ЛитРес: чтец
Агентство «Последний шанс». Входя в массивную дверь, над которой красуется такая вывеска, Вы ожидаете попасть в уютный офис брачного агентства. Ведь именно с этим у большинства ассоциируются слова “Агентство “Последний шанс”.Наши герои – это четыре с…
Агентство «Последний шанс». Входя в массивную дверь, над которой красуется такая вывеска, Вы ожидаете попасть в уютный офис брачного агентства. Ведь именно с этим у большинства ассоциируются слова “Агентство “Последний шанс”.Наши герои – это четыре с…
Человечество в 2504 году столкнулось… Хм… Да ни с чем новым и не столкнулось. И проблемы все те же, и радости. Просто в новом антураже.Но новое все-таки случилось – приглашение на Первую Межгалактическую Олимпиаду. Непонятные состязания между звездны…
Человечество в 2504 году столкнулось… Хм… Да ни с чем новым и не столкнулось. И проблемы все те же, и радости. Просто в новом антураже.Но новое все-таки случилось – приглашение на Первую Межгалактическую Олимпиаду. Непонятные состязания между звездны…
Она бежит от прошлого целых пять лет. Вампиры. Она ненавидит их и боится до дрожи. А затем встречает его. Он такой же, как и она – дампир. Она соглашается провести с ним всего одну ночь, полную страсти и безумного секса. И вновь попадает в ловушку. Е…
Она бежит от прошлого целых пять лет. Вампиры. Она ненавидит их и боится до дрожи. А затем встречает его. Он такой же, как и она – дампир. Она соглашается провести с ним всего одну ночь, полную страсти и безумного секса. И вновь попадает в ловушку. Е…
«Дети мои или иной кто, слушая эту грамотку, не посмейтесь, но кому из детей моих она будет люба, пусть примет ее в сердце свое и не станет лениться, а будет трудиться. Прежде всего, Бога ради и души своей. Страх имейте Божий в сердце своем и милосты…
«Дети мои или иной кто, слушая эту грамотку, не посмейтесь, но кому из детей моих она будет люба, пусть примет ее в сердце свое и не станет лениться, а будет трудиться. Прежде всего, Бога ради и души своей. Страх имейте Божий в сердце своем и милосты…
«Обращаюсь к изложению событий, следовавших за смертью Петра. Время от 1725 до 1762 г. составляет особую эпоху, отличающуюся некоторыми новыми явлениями в нашей государственной жизни, хотя основы ее остаются прежние. Эти явления обнаруживаются тотчас…
«Обращаюсь к изложению событий, следовавших за смертью Петра. Время от 1725 до 1762 г. составляет особую эпоху, отличающуюся некоторыми новыми явлениями в нашей государственной жизни, хотя основы ее остаются прежние. Эти явления обнаруживаются тотчас…
– Уходи! Убирайся! Я буду кричать! – испуганно замираю. Бежать некуда. За спиной тяжелая металлическая дверь.
– Тебя никто не услышит!
– Ты пьян, Влад!
– Тобой, – он нависает надо мной, упираясь руками в ледяной металл поверх моей головы. – Ты моя! З…
– Уходи! Убирайся! Я буду кричать! – испуганно замираю. Бежать некуда. За спиной тяжелая металлическая дверь.
– Тебя никто не услышит!
– Ты пьян, Влад!
– Тобой, – он нависает надо мной, упираясь руками в ледяной металл поверх моей головы. – Ты моя! З…
Продолжение мистических историй, происходящих в небольшом провинциальном городе, где сверхъестественное поджидает читателя за каждым углом. Во втором томе сборника повестей Алексея Мессинга вы познакомитесь с Лешим, Пиковой Дамой и другими ужасами, ж…
Продолжение мистических историй, происходящих в небольшом провинциальном городе, где сверхъестественное поджидает читателя за каждым углом. Во втором томе сборника повестей Алексея Мессинга вы познакомитесь с Лешим, Пиковой Дамой и другими ужасами, ж…
Быть разменной монетой в играх сильных мира сего? У Флориан Келерой, оказавшейся ненужной своим покровителям, лишенной титулов и потерявшей свободу, остается только один путь – податься к террористкам, рвущимся сокрушить правящий дом Воленстира. Но б…
Быть разменной монетой в играх сильных мира сего? У Флориан Келерой, оказавшейся ненужной своим покровителям, лишенной титулов и потерявшей свободу, остается только один путь – податься к террористкам, рвущимся сокрушить правящий дом Воленстира. Но б…
Сюрреалистический рассказ с элементами абсурда о герое, встретившем свою давнюю знакомую, с которой он когда-то был близок и о том, как трагично и непостижимо окончилась эта встреча с – на глазах жутко меняющейся – героиней повествования.
Сюрреалистический рассказ с элементами абсурда о герое, встретившем свою давнюю знакомую, с которой он когда-то был близок и о том, как трагично и непостижимо окончилась эта встреча с – на глазах жутко меняющейся – героиней повествования.
С некоторых пор герой рассказа начинает остро ощущать всю несправедливую, уродливую устроенность современного мира, это сводит его с ума. Недолго пробыв в психиатрической лечебнице, где его стараются вылечить от неизлечимой болезни, он выходит в одур…
С некоторых пор герой рассказа начинает остро ощущать всю несправедливую, уродливую устроенность современного мира, это сводит его с ума. Недолго пробыв в психиатрической лечебнице, где его стараются вылечить от неизлечимой болезни, он выходит в одур…
Сколько полюсов нашей планеты вы можете назвать? Два? Четыре? Шесть? Между тем их восемь. Фредерик Паулсен, «собиратель полюсов», потратил 13 лет, чтобы побывать на всех. Он преодолел десятки тысяч километров на самолётах, вертолётах, судах и даже гл…
Сколько полюсов нашей планеты вы можете назвать? Два? Четыре? Шесть? Между тем их восемь. Фредерик Паулсен, «собиратель полюсов», потратил 13 лет, чтобы побывать на всех. Он преодолел десятки тысяч километров на самолётах, вертолётах, судах и даже гл…
«…Вся жизнь, пока вели их по коридорам, казалось, встала в каждом и пронеслась перед ними в ослепительных ярких образах… И эта страшная напряженная работа фантазии как-то занимала, отвлекала от всего, не будила соблазнов для воли, что можно еще, може…
«…Вся жизнь, пока вели их по коридорам, казалось, встала в каждом и пронеслась перед ними в ослепительных ярких образах… И эта страшная напряженная работа фантазии как-то занимала, отвлекала от всего, не будила соблазнов для воли, что можно еще, може…
Альбион – город, который никогда не спит, всегда окутанный туманом и дождями, город, в котором живут самые влиятельные люди мира Нирок, город, в котором кипит жизнь и который хранит тайны. Но все тайное рано или поздно становится явным…
В этом убедил…
Альбион – город, который никогда не спит, всегда окутанный туманом и дождями, город, в котором живут самые влиятельные люди мира Нирок, город, в котором кипит жизнь и который хранит тайны. Но все тайное рано или поздно становится явным…
В этом убедил…
«Когда я был маленький, меня отвезли жить к бабушке. У бабушки над столом была полка. А на полке пароходик. Я такого никогда не видал. Он был совсем настоящий, только маленький. У него была труба: жёлтая и на ней два чёрных пояса. И две мачты. А от м…
«Когда я был маленький, меня отвезли жить к бабушке. У бабушки над столом была полка. А на полке пароходик. Я такого никогда не видал. Он был совсем настоящий, только маленький. У него была труба: жёлтая и на ней два чёрных пояса. И две мачты. А от м…
– Я даже не знала, что ты родила, Кать! – удивленно произносит подруга.
– Да, Маше уже… три года, – произношу я с запинкой. – Ты не волнуйся, Наташ, я надолго у вас не задержусь.
– Да брось! У нас с Сергеем огромная просторная квартира. Места всем хв…
– Я даже не знала, что ты родила, Кать! – удивленно произносит подруга.
– Да, Маше уже… три года, – произношу я с запинкой. – Ты не волнуйся, Наташ, я надолго у вас не задержусь.
– Да брось! У нас с Сергеем огромная просторная квартира. Места всем хв…
«Голодная волчица встала, чтобы идти на охоту. Ее волчата, все трое, крепко спали, сбившись в кучу, и грели друг друга. Она облизала их и пошла.
Был уже весенний месяц март, но по ночам деревья трещали от холода, как в декабре, и едва высунешь язык, …
«Голодная волчица встала, чтобы идти на охоту. Ее волчата, все трое, крепко спали, сбившись в кучу, и грели друг друга. Она облизала их и пошла.
Был уже весенний месяц март, но по ночам деревья трещали от холода, как в декабре, и едва высунешь язык, …
«Мы вышли из Перекопа в самом сквернейшем настроении духа – голодные, как волки, и злые на весь мир. В продолжение половины суток мы безуспешно употребляли в дело все наши таланты и усилия для того, чтобы украсть или заработать что-нибудь, и, когда у…
«Мы вышли из Перекопа в самом сквернейшем настроении духа – голодные, как волки, и злые на весь мир. В продолжение половины суток мы безуспешно употребляли в дело все наши таланты и усилия для того, чтобы украсть или заработать что-нибудь, и, когда у…