Санкт-Петербург
Санкт-Петербург — это гранитный старец, что трепетно хранит тысячи мрачных историй. Когда-то ему довелось наблюдать за историей любви, нашедшей свой финал на страницах загадочного писания далеко за пределами кошмара
Петербург как известно не самый ра…
Санкт-Петербург — это гранитный старец, что трепетно хранит тысячи мрачных историй. Когда-то ему довелось наблюдать за историей любви, нашедшей свой финал на страницах загадочного писания далеко за пределами кошмара
Петербург как известно не самый ра…
1967 год. Мир, которым правит магия аристократов. Где рок-н-ролл звучит даже во дворце ее Императорского величества, а отечественные «Волги» успешно сражаются на ночных улицах с американскими «Понтиаками».
Очередная бешеная гонка по Санкт-Петербургу …
1967 год. Мир, которым правит магия аристократов. Где рок-н-ролл звучит даже во дворце ее Императорского величества, а отечественные «Волги» успешно сражаются на ночных улицах с американскими «Понтиаками».
Очередная бешеная гонка по Санкт-Петербургу …
Начало прошлого столетия. Серебряный век. Санкт-Петербург. Самая молодая европейская столица богатеет и хорошеет. Расцветают архитектура, науки, искусство. Но у города, как и у его блистательных дворцов, есть парадный фасад, а есть и потайные «черные…
Начало прошлого столетия. Серебряный век. Санкт-Петербург. Самая молодая европейская столица богатеет и хорошеет. Расцветают архитектура, науки, искусство. Но у города, как и у его блистательных дворцов, есть парадный фасад, а есть и потайные «черные…
Третья часть серии «Горчаков».
1967 год. Мир, которым правит магия аристократов. Где рок-н-ролл звучит даже во дворце ее Императорского величества, а отечественные «Волги» успешно сражаются на ночных улицах с американскими «Понтиаками».
Очередная беш…
Третья часть серии «Горчаков».
1967 год. Мир, которым правит магия аристократов. Где рок-н-ролл звучит даже во дворце ее Императорского величества, а отечественные «Волги» успешно сражаются на ночных улицах с американскими «Понтиаками».
Очередная беш…
UPD: это не пелевинщина и не теория заговора) Это пародия на первое и второе, читайте внимательно)
«В каше» – это социально-фантастический роман с двумя стремительными сюжетами, пересекающимися между собой. Он о нужде, как основе жизни, ничто и быти…
UPD: это не пелевинщина и не теория заговора) Это пародия на первое и второе, читайте внимательно)
«В каше» – это социально-фантастический роман с двумя стремительными сюжетами, пересекающимися между собой. Он о нужде, как основе жизни, ничто и быти…
Вторая часть сборника «Эрмитаж для детей» расскажет о творчестве признанных голландских художников – Ван Дейка, Рембрандта, Рубенса и других, объяснит, что такое шпалеры и насколько сложно раньше добывались краски, какие символы можно встретить на ка…
Вторая часть сборника «Эрмитаж для детей» расскажет о творчестве признанных голландских художников – Ван Дейка, Рембрандта, Рубенса и других, объяснит, что такое шпалеры и насколько сложно раньше добывались краски, какие символы можно встретить на ка…
В первой части трехсерийного гида по Эрмитажу дети узнают историю одного из самых значимых музеев мира – Эрмитажа. Кем и когда было построено здание, почему оно было задумано таким величественным и когда появилась первая коллекция картин, сколько в н…
В первой части трехсерийного гида по Эрмитажу дети узнают историю одного из самых значимых музеев мира – Эрмитажа. Кем и когда было построено здание, почему оно было задумано таким величественным и когда появилась первая коллекция картин, сколько в н…
Необычайно соблазнительно погрузиться с головой в таинства бытия питерского алкаша, пенсионера Ивана Петровича. Его существование решительно незаметно. Но, бороздя просторы книги, Вас благоденственно захлёстывает волнами вера в живущих среди нас анге…
Необычайно соблазнительно погрузиться с головой в таинства бытия питерского алкаша, пенсионера Ивана Петровича. Его существование решительно незаметно. Но, бороздя просторы книги, Вас благоденственно захлёстывает волнами вера в живущих среди нас анге…
«В каждом молчании своя истерика» – история о судьбах героев разных поколений, любви и одиночестве.
Петербург. История одной дружбы, двух предательств, трех желаний и четырех углов, где мечет икру любовь. Все началось с того, что она сидела перед ним…
«В каждом молчании своя истерика» – история о судьбах героев разных поколений, любви и одиночестве.
Петербург. История одной дружбы, двух предательств, трех желаний и четырех углов, где мечет икру любовь. Все началось с того, что она сидела перед ним…