ЛитРес: чтец
Фантастика, альтернативная история, антиутопия и приключения шестилетнего мальчика. Успешный бизнесмен меняет реальность, пытаясь избавится от кошмаров. Врач «скорой» хочет помочь попавшему в «жернова системы» другу. «В новой России старикам, иждивен…
Фантастика, альтернативная история, антиутопия и приключения шестилетнего мальчика. Успешный бизнесмен меняет реальность, пытаясь избавится от кошмаров. Врач «скорой» хочет помочь попавшему в «жернова системы» другу. «В новой России старикам, иждивен…
Внимание! 18+ Книга содержит сцены насилия.
Девушка попадает в сексуальное рабство, ей приходиться пройти через настоящий ад, испытать на себе всевозможные пытки и попытаться спасти свою жизнь. Она сталкивается с настоящими садистами, для которых он…
Внимание! 18+ Книга содержит сцены насилия.
Девушка попадает в сексуальное рабство, ей приходиться пройти через настоящий ад, испытать на себе всевозможные пытки и попытаться спасти свою жизнь. Она сталкивается с настоящими садистами, для которых он…
«Длинный товарный поезд давно уже стоит у полустанка. Паровоз не издает ни звука, точно потух; около поезда и в дверях полустанка ни души.
От одного из вагонов идет бледная полоса света и скользит по рельсам запасного пути. В этом вагоне на разостлан…
«Длинный товарный поезд давно уже стоит у полустанка. Паровоз не издает ни звука, точно потух; около поезда и в дверях полустанка ни души.
От одного из вагонов идет бледная полоса света и скользит по рельсам запасного пути. В этом вагоне на разостлан…
«На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчитаться.
– Садитесь, Юлия Васильевна! – сказал я ей. – Давайте посчитаемся. Вам, наверное, нужны деньги, а вы такая церемонная, что сами не спросите… Ну-с… …
«На днях я пригласил к себе в кабинет гувернантку моих детей, Юлию Васильевну. Нужно было посчитаться.
– Садитесь, Юлия Васильевна! – сказал я ей. – Давайте посчитаемся. Вам, наверное, нужны деньги, а вы такая церемонная, что сами не спросите… Ну-с… …
«Если бы какую-нибудь хилую, чахоточную наездницу на кляче месяцами без перерыва гонял бичом перед неутомимой публикой по кругу манежа безжалостный хозяин, заставляя ее вертеться на лошади, посылать воздушные поцелуи…»
«Если бы какую-нибудь хилую, чахоточную наездницу на кляче месяцами без перерыва гонял бичом перед неутомимой публикой по кругу манежа безжалостный хозяин, заставляя ее вертеться на лошади, посылать воздушные поцелуи…»
Я наблюдал за ней со стороны, хотел словить мимолётный взгляд, обратить на себя её внимание. Но мужчины вроде меня не умеют ждать, и если выдаётся возможность воспользоваться моментом, мы тут же хватаем удачу за хвост. Мне нравилась её независимость …
Я наблюдал за ней со стороны, хотел словить мимолётный взгляд, обратить на себя её внимание. Но мужчины вроде меня не умеют ждать, и если выдаётся возможность воспользоваться моментом, мы тут же хватаем удачу за хвост. Мне нравилась её независимость …
«Какая ночь! Мороз трескучий,
На небе ни единой тучи;
Как шитый полог, синий свод
Пестреет частыми звездами…»
«Какая ночь! Мороз трескучий,
На небе ни единой тучи;
Как шитый полог, синий свод
Пестреет частыми звездами…»
«Какая ночь! Мороз трескучий,
На небе ни единой тучи;
Как шитый полог, синий свод
Пестреет частыми звездами…»
«Какая ночь! Мороз трескучий,
На небе ни единой тучи;
Как шитый полог, синий свод
Пестреет частыми звездами…»
Дела в модном ателье Надежды Раух шли отлично, и она решилась на расширение – шить не только дамские наряды, но и мужские костюмы. Лучший мастер в Москве уже принят на работу, а для презентации нового направления устроен торжественный прием. Гости – …
Дела в модном ателье Надежды Раух шли отлично, и она решилась на расширение – шить не только дамские наряды, но и мужские костюмы. Лучший мастер в Москве уже принят на работу, а для презентации нового направления устроен торжественный прием. Гости – …
С тех пор как Тоня Панкратова стала телохранителем бизнесмена Заславского, жизнь ее превратилась в скачки с препятствиями: впереди непредсказуемые повороты, за спиной дыхание убийцы и свист пуль. И все из-за информации, попавшей к ней в руки. Если бы…
С тех пор как Тоня Панкратова стала телохранителем бизнесмена Заславского, жизнь ее превратилась в скачки с препятствиями: впереди непредсказуемые повороты, за спиной дыхание убийцы и свист пуль. И все из-за информации, попавшей к ней в руки. Если бы…
В Империи известно всем – на пути Ловчих вставать нельзя. Они – опасность и тайное оружие самого Императора.
Она встала. Молодая и красивая вдова, хранящая свои тайны.
И теперь ей не уйти от общения с самым опасным из них. Не уйти от его глаз, от его…
В Империи известно всем – на пути Ловчих вставать нельзя. Они – опасность и тайное оружие самого Императора.
Она встала. Молодая и красивая вдова, хранящая свои тайны.
И теперь ей не уйти от общения с самым опасным из них. Не уйти от его глаз, от его…
«Занавес открывается. На сцене квартира Дины Штерн – богато обставленная гостиная; в открытую дверь видна столовая с сервированным столом. Много картин, цветы. У рояля, под аккомпанемент Дины Штерн, собравшись кружком, поют студенты и курсистки, все …
«Занавес открывается. На сцене квартира Дины Штерн – богато обставленная гостиная; в открытую дверь видна столовая с сервированным столом. Много картин, цветы. У рояля, под аккомпанемент Дины Штерн, собравшись кружком, поют студенты и курсистки, все …
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Эту небольшую историю «разрушенного семейного счастья» рассказывал мне, сидя на балконе своей павловской дачи, сам Вардин.
Я с ним подружился уже после описанных событий, и этот период его жизни являлся до сих пор для меня пробелом.
Вардин вспоминал …
Эту небольшую историю «разрушенного семейного счастья» рассказывал мне, сидя на балконе своей павловской дачи, сам Вардин.
Я с ним подружился уже после описанных событий, и этот период его жизни являлся до сих пор для меня пробелом.
Вардин вспоминал …
Уже десять лет горит библиотека Академии художеств. Этот пожар невозможно потушить, поэтому в тайные книгохранилища, уходящие на много ярусов под землю, невозможно попасть через наш мир.
А того, кто найдет туда путь через домены, ждет враг посерьезне…
Уже десять лет горит библиотека Академии художеств. Этот пожар невозможно потушить, поэтому в тайные книгохранилища, уходящие на много ярусов под землю, невозможно попасть через наш мир.
А того, кто найдет туда путь через домены, ждет враг посерьезне…
Народная литература составляет значительную часть культурного наследия Китая. Она вобрала в себя огромное количество жанров – от анекдотов до эпической поэзии – и многовековые традиции множества народов, населяющих Поднебесную. Фольклор отражает их и…
Народная литература составляет значительную часть культурного наследия Китая. Она вобрала в себя огромное количество жанров – от анекдотов до эпической поэзии – и многовековые традиции множества народов, населяющих Поднебесную. Фольклор отражает их и…
«В начале следующих рассказов, которые, мне кажется, по своему любопытному содержанию могут заинтересовать внимание читателей, считаю долгом указать исторический источник, из которого я черпаю мой материал, и предпослать несколько слов о самом сказат…
«В начале следующих рассказов, которые, мне кажется, по своему любопытному содержанию могут заинтересовать внимание читателей, считаю долгом указать исторический источник, из которого я черпаю мой материал, и предпослать несколько слов о самом сказат…
«Было племя, был город, – великое племя, золотой город.
Венд был вождем города.
Народ, которым он правил, – теперь забытый даже по имени, – жил здесь, между двумя теплыми морями, у подножья невысоких гор, под синим шатром ласкового неба. То был кротк…
«Было племя, был город, – великое племя, золотой город.
Венд был вождем города.
Народ, которым он правил, – теперь забытый даже по имени, – жил здесь, между двумя теплыми морями, у подножья невысоких гор, под синим шатром ласкового неба. То был кротк…
Меня зовут Елена Колобкова, и жизнь моя… катится.
Провести одну жаркую ночь с героически спасшим меня незнакомцем, устыдиться наутро и вытолкать его за дверь? Могу!
Оказаться в положении, бросить все и уехать в другой город, чтобы начать жизнь с чист…
Меня зовут Елена Колобкова, и жизнь моя… катится.
Провести одну жаркую ночь с героически спасшим меня незнакомцем, устыдиться наутро и вытолкать его за дверь? Могу!
Оказаться в положении, бросить все и уехать в другой город, чтобы начать жизнь с чист…
Всю свою жизнь Ника стремилась узнать, почему мать бросила ее еще совсем малышкой. Добиться ответа от бабушки и непутевого отца ей так и не удалось. После смерти бабушки ее жизнь стала совсем невыносимой. И вдруг в одно мгновение все изменилось, слов…
Всю свою жизнь Ника стремилась узнать, почему мать бросила ее еще совсем малышкой. Добиться ответа от бабушки и непутевого отца ей так и не удалось. После смерти бабушки ее жизнь стала совсем невыносимой. И вдруг в одно мгновение все изменилось, слов…




















