рассказы
«Изморенный ходьбою и зноем, я сидел с Михайлой на пороге его убогой, крытой соломою сторожки.
Вдали, где степь сливалась с сверкавшим небом, дымились трубы шахт, громыхали товарные поезда. Кругом же все дышало покоем и запустением. За лощинкою, под …
«Изморенный ходьбою и зноем, я сидел с Михайлой на пороге его убогой, крытой соломою сторожки.
Вдали, где степь сливалась с сверкавшим небом, дымились трубы шахт, громыхали товарные поезда. Кругом же все дышало покоем и запустением. За лощинкою, под …
полная версияАвторская зарисовка-размышление через мысли героя на могиле деда. Как люди под влиянием новой реальности раскрылись с неожиданной стороны.
Авторская зарисовка-размышление через мысли героя на могиле деда. Как люди под влиянием новой реальности раскрылись с неожиданной стороны.
«Они переехали ко мне незадолго до Рождества и наняли самую маленькую комнатку. Подивилась я, как они поместятся в такой клетушке вдвоем. Однако ничего: устроились хорошо и зажили тихо, согласно, весело…»
«Они переехали ко мне незадолго до Рождества и наняли самую маленькую комнатку. Подивилась я, как они поместятся в такой клетушке вдвоем. Однако ничего: устроились хорошо и зажили тихо, согласно, весело…»
С детства, мне, выросшей в общине, старались привить, что слово главы закон. Я так и осталась чужой там, где казалось бы, был мой дом. Знаю, что не все люди живут так. Значит, пора в путь и пусть мне сопутствует удача.
С детства, мне, выросшей в общине, старались привить, что слово главы закон. Я так и осталась чужой там, где казалось бы, был мой дом. Знаю, что не все люди живут так. Значит, пора в путь и пусть мне сопутствует удача.
«– Лишнего пригласительного не найдется? – бросился наперерез старик в кроличьей шапке.
– У меня только один.
Старик покорно отступил. Припорошенный, перед тяжелыми бронзовыми дверьми, асфальт чернел следами обуви. Я потянул створку, прошел. Так дело…
«– Лишнего пригласительного не найдется? – бросился наперерез старик в кроличьей шапке.
– У меня только один.
Старик покорно отступил. Припорошенный, перед тяжелыми бронзовыми дверьми, асфальт чернел следами обуви. Я потянул створку, прошел. Так дело…
«…По совести сказать, всё наше семейство до водки очень охотники. Я грамотный, в городе в табачном магазине служил шесть лет и могу поговорить со всяким образованным господином, и разные хорошие слова могу говорить, но как я читал в одной книжке, что…
«…По совести сказать, всё наше семейство до водки очень охотники. Я грамотный, в городе в табачном магазине служил шесть лет и могу поговорить со всяким образованным господином, и разные хорошие слова могу говорить, но как я читал в одной книжке, что…
«Сметану мать скрывала. Годы были голодные, сметана доставалась не всем. Им доставалась. Продуктовые заказы отца-генерала. Из-за этой сметаны и других, заурядных для сегодняшнего едока, но редких и недоступных для тех лет гастрономических радостей ем…
«Сметану мать скрывала. Годы были голодные, сметана доставалась не всем. Им доставалась. Продуктовые заказы отца-генерала. Из-за этой сметаны и других, заурядных для сегодняшнего едока, но редких и недоступных для тех лет гастрономических радостей ем…
«– Что пишешь? – спросила жена.
– Рассказ про русскую женщину.
– То есть про меня?
– Пока думаю.
– А чего думать, ты разве знаешь хоть одну русскую женщину, кроме меня?
Я взвесил этот неожиданный тезис и тотчас пришел к выводу, что в словах жены соде…
«– Что пишешь? – спросила жена.
– Рассказ про русскую женщину.
– То есть про меня?
– Пока думаю.
– А чего думать, ты разве знаешь хоть одну русскую женщину, кроме меня?
Я взвесил этот неожиданный тезис и тотчас пришел к выводу, что в словах жены соде…
Обыкновенная поездка в составе туристической группы оборачивается для Ани путешествием вглубь себя.
Обыкновенная поездка в составе туристической группы оборачивается для Ани путешествием вглубь себя.
Единственный недостаток этой истории - она слишком коротка. Читатель погружается в атмосферу повествования буквально после пары абзацев, а щупальца тревожного холодка неумолимо просачиваются прямиком из текста прямо под кожу.
Мрачная сказка для взро…
Единственный недостаток этой истории - она слишком коротка. Читатель погружается в атмосферу повествования буквально после пары абзацев, а щупальца тревожного холодка неумолимо просачиваются прямиком из текста прямо под кожу.
Мрачная сказка для взро…
«В комнате, которую сам содержатель трактира, казак Семен Чистоплюй, называет „проезжающей“, то есть назначенной исключительно для проезжих, за большим некрашеным столом сидел высокий широкоплечий мужчина лет сорока. Облокотившись о стол и подперев г…
«В комнате, которую сам содержатель трактира, казак Семен Чистоплюй, называет „проезжающей“, то есть назначенной исключительно для проезжих, за большим некрашеным столом сидел высокий широкоплечий мужчина лет сорока. Облокотившись о стол и подперев г…
«Выполняя свои прямые обязанности, она везла лауреата на вокзал. Накануне он выступил с докладом, а сегодня торопился дальше – премию ему вручили всего три месяца назад, и спрос на него был еще высок.
Она выбрала красивую дорогу, через центр, решив, …
«Выполняя свои прямые обязанности, она везла лауреата на вокзал. Накануне он выступил с докладом, а сегодня торопился дальше – премию ему вручили всего три месяца назад, и спрос на него был еще высок.
Она выбрала красивую дорогу, через центр, решив, …
«Иерусалим. Святые места. Впервые здесь. Сняли комнату у глухого старика. Когда договаривался с ним по телефону, жена спросила, чего я так ору. Ору, потому что он каждое слово переспрашивал.
Приехали. Еврейская часть Старого города. Дом вроде нашли, …
«Иерусалим. Святые места. Впервые здесь. Сняли комнату у глухого старика. Когда договаривался с ним по телефону, жена спросила, чего я так ору. Ору, потому что он каждое слово переспрашивал.
Приехали. Еврейская часть Старого города. Дом вроде нашли, …
«Ее подтолкнул уход мужа. Как-то стронул с фундамента. До этого она была вполне, а после его ухода изменилась. Тяга к чистоте, конечно, присутствовала, но разумная. Например, собаку в гостях погладит и сразу руки моет. С мылом. А если собака опять на…
«Ее подтолкнул уход мужа. Как-то стронул с фундамента. До этого она была вполне, а после его ухода изменилась. Тяга к чистоте, конечно, присутствовала, но разумная. Например, собаку в гостях погладит и сразу руки моет. С мылом. А если собака опять на…
полная версияЭта история случилась много лет назад в одном маленьком приморском городке. Возможно, именно в том, в котором живёте вы. Или в том, в котором вы любите отдыхать во время отпуска. Там вы найдёте множество прекрасных людей, одним из которых был Дональд…
Эта история случилась много лет назад в одном маленьком приморском городке. Возможно, именно в том, в котором живёте вы. Или в том, в котором вы любите отдыхать во время отпуска. Там вы найдёте множество прекрасных людей, одним из которых был Дональд…
«… Муж может изменять жене сколько угодно и все-таки будет оставаться таким же любящим, нежным и ревнивым мужем, каким он был до измены.
Назидательная история, случившаяся с Петуховым, может служить примером этому. …»
«… Муж может изменять жене сколько угодно и все-таки будет оставаться таким же любящим, нежным и ревнивым мужем, каким он был до измены.
Назидательная история, случившаяся с Петуховым, может служить примером этому. …»
Что может хотеть ребёнок? Игрушку? Платье? Сладости? Новый велосипед?
Все это замечательно, даже прекрасно и вполне осуществимо. Но никакие материальные блага не заменят жизнь в семье вместо больницы. Просто вдумайтесь - 4 месяца в больнице, 2 месяца…
Что может хотеть ребёнок? Игрушку? Платье? Сладости? Новый велосипед?
Все это замечательно, даже прекрасно и вполне осуществимо. Но никакие материальные блага не заменят жизнь в семье вместо больницы. Просто вдумайтесь - 4 месяца в больнице, 2 месяца…
Владивосток, Приморье - далёкая провинция у моря. Иркутск - тоже провинция, только море другое - священный Байкал. Хотите заглянуть в коммуналки старого Владивостока? Увидеть необычные судьбы реальных обычных людей? Узнать о жизни адмиральских семей …
Владивосток, Приморье - далёкая провинция у моря. Иркутск - тоже провинция, только море другое - священный Байкал. Хотите заглянуть в коммуналки старого Владивостока? Увидеть необычные судьбы реальных обычных людей? Узнать о жизни адмиральских семей …
История о девушке, которая живет на границе двух совершенно разных измерений. Девушка оказывается в центре конфликта между вампирами и людьми.
История о девушке, которая живет на границе двух совершенно разных измерений. Девушка оказывается в центре конфликта между вампирами и людьми.
В этой книге автор в увлекательной манере описывает эпоху двухтысячных годов как очевидец всех произошедших событий. Это время в России запомнится расцветом различных субкультур, веселыми путешествиями на электричках и дворовыми посиделками. Читайте …
В этой книге автор в увлекательной манере описывает эпоху двухтысячных годов как очевидец всех произошедших событий. Это время в России запомнится расцветом различных субкультур, веселыми путешествиями на электричках и дворовыми посиделками. Читайте …