космическая фантастика
Хочу ли я заниматься исследованием руин исчезнувшей цивилизации? С ума сошли? Там до сих пор активна неприступная система защиты! Увы, меня никто не спрашивал. От битвы великих наций я сбежал в единственном доступном направлении и оказался заперт в с…
Хочу ли я заниматься исследованием руин исчезнувшей цивилизации? С ума сошли? Там до сих пор активна неприступная система защиты! Увы, меня никто не спрашивал. От битвы великих наций я сбежал в единственном доступном направлении и оказался заперт в с…
Последний «Ковчег» нашёл свою гавань — планету, которая не должна была существовать. Мир, где в тишине звучит эхо, которому миллионы лет, а законы физики — лишь вежливая рекомендация.
Его единственный страж, оперативник Каэл, был создан, чтобы строит…
Последний «Ковчег» нашёл свою гавань — планету, которая не должна была существовать. Мир, где в тишине звучит эхо, которому миллионы лет, а законы физики — лишь вежливая рекомендация.
Его единственный страж, оперативник Каэл, был создан, чтобы строит…
Двадцать лет корабль-склеп держит умирающую планету в тисках. Единственная надежда на спасение — Арис, совершенное оружие с вшитой в разум совестью. Но чтобы починить этот сломанный мир, ему придется усомниться в алгоритмах собственного создателя.
Двадцать лет корабль-склеп держит умирающую планету в тисках. Единственная надежда на спасение — Арис, совершенное оружие с вшитой в разум совестью. Но чтобы починить этот сломанный мир, ему придется усомниться в алгоритмах собственного создателя.
Он думал, что стал кукловодом в чужой войне, дергая за невидимые нити. Он верил, что холодный расчет сильнее древней магии.
Но у этой планеты есть тайны, которые не поддаются логике машины.
Когда пробуждается истинная, глубинная сила этого мира, люба…
Он думал, что стал кукловодом в чужой войне, дергая за невидимые нити. Он верил, что холодный расчет сильнее древней магии.
Но у этой планеты есть тайны, которые не поддаются логике машины.
Когда пробуждается истинная, глубинная сила этого мира, люба…
До появления бетонного ада Мирадии человечество совершило главный побег. Земля погибала. Единственным шансом на спасение стал «Ковчег» — исполинский межгалактический корабль для миллионов выживших. Но каково это — десятилетие жить в железном левиафан…
До появления бетонного ада Мирадии человечество совершило главный побег. Земля погибала. Единственным шансом на спасение стал «Ковчег» — исполинский межгалактический корабль для миллионов выживших. Но каково это — десятилетие жить в железном левиафан…
У космоса нет злого умысла. У него есть законы — термодинамики, релятивистской механики, квантовой электродинамики, — и эти законы не прощают. Когда на орбите Земли три страны начинают сборку первого межпланетного корабля, их главный противник — не к…
У космоса нет злого умысла. У него есть законы — термодинамики, релятивистской механики, квантовой электродинамики, — и эти законы не прощают. Когда на орбите Земли три страны начинают сборку первого межпланетного корабля, их главный противник — не к…
Сорок лет назад двенадцать тысяч человек вошли в чёрную дыру, чтобы спасти человечество. Сегодня они стучат в дверь.
Станция «Обод» висит на орбите сверхмассивной чёрной дыры в центре Галактики. Палеолингвист Айя Тесфай годами слушает мёртвый канал с…
Сорок лет назад двенадцать тысяч человек вошли в чёрную дыру, чтобы спасти человечество. Сегодня они стучат в дверь.
Станция «Обод» висит на орбите сверхмассивной чёрной дыры в центре Галактики. Палеолингвист Айя Тесфай годами слушает мёртвый канал с…
Гарри Блейк угоняет у криминального барона Кроу фрегат «Дарк-Страйк» и впервые получает свободу. Но очень скоро понимает: за свободу придётся заплатить.
Собрав команду из инженера-киборга, наёмника, хакера, пилота и других изгоев, Гарри оказывается в…
Гарри Блейк угоняет у криминального барона Кроу фрегат «Дарк-Страйк» и впервые получает свободу. Но очень скоро понимает: за свободу придётся заплатить.
Собрав команду из инженера-киборга, наёмника, хакера, пилота и других изгоев, Гарри оказывается в…
Пять кулонов. Пять носителей. Пять ограничений, оставленных цивилизацией, которая слишком хорошо знала цену абсолютной власти.
Александр, Елена, Мира, ЭЛИС и Каэль получают не сверхспособности, а нечто гораздо опаснее — возможность видеть границы соб…
Пять кулонов. Пять носителей. Пять ограничений, оставленных цивилизацией, которая слишком хорошо знала цену абсолютной власти.
Александр, Елена, Мира, ЭЛИС и Каэль получают не сверхспособности, а нечто гораздо опаснее — возможность видеть границы соб…
Колонизационный корабль «Альтаир» должен был доставить людей к новому дому. Вместо этого он рухнул на планету, которую разведка считала пригодной и почти пустой.
Майор Артём Савин приходит в себя в разбитой капсуле — с переломанным телом и хищным рас…
Колонизационный корабль «Альтаир» должен был доставить людей к новому дому. Вместо этого он рухнул на планету, которую разведка считала пригодной и почти пустой.
Майор Артём Савин приходит в себя в разбитой капсуле — с переломанным телом и хищным рас…
Артём Савин почти добрался до горящего «Альтаира», но путь к кораблю проходит через древний город, живые механизмы и изменённых выживших. Дорога назад к людям под горой закрыта; чтобы доставить лекарства и найти выход, он должен идти вперёд. Его тело…
Артём Савин почти добрался до горящего «Альтаира», но путь к кораблю проходит через древний город, живые механизмы и изменённых выживших. Дорога назад к людям под горой закрыта; чтобы доставить лекарства и найти выход, он должен идти вперёд. Его тело…
«Альтаир» пережил падение, но не стал убежищем. Савин оказался за карантинной переборкой, а выжившим приходится выбирать между страхом перед его изменившимся телом и необходимостью принять его помощь. Внутри корабля и под горой просыпаются старые сис…
«Альтаир» пережил падение, но не стал убежищем. Савин оказался за карантинной переборкой, а выжившим приходится выбирать между страхом перед его изменившимся телом и необходимостью принять его помощь. Внутри корабля и под горой просыпаются старые сис…
Убежище под горой не спасает людей — оно только даёт им время понять, что они вошли в чужую систему. Холодные тоннели, дефицит ресурсов и следы древних механизмов превращают каждый выход наружу в риск. Савину нужно удержать хрупкую группу выживших, р…
Убежище под горой не спасает людей — оно только даёт им время понять, что они вошли в чужую систему. Холодные тоннели, дефицит ресурсов и следы древних механизмов превращают каждый выход наружу в риск. Савину нужно удержать хрупкую группу выживших, р…
Солнечная система — радиоактивное кладбище. Земля мертва. Марс сгорел. Выжившие прячутся на астероидах Пояса, воюя за литр воды и глоток воздуха. Технологии — смесь ретро-ракет и глючной биомеханики. Надежда — миф.
Но в недрах Цереры, в четырнадцати…
Солнечная система — радиоактивное кладбище. Земля мертва. Марс сгорел. Выжившие прячутся на астероидах Пояса, воюя за литр воды и глоток воздуха. Технологии — смесь ретро-ракет и глючной биомеханики. Надежда — миф.
Но в недрах Цереры, в четырнадцати…
Город продолжает жить после ухода Савина, но заражённые нити уже меняют воду, дороги и старые механизмы. Пока люди пытаются удержать порядок и не стать добычей чужой сети, Савин идёт дальше по следам опасности. Ему предстоит понять, где заканчивается…
Город продолжает жить после ухода Савина, но заражённые нити уже меняют воду, дороги и старые механизмы. Пока люди пытаются удержать порядок и не стать добычей чужой сети, Савин идёт дальше по следам опасности. Ему предстоит понять, где заканчивается…
Полгода на орбите, три месяца на реабилитацию. Инженер-радиационщик Михаил Белов знает главное правило: не спорить с вестибуляркой и не спорить с местным медиком. Но в лаундж-баре «Звезда Галактики» коллега втирает про марсианский рейс с урезанной ра…
Полгода на орбите, три месяца на реабилитацию. Инженер-радиационщик Михаил Белов знает главное правило: не спорить с вестибуляркой и не спорить с местным медиком. Но в лаундж-баре «Звезда Галактики» коллега втирает про марсианский рейс с урезанной ра…
Личностный рост — это когда вы растёте быстрее, чем уголовное дело.
Межзвёздный коуч продаёт корпорациям лидерство, свободу, масштабирование личности и прочие вещи, которые особенно хорошо выглядят в счёте на оплату. После его занятий сотрудники пере…
Личностный рост — это когда вы растёте быстрее, чем уголовное дело.
Межзвёздный коуч продаёт корпорациям лидерство, свободу, масштабирование личности и прочие вещи, которые особенно хорошо выглядят в счёте на оплату. После его занятий сотрудники пере…
Незадачливый Ланселот Биггс благодаря связям своего дяди попадает помощником капитана на корабль "Сатурн", и он мог быть, пожалуй, худшим из всего экипажа, если бы не его наивность и любознательность, спасающие корабль и весь мир.
Незадачливый Ланселот Биггс благодаря связям своего дяди попадает помощником капитана на корабль "Сатурн", и он мог быть, пожалуй, худшим из всего экипажа, если бы не его наивность и любознательность, спасающие корабль и весь мир.
Когда чёрные нити проникают в нижние районы города, оборона превращается в борьбу за воду, воздух и право остаться людьми. Савину приходится действовать далеко от тех, кого он защищает, а Лада и выжившие пытаются удержать город, пока древние системы …
Когда чёрные нити проникают в нижние районы города, оборона превращается в борьбу за воду, воздух и право остаться людьми. Савину приходится действовать далеко от тех, кого он защищает, а Лада и выжившие пытаются удержать город, пока древние системы …
Я умер в 23:41.
Через четыре минуты и семнадцать секунд моё сердце снова начало биться. Врачи назвали это невозможным. Я — вторым шансом.
Но вместе со мной вернулось нечто другое.
В моей крови появились неизвестные золотые структуры. Я начал слышать …
Я умер в 23:41.
Через четыре минуты и семнадцать секунд моё сердце снова начало биться. Врачи назвали это невозможным. Я — вторым шансом.
Но вместе со мной вернулось нечто другое.
В моей крови появились неизвестные золотые структуры. Я начал слышать …





















