ЛитРес: чтец
«Доктор Осокин долго мешал ложечкой чай в своем стакане и потом проговорил довольно грубым тоном:
– Знаешь, что я скажу тебе, Матрена? Ты ужасно походишь на трихину…
– Как на трихину? – обиженно удивилась Матрена Ивановна, вскакивая с дивана. – Ты, С…
«Доктор Осокин долго мешал ложечкой чай в своем стакане и потом проговорил довольно грубым тоном:
– Знаешь, что я скажу тебе, Матрена? Ты ужасно походишь на трихину…
– Как на трихину? – обиженно удивилась Матрена Ивановна, вскакивая с дивана. – Ты, С…
«Гостиная. У стены большой старинный диван. Вечер. Горят лампы. Через открытую дверь виден накрытый стол, мать вытирает чайные чашки. Ваня у стола читает. Коля в велосипедной шапке лежит на качалке. Катя ходит по комнате…»
«Гостиная. У стены большой старинный диван. Вечер. Горят лампы. Через открытую дверь виден накрытый стол, мать вытирает чайные чашки. Ваня у стола читает. Коля в велосипедной шапке лежит на качалке. Катя ходит по комнате…»
Волк и журавль Волк и кот Ворона и лисица Две бочки Зеркало и обезьяна Кот и повар Кукушка и петух Лебедь, щука и рак Листы и корни Мартышка и очки Мышь и крыса Стрекоза и муравей Трудолюбивый медведь Чиж и голубь
Волк и журавль Волк и кот Ворона и лисица Две бочки Зеркало и обезьяна Кот и повар Кукушка и петух Лебедь, щука и рак Листы и корни Мартышка и очки Мышь и крыса Стрекоза и муравей Трудолюбивый медведь Чиж и голубь
В повести рассказывается о жизни мощной, рослой рыси, получившей от охотников-промысловиков за шикарные бакенбарды прозвище Боцман. Он был заветной добычей всех окрестных зверобоев. Их профессиональное честолюбие будоражили легенды о подвигах исполин…
В повести рассказывается о жизни мощной, рослой рыси, получившей от охотников-промысловиков за шикарные бакенбарды прозвище Боцман. Он был заветной добычей всех окрестных зверобоев. Их профессиональное честолюбие будоражили легенды о подвигах исполин…
Прошло уже шесть лет с тех пор, как эмир Ибрагим занял трон в охваченной смутой Суриде. Однако не все заговорщики уничтожены и только и ждут случая, чтобы поднять головы. Древний обряд сватовства эмира дает им шанс, ведь это неподходящее время разгад…
Прошло уже шесть лет с тех пор, как эмир Ибрагим занял трон в охваченной смутой Суриде. Однако не все заговорщики уничтожены и только и ждут случая, чтобы поднять головы. Древний обряд сватовства эмира дает им шанс, ведь это неподходящее время разгад…
Эту историю можно назвать и приключениями, и любовным романом, и историческим, и даже пособием по выживанию – так много вошло в правдивой и захватывающей остросюжетной книге об эмиграции из рушащегося СССР в воюющий Израиль. Очень полезно не только т…
Эту историю можно назвать и приключениями, и любовным романом, и историческим, и даже пособием по выживанию – так много вошло в правдивой и захватывающей остросюжетной книге об эмиграции из рушащегося СССР в воюющий Израиль. Очень полезно не только т…
Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925) – русский писатель, журналист, редактор журнала «Сатирикон», один из самых известных сатириков начала XX века.
В книгу вошел авторский сборник «Черным по белому». Аверченко рисует в нем замечательную галерею о…
Аверченко Аркадий Тимофеевич (1881–1925) – русский писатель, журналист, редактор журнала «Сатирикон», один из самых известных сатириков начала XX века.
В книгу вошел авторский сборник «Черным по белому». Аверченко рисует в нем замечательную галерею о…
Для многих специалистов по продажам именно холодные звонки становятся самой сложной и ненавистной частью работы. Зачастую менеджеры совершают минимальное количество звонков и упускают лучшую возможность для увеличения продаж. Из этой книги вы узнаете…
Для многих специалистов по продажам именно холодные звонки становятся самой сложной и ненавистной частью работы. Зачастую менеджеры совершают минимальное количество звонков и упускают лучшую возможность для увеличения продаж. Из этой книги вы узнаете…
Всё бы ничего, но непоседа Анхен не хочет больше учить гимназисток рисованию. Как бы сестра-близнец Мари её не отговаривала – там душегубы, казнокрады и проходимцы, куда ты?! Ты ведь – барышня! – она всё же поступает на службу полицейским художником.…
Всё бы ничего, но непоседа Анхен не хочет больше учить гимназисток рисованию. Как бы сестра-близнец Мари её не отговаривала – там душегубы, казнокрады и проходимцы, куда ты?! Ты ведь – барышня! – она всё же поступает на службу полицейским художником.…
Казалось, что моя жизнь кончена. Боль, страх и отчаянье преследовали меня на протяжении многих лет. Но только благодаря этим чувствам я научилась быть сильной. Я научилась выживать… И сейчас ставя перед собой цель, я достигаю ее любой ценой. Так было…
Казалось, что моя жизнь кончена. Боль, страх и отчаянье преследовали меня на протяжении многих лет. Но только благодаря этим чувствам я научилась быть сильной. Я научилась выживать… И сейчас ставя перед собой цель, я достигаю ее любой ценой. Так было…
«Актриса (входитъ). Простите…
Фельетонистъ. Чѣмъ могу служить?
Актриса. Простите… я безпокою васъ, помѣшала… вы заняты… эти бумаги…
Фелъетонистъ. Съ кѣмъ имѣю удовольствіе говоритъ?
Актриса. Мое имя? но… не все ли вамъ равно?
Фельетонистъ. Однако?
Aк…
«Актриса (входитъ). Простите…
Фельетонистъ. Чѣмъ могу служить?
Актриса. Простите… я безпокою васъ, помѣшала… вы заняты… эти бумаги…
Фелъетонистъ. Съ кѣмъ имѣю удовольствіе говоритъ?
Актриса. Мое имя? но… не все ли вамъ равно?
Фельетонистъ. Однако?
Aк…
«Задачею нашей критики было до сих пор проверить и разъяснить тот нравственный и отчасти общественный идеал, который более или менее туманно, более или менее определенно высказывался в произведениях нашей литературы. Под литературой мы, конечно, здес…
«Задачею нашей критики было до сих пор проверить и разъяснить тот нравственный и отчасти общественный идеал, который более или менее туманно, более или менее определенно высказывался в произведениях нашей литературы. Под литературой мы, конечно, здес…
«Стояли жаркие, безветренные июньские дни. Лист в лесу сочен, густ и зелен, только кое-где срываются пожелтевшие березовые и липовые листы. Кусты шиповника осыпаны душистыми цветами, в лесных лугах сплошной медовый клевер, рожь густая, рослая, темнее…
«Стояли жаркие, безветренные июньские дни. Лист в лесу сочен, густ и зелен, только кое-где срываются пожелтевшие березовые и липовые листы. Кусты шиповника осыпаны душистыми цветами, в лесных лугах сплошной медовый клевер, рожь густая, рослая, темнее…
«И у книг есть своя судьба… Имела ее и моя „Русская Христоматия“, вышедшая первым изданием в 1843 году. Но прежде чем приступить к рассказу о том, что выражает эпиграф, я дозволю себе маленькое отступление…»
«И у книг есть своя судьба… Имела ее и моя „Русская Христоматия“, вышедшая первым изданием в 1843 году. Но прежде чем приступить к рассказу о том, что выражает эпиграф, я дозволю себе маленькое отступление…»
«Оба они, и Марина и Темка, были перегружены работой. Учеба, общественная нагрузка; да еще нужно было подрабатывать к грошовым стипендиям. Часы с раннего утра до позднего вечера были плотно заполнены. Из аудитории в лабораторию, с заседания факультет…
«Оба они, и Марина и Темка, были перегружены работой. Учеба, общественная нагрузка; да еще нужно было подрабатывать к грошовым стипендиям. Часы с раннего утра до позднего вечера были плотно заполнены. Из аудитории в лабораторию, с заседания факультет…
«Сидим мы с знакомым немцем, профессором русского университета в ученой командировке, в некотором константинопольском кафешантане. Скука страшная; безголосые певицы, сиплые „дизёзки“, дамский оркестр aus Wien, кто в лес, кто по дрова. В Константинопо…
«Сидим мы с знакомым немцем, профессором русского университета в ученой командировке, в некотором константинопольском кафешантане. Скука страшная; безголосые певицы, сиплые „дизёзки“, дамский оркестр aus Wien, кто в лес, кто по дрова. В Константинопо…
Спустя десять лет после трагической смерти мужа и годовалого сына, Миранда Баллок вновь оказывается на месте той страшной автокатастрофы. Она на пару минут выходит из машины, чтобы вспомнить о двух самых любимых ею когда-то мужчинах, вдохнуть свежего…
Спустя десять лет после трагической смерти мужа и годовалого сына, Миранда Баллок вновь оказывается на месте той страшной автокатастрофы. Она на пару минут выходит из машины, чтобы вспомнить о двух самых любимых ею когда-то мужчинах, вдохнуть свежего…
«…– Не жаль вам дочь? – спросила она отца, все так же всматриваясь в мое лицо, словно пытаясь прочесть там что-то. – Обратно ее вам уже никто не отдаст. Вы теряете ее навсегда.
– Вы так спрашиваете, словно я ее в крематорий привел. Выучится и станет …
«…– Не жаль вам дочь? – спросила она отца, все так же всматриваясь в мое лицо, словно пытаясь прочесть там что-то. – Обратно ее вам уже никто не отдаст. Вы теряете ее навсегда.
– Вы так спрашиваете, словно я ее в крематорий привел. Выучится и станет …
Детские воспоминания с приключениями автора порой с юмором, порой грустные, но они Вам понравятся, так как Вы наверняка обнаружите что-то общее с Вашими воспоминаниями. Они необходимы каждому как важный фундамент для формирования личности. Полезно и …
Детские воспоминания с приключениями автора порой с юмором, порой грустные, но они Вам понравятся, так как Вы наверняка обнаружите что-то общее с Вашими воспоминаниями. Они необходимы каждому как важный фундамент для формирования личности. Полезно и …
«Усадьба Гурмыжской, верстах в пяти от уездного города. Большая зала. Прямо две двери: одна выходная, другая в столовую; направо от зрителей окно и дверь в сад; налево две двери: одна во внутренние комнаты, другая в коридор. Богатая старинная мебель,…
«Усадьба Гурмыжской, верстах в пяти от уездного города. Большая зала. Прямо две двери: одна выходная, другая в столовую; направо от зрителей окно и дверь в сад; налево две двери: одна во внутренние комнаты, другая в коридор. Богатая старинная мебель,…





















