контркультура
Автор признаётся: шедевр готов, собран, пережит — но не записан. Не из трусости или цензуры, а из осознанной этической сделки: сохранить себя, отказавшись от текста, который неизбежно изменил бы его изнутри. Вместо содержания — жест формы, вместо ром…
Автор признаётся: шедевр готов, собран, пережит — но не записан. Не из трусости или цензуры, а из осознанной этической сделки: сохранить себя, отказавшись от текста, который неизбежно изменил бы его изнутри. Вместо содержания — жест формы, вместо ром…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Жизнь должна казаться бесконечной дорогой вперед, но д…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Жизнь должна казаться бесконечной дорогой вперед, но д…
Вероятно, Адольф Ланген создал наиболее бескомпромиссный и личный рассказ за всё время своего творчества. В "Я просыпаюсь мёртвым." он берёт за основу тотальный и неудержимый поток сознания, изредка разбавляя его отсылками на неофолк-музыку, психолог…
Вероятно, Адольф Ланген создал наиболее бескомпромиссный и личный рассказ за всё время своего творчества. В "Я просыпаюсь мёртвым." он берёт за основу тотальный и неудержимый поток сознания, изредка разбавляя его отсылками на неофолк-музыку, психолог…
Книга содержит сцены насилия и нецензурную лексика. Автор не пропагандирует жестокость, но не смягчает удары. Это не учебник жизни, а взгляд в её тёмную сторону.
Стою на точке невозврата. Делаю шаг, дальше пропасть.
Моя девушка... после всего, я про…
Книга содержит сцены насилия и нецензурную лексика. Автор не пропагандирует жестокость, но не смягчает удары. Это не учебник жизни, а взгляд в её тёмную сторону.
Стою на точке невозврата. Делаю шаг, дальше пропасть.
Моя девушка... после всего, я про…
В стенах клиники «Святой Анны» время замирает, а личности стираются, превращаясь в истории болезней. Бенджамин — художник, чей мир давно утратил краски, — живет в лабиринте собственных воспоминаний и серой реальности. Он почти смирился с тем, что его…
В стенах клиники «Святой Анны» время замирает, а личности стираются, превращаясь в истории болезней. Бенджамин — художник, чей мир давно утратил краски, — живет в лабиринте собственных воспоминаний и серой реальности. Он почти смирился с тем, что его…
В портовом городе Анквасте Барузда Сэнквиш руководит отелем Доротея. Бывший контрабандист давно отошел от дел, но покой удел лишь покойников.
В портовом городе Анквасте Барузда Сэнквиш руководит отелем Доротея. Бывший контрабандист давно отошел от дел, но покой удел лишь покойников.
Данный труд – 100-процентный нон-фикшн. История фактов, имевших место быть в разные годы. В основном – в 2021-2022. Но немало сказано и о годах второй половины века 20-го. Даже затронуто начало 1950-х. В концовке предпоследней главы книги на вопрос а…
Данный труд – 100-процентный нон-фикшн. История фактов, имевших место быть в разные годы. В основном – в 2021-2022. Но немало сказано и о годах второй половины века 20-го. Даже затронуто начало 1950-х. В концовке предпоследней главы книги на вопрос а…
Сознательное преодоление жизненного нарратива, подаваемого нам свыше, это удел тех, кто вникает в жизненность неким внутренним человеком, который имеет в нас возможность и власть, выходить из нас - нашим "третьим полушарием" сознания; И не только соз…
Сознательное преодоление жизненного нарратива, подаваемого нам свыше, это удел тех, кто вникает в жизненность неким внутренним человеком, который имеет в нас возможность и власть, выходить из нас - нашим "третьим полушарием" сознания; И не только соз…
Добавьте Уэлшу — гротеска, Буковскому — русской тоски, взболтайте, но не фильтруйте. Перед вами — Лёвчик. 33 года и его дневник, "дневник пациента". Просветление накатило в машине у ломбарда. Бывший криминальный элемент из Пензы, нынешний массажист с…
Добавьте Уэлшу — гротеска, Буковскому — русской тоски, взболтайте, но не фильтруйте. Перед вами — Лёвчик. 33 года и его дневник, "дневник пациента". Просветление накатило в машине у ломбарда. Бывший криминальный элемент из Пензы, нынешний массажист с…
Я не собираюсь рекламировать свою книгу. Если она хорошая, ты поймёшь только после прочтения. Если плохая, аналогично. Присутствует псевдофилосфское тупое графоманство. Выбор за тобой.)
Я не собираюсь рекламировать свою книгу. Если она хорошая, ты поймёшь только после прочтения. Если плохая, аналогично. Присутствует псевдофилосфское тупое графоманство. Выбор за тобой.)
In a world where "digital hygiene" is law, Elena is a brilliant coder hiding behind a false identity. She is the true mastermind behind the flawless facade of Clara Vances empire—an internet icon preaching the gospel of perfect living. But Elena know…
In a world where "digital hygiene" is law, Elena is a brilliant coder hiding behind a false identity. She is the true mastermind behind the flawless facade of Clara Vances empire—an internet icon preaching the gospel of perfect living. But Elena know…
Сборник рассказов, выполненный в традиции литературного постмодернизма и авангардной прозы, представляет собой экспериментальное пространство, где размываются границы между реальностью и текстом, автором и читателем, смыслом и его отсутствием. Каждый…
Сборник рассказов, выполненный в традиции литературного постмодернизма и авангардной прозы, представляет собой экспериментальное пространство, где размываются границы между реальностью и текстом, автором и читателем, смыслом и его отсутствием. Каждый…
В этом сборнике рассказов — не столько сюжет в классическом понимании, сколько игра с формой повествования: разрушение линейной композиции, смешение жанров, использование иронии, цитатности и языковых экспериментов. Герои оказываются носителями фрагм…
В этом сборнике рассказов — не столько сюжет в классическом понимании, сколько игра с формой повествования: разрушение линейной композиции, смешение жанров, использование иронии, цитатности и языковых экспериментов. Герои оказываются носителями фрагм…
Нью-Йорк, 1985. Ди Блэк — парамедик и панк, который давно сжег за собой все мосты. Когда-то он был другим: наследником фамилии Баркли и подававшим надежды пианистом. Теперь его мир — грязные улицы Бронкса, вой сирен и группа отморозков, которую он та…
Нью-Йорк, 1985. Ди Блэк — парамедик и панк, который давно сжег за собой все мосты. Когда-то он был другим: наследником фамилии Баркли и подававшим надежды пианистом. Теперь его мир — грязные улицы Бронкса, вой сирен и группа отморозков, которую он та…
Алиса сталкивается с самой большой угрозой - Отцом-Корнем, древней частью леса, которая считает человечество ошибкой и хочет начать «очищение». Чтобы остановить его, Алиса создаёт «Янтарное око» - самую мощную Пси-призму в истории, способную просчиты…
Алиса сталкивается с самой большой угрозой - Отцом-Корнем, древней частью леса, которая считает человечество ошибкой и хочет начать «очищение». Чтобы остановить его, Алиса создаёт «Янтарное око» - самую мощную Пси-призму в истории, способную просчиты…
«Катарсис» – повесть о самоанализе, о том, как человек не выносит тяжесть повседневности и разбивается о свои же попытки. В нём представлен литературный герой, который обращается ко всему, что есть во внутреннем мире человека, будь то душа, сердце ил…
«Катарсис» – повесть о самоанализе, о том, как человек не выносит тяжесть повседневности и разбивается о свои же попытки. В нём представлен литературный герой, который обращается ко всему, что есть во внутреннем мире человека, будь то душа, сердце ил…
Мистика неразрывно связана с любовью и смертью, обретением нечто нового в самых его разных проявлениях. Таким новым могут быть полученные знания, или вещи-символы, духовное просветление, или возникшее чувство причастности к вечности, а за вечностью н…
Мистика неразрывно связана с любовью и смертью, обретением нечто нового в самых его разных проявлениях. Таким новым могут быть полученные знания, или вещи-символы, духовное просветление, или возникшее чувство причастности к вечности, а за вечностью н…
Сергей Костин, 34 года, менеджер по закупкам, однажды вечером листает "Авито" и натыкается на странное объявление. Продаётся его жизнь. Не метафорически. В карточке товара — фотографии его квартиры, его кота, его жены Лены, его собственной руки с цар…
Сергей Костин, 34 года, менеджер по закупкам, однажды вечером листает "Авито" и натыкается на странное объявление. Продаётся его жизнь. Не метафорически. В карточке товара — фотографии его квартиры, его кота, его жены Лены, его собственной руки с цар…
В подвале, пахнущем щами и свободой, двое парней пытаются бороться с системой, перекупившей их хештег. Лютый — старый панк с наколкой «Не забудь дышать» на пальцах. Кэп — зеленоволосый маркетолог, который разучился жить без экрана. Их оружие — баллон…
В подвале, пахнущем щами и свободой, двое парней пытаются бороться с системой, перекупившей их хештег. Лютый — старый панк с наколкой «Не забудь дышать» на пальцах. Кэп — зеленоволосый маркетолог, который разучился жить без экрана. Их оружие — баллон…
Война закончилась. Россия восстанавливает Европу — строит школы, больницы, храмы. Филатов стареет, но продолжает служить. Четырнадцать монархий возвращены к жизни.
Война закончилась. Россия восстанавливает Европу — строит школы, больницы, храмы. Филатов стареет, но продолжает служить. Четырнадцать монархий возвращены к жизни.





















