ЛитРес: чтец
Если ты читаешь письмо – ты наш. Ты – маг. Пройди испытание и поступи в Межмировую академию «Изумруд»! Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести.
Если готов – порви конверт!
И да помогут тебе священные звезды Ильсарры…
Первый эпиз…
Если ты читаешь письмо – ты наш. Ты – маг. Пройди испытание и поступи в Межмировую академию «Изумруд»! Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести.
Если готов – порви конверт!
И да помогут тебе священные звезды Ильсарры…
Первый эпиз…
«Просторная новая терраса дачи была очень ярко освещена лампой и четырьмя канделябрами, расставленными на длинном чайном столе. Июльский вечер быстро темнел. Старый липовый сад, густо обступивший со всех сторон дачу, потонул в теплом мраке. Только ли…
«Просторная новая терраса дачи была очень ярко освещена лампой и четырьмя канделябрами, расставленными на длинном чайном столе. Июльский вечер быстро темнел. Старый липовый сад, густо обступивший со всех сторон дачу, потонул в теплом мраке. Только ли…
Крым. Лето. Море.
Крики чаек и шум волн.
Отдыхающих – полно, и желающих прокатиться на яхте Кирилла Вацуры отбоя нет. Он никому не отказывает, но кто больше заплатит – тот вне очереди. Вот тут и появился серьезный клиент.
Хорошо загорелый длинноволос…
Крым. Лето. Море.
Крики чаек и шум волн.
Отдыхающих – полно, и желающих прокатиться на яхте Кирилла Вацуры отбоя нет. Он никому не отказывает, но кто больше заплатит – тот вне очереди. Вот тут и появился серьезный клиент.
Хорошо загорелый длинноволос…
Я хотела его убить, но мне помешали. Заковали и бросили в каменный мешок. Он знает, кто я, знает, что буду пытаться убить его снова и снова. Почему он вернул мне свободу? Неужели надеется, что воспоминания о первой любви заставят меня остановиться?
Я хотела его убить, но мне помешали. Заковали и бросили в каменный мешок. Он знает, кто я, знает, что буду пытаться убить его снова и снова. Почему он вернул мне свободу? Неужели надеется, что воспоминания о первой любви заставят меня остановиться?
Война унесла жизни многих, в том числе моего отца. Он браво сражался, но не смог ничего поделать, конфедерация победила. Нам приходится строить быт, наращивать ресурсы, а главное выживать. Теперь победители в этой долгой войне не имеют отпора, а знач…
Война унесла жизни многих, в том числе моего отца. Он браво сражался, но не смог ничего поделать, конфедерация победила. Нам приходится строить быт, наращивать ресурсы, а главное выживать. Теперь победители в этой долгой войне не имеют отпора, а знач…
И если сказано, что сотворен человек по образу и подобию Бога, то почему не может он изменить свою реальность? И если красота мира в глазах смотрящего, то почему он смотрит в грязь? Ведь если око твое светло, то и будет внутри тебя свет! Если каждому…
И если сказано, что сотворен человек по образу и подобию Бога, то почему не может он изменить свою реальность? И если красота мира в глазах смотрящего, то почему он смотрит в грязь? Ведь если око твое светло, то и будет внутри тебя свет! Если каждому…
Женское внимание – его стихия. Женские сердца – лишь средства достижения цели. Мотыльки слетаются на его свет, не жалея сердец и крыльев. Он давно не замечает их лиц, купаясь в немом обожании… Она врывается в его жизнь внезапно, как буря, как ураган,…
Женское внимание – его стихия. Женские сердца – лишь средства достижения цели. Мотыльки слетаются на его свет, не жалея сердец и крыльев. Он давно не замечает их лиц, купаясь в немом обожании… Она врывается в его жизнь внезапно, как буря, как ураган,…
Тургенев одним из первых оценил по достоинству «Записки ружейного охотника». В письме к автору он замечал: «…Ваши „Записки“ будут дороги не для одних охотников; всякому человеку, не лишенному поэтического чутья – они доставят истинное наслажденье; и …
Тургенев одним из первых оценил по достоинству «Записки ружейного охотника». В письме к автору он замечал: «…Ваши „Записки“ будут дороги не для одних охотников; всякому человеку, не лишенному поэтического чутья – они доставят истинное наслажденье; и …
Есть рядом с нами силы, которые не любят себя проявлять. Они не добрые и не злые. Может быть, они пришли из параллельного мира, – а может, находятся на Земле с древних времён. И трудно угадать, чем закончится встреча с ними для человека. Девять мисти…
Есть рядом с нами силы, которые не любят себя проявлять. Они не добрые и не злые. Может быть, они пришли из параллельного мира, – а может, находятся на Земле с древних времён. И трудно угадать, чем закончится встреча с ними для человека. Девять мисти…
Недолго продлилось победное шествие Повелителя по миру, из которого он когда-то был с позором изгнан и куда намеревался торжественно вернуться. Самые разные люди из нескольких миров объединились против новоявленного кандидата в боги. Старым волшебник…
Недолго продлилось победное шествие Повелителя по миру, из которого он когда-то был с позором изгнан и куда намеревался торжественно вернуться. Самые разные люди из нескольких миров объединились против новоявленного кандидата в боги. Старым волшебник…
«Жил-был старик со старухой, а у них было три дочери. Старшая-то дочь доводилась старухе падчерицей. Дело известное: падчерице при мачехе что за житье? С утра до вечера старуха ее поедом ест: „Экая ленивица, экая неряха! И веник-то не у места, и ухва…
«Жил-был старик со старухой, а у них было три дочери. Старшая-то дочь доводилась старухе падчерицей. Дело известное: падчерице при мачехе что за житье? С утра до вечера старуха ее поедом ест: „Экая ленивица, экая неряха! И веник-то не у места, и ухва…
«На клиросе стоит дьячок Отлукавин и держит между вытянутыми жирными пальцами огрызенное гусиное перо. Маленький лоб его собрался в морщины, на носу играют пятна всех цветов, начиная от розового и кончая темно-синим. Перед ним на рыжем переплете Цвет…
«На клиросе стоит дьячок Отлукавин и держит между вытянутыми жирными пальцами огрызенное гусиное перо. Маленький лоб его собрался в морщины, на носу играют пятна всех цветов, начиная от розового и кончая темно-синим. Перед ним на рыжем переплете Цвет…
«Я помню, как мы бежали по лесу, как жужжали пули, как падали отрываемые ими ветки, как мы продирались сквозь кусты боярышника. Выстрелы стали чаще. Сквозь опушку показалось что-то красное, мелькавшее там и сям. Сидоров, молоденький солдатик первой р…
«Я помню, как мы бежали по лесу, как жужжали пули, как падали отрываемые ими ветки, как мы продирались сквозь кусты боярышника. Выстрелы стали чаще. Сквозь опушку показалось что-то красное, мелькавшее там и сям. Сидоров, молоденький солдатик первой р…
Максима Скворцова назначили моим директором, и жизнь полетела в тартарары. Надменный. Язвительный. Наглый. Он хочет довести меня до ручки. Его не устраивает всё: показатели, внешность, даже мой голос. Не мужчина – дьявол во плоти. Решено. Увольняюсь!…
Максима Скворцова назначили моим директором, и жизнь полетела в тартарары. Надменный. Язвительный. Наглый. Он хочет довести меня до ручки. Его не устраивает всё: показатели, внешность, даже мой голос. Не мужчина – дьявол во плоти. Решено. Увольняюсь!…
Янцзы, самую длинную реку в Китае, называют великой. Благодаря ей процветают Цзяннань, Чэнду, Сучжоу и Ханчжоу – живописные и богатые земли Поднебесной. В этой книге вы прочтете о разных названиях Янцзы, ее истоке и притоках, каналах, соединяющих ее …
Янцзы, самую длинную реку в Китае, называют великой. Благодаря ей процветают Цзяннань, Чэнду, Сучжоу и Ханчжоу – живописные и богатые земли Поднебесной. В этой книге вы прочтете о разных названиях Янцзы, ее истоке и притоках, каналах, соединяющих ее …
«Мы гнались за Наполеоном по горячим следам. 22 ноября послал меня Сеславин очистить левую сторону Виленской дороги, с сотнею сумских гусар, взводом драгун Тверского полка да дюжиною донцов. Местом сбора назначено было местечко Ошмяны, и я, получив п…
«Мы гнались за Наполеоном по горячим следам. 22 ноября послал меня Сеславин очистить левую сторону Виленской дороги, с сотнею сумских гусар, взводом драгун Тверского полка да дюжиною донцов. Местом сбора назначено было местечко Ошмяны, и я, получив п…
Можно ли жить вечно? И если можно, то чем развлечь себя, когда прожил не одно тысячелетие? Ученый станет работать над изобретениями, фермер – создавать новые сорта пшеницы, а художник – удивительные шедевры. Но что, если сердце бессмертного тянется с…
Можно ли жить вечно? И если можно, то чем развлечь себя, когда прожил не одно тысячелетие? Ученый станет работать над изобретениями, фермер – создавать новые сорта пшеницы, а художник – удивительные шедевры. Но что, если сердце бессмертного тянется с…
«Это письмо было написано ко мне моим несчастным другом, Александром Атанатосом, через несколько дней после его чудесного спасения, в ответ на мои настоятельные просьбы – описать те поразительные сцены, единственным живым свидетелем которых остался о…
«Это письмо было написано ко мне моим несчастным другом, Александром Атанатосом, через несколько дней после его чудесного спасения, в ответ на мои настоятельные просьбы – описать те поразительные сцены, единственным живым свидетелем которых остался о…
Жизненные испытания, терзания, тяга к удовольствиям и ниспосланная благодать заставляют главного героя вспомнить то, без чего жизнь превращается в ад.
Жизненные испытания, терзания, тяга к удовольствиям и ниспосланная благодать заставляют главного героя вспомнить то, без чего жизнь превращается в ад.
Меня нашли в поле, умирающую медленно от травм и переохлаждения. Я не помню своего прошлого, но верю в свое будущее и верю в то, что однажды я узнаю кто я.
Но стоит ли мне ворошить тайны? Возможно нужно бежать без оглядки и вечно прятаться.
Хотя позд…
Меня нашли в поле, умирающую медленно от травм и переохлаждения. Я не помню своего прошлого, но верю в свое будущее и верю в то, что однажды я узнаю кто я.
Но стоит ли мне ворошить тайны? Возможно нужно бежать без оглядки и вечно прятаться.
Хотя позд…





















