книги о путешествиях
Это не выдуманная история о моем вызове себе. Через настройку на каналы информации (ченнелинг) я проведу интервью тем, кто не говорит на человеческом языке (местам силы, ушедшим великим личностям, и другим интересным мне объектам). Все они очень хот…
Это не выдуманная история о моем вызове себе. Через настройку на каналы информации (ченнелинг) я проведу интервью тем, кто не говорит на человеческом языке (местам силы, ушедшим великим личностям, и другим интересным мне объектам). Все они очень хот…
И так, ребятки! Скучали по научной фантастике? Тогда кое-что для вас у меня найдется - это мой новый рассказ "Extra" (название имеет смысл)!
Здесь нет далекого будущего... Вернее, как. Оно есть но не в том ключе, что обычно. Тут нет полетов в космо…
И так, ребятки! Скучали по научной фантастике? Тогда кое-что для вас у меня найдется - это мой новый рассказ "Extra" (название имеет смысл)!
Здесь нет далекого будущего... Вернее, как. Оно есть но не в том ключе, что обычно. Тут нет полетов в космо…
Никколо Макиавелли – это человек, который заставляет нас интересоваться сквозь столетия тем, что называется – Власть. Одни пишут, что оставил нам бесценное наследие по управлению. Другие пишут и спорят с ним и его подходами. Для одних он учитель, для…
Никколо Макиавелли – это человек, который заставляет нас интересоваться сквозь столетия тем, что называется – Власть. Одни пишут, что оставил нам бесценное наследие по управлению. Другие пишут и спорят с ним и его подходами. Для одних он учитель, для…
Николай Павлович Задорнов (1909–1992) – известный писатель, автор романов, повествующих об освоении Сибири и Дальнего Востока русскими первопроходцами, чьи имена навсегда останутся в памяти народа. Особое место в творчестве Н. П. Задорнова занимает ц…
Николай Павлович Задорнов (1909–1992) – известный писатель, автор романов, повествующих об освоении Сибири и Дальнего Востока русскими первопроходцами, чьи имена навсегда останутся в памяти народа. Особое место в творчестве Н. П. Задорнова занимает ц…
Томас Вулф согласился на путешествие по северу-западу Америки, летом 1938 года, после того как он познакомился с двумя газетчиками в Сиэтле. Они, Конвой и Миллер, разработали план поездки, и решили пригласить Вулфа присоединится к ним. Вулф согласилс…
Томас Вулф согласился на путешествие по северу-западу Америки, летом 1938 года, после того как он познакомился с двумя газетчиками в Сиэтле. Они, Конвой и Миллер, разработали план поездки, и решили пригласить Вулфа присоединится к ним. Вулф согласилс…
«Родиться на Земле было ошибкой» — понимает Лора, когда сканеры тюрьмы едва не убивают её за «биозагрязнение». Её побег оборачивается кошмаром: трюм мусоровоза кишит мутантами, а за иллюминатором плывёт Цитадель — место, где ей скажут правду.
Лора —…
«Родиться на Земле было ошибкой» — понимает Лора, когда сканеры тюрьмы едва не убивают её за «биозагрязнение». Её побег оборачивается кошмаром: трюм мусоровоза кишит мутантами, а за иллюминатором плывёт Цитадель — место, где ей скажут правду.
Лора —…
Таня Петрова — успешная москвичка, привыкшая к бесконечному потоку уведомлений, чатов и цифрового шума. Но однажды её жизнь достигает предела: звон в ушах, тревога, пустота. Спасательный круг находит её в письме из глухой сибирской тайги с приглашени…
Таня Петрова — успешная москвичка, привыкшая к бесконечному потоку уведомлений, чатов и цифрового шума. Но однажды её жизнь достигает предела: звон в ушах, тревога, пустота. Спасательный круг находит её в письме из глухой сибирской тайги с приглашени…
Таня Петрова — успешная москвичка, привыкшая к бесконечному потоку уведомлений, чатов и цифрового шума. Но однажды её жизнь достигает предела: звон в ушах, тревога, пустота. Спасательный круг находит её в письме из глухой сибирской тайги с приглашени…
Таня Петрова — успешная москвичка, привыкшая к бесконечному потоку уведомлений, чатов и цифрового шума. Но однажды её жизнь достигает предела: звон в ушах, тревога, пустота. Спасательный круг находит её в письме из глухой сибирской тайги с приглашени…
Каждая любовь случается впервые.
И всё же — она повторяет другие.
Словами. Поступками. Молчанием.
Олеся и Томас — молодожёны в Грузии. Они пьют вино, слушают тосты, улыбаются, наслаждаются природой и друг другом. Но книга, найденная среди свадебных п…
Каждая любовь случается впервые.
И всё же — она повторяет другие.
Словами. Поступками. Молчанием.
Олеся и Томас — молодожёны в Грузии. Они пьют вино, слушают тосты, улыбаются, наслаждаются природой и друг другом. Но книга, найденная среди свадебных п…
«23 апреля 1857 года, после тягостной дороги в 5100 верст то в санях, то в перекладной телеге, то даже пешком, во избежание разрушительных толчков от удара колес по мерзлому, ледяному черепу, я, наконец, добрался до Иркутска. День был табельный – име…
«23 апреля 1857 года, после тягостной дороги в 5100 верст то в санях, то в перекладной телеге, то даже пешком, во избежание разрушительных толчков от удара колес по мерзлому, ледяному черепу, я, наконец, добрался до Иркутска. День был табельный – име…
Часы тянулись ужасно медленно, ко мне сон не шел. Дрова то вспыхивая гудели, то затухали вновь. Ночной небосклон пробороздила комета, оставив за собой шлейф газа. Вдалеке за холмами завыли волки. - Дьяволы - подумал я с дрожью. От таких можно чего уг…
Часы тянулись ужасно медленно, ко мне сон не шел. Дрова то вспыхивая гудели, то затухали вновь. Ночной небосклон пробороздила комета, оставив за собой шлейф газа. Вдалеке за холмами завыли волки. - Дьяволы - подумал я с дрожью. От таких можно чего уг…
Книга о семи годах путешествий (вторая редакция)! Каждая её глава - отдельный год, а подглавы – города. Это книга эмоций и вдохновений от каждого места, где мы побывали. От этих поездок рождались рассказы, повести, путевые заметки, идеи которых появл…
Книга о семи годах путешествий (вторая редакция)! Каждая её глава - отдельный год, а подглавы – города. Это книга эмоций и вдохновений от каждого места, где мы побывали. От этих поездок рождались рассказы, повести, путевые заметки, идеи которых появл…
История Стива, маленькой рыбки, тронута отвагой и блеском морской пучины. Легенда о Райском рифе, словно жемчужина, перекатывалась в его сердце, рассказанная мудрыми, потрескавшимися от времени черепахами. Вначале страх, холодный как течение с глубин…
История Стива, маленькой рыбки, тронута отвагой и блеском морской пучины. Легенда о Райском рифе, словно жемчужина, перекатывалась в его сердце, рассказанная мудрыми, потрескавшимися от времени черепахами. Вначале страх, холодный как течение с глубин…
Никколо Макиавелли – это человек, который заставляет нас интересоваться сквозь столетия тем, что называется – Власть. Одни пишут, что оставил нам бесценное наследие по управлению. Другие пишут и спорят с ним и его подходами. Для одних он учитель, для…
Никколо Макиавелли – это человек, который заставляет нас интересоваться сквозь столетия тем, что называется – Власть. Одни пишут, что оставил нам бесценное наследие по управлению. Другие пишут и спорят с ним и его подходами. Для одних он учитель, для…
Он где-то внизу, подо льдом, в полости ледника. Один. Без времени и звуков.
Над ним — метры холодной тишины. Внутри — обрывки памяти и любовь.
Чтобы остаться живым, нужно больше, чем воздух и еда. Нужна память. Нужна любовь — как суть его человечност…
Он где-то внизу, подо льдом, в полости ледника. Один. Без времени и звуков.
Над ним — метры холодной тишины. Внутри — обрывки памяти и любовь.
Чтобы остаться живым, нужно больше, чем воздух и еда. Нужна память. Нужна любовь — как суть его человечност…
Часы тянулись ужасно медленно, ко мне сон не шел. Дрова то вспыхивая гудели, то затухали вновь. Ночной небосклон пробороздила комета, оставив за собой шлейф газа. Вдалеке за холмами завыли волки. - Дьяволы - подумал я с дрожью. От таких можно чего уг…
Часы тянулись ужасно медленно, ко мне сон не шел. Дрова то вспыхивая гудели, то затухали вновь. Ночной небосклон пробороздила комета, оставив за собой шлейф газа. Вдалеке за холмами завыли волки. - Дьяволы - подумал я с дрожью. От таких можно чего уг…
Он где-то внизу, подо льдом, в полости ледника. Один. Без времени и звуков.
Над ним — метры холодной тишины. Внутри — обрывки памяти и любовь.
Чтобы остаться живым, нужно больше, чем воздух и еда. Нужна память. Нужна любовь — как суть его человечнос…
Он где-то внизу, подо льдом, в полости ледника. Один. Без времени и звуков.
Над ним — метры холодной тишины. Внутри — обрывки памяти и любовь.
Чтобы остаться живым, нужно больше, чем воздух и еда. Нужна память. Нужна любовь — как суть его человечнос…
Перед вами книга бывшего работника круизного лайнера. Хрупкая и ранимая девушка расскажет всю правду о ежедневной тяжелой работе без выходных и возможности повидаться с родными.
Кто-то отправляется сюда за романтикой, кто-то - за заработком, но неизм…
Перед вами книга бывшего работника круизного лайнера. Хрупкая и ранимая девушка расскажет всю правду о ежедневной тяжелой работе без выходных и возможности повидаться с родными.
Кто-то отправляется сюда за романтикой, кто-то - за заработком, но неизм…
Перед вами книга бывшего работника круизного лайнера. Хрупкая и ранимая девушка расскажет всю правду о ежедневной тяжелой работе без выходных и возможности повидаться с родными.
Кто-то отправляется сюда за романтикой, кто-то - за заработком, но неизм…
Перед вами книга бывшего работника круизного лайнера. Хрупкая и ранимая девушка расскажет всю правду о ежедневной тяжелой работе без выходных и возможности повидаться с родными.
Кто-то отправляется сюда за романтикой, кто-то - за заработком, но неизм…
Марди Гра грандиозный карнавал и один из самых масштабных праздников США и Европы. Это небольшое эссе познакомит вас с его историей и традициями: загадочными креве, индейцами Марди Гра, изысканными балами и уникальными обычаями каджунской общины Лу…
Марди Гра грандиозный карнавал и один из самых масштабных праздников США и Европы. Это небольшое эссе познакомит вас с его историей и традициями: загадочными креве, индейцами Марди Гра, изысканными балами и уникальными обычаями каджунской общины Лу…