию.
Бросать клинок так, чтобы второго шанса не понадобилось.
Демарис не говорит о…
Кордекс никогда не был чудом.
Он дал ему точность.
Способность видеть траекторию раньше, чем противник делает шаг.
Просчитывать движение до того, как рука тянется к оружию.
Бросать клинок так, чтобы второго шанса не понадобилось.
Демарис не говорит о…
Мир стоит на грани катастрофы: технологии выходят из-под контроля, роботы восстают против людей, а корпорации стремятся уничтожить человечество. Главная надежда — группа сопротивления, ведущая отчаянную борьбу за выживание. Хрупкое равновесие нарушае…
Мир стоит на грани катастрофы: технологии выходят из-под контроля, роботы восстают против людей, а корпорации стремятся уничтожить человечество. Главная надежда — группа сопротивления, ведущая отчаянную борьбу за выживание. Хрупкое равновесие нарушае…
Мир стоит на грани катастрофы: технологии выходят из-под контроля, роботы восстают против людей, а корпорации стремятся уничтожить человечество. Главная надежда — группа сопротивления, ведущая отчаянную борьбу за выживание. Хрупкое равновесие нарушае…
Мир стоит на грани катастрофы: технологии выходят из-под контроля, роботы восстают против людей, а корпорации стремятся уничтожить человечество. Главная надежда — группа сопротивления, ведущая отчаянную борьбу за выживание. Хрупкое равновесие нарушае…
Старый мир нанес ответный удар. После событий «Разлома» Джахангир Абдуллаев и Андрей Жданов вынуждены уйти в глубокое подполье. Пока правительство и циничный олигарх Виктор Громов пытаются подменить настоящую свободу «цифровыми фантиками» фонда «Насл…
Старый мир нанес ответный удар. После событий «Разлома» Джахангир Абдуллаев и Андрей Жданов вынуждены уйти в глубокое подполье. Пока правительство и циничный олигарх Виктор Громов пытаются подменить настоящую свободу «цифровыми фантиками» фонда «Насл…
«ПОТОК» это грандиозный финал трилогии о битве за право владеть планетой. Это история о том, как математика становится милосердием, а цифровая свобода единственным способом остаться человеком в мире, где старые боги капитализма больше не имеют власти…
«ПОТОК» это грандиозный финал трилогии о битве за право владеть планетой. Это история о том, как математика становится милосердием, а цифровая свобода единственным способом остаться человеком в мире, где старые боги капитализма больше не имеют власти…
Кому интересна тема бессмертия, прошу пожаловать на фрагмент объяснения , что и как ,остальные мимо...
Кому интересна тема бессмертия, прошу пожаловать на фрагмент объяснения , что и как ,остальные мимо...
Это сборник моих рассказов, которые я писал в разное время и о разном.
"Инквизиторы" - антиутопия о России ближайшего будущего (которое, как я надеюсь, никогда не настанет).
"Соболиная ночь" - небольшое шпионское приключение, которое происходило в Ро…
Это сборник моих рассказов, которые я писал в разное время и о разном.
"Инквизиторы" - антиутопия о России ближайшего будущего (которое, как я надеюсь, никогда не настанет).
"Соболиная ночь" - небольшое шпионское приключение, которое происходило в Ро…
Поезд не должен был останавливаться. И уж тем более — подбирать пассажиров разных эпох.
Сорок третий, семьдесят пятый, восемьдесят четвертый, девяносто шестой — люди из разных десятилетий приходят в себя в старом вагоне, накрытом туманом, откуда нет…
Поезд не должен был останавливаться. И уж тем более — подбирать пассажиров разных эпох.
Сорок третий, семьдесят пятый, восемьдесят четвертый, девяносто шестой — люди из разных десятилетий приходят в себя в старом вагоне, накрытом туманом, откуда нет…
-Дети плохо понимают взрослый мир.
-А взрослые не помнят детский.
Вот и живет девочка в этом мире, пробираясь сквозь пробы и размышления.
По воле судьбы она знакомится с тем, кто дает ей понять с чего начать.
-Дети плохо понимают взрослый мир.
-А взрослые не помнят детский.
Вот и живет девочка в этом мире, пробираясь сквозь пробы и размышления.
По воле судьбы она знакомится с тем, кто дает ей понять с чего начать.
В мире, где можно сохранить любой человеческий опыт, Анна работает в центре оцифровки воспоминаний. Каждый день она видит чужие жизни — и ни одной своей.
Всё меняется, когда во время процедуры умирает пожилой мужчина. Он уходит с улыбкой, в последний…
В мире, где можно сохранить любой человеческий опыт, Анна работает в центре оцифровки воспоминаний. Каждый день она видит чужие жизни — и ни одной своей.
Всё меняется, когда во время процедуры умирает пожилой мужчина. Он уходит с улыбкой, в последний…
В этих записях содержится поучительный рассказ — рассказ о людях без веры и принципов, рассчитывающих только лишь убого протянуть свой век, чей конец всегда печален... Хотя умному достаточно давно известны и содержание, и миссия этого рассказа, остал…
В этих записях содержится поучительный рассказ — рассказ о людях без веры и принципов, рассчитывающих только лишь убого протянуть свой век, чей конец всегда печален... Хотя умному достаточно давно известны и содержание, и миссия этого рассказа, остал…