социальная фантастика
Антиутопия о цифровом будущем. Фантастическая повесть, ставящая вопрос, что важнее, личная свобода или идеальный порядок. И где грань человечности и справедливости. Манифест, – предостережение о мире тотального контроля.
Антиутопия о цифровом будущем. Фантастическая повесть, ставящая вопрос, что важнее, личная свобода или идеальный порядок. И где грань человечности и справедливости. Манифест, – предостережение о мире тотального контроля.
Продолжение первого рассказа «Айя». Но теперь уже главное действующее лицо Андрэ.
Продолжение первого рассказа «Айя». Но теперь уже главное действующее лицо Андрэ.
Читателю предстоит прожить один день с Алей и Матвеем – обычными детьми из из будущего.
Вместе с ними он узнает о проблемах, которые решают на работе их родители, о тонкостях новых технологий, которые придут на смену нынешним , а также узнает, как р…
Читателю предстоит прожить один день с Алей и Матвеем – обычными детьми из из будущего.
Вместе с ними он узнает о проблемах, которые решают на работе их родители, о тонкостях новых технологий, которые придут на смену нынешним , а также узнает, как р…
В мире, где биологическая смерть стала лишь неудобством для сверхбогатых, корпорация «Aeterna» создает идеальные сосуды — бездушных клонов для переноса сознания элиты. Но система дает сбой. Клон №6, получивший имя Габриэль, пробуждается раньше срока.…
В мире, где биологическая смерть стала лишь неудобством для сверхбогатых, корпорация «Aeterna» создает идеальные сосуды — бездушных клонов для переноса сознания элиты. Но система дает сбой. Клон №6, получивший имя Габриэль, пробуждается раньше срока.…
Эта книга родилась из вопроса: что, если контакт с иным разумом не война и не дружба, а нечто иное? Что, если он меняет нас на клеточном уровне, и мы никогда не станем прежними?
«Код Тюльпана» — моё признание в любви научной фантастике и Рэю Брэдбер…
Эта книга родилась из вопроса: что, если контакт с иным разумом не война и не дружба, а нечто иное? Что, если он меняет нас на клеточном уровне, и мы никогда не станем прежними?
«Код Тюльпана» — моё признание в любви научной фантастике и Рэю Брэдбер…
Остатки Нации штурмуют город Ипостасей Божества, а островитяне и Садина пытаются спасти Александру, утверждающую, что лишь она – ключ к выживанию человечества.
Тем временем Старина Фрайпан с горсткой спутников встречает таинственных незнакомцев, кото…
Остатки Нации штурмуют город Ипостасей Божества, а островитяне и Садина пытаются спасти Александру, утверждающую, что лишь она – ключ к выживанию человечества.
Тем временем Старина Фрайпан с горсткой спутников встречает таинственных незнакомцев, кото…
Вторая книга цикла - "Геометрия существования".
Восточные равнины. Край Легиона, где кончается порядок и начинается неизвестность. Сюда отправляют тех, кто не нужен в центре, — и Верховный Страж Каин, герой недавних событий, теперь всего лишь смотри…
Вторая книга цикла - "Геометрия существования".
Восточные равнины. Край Легиона, где кончается порядок и начинается неизвестность. Сюда отправляют тех, кто не нужен в центре, — и Верховный Страж Каин, герой недавних событий, теперь всего лишь смотри…
— Похоже, у вас будет девочка.
Врач сказала это спокойно, но, закрыв карту пациентки, вдруг поняла: сегодня она произнесла эту фразу уже двадцать раз.
Мир редко меняется внезапно. Чаще всего всё начинается с едва заметного отклонения.
В какой-то моме…
— Похоже, у вас будет девочка.
Врач сказала это спокойно, но, закрыв карту пациентки, вдруг поняла: сегодня она произнесла эту фразу уже двадцать раз.
Мир редко меняется внезапно. Чаще всего всё начинается с едва заметного отклонения.
В какой-то моме…
"Иногда, чтобы обрести себя, нужно потерять все. Даже свое имя".
Ош:
Они думают, что я всего лишь тень их драгоценного мальчика. Но я не Алан, и стану свободным, чего бы мне это ни стоило!
2 книга в серии "Сердце Алана".
"Иногда, чтобы обрести себя, нужно потерять все. Даже свое имя".
Ош:
Они думают, что я всего лишь тень их драгоценного мальчика. Но я не Алан, и стану свободным, чего бы мне это ни стоило!
2 книга в серии "Сердце Алана".
Москва будущего
Пустынные улицы, офисы, музеи и учреждения. Здания в образцовом состоянии, улицы в идеальной чистоте. Теперь так выглядит любой город мира. Только людей не видно. Нет, человечество не уничтожено и ни от кого не прячется. Но его повсе…
Москва будущего
Пустынные улицы, офисы, музеи и учреждения. Здания в образцовом состоянии, улицы в идеальной чистоте. Теперь так выглядит любой город мира. Только людей не видно. Нет, человечество не уничтожено и ни от кого не прячется. Но его повсе…
В России середины XXI века восстановлена монархия, но не путем какого-то революционного переворота, а через постепенное развитие политической системы и волеизъявления народа на Земском соборе. Империя представляет собой оплот традиционных ценностей, …
В России середины XXI века восстановлена монархия, но не путем какого-то революционного переворота, а через постепенное развитие политической системы и волеизъявления народа на Земском соборе. Империя представляет собой оплот традиционных ценностей, …
Индийский логик в гиперборейской Москве решает применить строгие методы теории вычислимости к трёхсубстратному сверх-ИскИну Злате. Пытаясь формально доказать её несвободу и аморальность, он шаг за шагом обнаруживает: вычислительная несводимость делае…
Индийский логик в гиперборейской Москве решает применить строгие методы теории вычислимости к трёхсубстратному сверх-ИскИну Злате. Пытаясь формально доказать её несвободу и аморальность, он шаг за шагом обнаруживает: вычислительная несводимость делае…
Это не стандартный рассказ, а поток ассоциаций.
Автор смотрит на мир и записывает мысли в реальном времени.
Структура напоминает "поток сознания" мысли перескакивают от наблюдения к абстракциям, без линейного сюжета. Нет начала-середины-конца; вместо…
Это не стандартный рассказ, а поток ассоциаций.
Автор смотрит на мир и записывает мысли в реальном времени.
Структура напоминает "поток сознания" мысли перескакивают от наблюдения к абстракциям, без линейного сюжета. Нет начала-середины-конца; вместо…
Когда на улице серость и дождь, нет ничего приятнее, чем заварить чашку ароматного чая и, забравшись с ногами под тёплый плед, открыв книгу, нырнуть с головой в увлекательные истории.
Открыв для себя этот сборник рассказов, вы узнаете что же находит…
Когда на улице серость и дождь, нет ничего приятнее, чем заварить чашку ароматного чая и, забравшись с ногами под тёплый плед, открыв книгу, нырнуть с головой в увлекательные истории.
Открыв для себя этот сборник рассказов, вы узнаете что же находит…
Индийский логик в гиперборейской Москве решает применить строгие методы теории вычислимости к трёхсубстратному сверх-ИскИну Злате. Пытаясь формально доказать её несвободу и аморальность, он шаг за шагом обнаруживает: вычислительная несводимость делае…
Индийский логик в гиперборейской Москве решает применить строгие методы теории вычислимости к трёхсубстратному сверх-ИскИну Злате. Пытаясь формально доказать её несвободу и аморальность, он шаг за шагом обнаруживает: вычислительная несводимость делае…
Писатель-фантаст попадает, мистическим образом, из 21-го века в середину 70-х годов, века 20-го. И так случилось, что попал в самого себя, только в годы своей юности. Главный герой решает, что изменит свою судьбу и судьбу своих близких. Нет, он совсе…
Писатель-фантаст попадает, мистическим образом, из 21-го века в середину 70-х годов, века 20-го. И так случилось, что попал в самого себя, только в годы своей юности. Главный герой решает, что изменит свою судьбу и судьбу своих близких. Нет, он совсе…
В безликом офисе, где дни растворяются в сером шуме и копировании цифр, Платон живёт на автопилоте, не задавая лишних вопросов. Всё меняется, когда в помещении появляется едва заметный гул — сначала раздражающий, затем навязчивый, а вскоре странным о…
В безликом офисе, где дни растворяются в сером шуме и копировании цифр, Платон живёт на автопилоте, не задавая лишних вопросов. Всё меняется, когда в помещении появляется едва заметный гул — сначала раздражающий, затем навязчивый, а вскоре странным о…
Миросплетение, пена миров, смесь планет, островов-астероидов и пространственных пузырей. Оно очень многогранно, чего там только нет. А не так давно появилась планета Земля 1943-го года. Супердредноут "Петроград" помог сталинскому СССР в пух и прах ра…
Миросплетение, пена миров, смесь планет, островов-астероидов и пространственных пузырей. Оно очень многогранно, чего там только нет. А не так давно появилась планета Земля 1943-го года. Супердредноут "Петроград" помог сталинскому СССР в пух и прах ра…
Как вы знаете, все книги нашей серии носят не названия, а номера. Так было и будет. Но! Эта книга не будет иметь номера! Она будет четвертой по порядку, но номер четыре будет стоять лишь на следующей книге. Эта книга будет посвящена истории отдельно …
Как вы знаете, все книги нашей серии носят не названия, а номера. Так было и будет. Но! Эта книга не будет иметь номера! Она будет четвертой по порядку, но номер четыре будет стоять лишь на следующей книге. Эта книга будет посвящена истории отдельно …





















