ЛитРес: чтец
В канун нового года родители учеников четвёртого "б" решают сделать сюрприз своим детям: отправить в лес на мнимые поиски волшебного сундучка, в котором заранее приготовлены подарки. Планы рушатся, когда детей увозят сани, запряжённые настоящими медв…
В канун нового года родители учеников четвёртого "б" решают сделать сюрприз своим детям: отправить в лес на мнимые поиски волшебного сундучка, в котором заранее приготовлены подарки. Планы рушатся, когда детей увозят сани, запряжённые настоящими медв…
Меня продал в рабство бандитам за свои долги собственный отец. Я не до конца понимала, что меня ждет, пока не превратилась в сексуальную рабыню. Так я оказалась на вечеринке, где должна была обслуживать мужчин. И кто бы мог подумать, что именно на эт…
Меня продал в рабство бандитам за свои долги собственный отец. Я не до конца понимала, что меня ждет, пока не превратилась в сексуальную рабыню. Так я оказалась на вечеринке, где должна была обслуживать мужчин. И кто бы мог подумать, что именно на эт…
«Весь округ Белых-Ключей был взволнован дерзостью совершенного преступления. Даже на таких бойких промыслах, где „не без греха“, то есть ежегодно совершались убийства, настоящий случай произвел особенное впечатление. Убили среди белого дня нового при…
«Весь округ Белых-Ключей был взволнован дерзостью совершенного преступления. Даже на таких бойких промыслах, где „не без греха“, то есть ежегодно совершались убийства, настоящий случай произвел особенное впечатление. Убили среди белого дня нового при…
Первая часть романа о детстве девочки, оказавшейся после развода родителей и неожиданно для нее в маленьком подмосковном городке.
Школьная жизнь, школьная любовь, отношения со сверстниками.
Жизненные уроки заставляют героиню сделать выводы и из несча…
Первая часть романа о детстве девочки, оказавшейся после развода родителей и неожиданно для нее в маленьком подмосковном городке.
Школьная жизнь, школьная любовь, отношения со сверстниками.
Жизненные уроки заставляют героиню сделать выводы и из несча…
Беда не приходит одна. Мать бросила троих детей и ушла к любовнику, но судьба жестоко наказала, оставив ее калекой без надежды на светлое будущее. Забота о ней и двух братьях легла на плечи старшей дочери. Девушка не отчаивается, тем более, когда на …
Беда не приходит одна. Мать бросила троих детей и ушла к любовнику, но судьба жестоко наказала, оставив ее калекой без надежды на светлое будущее. Забота о ней и двух братьях легла на плечи старшей дочери. Девушка не отчаивается, тем более, когда на …
«Тальников придержал лошадь. Ночь была темная, а Тальников близорук и, кроме того, плохо сидит в седле; он даже слегка оробел и ласково затпрукал на лошадь. Дорога сбегала под изволок, круто опускалась в овраг, переходила узенький на курьих ножках мо…
«Тальников придержал лошадь. Ночь была темная, а Тальников близорук и, кроме того, плохо сидит в седле; он даже слегка оробел и ласково затпрукал на лошадь. Дорога сбегала под изволок, круто опускалась в овраг, переходила узенький на курьих ножках мо…
«По вечерам, на закате солнца, когда вечерние облака отливали между трубами домов золотом, в узких улицах большого города слышен был по временам какой-то удивительный звон, – казалось, звонили в большой церковный колокол. Звон прорывался сквозь говор…
«По вечерам, на закате солнца, когда вечерние облака отливали между трубами домов золотом, в узких улицах большого города слышен был по временам какой-то удивительный звон, – казалось, звонили в большой церковный колокол. Звон прорывался сквозь говор…
«Родной язык, как уже признано всеми, должен служить главным проводником образования. Здесь мы под образованием, конечно, разумеем не накопление всевозможных знаний в голове, а то душевное развитие, при котором слово становится делом и оба служат выр…
«Родной язык, как уже признано всеми, должен служить главным проводником образования. Здесь мы под образованием, конечно, разумеем не накопление всевозможных знаний в голове, а то душевное развитие, при котором слово становится делом и оба служат выр…
«– Представьте, меня обвиняют, что в разговоре с вами о бывшем священнике Григории Петрове я „задел“ некую чрезвычайно известную и, можно сказать, даже высокопоставленную духовную особу.
– Кого же именно?
– Ну, как вы полагаете?..»
«– Представьте, меня обвиняют, что в разговоре с вами о бывшем священнике Григории Петрове я „задел“ некую чрезвычайно известную и, можно сказать, даже высокопоставленную духовную особу.
– Кого же именно?
– Ну, как вы полагаете?..»
«…С самого начала июня в воздухе пахло порохом, каждый чувствовал, что решительное столкновение неизбежно; а после свидания делегатов от только что распущенных национальных мастерских с членом временного правительства Мари, который в обращенной к ним…
«…С самого начала июня в воздухе пахло порохом, каждый чувствовал, что решительное столкновение неизбежно; а после свидания делегатов от только что распущенных национальных мастерских с членом временного правительства Мари, который в обращенной к ним…
«Лучше умереть, чем так жить!»– восклицал хоть раз в жизни каждый из нас. Но не каждый исполнил свое намерение, продиктованное отчаянием. А вдруг жизнь стала настолько невыносима, что мы решили уйти из неё, как герой повести, Раван? Представьте, что …
«Лучше умереть, чем так жить!»– восклицал хоть раз в жизни каждый из нас. Но не каждый исполнил свое намерение, продиктованное отчаянием. А вдруг жизнь стала настолько невыносима, что мы решили уйти из неё, как герой повести, Раван? Представьте, что …
Мемуарно-публицистический роман рассказывает о Германской Демократической Республике 1983 года, где автор был бойцом студенческого строительного отряда. Яркие описания жизни тех лет соседствуют с темными страницами немецкой истории ХХ века – и все эт…
Мемуарно-публицистический роман рассказывает о Германской Демократической Республике 1983 года, где автор был бойцом студенческого строительного отряда. Яркие описания жизни тех лет соседствуют с темными страницами немецкой истории ХХ века – и все эт…
Как остаться человеком, если вокруг сплошные нелюди? Как не дать чужим страданиям повиснуть камнем на твоём собственном сердце? Как, в конце концов, не превратиться в отпетого циника, когда это твой профессиональный долг?! Илья Романов думал, что зна…
Как остаться человеком, если вокруг сплошные нелюди? Как не дать чужим страданиям повиснуть камнем на твоём собственном сердце? Как, в конце концов, не превратиться в отпетого циника, когда это твой профессиональный долг?! Илья Романов думал, что зна…
Кто мог подумать, что поддамся уговорам и соглашусь принять участие в небольшой авантюре? Что бы я, да еще раз поверила первым встречным? Никогда! Надо же было так вляпаться? И что теперь делать? А ничего, работать по контракту и постараться не приби…
Кто мог подумать, что поддамся уговорам и соглашусь принять участие в небольшой авантюре? Что бы я, да еще раз поверила первым встречным? Никогда! Надо же было так вляпаться? И что теперь делать? А ничего, работать по контракту и постараться не приби…
Шестнадцатилетняя Клео действительно таила в себе что-то кошачье. Ее хорошенькая, совсем еще детская и свежая рожица, с узкими, зеленовато-серыми, постоянно сладко щурящимися глазками, с наивным припухлым ребяческим и одновременно взрослым ртом и эти…
Шестнадцатилетняя Клео действительно таила в себе что-то кошачье. Ее хорошенькая, совсем еще детская и свежая рожица, с узкими, зеленовато-серыми, постоянно сладко щурящимися глазками, с наивным припухлым ребяческим и одновременно взрослым ртом и эти…
«Вчера у меня была странная встреча.
Часу в первом ночи я одиноко сидел у круглого столика в одном из ресторанов на Невском. Небольшая комната, тускло озарённая газом, грязноватая и неуютная, с тёмными стенами и потолком, – видимо, не располагала пос…
«Вчера у меня была странная встреча.
Часу в первом ночи я одиноко сидел у круглого столика в одном из ресторанов на Невском. Небольшая комната, тускло озарённая газом, грязноватая и неуютная, с тёмными стенами и потолком, – видимо, не располагала пос…
Одним словом, цыганка, совсем цыганка… И при этом какая-то необузданность, стремительность и вечное, неуместное веселье… И это барышня! Но, Боже мой, чему же их учили в институте? Скромность – первая наука, по мнению тетушки Агнии, а Женни – настоящи…
Одним словом, цыганка, совсем цыганка… И при этом какая-то необузданность, стремительность и вечное, неуместное веселье… И это барышня! Но, Боже мой, чему же их учили в институте? Скромность – первая наука, по мнению тетушки Агнии, а Женни – настоящи…