короткие любовные романы
– Дед мороз придет? – спрашивает дочурка.
– Придет, придет! – отвечаю.
– И подарки под елкой будут?
– Целая гора! – отвечаю уверенно.
– В этой горе и папа найдется? – спрашивает дочка невинным голосом.
Вот уж не думала, что обнаружу под елкой подароч…
– Дед мороз придет? – спрашивает дочурка.
– Придет, придет! – отвечаю.
– И подарки под елкой будут?
– Целая гора! – отвечаю уверенно.
– В этой горе и папа найдется? – спрашивает дочка невинным голосом.
Вот уж не думала, что обнаружу под елкой подароч…
Это была сделка. Банкир обещал списать долги в обмен на мою руку. Это был шанс спасти семью от разорения, сохранить хоть что-то из активов.
Но я не смогла предать себя. Не смогла выйти замуж по расчету за человека, которого не любила. Даже ради спасе…
Это была сделка. Банкир обещал списать долги в обмен на мою руку. Это был шанс спасти семью от разорения, сохранить хоть что-то из активов.
Но я не смогла предать себя. Не смогла выйти замуж по расчету за человека, которого не любила. Даже ради спасе…
Время шло, и общение Марии и Дениса становилось все теплее и ближе. Каждый день они обменивались сообщениями, делились своими переживаниями, радостями и планами. Их знакомство плавно переросло в крепкую дружбу, полную доверия и взаимопонимания.
Они …
Время шло, и общение Марии и Дениса становилось все теплее и ближе. Каждый день они обменивались сообщениями, делились своими переживаниями, радостями и планами. Их знакомство плавно переросло в крепкую дружбу, полную доверия и взаимопонимания.
Они …
Каждый день он отправлял Марине короткие, но невероятно тёплые сообщения, содержащие признания в любви и нежные прозвища. Среди них особенно выделялись строки вроде:
«Маленькая девочка моя, я очень сильно тебя люблю».
Эти слова обладали волшебной с…
Каждый день он отправлял Марине короткие, но невероятно тёплые сообщения, содержащие признания в любви и нежные прозвища. Среди них особенно выделялись строки вроде:
«Маленькая девочка моя, я очень сильно тебя люблю».
Эти слова обладали волшебной с…
— Люб, — позвал её Олег, и она подняла голову.
— М?
— Поужинаешь со мной завтра? После того как мы позавтракаем и пообедаем тоже вместе, разумеется.
Она смотрела в его глаза, видя там веселье, и рассмеялась тоже.
— С удовольствием поужинаю с тобой по…
— Люб, — позвал её Олег, и она подняла голову.
— М?
— Поужинаешь со мной завтра? После того как мы позавтракаем и пообедаем тоже вместе, разумеется.
Она смотрела в его глаза, видя там веселье, и рассмеялась тоже.
— С удовольствием поужинаю с тобой по…
– Ты меня лаздовил! Умилаю! – маленькая девочка закатывает глаза.
Малышка лежит на асфальте и притворяется, будто я сбил ее машиной.
Тело скрючено, лицо корчит, язык высунут.
– Не верю, – тихо хмыкаю.
После моего намека на полицию, маленькая мошенниц…
– Ты меня лаздовил! Умилаю! – маленькая девочка закатывает глаза.
Малышка лежит на асфальте и притворяется, будто я сбил ее машиной.
Тело скрючено, лицо корчит, язык высунут.
– Не верю, – тихо хмыкаю.
После моего намека на полицию, маленькая мошенниц…
Перед ним встал выбор: карьера военного или любовь прекрасной девушки. Выбрав службу, он вынужденно оттолкнул её. Он изменил и закрылся, стал черствым.
Возвращение оказалось мучительным — он был сломлен, покалечен и в душе, и физически. Но она прости…
Перед ним встал выбор: карьера военного или любовь прекрасной девушки. Выбрав службу, он вынужденно оттолкнул её. Он изменил и закрылся, стал черствым.
Возвращение оказалось мучительным — он был сломлен, покалечен и в душе, и физически. Но она прости…
История из уютного новогоднего сборника, где каждый рассказ переливается рождественскими огоньками и мерцанием снега. Любимый троп «от ненависти до любви» раскрывается в сеттинге самого волшебного праздника в году.
На заснеженной улице, сияющей рожд…
История из уютного новогоднего сборника, где каждый рассказ переливается рождественскими огоньками и мерцанием снега. Любимый троп «от ненависти до любви» раскрывается в сеттинге самого волшебного праздника в году.
На заснеженной улице, сияющей рожд…
История из уютного новогоднего сборника, где каждый рассказ переливается рождественскими огоньками и мерцанием снега. Любимый троп «от ненависти до любви» раскрывается в сеттинге самого волшебного праздника в году.
После потери близкого очень тяжело …
История из уютного новогоднего сборника, где каждый рассказ переливается рождественскими огоньками и мерцанием снега. Любимый троп «от ненависти до любви» раскрывается в сеттинге самого волшебного праздника в году.
После потери близкого очень тяжело …
Отношения в трудовом коллективе. Любовные отношения, которые протекали много лет назад, и которые нахлынули после спора.
Отношения в трудовом коллективе. Любовные отношения, которые протекали много лет назад, и которые нахлынули после спора.
– Нравлюсь? – он нагло усмехается. – Красивый, – киваю, а потом пугаюсь. – Ой! Я пошла. Пытаюсь развернуться, но он притягивает к себе. – Ты тоже красивая, – шепчет прямо в губы и целует. Он спас меня от плохих парней и завоевал мое сердце. Я думала,…
– Нравлюсь? – он нагло усмехается. – Красивый, – киваю, а потом пугаюсь. – Ой! Я пошла. Пытаюсь развернуться, но он притягивает к себе. – Ты тоже красивая, – шепчет прямо в губы и целует. Он спас меня от плохих парней и завоевал мое сердце. Я думала,…
Крайний Север России занимает огромную малонаселённую площадь, а, если учитывать Северный морской путь – это фактически центр России. Эти бескрайние просторы стремятся осваивать, развивать многие десятилетия, придумывают для северян законы, которые н…
Крайний Север России занимает огромную малонаселённую площадь, а, если учитывать Северный морской путь – это фактически центр России. Эти бескрайние просторы стремятся осваивать, развивать многие десятилетия, придумывают для северян законы, которые н…
Наследник великого клана и робкая девочка с нефритовыми глазами встретились детьми в холодном саду Цусимы - и стали друг для друга всем миром. Дружба была чистой, глубокой, почти как любовь... но так и не переросла в неё. Годы, клановые интриги, пред…
Наследник великого клана и робкая девочка с нефритовыми глазами встретились детьми в холодном саду Цусимы - и стали друг для друга всем миром. Дружба была чистой, глубокой, почти как любовь... но так и не переросла в неё. Годы, клановые интриги, пред…
– Марина, вы в порядке? – раздался рядом уже знакомый голос, наполненный тревогой.
Яр склонился надо мной, и его светлые локоны качнулись, спадая на лицо. Красивый, не отнимешь.
– В полном, – соврала я, принимая сидячее положение. – Зима, будь она н…
– Марина, вы в порядке? – раздался рядом уже знакомый голос, наполненный тревогой.
Яр склонился надо мной, и его светлые локоны качнулись, спадая на лицо. Красивый, не отнимешь.
– В полном, – соврала я, принимая сидячее положение. – Зима, будь она н…
- Да-да, моя королева… агрх… как ты хороша.
Сёма? А он что тут делает?
- Вот так, да… сделай так ещё раз… агрх…
А дальше моё тело реагирует вперёд моего разума, и я просто пру вперёд, прямо в открытые двери спальни.
Захожу в комнату и с громким стуко…
- Да-да, моя королева… агрх… как ты хороша.
Сёма? А он что тут делает?
- Вот так, да… сделай так ещё раз… агрх…
А дальше моё тело реагирует вперёд моего разума, и я просто пру вперёд, прямо в открытые двери спальни.
Захожу в комнату и с громким стуко…
Её мир был тихим и спокойным, словно тёплый плед, укрывший душу от бурь и тревог внешнего мира. Она и представить не могла, как одна встреча сможет изменить её жизнь. Открывая сердце новому, будто пробуждаясь после долгого сна, она вдруг ощутила всю …
Её мир был тихим и спокойным, словно тёплый плед, укрывший душу от бурь и тревог внешнего мира. Она и представить не могла, как одна встреча сможет изменить её жизнь. Открывая сердце новому, будто пробуждаясь после долгого сна, она вдруг ощутила всю …
В сердце вселенной, скованной догмами Похода, рождается ересь. Он — солдат, носящий в себе фронт. Она — учёный, умеющий объяснить всё, кроме собственного сердца.
Их встреча — хирургическая операция на душе. Каждый её вопрос обнажает старые раны. Каж…
В сердце вселенной, скованной догмами Похода, рождается ересь. Он — солдат, носящий в себе фронт. Она — учёный, умеющий объяснить всё, кроме собственного сердца.
Их встреча — хирургическая операция на душе. Каждый её вопрос обнажает старые раны. Каж…
Её мир был тихим и спокойным, словно тёплый плед, укрывший душу от бурь и тревог внешнего мира. Она и представить не могла, как одна встреча сможет изменить её жизнь. Открывая сердце новому, будто пробуждаясь после долгого сна, она вдруг ощутила всю …
Её мир был тихим и спокойным, словно тёплый плед, укрывший душу от бурь и тревог внешнего мира. Она и представить не могла, как одна встреча сможет изменить её жизнь. Открывая сердце новому, будто пробуждаясь после долгого сна, она вдруг ощутила всю …
В сердце вселенной, скованной догмами Похода, рождается ересь. Он — солдат, носящий в себе фронт. Она — учёный, умеющий объяснить всё, кроме собственного сердца.
Их встреча — хирургическая операция на душе. Каждый её вопрос обнажает старые раны. Каж…
В сердце вселенной, скованной догмами Похода, рождается ересь. Он — солдат, носящий в себе фронт. Она — учёный, умеющий объяснить всё, кроме собственного сердца.
Их встреча — хирургическая операция на душе. Каждый её вопрос обнажает старые раны. Каж…
История любви, предательства и прощения князя Святослава Ясницкого и княгини Анны Марк.
История любви, предательства и прощения князя Святослава Ясницкого и княгини Анны Марк.