ЛитРес: чтец
Записки Гая Юлия Цезаря (100-44 гг. до н.э.), величайшего полководца и государственного деятеля, – это не только замечательный источник по истории политических отношений античной эпохи, но и произведение, которое можно отнести и к документальной хрон…
Записки Гая Юлия Цезаря (100-44 гг. до н.э.), величайшего полководца и государственного деятеля, – это не только замечательный источник по истории политических отношений античной эпохи, но и произведение, которое можно отнести и к документальной хрон…
Продолжение бестселлера «Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой». Ранее не публиковавшиеся афоризмы великой актрисы, заслуженной матерщинницы, народной насмешницы Советского Союза. «Крылатые» остроты и анекдоты на все случаи жизни. Так язвила …
Продолжение бестселлера «Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой». Ранее не публиковавшиеся афоризмы великой актрисы, заслуженной матерщинницы, народной насмешницы Советского Союза. «Крылатые» остроты и анекдоты на все случаи жизни. Так язвила …
«Такси остановилось у белоснежного забора. Дальше водитель ехать отказался, туманно ссылаясь на какой-то запрет. До будки охранника Попову пришлось идти пешком.
Охранник долго и придирчиво рассматривал приглашение и документы, время от времени задава…
«Такси остановилось у белоснежного забора. Дальше водитель ехать отказался, туманно ссылаясь на какой-то запрет. До будки охранника Попову пришлось идти пешком.
Охранник долго и придирчиво рассматривал приглашение и документы, время от времени задава…
"Прекраснейшую сегодня проповедь сказал, для праздника, наш сельский батюшка.
– Много столетий тому назад, – сказал он, – в этот самый день пришла в мир Правда.
Правда извечна. Она прежде всех век восседала с Христом‑человеколюбцем одесную отца, вмес…
"Прекраснейшую сегодня проповедь сказал, для праздника, наш сельский батюшка.
– Много столетий тому назад, – сказал он, – в этот самый день пришла в мир Правда.
Правда извечна. Она прежде всех век восседала с Христом‑человеколюбцем одесную отца, вмес…
Пыль и песок. Серый асфальт и под стать ему – затянувшая небо пелена. Тусклое пятно солнца, зависшего над шпилями рвущихся ввысь башен. И Город – последний оплот мира, провалившегося в небытие.
Марк Лом – стажер Службы контроля. Организации, призванн…
Пыль и песок. Серый асфальт и под стать ему – затянувшая небо пелена. Тусклое пятно солнца, зависшего над шпилями рвущихся ввысь башен. И Город – последний оплот мира, провалившегося в небытие.
Марк Лом – стажер Службы контроля. Организации, призванн…
Одна профессиональная сваха, один психолог, тридцать прекраснейших девушек Земли и всего двадцать дней, чтобы завоевать сердце высокородного холостяка! Невозможно? Когда за дело берется организатор праздников Тиана, а заказчиком является серый кардин…
Одна профессиональная сваха, один психолог, тридцать прекраснейших девушек Земли и всего двадцать дней, чтобы завоевать сердце высокородного холостяка! Невозможно? Когда за дело берется организатор праздников Тиана, а заказчиком является серый кардин…
Испокон веков Русская Земля держится не на каменных загривках мифических атлантов, а на плечах русских женщин.
На что способна наша современница, заброшенная в кромешный ад 1237 года, в лютую зиму Батыева нашествия? Что выберет – сбежать обратно в «с…
Испокон веков Русская Земля держится не на каменных загривках мифических атлантов, а на плечах русских женщин.
На что способна наша современница, заброшенная в кромешный ад 1237 года, в лютую зиму Батыева нашествия? Что выберет – сбежать обратно в «с…
«Господин! Люди, говорившие до меня, рассказывали разные чудесные повести, которые они слышали в чужих краях. Я со стыдом должен сознаться, что не знаю ни одного рассказа, достойного вашего внимания. Но если вам не будет скучно, я расскажу вам удивит…
«Господин! Люди, говорившие до меня, рассказывали разные чудесные повести, которые они слышали в чужих краях. Я со стыдом должен сознаться, что не знаю ни одного рассказа, достойного вашего внимания. Но если вам не будет скучно, я расскажу вам удивит…
«Видны передняя, гостиная и спальня в квартире Зои. В окнах пылает майский закат. За окнами двор громадного дома играет, как страшная музыкальная табакерка. Граммофон поет: „На земле весь род людской…“ Кто-то кричит: „Покупаем примуса!“ Другой: „Точи…
«Видны передняя, гостиная и спальня в квартире Зои. В окнах пылает майский закат. За окнами двор громадного дома играет, как страшная музыкальная табакерка. Граммофон поет: „На земле весь род людской…“ Кто-то кричит: „Покупаем примуса!“ Другой: „Точи…
«На одном из скалистых островов в Шотландии много лет тому назад жили в счастливом согласии два рыбака. Оба были неженаты, не имели даже никаких родственников, и их общая работа, хотя и разного рода, кормила их обоих. По возрасту они были довольно бл…
«На одном из скалистых островов в Шотландии много лет тому назад жили в счастливом согласии два рыбака. Оба были неженаты, не имели даже никаких родственников, и их общая работа, хотя и разного рода, кормила их обоих. По возрасту они были довольно бл…
«Муравей спустился к ручью: захотел напиться. Волна захлестнула его и чуть не потопила. Голубка несла ветку; она увидела – муравей тонет, и бросила ему ветку в ручей. Муравей сел на ветку и спасся. Потом охотник расставил сеть на голубку и хотел захл…
«Муравей спустился к ручью: захотел напиться. Волна захлестнула его и чуть не потопила. Голубка несла ветку; она увидела – муравей тонет, и бросила ему ветку в ручей. Муравей сел на ветку и спасся. Потом охотник расставил сеть на голубку и хотел захл…
Юмористический рассказ о том, что случилось с любимыми героями в Нордейле на День Дурака
Юмористический рассказ о том, что случилось с любимыми героями в Нордейле на День Дурака
«Дневная репетиция окончена. Друг мой, клоун Танти Джеретти, зовет меня к себе на завтрак: сегодня у него великолепная маньифика – „минестра“ по-неаполитански. Я испрашиваю позволения прихватить по дороге оплетенную маисовой соломой бутылочку кианти.…
«Дневная репетиция окончена. Друг мой, клоун Танти Джеретти, зовет меня к себе на завтрак: сегодня у него великолепная маньифика – „минестра“ по-неаполитански. Я испрашиваю позволения прихватить по дороге оплетенную маисовой соломой бутылочку кианти.…
Надо ли себя любить? – вопрос, которым рано или поздно задается каждый из нас. По природе своей человек эгоистичен, но он не умеет пользоваться своим эгоизмом, а в результате страдает и он сам, и его близкие. Книга «12 нетривиальных решений. Обрети м…
Надо ли себя любить? – вопрос, которым рано или поздно задается каждый из нас. По природе своей человек эгоистичен, но он не умеет пользоваться своим эгоизмом, а в результате страдает и он сам, и его близкие. Книга «12 нетривиальных решений. Обрети м…
«Сдвинув на нос старинные большие очки в серебряной оправе, наклонив набок голову, оттопырив бритые губы и многозначительно двигая вверх и вниз косматыми, сердитыми старческими бровями, Иван Вианорыч Наседкин писал письмо попечителю учебного округа. …
«Сдвинув на нос старинные большие очки в серебряной оправе, наклонив набок голову, оттопырив бритые губы и многозначительно двигая вверх и вниз косматыми, сердитыми старческими бровями, Иван Вианорыч Наседкин писал письмо попечителю учебного округа. …
Никогда не соглашайтесь работать в Службе Безопасности Империи! Никогда! А если вашему темному лорду все же удастся соблазнить вас этой идеей, будьте готовы к тому, что придется ниточка за ниточкой распутывать шестой по счету заговор против император…
Никогда не соглашайтесь работать в Службе Безопасности Империи! Никогда! А если вашему темному лорду все же удастся соблазнить вас этой идеей, будьте готовы к тому, что придется ниточка за ниточкой распутывать шестой по счету заговор против император…
На высокой, высокой горе, под самым небом, среди вечных снегов стоит хрустальный дворец царя Холода. Он весь выстроен из чистейшего льда, и все в нем, начиная с широких диванов, кресел, резных столов, зеркал и кончая подвесками у люстр, – все ледяное…
На высокой, высокой горе, под самым небом, среди вечных снегов стоит хрустальный дворец царя Холода. Он весь выстроен из чистейшего льда, и все в нем, начиная с широких диванов, кресел, резных столов, зеркал и кончая подвесками у люстр, – все ледяное…
Начальника полустанка под № 10 Кирилла Федоровича Груздева перевели сюда лет пятнадцать тому назад с большой узловой станции за пьянство. И вот уже пятнадцать лет жил он здесь, вдовец, с дочерью и рябой прислугой Агафьей, продолжая келейно напиваться…
Начальника полустанка под № 10 Кирилла Федоровича Груздева перевели сюда лет пятнадцать тому назад с большой узловой станции за пьянство. И вот уже пятнадцать лет жил он здесь, вдовец, с дочерью и рябой прислугой Агафьей, продолжая келейно напиваться…





















