рассказы
«Солнце совсем уже село. Вечер набросил на село свои мягкие тени. Из садов, из ближнего леса, с реки и полей пахло чем-то наводящим тишину на душу и дремоту на тело.
Вот по туго прибитой дороге бойко застучали колеса порожних телег, отправлявшихся в …
«Солнце совсем уже село. Вечер набросил на село свои мягкие тени. Из садов, из ближнего леса, с реки и полей пахло чем-то наводящим тишину на душу и дремоту на тело.
Вот по туго прибитой дороге бойко застучали колеса порожних телег, отправлявшихся в …
Супружеская верность, так ли легко ее сохранить, когда на пути встречается человек, завладевающий твоим вниманием с первых мгновений? Чего будет стоить предательство, если на него решиться?
Рассказ вошедший в сборник "Литературная премия им. А.С. Сер…
Супружеская верность, так ли легко ее сохранить, когда на пути встречается человек, завладевающий твоим вниманием с первых мгновений? Чего будет стоить предательство, если на него решиться?
Рассказ вошедший в сборник "Литературная премия им. А.С. Сер…
«И какие только в нашей женской судьбе бывают странности и даже несправедливости. Так, можно сказать, что, например, в животном царстве вы никогда ничего подобного не увидите.
Ну вот, например, история с Бертой Карловной. Ну где вы нечто подобное, ес…
«И какие только в нашей женской судьбе бывают странности и даже несправедливости. Так, можно сказать, что, например, в животном царстве вы никогда ничего подобного не увидите.
Ну вот, например, история с Бертой Карловной. Ну где вы нечто подобное, ес…
Короткий добрый рассказ о том, что происходит в сердце черствого, битого жизнью человека, который ко всему приобрел твердость, но потерял чувствительность.
Короткий добрый рассказ о том, что происходит в сердце черствого, битого жизнью человека, который ко всему приобрел твердость, но потерял чувствительность.
Добрый рассказ о добром старике и его "обратном одиночестве", которое не требует ничего для себя, а мучает невозможностью отдавать, любить и жертвовать собой.И о том, как легко он справился с этой бедой.
Добрый рассказ о добром старике и его "обратном одиночестве", которое не требует ничего для себя, а мучает невозможностью отдавать, любить и жертвовать собой.И о том, как легко он справился с этой бедой.
Когда на город опускается ночь, она открывает глаза в поисках зла, которое следует по пятам за теми, кто не мог бы о нем и помыслить.
Когда на город опускается ночь, она открывает глаза в поисках зла, которое следует по пятам за теми, кто не мог бы о нем и помыслить.
«Недавно в публичном доме одного из поволжских городов служил человек лет сорока, по имени Васька, по прозвищу Красный. Прозвище было дано ему за его ярко-рыжие волосы и толстое лицо цвета сырого мяса…».
«Недавно в публичном доме одного из поволжских городов служил человек лет сорока, по имени Васька, по прозвищу Красный. Прозвище было дано ему за его ярко-рыжие волосы и толстое лицо цвета сырого мяса…».
«По вечерам, возвратясь со службы, Бульбезов любил позаняться.
Занятие у него было особое: он писал обличающие письма либо в редакцию какой-нибудь газеты, либо прямо самому автору не угодившей ему статьи.
Писал грозно…»
«По вечерам, возвратясь со службы, Бульбезов любил позаняться.
Занятие у него было особое: он писал обличающие письма либо в редакцию какой-нибудь газеты, либо прямо самому автору не угодившей ему статьи.
Писал грозно…»
«На главной улице провинциального города Зарайска стоял красивый деревянный дом, окрашенный в серо-голубоватую краску, с резными белыми карнизами и с узорчатыми окнами. Дом был двухэтажный, с мезонином, на каменном фундаменте. Кругом, за высоким забо…
«На главной улице провинциального города Зарайска стоял красивый деревянный дом, окрашенный в серо-голубоватую краску, с резными белыми карнизами и с узорчатыми окнами. Дом был двухэтажный, с мезонином, на каменном фундаменте. Кругом, за высоким забо…
Темная, теплая и сырая декабрьская ночь… Месяц то скрывается за тучами, то выплывает снова, светя неверным, причудливым светом сквозь непрерывную мелкую сеть дождя. Отряд ротмистра Левадова разделился. Часть его ушла за ближние холмы, часть залегла в…
Темная, теплая и сырая декабрьская ночь… Месяц то скрывается за тучами, то выплывает снова, светя неверным, причудливым светом сквозь непрерывную мелкую сеть дождя. Отряд ротмистра Левадова разделился. Часть его ушла за ближние холмы, часть залегла в…
На что способен человек, который читает Оскара Уайльда?
Переходит дорогу на красный свет? Красит губы слишком яркой помадой? Вы скажете — в этом нет ничего ужасного.
Я не соглашусь.
Мы в Министерстве Правды знаем, к чему могут привести мелкие просту…
На что способен человек, который читает Оскара Уайльда?
Переходит дорогу на красный свет? Красит губы слишком яркой помадой? Вы скажете — в этом нет ничего ужасного.
Я не соглашусь.
Мы в Министерстве Правды знаем, к чему могут привести мелкие просту…
То, что одному совершенно не нужно, для другого — стоит целого мира...
То, что одному совершенно не нужно, для другого — стоит целого мира...
В 1880-х – самом начале 1890-х гг. Лесков работал над циклом легенд о ранних христианах Египта и Ближнего Востока. По сути, труд его явился художественным переложением пролога – сборника житий святых, составленного в Византии в X–XI вв. Эти легенды и…
В 1880-х – самом начале 1890-х гг. Лесков работал над циклом легенд о ранних христианах Египта и Ближнего Востока. По сути, труд его явился художественным переложением пролога – сборника житий святых, составленного в Византии в X–XI вв. Эти легенды и…
В этой книге впервые воедино собраны рассказы и дневниковые записи писателя Владимира Крупина о Святой Земле. «Святая Земля и Святая Русь – синонимы для меня», – пишет автор. В книгу вошли также повествование о Святой Горе Афон, рассказ о Царьграде, …
В этой книге впервые воедино собраны рассказы и дневниковые записи писателя Владимира Крупина о Святой Земле. «Святая Земля и Святая Русь – синонимы для меня», – пишет автор. В книгу вошли также повествование о Святой Горе Афон, рассказ о Царьграде, …
«– Папа, – промолвила моя сестрица Эффи однажды вечером, когда все мы собрались в гостиной у очага. Поскольку продолжения не последовало, мало-помалу все взгляды обратились в ее сторону. Эффи сидела молча, вышивая уголок батистового платочка; похоже,…
«– Папа, – промолвила моя сестрица Эффи однажды вечером, когда все мы собрались в гостиной у очага. Поскольку продолжения не последовало, мало-помалу все взгляды обратились в ее сторону. Эффи сидела молча, вышивая уголок батистового платочка; похоже,…
«Этот сон давно перестал быть навязчивым кошмаром. Еще одно подтверждение тому, что человек ко всему привыкает. Проснувшись, она опять застонала: ну зачем? Сколько можно, господи! Столько лет! Но, видимо, на это срок давности не распространялся.
Все …
«Этот сон давно перестал быть навязчивым кошмаром. Еще одно подтверждение тому, что человек ко всему привыкает. Проснувшись, она опять застонала: ну зачем? Сколько можно, господи! Столько лет! Но, видимо, на это срок давности не распространялся.
Все …
«В глазах всей семьи она была разрушителем. Конаном-Варваром местного значения. Человеком, посягнувшим… Горем семьи. Большой, дружной, нерушимой, казалось бы, семьи. Оплота. Кто думал о том, что происходит с ней? А оказалось, что самое страшное на св…
«В глазах всей семьи она была разрушителем. Конаном-Варваром местного значения. Человеком, посягнувшим… Горем семьи. Большой, дружной, нерушимой, казалось бы, семьи. Оплота. Кто думал о том, что происходит с ней? А оказалось, что самое страшное на св…
Это история о двух людях, юноше и девушке из провинциального городка, влюбленных друг в друга без памяти. Но в их жизнь вторгается Осень. Каждый принимает ее по-своему: для кого-то это пустая, почти незаметная перемена, а для кого-то - сама Смерть. Ч…
Это история о двух людях, юноше и девушке из провинциального городка, влюбленных друг в друга без памяти. Но в их жизнь вторгается Осень. Каждый принимает ее по-своему: для кого-то это пустая, почти незаметная перемена, а для кого-то - сама Смерть. Ч…





















