русское фэнтези
Он не помнит своего прошлого. Он не знает, кто он такой. И внутри него — только пустота.
Егор Каменев работает в скучном архиве, пьёт чай по утрам и старается не привлекать внимания. Но у него есть тайна: он питается чужими эмоциями. Страх, отчаяние,…
Он не помнит своего прошлого. Он не знает, кто он такой. И внутри него — только пустота.
Егор Каменев работает в скучном архиве, пьёт чай по утрам и старается не привлекать внимания. Но у него есть тайна: он питается чужими эмоциями. Страх, отчаяние,…
37 000 лет назад в древнем поселении Костенки был похоронен человек. Он лежал в позе спящего ребёнка, посыпанный красной охрой. Рядом не было ни оружия, ни украшений — только вечность.
Что, если это была не смерть, а ожидание?
Что, если он ждал ЕЁ …
37 000 лет назад в древнем поселении Костенки был похоронен человек. Он лежал в позе спящего ребёнка, посыпанный красной охрой. Рядом не было ни оружия, ни украшений — только вечность.
Что, если это была не смерть, а ожидание?
Что, если он ждал ЕЁ …
Их двое. Но мир знает только одну.
Максин поступает в академию, где наследники пяти древних кланов учатся перенимать способности друг друга. Впереди — пять лет испытаний, новых знакомств и чужих секретов. Для неё это шанс доказать, что она достойна …
Их двое. Но мир знает только одну.
Максин поступает в академию, где наследники пяти древних кланов учатся перенимать способности друг друга. Впереди — пять лет испытаний, новых знакомств и чужих секретов. Для неё это шанс доказать, что она достойна …
Поезд не должен был останавливаться. И уж тем более — подбирать пассажиров разных эпох.
Сорок третий, семьдесят пятый, восемьдесят четвертый, девяносто шестой — люди из разных десятилетий приходят в себя в старом вагоне, накрытом туманом, откуда нет…
Поезд не должен был останавливаться. И уж тем более — подбирать пассажиров разных эпох.
Сорок третий, семьдесят пятый, восемьдесят четвертый, девяносто шестой — люди из разных десятилетий приходят в себя в старом вагоне, накрытом туманом, откуда нет…
Немолодая женщина приезжает повидать сестру, которая работает в психиатрической лечебнице и сталкивается с пациентами, одержимыми перемещением во времени. Сама того не ожидая, она попадает в другой мир.
Немолодая женщина приезжает повидать сестру, которая работает в психиатрической лечебнице и сталкивается с пациентами, одержимыми перемещением во времени. Сама того не ожидая, она попадает в другой мир.
Апокалипсис уже был. Апокалипсис скоро будет. Но это только начало.
Миллионы лет назад разумная цивилизация уничтожала всех, кто был ей опасен. Это была главная цель в жизни Йоки – жителей гор-Городов эпохи мезозоя. Ничего не поменялось при следу…
Апокалипсис уже был. Апокалипсис скоро будет. Но это только начало.
Миллионы лет назад разумная цивилизация уничтожала всех, кто был ей опасен. Это была главная цель в жизни Йоки – жителей гор-Городов эпохи мезозоя. Ничего не поменялось при следу…
Пятьдесят лет назад сказка стала былью. Нечисть, жившая до того в шепоте старух и на деревенских погостах, обрела голодную плоть. А следом за ней явились те, у кого нет имен, — охотники. Беспощадные и помеченные силой, с которой сроднились настолько,…
Пятьдесят лет назад сказка стала былью. Нечисть, жившая до того в шепоте старух и на деревенских погостах, обрела голодную плоть. А следом за ней явились те, у кого нет имен, — охотники. Беспощадные и помеченные силой, с которой сроднились настолько,…
Фелиция привыкла к простому правилу: за пределами ее комнаты небезопасно. Спальня – единственное место, куда не заходила мать и где можно было спать, не прислушиваясь к шагам в коридоре.
Но когда над Бладистаном взошло Черное Солнце, ее имя прозвучал…
Фелиция привыкла к простому правилу: за пределами ее комнаты небезопасно. Спальня – единственное место, куда не заходила мать и где можно было спать, не прислушиваясь к шагам в коридоре.
Но когда над Бладистаном взошло Черное Солнце, ее имя прозвучал…
Он не помнит своего прошлого. Он не знает, кто он такой. И внутри него — только пустота.
Егор Каменев работает в скучном архиве, пьёт чай по утрам и старается не привлекать внимания. Но у него есть тайна: он питается чужими эмоциями. Страх, отчаяние…
Он не помнит своего прошлого. Он не знает, кто он такой. И внутри него — только пустота.
Егор Каменев работает в скучном архиве, пьёт чай по утрам и старается не привлекать внимания. Но у него есть тайна: он питается чужими эмоциями. Страх, отчаяние…
Пустырь. Стена, возникшая из ниоткуда. Объявление, которого не существует — но Лиза его читает.
Её решение прийти меняет всё: она попадает в мир двойной реальности, где магия реальна, тренировки опасны, а команда —её единственная опора. Здесь нет реп…
Пустырь. Стена, возникшая из ниоткуда. Объявление, которого не существует — но Лиза его читает.
Её решение прийти меняет всё: она попадает в мир двойной реальности, где магия реальна, тренировки опасны, а команда —её единственная опора. Здесь нет реп…
В тот год осень пришла рано. Берёзы роняли листву в стылую воду, а лес наполнился шёпотом духов. Мирослава ждала жениха с рати — ждала так, что готова была молиться кому угодно.
Макошь услышала.
Вышеслав вернулся. Только пахнет от него не дорогой, а …
В тот год осень пришла рано. Берёзы роняли листву в стылую воду, а лес наполнился шёпотом духов. Мирослава ждала жениха с рати — ждала так, что готова была молиться кому угодно.
Макошь услышала.
Вышеслав вернулся. Только пахнет от него не дорогой, а …
37 000 лет назад в древнем поселении Костенки был похоронен человек. Он лежал в позе спящего ребёнка, посыпанный красной охрой. Рядом не было ни оружия, ни украшений — только вечность.
Что, если это была не смерть, а ожидание?
Что, если он ждал ЕЁ …
37 000 лет назад в древнем поселении Костенки был похоронен человек. Он лежал в позе спящего ребёнка, посыпанный красной охрой. Рядом не было ни оружия, ни украшений — только вечность.
Что, если это была не смерть, а ожидание?
Что, если он ждал ЕЁ …
Я сама очень люблю мистику и ужасы. Но принято считать, что это всё Голливуд. На самом деле всё намного ближе, чем кажется. Даже не далкая российская глубинка, а Москва. Не ведьма или экстрасенс, а обычная девушка столкнулась с феноменом ликантропии.…
Я сама очень люблю мистику и ужасы. Но принято считать, что это всё Голливуд. На самом деле всё намного ближе, чем кажется. Даже не далкая российская глубинка, а Москва. Не ведьма или экстрасенс, а обычная девушка столкнулась с феноменом ликантропии.…
Отправьтесь в путешествие через Четыре Мира славянской космологии — теперь в формате графического романа.
Междумирье — пространство между реальностями, где рождаются герои. В поисках Перуна, вы пройдёте через Явь, Навь, Правь и Славь, сталкиваясь с д…
Отправьтесь в путешествие через Четыре Мира славянской космологии — теперь в формате графического романа.
Междумирье — пространство между реальностями, где рождаются герои. В поисках Перуна, вы пройдёте через Явь, Навь, Правь и Славь, сталкиваясь с д…
В мире, где Бог молчит, один человек решил кричать громче ада.
Рок вместо молитв, кровь на струнах, дочь, которую он не спас.
Теперь он ведёт миллионы в другой мир — чтобы доказать, что даже в тишине можно быть услышанным.
Но что, если ответ придё…
В мире, где Бог молчит, один человек решил кричать громче ада.
Рок вместо молитв, кровь на струнах, дочь, которую он не спас.
Теперь он ведёт миллионы в другой мир — чтобы доказать, что даже в тишине можно быть услышанным.
Но что, если ответ придё…
Магов-природников презрительно обзывают «садовниками», ведь мы влияем исключительно на живую материю. И я, Ани Рэйстен, старший сотрудник отдела по борьбе с искусственными аномалиями, привыкла слышать, что способна лишь растить цветочки. Однако, когд…
Магов-природников презрительно обзывают «садовниками», ведь мы влияем исключительно на живую материю. И я, Ани Рэйстен, старший сотрудник отдела по борьбе с искусственными аномалиями, привыкла слышать, что способна лишь растить цветочки. Однако, когд…
Баланс - это не равновесие. Это контроль.
После падения Девяти мир держится на тех, кто унаследовал их правила. Академия готовит новых опор системы, где случайностей почти не осталось.
Дария Грин поступает туда без уверенности, что обладает хоть к…
Баланс - это не равновесие. Это контроль.
После падения Девяти мир держится на тех, кто унаследовал их правила. Академия готовит новых опор системы, где случайностей почти не осталось.
Дария Грин поступает туда без уверенности, что обладает хоть к…
На скрытом в океане острове, где в ветвях Великого Древа живёт народ Светлячков, четырнадцатилетняя Лили мечтает о мире за горизонтом. В День Кольца она получает редкий дар — понимать язык всех живых существ. Но её взросление совпадает с тревожным со…
На скрытом в океане острове, где в ветвях Великого Древа живёт народ Светлячков, четырнадцатилетняя Лили мечтает о мире за горизонтом. В День Кольца она получает редкий дар — понимать язык всех живых существ. Но её взросление совпадает с тревожным со…
В мире Велесова края бушуют войны и боярские заговоры. На юге из степи приходят ранее неведомые кочевые племена, а на севере в глухомани просыпается древнее зло.
В мире Велесова края бушуют войны и боярские заговоры. На юге из степи приходят ранее неведомые кочевые племена, а на севере в глухомани просыпается древнее зло.
Я — ходячая катастрофа и по совместительству помощница в лучшей лавке магических безделушек королевства. Мое утро началось с разбитого флакона лунной росы, а закончилось… на груди самого опасного и ослепительного мага королевства. Теперь на безупречн…
Я — ходячая катастрофа и по совместительству помощница в лучшей лавке магических безделушек королевства. Мое утро началось с разбитого флакона лунной росы, а закончилось… на груди самого опасного и ослепительного мага королевства. Теперь на безупречн…





















