рассказы
«– Куда прикажете? – спросил мой Иван, приподняв левой рукою трехугольную шляпу, а правой завертывая ручку наемной кареты.
– К генеральше S.! – сказал я рассеянно.
– Пошел на Морскую! – крикнул он извозчику, хватски забегая к запяткам. Колеса грянули…
«– Куда прикажете? – спросил мой Иван, приподняв левой рукою трехугольную шляпу, а правой завертывая ручку наемной кареты.
– К генеральше S.! – сказал я рассеянно.
– Пошел на Морскую! – крикнул он извозчику, хватски забегая к запяткам. Колеса грянули…
Вот уже целую неделю Нуся не заходит в кухмистерскую, где прежде получала за тридцать копеек довольно скудный обед. Скудный – но тем не менее обед. А теперь седьмой день ей приходится довольствоваться чаем и ситным с плохонькой колбасою из мелочной л…
Вот уже целую неделю Нуся не заходит в кухмистерскую, где прежде получала за тридцать копеек довольно скудный обед. Скудный – но тем не менее обед. А теперь седьмой день ей приходится довольствоваться чаем и ситным с плохонькой колбасою из мелочной л…
«Есть ученые биологи-педанты, типичные гетевские Вагнеры. Они называют себя дарвинистами, но, когда речь заходит о душевной и умственной деятельности животных, строго сдвигают брови и предостерегающе напоминают, что нельзя приписывать животным наших …
«Есть ученые биологи-педанты, типичные гетевские Вагнеры. Они называют себя дарвинистами, но, когда речь заходит о душевной и умственной деятельности животных, строго сдвигают брови и предостерегающе напоминают, что нельзя приписывать животным наших …
«Звали ее Димка. Она не раз уже сиживала в тюрьме, была в ссылке. Из ссылки бежала за границу. В 1902 году нелегально приехала в Россию по делам „Искры“ с поручением объехать юг и наладить связи.
В Кременчуге ее арестовали и отправили в Киев…»
«Звали ее Димка. Она не раз уже сиживала в тюрьме, была в ссылке. Из ссылки бежала за границу. В 1902 году нелегально приехала в Россию по делам „Искры“ с поручением объехать юг и наладить связи.
В Кременчуге ее арестовали и отправили в Киев…»
Беспринципный адвокат Грегори Уилсон — хозяин мира. Почти что. Ему остаётся выиграть одно сложное дело, и тогда Коллегия адвокатов уж точно признает его лучшим. Но этот день начинает идти не так, как хотелось бы.
Содержит нецензурную брань.
Беспринципный адвокат Грегори Уилсон — хозяин мира. Почти что. Ему остаётся выиграть одно сложное дело, и тогда Коллегия адвокатов уж точно признает его лучшим. Но этот день начинает идти не так, как хотелось бы.
Содержит нецензурную брань.
полная версияВ обычный день для аутентичной французской кофейни, где все друг друга знают, вторгается неизвестный персонаж. Но так ли все поэтично, как кажется?
В обычный день для аутентичной французской кофейни, где все друг друга знают, вторгается неизвестный персонаж. Но так ли все поэтично, как кажется?
«– Ну, а я за вами… – говорил Флегонт Флегонтович, тяжело вваливаясь в мою комнату. – Одевайтесь и едем.
– Куда?
– Говорю: одевайтесь… У меня и лошадь у ворот стоит…»
«– Ну, а я за вами… – говорил Флегонт Флегонтович, тяжело вваливаясь в мою комнату. – Одевайтесь и едем.
– Куда?
– Говорю: одевайтесь… У меня и лошадь у ворот стоит…»
«Приехала из города старшая сестра к меньшей в деревню. Старшая за купцом была в городе, а меньшая за мужиком в деревне. Пьют чай сестры, разговаривают. Стала старшая сестра чваниться – свою жизнь в городе выхвалять: как она в городе просторно и чист…
«Приехала из города старшая сестра к меньшей в деревню. Старшая за купцом была в городе, а меньшая за мужиком в деревне. Пьют чай сестры, разговаривают. Стала старшая сестра чваниться – свою жизнь в городе выхвалять: как она в городе просторно и чист…
«Пассажирский поезд остановился у маленькой степной станции. Солнце жгло, было жарко и душно. Немногочисленные пассажиры вяло переговаривались или дремали, закутав головы от мух.
Дали второй звонок…»
«Пассажирский поезд остановился у маленькой степной станции. Солнце жгло, было жарко и душно. Немногочисленные пассажиры вяло переговаривались или дремали, закутав головы от мух.
Дали второй звонок…»
«Насмешка судьбы соединила друг с другом самого счастливого человека с самым несчастным.
Леонид Александрович Ахмаров был талантливейший инженер-строитель, один из лучших советских архитекторов. Каждая его постройка вызывала шум и разговоры. Она была…
«Насмешка судьбы соединила друг с другом самого счастливого человека с самым несчастным.
Леонид Александрович Ахмаров был талантливейший инженер-строитель, один из лучших советских архитекторов. Каждая его постройка вызывала шум и разговоры. Она была…
Для многих Лев Толстой – это в первую очередь автор «Войны и мира» и «Анны Карениной».
Но гений творил до последнего дня жизни. Отлученный от православной церкви за взгляды на христианство, он писал уже не семейные саги, а нравственно-религиозную ли…
Для многих Лев Толстой – это в первую очередь автор «Войны и мира» и «Анны Карениной».
Но гений творил до последнего дня жизни. Отлученный от православной церкви за взгляды на христианство, он писал уже не семейные саги, а нравственно-религиозную ли…
Дорогой читатель, в твоих руках детская книга. Действующим лицом книги является весёлая, добрая, благородная девочка.
Дети, сами по природе своей – радость и счастье, у них свой мир, в котором они радуются, смеются и сразу чувствуют себя счастливыми…
Дорогой читатель, в твоих руках детская книга. Действующим лицом книги является весёлая, добрая, благородная девочка.
Дети, сами по природе своей – радость и счастье, у них свой мир, в котором они радуются, смеются и сразу чувствуют себя счастливыми…
В этом сборнике вы найдёте разные по жанру и тематике рассказы, будь то простая история о сложном жизненном пути ветерана Великой Отечественной войны Василия Бондарева, сохранившаяся для будущих поколений в одном забытом письме; зарисовка про маленьк…
В этом сборнике вы найдёте разные по жанру и тематике рассказы, будь то простая история о сложном жизненном пути ветерана Великой Отечественной войны Василия Бондарева, сохранившаяся для будущих поколений в одном забытом письме; зарисовка про маленьк…
Митя возвращается домой один по пустынной дороге. Увлёкшись разговором по телефону, он не замечает крутого поворота. Смартфон падает на пол, и, чтобы поднять его и продолжить беседу, герой останавливает машину. Но автомобиль ломается, и теперь Мите п…
Митя возвращается домой один по пустынной дороге. Увлёкшись разговором по телефону, он не замечает крутого поворота. Смартфон падает на пол, и, чтобы поднять его и продолжить беседу, герой останавливает машину. Но автомобиль ломается, и теперь Мите п…
полная версияНебольшая легенда о чуде, волшебстве и зиме. О том, как меняются сезоны, о хранительницах леса и великом дереве, что в холодное время года корнями расходится до больших городов, где щекочет пятки людям, позабывшим, что такое настоящая жизнь.
Небольшая легенда о чуде, волшебстве и зиме. О том, как меняются сезоны, о хранительницах леса и великом дереве, что в холодное время года корнями расходится до больших городов, где щекочет пятки людям, позабывшим, что такое настоящая жизнь.
В Новогоднюю ночь случаются всякие чудеса... Вот и Стасу повезло, к нему пришла Снегурочка и... осталась!
В Новогоднюю ночь случаются всякие чудеса... Вот и Стасу повезло, к нему пришла Снегурочка и... осталась!
«…Сил никаких моих нету. Наменял на штрафы мелочи и поехал на „А“, шесть кругов проездил – кондукторша пристала: „Куда вы, гражданин, едете?“ – „К чертовой матери, – говорю, – еду“. В сам деле, куды еду? Никуды. В половину первого в парк поехали. В п…
«…Сил никаких моих нету. Наменял на штрафы мелочи и поехал на „А“, шесть кругов проездил – кондукторша пристала: „Куда вы, гражданин, едете?“ – „К чертовой матери, – говорю, – еду“. В сам деле, куды еду? Никуды. В половину первого в парк поехали. В п…
«Однажды все мои домочадцы собрались на канавке за хутором. Тут же, около них, поместился березовский мужичок Аким, который хотя и пришел за спешным делом (занять печеного хлеба на ужин), но тем не менее посиживал себе на канавке. Дело было летом…»
«Однажды все мои домочадцы собрались на канавке за хутором. Тут же, около них, поместился березовский мужичок Аким, который хотя и пришел за спешным делом (занять печеного хлеба на ужин), но тем не менее посиживал себе на канавке. Дело было летом…»